Список разделили на бывших и нынешних любовниц. Одну половину взял Томас, другую — Маргит.

Среди женщин были деловые дамы и совершенно неизвестные Томасу особы. Две работали стюардессами. Как типично, — подумал он. Другие состояли в браке с влиятельными мужчинами и вряд ли обрадуются визиту полицейского, который начнёт расспрашивать об убитом любовнике.

Хотя стояло лето и многие уехали в отпуск, выяснить, где каждая находилась в момент убийства, оказалось на удивление легко. Томас решил допросить последнюю пассию Оскара Юлиандера — как выразился Эрик, женщину на кнопке быстрого набора.

Диане Сёдер было тридцать девять. В отпуск она ещё не ушла, и Томас надеялся застать её на работе на Страндвеген.

Он оставил машину в дорогом подземном гараже, прошёл по Биргер-Ярльсгатан мимо Королевского драматического театра, где туристы сидели на ступенях и наблюдали за толпой, затем повернул в сторону Юргордена.

На стеклянной входной двери изящными буквами было написано: «Художественная галерея Страндвеген». В витрине висели два больших пейзажа в тяжёлых золочёных рамах.

Томас вошёл в длинное узкое помещение с белыми стенами, сплошь покрытыми картинами. Потолочные светильники направляли лучи на произведения искусства. Справа от входа стояли два удобных клубных кресла из тёмно-зелёной кожи, между ними — стеклянный столик с художественными журналами.

Всё, что Томас знал об искусстве, уместилось бы на почтовой карточке. Он понятия не имел, стоили картины десять крон или десять тысяч.

За старинным письменным столом в глубине галереи сидела привлекательная женщина. Она разговаривала по телефону, но, увидев Томаса, быстро завершила звонок.

— Чем могу помочь? — спросила она.

На ней было летнее платье цвета розы и жемчужное ожерелье. Волосы были собраны на затылке заколкой. Когда женщина улыбнулась, на одной щеке обозначилась лёгкая ямочка.

Томас представился и показал удостоверение.

— У меня несколько вопросов об Оскаре Юлиандере.

Женщина слегка побледнела, но кивнула и предложила ему сесть в одно из клубных кресел.

— Что вы хотите спросить? — тихо произнесла она, устраиваясь напротив.

Томас достал блокнот и открыл чистую страницу. Диана Сёдер нервно следила за ним.

— Как бы вы описали свои отношения с Оскаром Юлиандером? — начал он.

— Мы были друзьями.

— Насколько мы понимаем, очень близкими друзьями.

По выражению лица было ясно, что Диана не хочет отвечать. Томас молчал. Он мог позволить себе терпение.

— У нас были отношения, — наконец сказала Диана Сёдер.

Она опустила взгляд к полу и стала нервно вертеть кольцо на правой руке — переплетённые полосы золота и серебра.

Томаса осенила мысль.

— Красивое кольцо. Оно новое?

Диана Сёдер кивнула.

— Его подарил Оскар?

Её пальцы замерли. По щеке скатилась слеза.

— На день рождения, в июне. Он заказал его специально для меня.

— Как вы познакомились?

— На работе. В декабре галерея устраивает приём для клиентов и важных людей, которые любят показываться на публике. Всё организует жена моего начальника.

— Вы встретились на таком приёме?

— Да, полтора года назад, накануне праздника святой Люсии. Изабелла всегда приглашает множество гостей, включая всё правление Королевского шведского яхт-клуба с жёнами. Но Оскар пришёл один.

Яхт-клуб. Изабелла. Томас насторожился.

— Как зовут вашего начальника?

— Ингмар фон Хане.

Томас постарался скрыть удивление. Как он мог упустить, что Диана работает у Ингмара фон Хане? Теперь вспомнилось: тот говорил, что занимается искусством.

— Галерея принадлежит Ингмару. Он открыл её около двадцати пяти лет назад. Он настоящий ценитель искусства, но торговец неважный. — Диана чуть улыбнулась. — Слишком любит картины, чтобы с ними расставаться.

Удивительное совпадение: последняя любовница Юлиандера работает у Ингмара фон Хане. Значит ли это что-нибудь?

— Что произошло на приёме?

— Мы разговорились. Через несколько дней он позвонил и пригласил меня на обед.

Она тихо вздохнула и посмотрела в окно.

— Дальше всё развивалось само собой. Оскар умел быть очень настойчивым, когда понимал, чего хочет.

— Вы знали, что он женат?

Диана отвела глаза.

— Да. Оскар говорил, что у них с женой существует договорённость. Как только дети закончат учёбу, он разведётся с Сильвией.

В голосе прозвучал вызов, словно она заранее отваживалась спорить с тем, кто усомнится в этих словах.

Знакомая история: неверный муж не может оставить жену, пока не подрастут дети. Юлиандер пошёл ещё дальше, убедив любовницу, что детям непременно нужно окончить университет.

Томас пытался понять, почему привлекательная женщина вроде Дианы Сёдер согласилась на тайную связь с женатым мужчиной — к тому же таким бабником, как Оскар Юлиандер.

— Вы планировали совместное будущее?

— Я надеялась. Я очень его любила.

Она говорила так тихо, что Томас едва расслышал.

— Мне нужно знать, где вы находились в прошлое воскресенье, когда Оскара Юлиандера убили.

Прежде чем ответить, Диана сложила руки на коленях, почти как в молитве.

— У брата и его семьи, в их летнем доме на Скарпё. О случившемся я узнала из новостей… узнала, что его убили.

— Брат подтвердит?

— Разумеется. Это было ужасно — узнать обо всём по телевизору. — Глаза наполнились слезами. Диана провела указательными пальцами под веками, пытаясь их скрыть. — Зачем кому-то понадобилось убивать Оскара? Это непостижимо.

— Именно это мы и пытаемся выяснить, — сказал Томас и наклонился к ней. — В последнее время Оскар вёл себя иначе?

Она задумалась.

— Казался загнанным. Напряжённым. Я думала, у него просто очень много работы. Но всю весну он чаще бывал не в духе.

— Вы знаете, были ли у него финансовые трудности?

Диана покачала головой.

— Со мной он их не обсуждал. Напротив, при встречах всегда был щедр. Мы вместе путешествовали и останавливались в элегантных отелях.

Она немного помолчала, затем спросила:

— Вы думаете, дело в деньгах?

— Не знаю. И не могу обсуждать расследование.

Диана откинулась на спинку кресла. В глазах блестели слёзы.

— Вам известно, употреблял ли Оскар Юлиандер наркотики? — спросил Томас как можно спокойнее, чтобы не напугать её.

В галерее было так тихо, что с улицы доносились шаги женщины с детской коляской и даже позвякивание погремушки, висевшей над ней.

— Да, иногда, — сказала Диана. — Время от времени он употреблял кокаин.

— Что вы об этом думали? Вы принимали вместе с ним?

Диана Сёдер покачала головой.

— Ни за что. Оскар предлагал попробовать, но я отказалась. Мне нужно думать о сыне.

— А он продолжал?

— Говорил, что кокаин помогает сосредоточиться и яснее мыслить. Мы ссорились из-за этого. Он считал, что я веду себя нелепо.

— Как давно он употреблял?

— Понятия не имею. При мне впервые — примерно год назад.

— Где это произошло?

— У меня дома. Я вышла в ванную, а вернувшись, увидела белый порошок на маленьком зеркальце. Оскар предложил попробовать.

— Вы согласились?

— Нет. Я уже сказала. — Голос Дианы стал резким.

— Что было дальше?

— Он велел не беспокоиться. Сказал, что кокаин употребляют многие и он ничем не хуже алкоголя.

— Вы не думали его оставить?

— Я любила Оскара. Верила, когда он говорил, что всё контролирует.

— Как наркотик на него действовал?

— На самом деле не так уж плохо. Он говорил громче, глаза сильнее блестели. Становился возбуждённым. Не агрессивным — просто более напряжённым. — Диана печально улыбнулась. — Таким был Оскар: всегда полный жизни.

Она взглянула на часы с узким золотым браслетом.

— Через десять минут придёт клиент. Мы скоро закончим? Мне нужно взять себя в руки. Нельзя, чтобы он увидел меня такой.

— Последний вопрос. У Оскара были враги?

Диана покачала головой.

— Насколько знаю, нет. Но иногда он говорил с людьми, которые ему не нравились, очень свысока — особенно с другими юристами.

— Что вы имеете в виду?

— Мог долго разглагольствовать об их некомпетентности. Называл идиотами. Порой говорил, что кого-нибудь вообще не следовало принимать в коллегию адвокатов или нужно исключить.

— Он говорил так публично?

— Когда проявлялась эта сторона его характера, Оскар бывал очень резким.

Настолько резким, чтобы нажить смертельного врага? Неужели Оскар Юлиандер был так груб, что кто-то решил его убить?

— Вы знаете о его контактах с русской мафией?

Диана Сёдер удивлённо посмотрела на него.

— С чего вы спрашиваете?

— Возможно, он получал от них письма с угрозами.

— Никогда об этом не слышала. Но, вероятно, он и не стал бы мне рассказывать.

Томас поднялся.

— Думаю, на этом всё. Спасибо, что уделили мне время. Соболезную вашей утрате.

Диана Сёдер попыталась улыбнуться на прощание, но получилась скорее гримаса. Когда Томас закрыл за собой дверь, она скрылась в подсобном помещении в глубине галереи. Выходя на улицу, он, кажется, услышал приглушённое рыдание.

Отправить