Среда, Первая Неделя

Перссон кашлянул, давая понять, что пора начинать совещание. Все заняли места, держа в руках кружки с кофе.

Было восемь утра — ровно двое суток и двадцать минут с того момента, как Оскара Юлиандера застрелили в нескольких морских милях к юго-востоку от Стокгольма. Дождь хлестал по окнам. Температура упала примерно до пятнадцати градусов, по небу ползли тёмные облака. Типичное шведское лето, — подумал Томас.

Томас и Маргит сели с одной стороны стола, Калле и Эрик — у короткого края, рядом с ними Карина.

Перссон снова прочистил горло.

— Пора подвести первые итоги. Кто начнёт?

Он посмотрел прямо на Маргит и Томаса.

— Вы двое ездили на Сандхамн. Что удалось выяснить?

Маргит подошла к доске. Первый маркер оказался высохшим, зато второй писал.

Она перечисляла основные выводы, к которым они пришли с Томасом, и одновременно записывала их.

Закончив, Маргит указала на список:

Ревность

Любовницы

Жена?

Обманутый муж

Финансовые преступления

Русская мафия

Наркотики

— Почему после «жена» стоит вопросительный знак? — спросил Перссон.

Маргит ненадолго задумалась.

— Мотив у неё, безусловно, есть, но есть и алиби. Семь человек подтвердили, что во время выстрела она пила итальянское вино на Storebro. Все находившиеся на борту могут поручиться друг за друга. К тому же, похоже, она не умеет обращаться с оружием и тем более не имеет разрешения.

Маргит потянулась за кружкой.

— Не вижу, что она могла выиграть. Думаю, пока её можно исключить из числа подозреваемых.

— Никого не исключать, пока я не скажу, — пробормотал Перссон. — Я так понимаю, любовниц было несколько.

Собравшиеся обменялись многозначительными взглядами.

— Можно сказать и так, — тихо произнёс Эрик.

— Завидуешь? — улыбнулась Маргит.

— У меня с женщинами всё в порядке, — ответил Эрик.

Никто за столом в этом не сомневался. Ему не было и тридцати, у него была мальчишеская улыбка и мускулистое тело.

Калле поднял список любовниц, полученный от Евы Тимелль. В нём значилось больше дюжины женщин — с именами и адресами.

— Умел человек наслаждаться жизнью, — усмехнулся Перссон.

— Можно и так сказать, — ответила Маргит. — Если вам смешно, что мужчина изменяет жене.

— Не отвлекаемся, — сказал Перссон. — Разделите список и свяжитесь с женщинами. Жену пока оставим в покое. Дальше: что с финансами?

Томас повернулся к Карине.

— Как продвигается? Получила банковские сведения?

Прокурор уже разрешил им проверить счета Юлиандера.

— Я только начала, — ответила Карина. — Потребуется время: в июле до людей трудно дозвониться. К концу недели буду знать больше.

— Кроме того, мы просматриваем его юридические дела — вдруг что-нибудь всплывёт, — добавил Томас.

— Понятно. А версия с русской мафией?

Перссон посмотрел на Маргит и Томаса, те — на Эрика Блума. Эрик перелистал блокнот.

— Заявления в полиции нет. Похоже, он не сообщил нам о письмах, которые упоминал сын. По словам Евы Тимелль, угрозы могли быть связаны с банкротством компании Eastern Property. Юлиандер занимался им несколько лет назад.

— Возможно, поэтому не воспринял письма всерьёз, — сказал Томас.

— Или не решился заявить, — возразила Маргит.

— Вчера я поговорил с бывшим коллегой из отдела по борьбе с экономическими преступлениями, — продолжил Эрик. — Спросил, знакомо ли ему название Eastern Property или кто-нибудь из связанных с компанией людей.

Он пролистал ещё несколько страниц и поднял глаза.

— Коллега проверил фамилии по базам.

— Что нашёл? — спросила Маргит.

— Ничего ни в криминальных реестрах, ни в списке лиц, которым запрещено заниматься предпринимательской деятельностью.

— Если там была русская мафия, они могли использовать подставное лицо.

— Подставное лицо? — переспросила Карина и смутилась, поняв, что остальные знают значение выражения.

— Человека, на которого сваливают вину при банкротстве, особенно если были совершены финансовые преступления, — объяснила Маргит. — Сажают в совет директоров того, кто в случае чего примет удар на себя.

— Неужели люди на такое соглашаются? — спросила Карина.

Томас не понял, говорит ли она серьёзно или действительно настолько наивна. Тут же стало неловко за недоверие к своей девушке — или кем она ему приходилась.

— Ты бы удивилась, — ответила Маргит. — Люди, которым не везёт, готовы на многое ради нескольких тысяч крон. Безработный охотно поставит подпись под деловым договором почти за бесценок.

— Как бы то ни было, — сказал Эрик, — если мафия воспользовалась подставным директором, найти настоящих людей будет нелегко.

— Как обычно действует русская мафия? — спросил Перссон. — Это похоже на их почерк?

Несколько мгновений все молчали. Наконец заговорил Томас:

— Я не специалист, но, по-моему, не похоже. Ждать целый год, чтобы убрать неудобного конкурсного управляющего? Слишком притянуто.

Он рисовал в блокноте какие-то фигурки.

— Если Юлиандер действительно им мешал, они послали бы громилу и велели избить его до полусмерти.

— Способов избавиться от него было сколько угодно, — согласилась Маргит. — Автомобильная авария, выстрел ночью, нож в спину в тёмном переулке. Выбирай любой.

Она наклонилась над столом.

— Это изощрённое убийство потребовало подготовки и тщательного планирования. Наши русские друзья тонкостью не славятся. Зачем тащиться к морю, если можно без труда убрать его тёмным вечером после работы?

Маргит откинулась на спинку кресла и скрестила руки. С короткими крашеными рыжими волосами она напоминала разъярённую осу. Красоты это не прибавляло, зато внушало определённое уважение.

— Может, они хотели послать сигнал, — предположил Перссон.

— Спустя столько времени после писем? — Маргит подняла бровь. — Кому сигнал? Всем специалистам по банкротствам в Швеции? Такие банды обычно разбираются со своими. Юристов и суды стараются обходить стороной. Нападать на представителей правосудия и привлекать внимание — плохая идея.

— Допустим, — сказал Перссон. — Тогда пока отложим русскую версию.

Он закачался на кресле, которое жалобно заскрипело под его весом.

— По-моему, — заговорил Томас, — способ убийства Юлиандера не менее важен, чем сам факт убийства.

Перссон повернулся к нему.

— Продолжай.

— Как сказала Маргит, преступление было тщательно спланировано. Значит, выбранный способ имел значение, служил определённой цели. Юлиандера убили в миг торжества.

— Да, — сказала Маргит. — Если задуматься, это почти казнь.

— Именно.

— Стала бы отвергнутая женщина так усложнять убийство любовника? — спросил Перссон.

— Сомнительно. А ревнивый муж? — ответил Томас. — Яхтсмен, возможно член клуба, который и так присутствовал на старте. Человек, имевший доступ и к судну, и к винтовке.

— Стоит проверить, — сказал Перссон. — Развивайте эту версию. Теперь наркотики. Что у нас?

Томас пересказал разговор с Винбергом и подозрения насчёт употребления наркотиков.

— То есть Юлиандер был наркоманом? — спросил Перссон. — Есть другие подтверждения?

— Пока нет.

— Значит, у обаятельного юриста всё-таки имелись тайны. Кстати, что известно об орудии убийства?

Эрик указал на высокую стопку распечаток.

— Сверяем владельцев разрешений на оружие со всеми людьми из окружения Юлиандера. Особое внимание тем, кто имеет лицензию на малокалиберное оружие и соответствующие боеприпасы.

— Обязательно проверьте всю компанию из яхт-клуба, — сказал Перссон.

— О каком количестве людей идёт речь? — спросила Маргит.

— В Швеции около шестисот пятидесяти тысяч владельцев оружия и больше миллиона разрешений. — Эрик поморщился. — Хорошо хоть Саксен исключил дробовики.

Он подмигнул Карине, та ответила тем же. Потом подошла к окну и распахнула его. В комнате, где почти не осталось кислорода, свежий воздух принёс облегчение.

Перссон собрал бумаги. Никто не говорил.

— Думаю, на сегодня хватит. Все знают, чем заниматься до конца недели?

Он начал подниматься, но снова сел.

— Кстати, держите прокурора в курсе. Иначе будут неприятности.

— Завтра утром встречаемся с ней, — ответила Маргит. — Не волнуйтесь, делом занимается Шарлотта Эман. Мы её знаем.

Отправить