Тем временем стемнело. Уличные фонари разбрасывали по тротуару и проезжей части островки света.

Направляясь к машине, стоявшей в тёмном промежутке между двумя фонарями, Макс неохотно позвонил Кескин. Другого выхода у него не было.

— Бишофф. Появились новости о Яне?

— Пока нет. Мы усилили поиски, но ни знакомые, ни родственники не представляют, где она может находиться. Я беспокоюсь.

— Я тоже. И теперь уже не только из-за Яны. Мне нужна ваша помощь, — признался Макс и приготовился к язвительному ответу.

Однако его не последовало.

— Вам нужна моя помощь? В чём?

— Придётся начать издалека. Уделите мне несколько минут, и я всё объясню.

Макс уже подошёл к автомобилю и прислонился к нему.

Он коротко рассказал Кескин о встрече с Доминик, её партнёре Себастьяне Кернбахе и записях Бормана, в которых тот упоминался. Затем описал сложившуюся ситуацию и настойчиво добавил:

— Нам необходимо проверить квартиру госпожи Клаубер. Возможно, она ранена и не в состоянии открыть дверь.

— Нам?

— Пожалуйста, только не начинайте цепляться к словам.

— Хорошо. Тогда прямо и без обиняков. Вы сказали, что разговаривали с госпожой Клаубер полчаса назад. Она упоминала, что считает себя в непосредственной опасности?

Макс сразу понял, к чему ведёт Кескин, и сжал свободную руку в кулак.

— Не напрямую. Но сказала, что ей страшно.

— Есть какие-нибудь другие признаки того, что ей угрожает опасность? Соседи слышали шум или крики? Обнаружены следы борьбы? Что-нибудь, кроме вашего предчувствия?

— Послушайте, дело в том…

— Нет, это вы послушайте, господин Бишофф. Сейчас я задействовала практически все доступные мне силы для поисков сотрудницы, пропавшей двое суток назад. Сотрудницы, которую мы все знаем как исключительно надёжного человека и о которой почти наверняка можно сказать, что она не исчезла по собственной прихоти. К тому же она — по какой бы причине это ни происходило — проводит с вами очень много времени. И теперь именно вы предлагаете мне отвлечь часть этих ресурсов, чтобы вскрыть квартиру женщины, с которой познакомились всего несколько дней назад и которая полчаса назад сказала, что ей страшно, хотя никаких признаков непосредственной угрозы нет?

— Если не считать того, что партнёр жестоко её избил, то да. Кроме того, слесарю понадобится меньше получаса, чтобы открыть дверь.

— Господин Бишофф, думаю, мы закончили.

Макс понимал, что в конечном счёте Кескин даже права. От этого он разозлился ещё сильнее.

— Если выяснится, что госпожа Клаубер лежит в квартире раненая, это будет неоказанием помощи, — пошёл он на блеф.

— Нет, не будет, и вы прекрасно это знаете, — холодно ответила Кескин и отключилась.

Макс выругался и опустил телефон.

Их отношения с Кескин с самого начала складывались непросто. Она обвиняла его в том, что произошло с главным комиссаром Менкхоффом — сотрудником уголовной полиции, которым чрезвычайно восхищалась.

Но об этом можно было подумать в другой раз.

Предчувствие подсказывало Максу, что Доминик находится в непосредственной опасности. Он обязан был что-нибудь предпринять.

Мрачно развернувшись, Макс вернулся к дому и нажал кнопку звонка верхней квартиры, в которой, судя по табличке, жил М. Фельдман.

Тот ответил почти сразу.

— Это снова я, Макс Бишофф, — произнёс Макс в домофон.

— Что вам ещё нужно?

— Мне нужна ваша помощь. Есть веские основания полагать, что с госпожой Клаубер что-то не так. Возможно, она ранена и не может открыть дверь. Вы не знаете, как можно попасть в её квартиру?

— Я ведь уже сказал вам…

— Вы понимаете, что это может быть расценено как неоказание помощи и вас привлекут к ответственности, если выяснится, что она действительно ранена, а вы отказались помочь?

Макс снова попытался воспользоваться приёмом, который не сработал с Кескин.

На Фельдмана он подействовал лучше.

— Какое ещё неоказание помощи?

— Я сообщаю вам, что госпоже Клаубер, вероятно, требуется помощь, а вы отказываетесь её оказать. Как бы вы это назвали?

— Ладно, — неуверенно пробормотал Фельдман и нажал кнопку замка.

Когда Макс вошёл в подъезд, зажёгся свет. Почти сразу послышались шаги, и Фельдман спустился по лестнице. В руке он держал красный шнурок, на котором висел единственный ключ.

— Она недавно дала мне ключ от своей квартиры. На всякий случай, как сказала. Она уже дважды захлопывала дверь, оставив ключи внутри.

— Спасибо, — нетерпеливо произнёс Макс, надеясь, что предчувствие его обманывает.

Фельдман отпер замок. Макс распахнул дверь, протиснулся мимо него в квартиру и, нащупывая выключатель, одновременно позвал Доминик.

Ответа не было.

Зажёгся свет. Макс направился к спальне и открыл дверь. Из прихожей были видны застеленная кровать и закрытый шкаф.

Затем он заглянул в ванную, прошёл на кухню и наконец осмотрел гостиную.

Доминик совершенно точно не было дома.

Его взгляд задержался на двери, ведущей на террасу.

Макс обернулся.

— Её здесь определённо нет.

— Надеюсь, теперь всё. Идёмте.

Фельдман дождался, пока Макс пройдёт мимо него в прихожую, и выключил свет.

— Я расскажу госпоже Клаубер, что вы вынудили меня открыть дверь, угрожая ответственностью за якобы неоказанную помощь.

— Расскажите, — ответил Макс.

Его внимание привлекла маленькая деревянная чаша, лежавшая на полу перед комодом. Рядом валялся небольшой ключ — возможно, от почтового ящика. Из-под комода немного выступал продолговатый кошелёк.

Не похоже, чтобы чаша со всем содержимым упала случайно.

— Подождите минуту, — сказал Макс, развернулся и вернулся в неосвещённую гостиную.

Подойдя к двери на террасу, он схватился за ручку и подёргал её. Поскольку Макс стоял спиной к Фельдману, тот не видел, что он одновременно повернул ручку.

— Хорошо, эта дверь тоже заперта, — сообщил Макс и вернулся. — Значит, проникновение постороннего можно исключить.

— Теперь довольны? — фыркнул Фельдман.

Макс кивнул.

— Спасибо за помощь. Уверен, госпожа Клаубер поймёт, что мы беспокоились и решили проверить, всё ли с ней в порядке.

— Да-да. — Фельдман махнул рукой. — А теперь уходите.

— Если когда-нибудь смогу оказать вам ответную услугу…

— Не представляю, что вы могли бы для меня сделать. Идите уже, у меня есть дела.

Макс открыл дверь квартиры и жестом предложил ему выйти:

— После вас.

Он хотел убедиться, что Фельдман не вернётся и не заметит, что дверь на террасу осталась незапертой.

Когда мужчина вышел в подъезд, Макс последовал за ним и прикрыл дверь. Покидая дом, он услышал за спиной шаги Фельдмана, поднимавшегося наверх.

Макс повернул налево и направился к машине.

Почти дойдя до неё, он открыл замки с пульта, на мгновение остановился, покачал головой и поспешил обратно. Если за ним кто-нибудь наблюдал, всё должно было выглядеть так, будто он что-то забыл.

Не колеблясь, Макс осторожно прокрался вдоль стены дома в сад, стараясь не споткнуться в слабом свете серповидной луны.

Из балконной двери квартиры Фельдмана пробивалось тусклое сияние, однако его не хватало, чтобы осветить газон и тем более расположенную под балконом террасу.

Макс добрался до двери, осторожно и почти бесшумно приоткрыл её, проскользнул в гостиную, закрыл за собой и снова запер.

Он включил на смартфоне фонарик, прошёл в прихожую, поднял кошелёк, открыл его и заглянул внутрь.

Мелочь. В одном из боковых отделений — какие-то записки и банковская карта. В другом — несколько купюр и удостоверение личности Доминик.

Макс положил кошелёк на комод и вернулся в гостиную. Некоторое время он стоял неподвижно, осматривая комнату в свете телефонного фонарика.

На первый взгляд всё выглядело нормально. Ни следов борьбы, ни других признаков того, что с Доминик что-то произошло.

Макс медленно прошёл мимо светлого шкафа. Рядом на низкой тумбе с двумя широкими ящиками стоял плоский телевизор. Перед ним, на DVD-проигрывателе, лежала раскрытая пустая коробка от диска.

На мгновение Макс удивился, что Доминик всё ещё пользуется DVD, а не смотрит фильмы и сериалы через стриминговые сервисы, как большинство его знакомых.

Но когда он закрыл коробку и увидел надпись на лицевой стороне, у него перехватило дыхание.

Макс уставился на буквы.

«Дженнифер Зоммер — 8».

— Какого чёрта… — выдохнул он, не в силах отвести взгляд.

Как имя Дженни оказалось на диске в квартире Доминик?

И что записано на этом DVD?

Макс опустил коробку и огляделся.

На журнальном столике лежали три пульта. Он сел в одно из кресел и дрожащими пальцами включил сначала телевизор, а затем проигрыватель. Пришлось несколько раз нажать разные кнопки, прежде чем Макс нашёл нужный канал и увидел сообщение об ошибке чтения носителя.

Он взволнованно поднялся, подошёл к аппарату и извлёк диск.

Причину ошибки Макс заметил не сразу: на самом DVD не было этикетки, и ему пришлось внимательно рассмотреть его при свете телефона, чтобы понять — диск вставлен обратной стороной.

Макс перевернул его, вернулся к креслу и попробовал снова.

На этот раз всё заработало.

Ошеломлённый, он смотрел на кадры, сменявшиеся на экране и наполнявшие гостиную непрерывно меняющимся светом.

Это были фрагменты телевизионных передач, в которых Дженни когда-то участвовала в качестве гостьи.

Взгляд Макса неотрывно следил за её смеющимся ртом с чудесно очерченными губами, за глазами, за каждым движением.

В тот момент он осознал две вещи.

Доминик действительно поразительно похожа на Дженни.

И Доминик солгала, когда утверждала, что не знает её.

Макс поднялся, подошёл к тумбе под телевизором и выдвинул верхний ящик. Внутри лежали несколько зажигалок, две упаковки чайных свечей и свечи разных размеров и форм.

Он закрыл ящик и открыл нижний.

Там аккуратным рядом лежало около десяти белых коробок от DVD. Все были подписаны от руки. Надписи отличались только цифрами:

«Дженнифер Зоммер».

Макс не верил своим глазам.

Он достал один диск, заменил им находившийся в проигрывателе и, запустив воспроизведение, отступил на два шага.

На этом DVD был записан эпизод сериала «Место преступления», в котором Дженни исполняла одну из главных ролей.

Некоторое время Макс ошеломлённо смотрел на экран, затем остановил воспроизведение на крупном плане Дженни и тяжело опустился в кресло.

Казалось, ноги больше его не держат.

Внутри всё онемело.

Доминик лгала ему?

Их встреча была не случайностью, а тщательно рассчитанным ходом?

Но зачем? Чего она хотела добиться?

Как во всё это вписывается Себастьян Кернбах? И где находится Доминик?

Если она всё это время его обманывала, почему почти умоляла приехать, зная, что в её квартире хранятся эти диски?

Но будь Доминик дома, Макс наверняка их не обнаружил бы.

Значит, либо она покинула квартиру не по своей воле, либо не предполагала, что он проявит такое упорство и проникнет внутрь в её отсутствие.

Всё это не имело никакого смысла.

Зачем просить его приехать, если она не собиралась ждать дома?

Уловив краем глаза движение, Макс вздрогнул.

За стеклянной дверью на террасе стоял человек и смотрел на него. Свет телевизора падал на фигуру, и, хотя лицо искажала игра теней, Макс узнал жильца верхней квартиры.

Фельдмана.

Когда Макс поднялся, тот резко отвернулся, быстрым шагом направился к наружной лестнице и скрылся наверху.

Мысли Макса лихорадочно заметались.

Фельдман вызовет полицию. И, что особенно удобно, он знает имя Макса, а значит, сможет сразу сообщить, кто именно сейчас незаконно проник в квартиру.

Для Кескин это станет настоящим подарком, особенно после того, как Макс совсем недавно пытался убедить её вскрыть квартиру Доминик с помощью слесаря.

Проклятье!

Макс вскочил, положил первый диск обратно в коробку, а DVD с эпизодом «Места преступления» вернул в ящик. Затем выключил телевизор, вышел из гостиной и покинул квартиру.

В подъезде он на мгновение задумался, не подняться ли к Фельдману и не попытаться ли всё объяснить, но отказался от этой идеи.

Прошло уже слишком много времени. Фельдман наверняка успел вызвать полицию, поэтому следовало как можно скорее исчезнуть.

Кроме того, Максу нужно было обдумать увиденное и хотя бы попытаться понять взаимосвязи.

Он поговорит с Марвином. У того острый ум, и сейчас голова наверняка яснее, чем у Макса.

Но сначала он хотел узнать мнение Бёмера.

Направляясь к автомобилю, Макс набрал номер бывшего напарника, надеясь, что тот чувствует себя хотя бы сносно. Бёмер не ответил.

Когда включилась голосовая почта, Макс взглянул на часы и убрал телефон.

Было половина шестого.

Значит, он успеет вернуться домой до прихода Марвина.

Макс сел в машину, бросил ключ в центральную консоль и наклонился вперёд, чтобы запустить двигатель.

В этот момент шею обожгло острым уколом.

Он не успел даже обернуться.

Подступившая темнота оказалась быстрее.

 

 

Отправить