Сабина сложила листок, на котором Снейдер во время своего визионерского видения в подвале накорябал слово «капюшон».

— У Хорста Эккера на тыльной стороне левой ладони было родимое пятно в форме капюшона, — вспомнила она. — Но на фотографиях вскрытия никаких следов не видно.

Карета скорой помощи по-прежнему стояла с открытой дверью перед старой пивоварней. Снейдер вытянулся на кушетке.

— Видите ли, марихуана иногда выкристаллизовывает и увеличивает до гигантских размеров какую-нибудь крошечную деталь, которую обычно не замечаешь.

— Хорошо, и что же это означает, наркотический гений?

— Это было не родимое пятно, а штамп. — Со стоном он вытащил иглу из вены и зажал место укола большим пальцем. Очевидно, Снейдер считал, что получил уже достаточно инфузионного раствора.

Доктор Фишер бросил на него неодобрительный взгляд.

— Вам следует…

— Да, я знаю, спасибо, — не дослушал его Снейдер. — В Нюрнберге есть какая-нибудь дискотека или ночной клуб, где при входе гостям ставят на тыльную сторону ладони чёрный штамп в виде капюшона?

Врач пожал плечами.

Один из санитаров просунул в машину голову.

— В центре есть пешеходный мост Хенкерштег («Мост палача»), который ведёт через реку. На другом берегу стоит «Дом палача».

— Капюшон палача! — воскликнула Сабина.

— Но это старый музей нюрнбергской истории права, — вмешался врач. — Они не ставят никаких штампов.

— А рядом ночной клуб, — сказал санитар.

— В какой стороне? — спросил Снейдер.

Санитар описал ему путь через Старый город. После этого Снейдер вел долгий телефонный разговор с нюрнбергской уголовной полицией.

— Окей, — сказал он, закончив разговор. — Коллеги приедут через несколько минут на патрульной машине и заберут мои вещи. — Он взглянул на наручные часы и на слабых ногах выбрался из машины скорой помощи. Было уже половина одиннадцатого. — Сейчас я нанесу визит в этот сарай палача.

— Вы никуда не пойдете, — запротестовал врач. — Вы упадете в обморок. Послушайте профессионала, который уже двадцать лет делает свою работу.

— Можно и двадцать лет делать что-то неправильно, — пробормотал Снейдер и надел пиджак.

— Вернитесь в машину!

— У вас есть оружие? — спросил Снейдер.

— Конечно нет.

— Видите, а у меня есть. Так что у вас плохие карты, если захотите меня остановить.

Врач протянул ему стаканчик.

— У вас низкий уровень сахара. Выпейте, по крайней мере, это.

— Что это?

— Мышьяк! Я хочу вас отравить! — Доктор Фишер закатил глаза. — Это глюкоза.

Снейдер залпом выпил содержимое стаканчика, скривился и направился прочь.

Сабина последовала за ним.

— Не пытайтесь меня переубедить.

— Переубедить вас? — Сабина засмеялась. — Что ещё рассказал сотрудник полиции по телефону?

— Коллеги уже обыскали огороженные выгоны для лошадей в радиусе десяти километров и все соответствующие бары фетишистов, а также проверили все больницы в окрестностях на предмет пропажи рицина, но пока никаких следов по этому убийству.

— Полиция нашла одноногую женщину?

— Поиски продолжаются.

— Вы должны хотя бы дождаться коллег из уголовной полиции, — посоветовала ему Сабина.

— Нет времени, я не могу праздно сидеть здесь, пока следы растворяются в воздухе. — Он целеустремленно пересек улицу и побежал по тротуару. — А вам лучше поехать назад в Висбаден. Если кто-нибудь из коллег увидит, что вы принимаете участие в актуальном расследовании, вас вышвырнут из академии.

— Не пущу же я вас одного в тот бар, да ещё в таком состоянии! — запротестовала Сабина. — Вы в любой момент можете упасть.

— У меня все отлично, — возразил он.

— Я вижу. — Она шла рядом и надеялась, что его не заденет случайно какой-нибудь прохожий и не собьет с ног.

— Поезжайте домой! — приказал Снейдер. — Я серьёзно, это не игра, Белочка.

— Я провожу вас до клуба и подожду снаружи. Кроме того, мой автомобиль стоит в подземном гараже недалеко от того места. После я могу отвезти вас в больницу.

— Вы упрямая, как…

— …Снейдер!

Клуб «У палача» находился на берегу реки Пегниц рядом с мостом Хенкерштег, недалеко от пешеходной зоны. Клуб можно было узнать лишь по красной неоновой рекламе в форме капюшона палача. Из-за черных стекол доносились глухие басы.

В этой части города на улицах никого не было. Вода в реке медленно, как черная блестящая лава, текла под мостом, отражая лунный свет.

Снейдер открыл железную дверь в ангар. Тут же наружу вырвались громкая музыка и сигаретный дым. Грубый тип, примерно одного со Снейдером роста, но в два раза шире, преградил им путь.

— Малышка может войти, ты нет.

Снейдер без каких-либо эмоций на мертвенно-бледном лице оглядел парня.

— Ты сегодня уже налакался, старик.

Снейдер расстегнул пиджак и полез было во внутренний карман, но Сабина остановила его движение. Он или искал служебный значок, или хотел сразу выхватить оружие. Ни то ни другое не дало бы здесь результатов.

— Он со мной, — сказала Сабина.

— Твой сутенер?

— Мой друг. Он всегда очень щедрый.

— Окей, заходите. — Шкаф сделал шаг в сторону.

— Друг? — презрительно шепнул ей Снейдер.

— Папик было бы лучше?

Снейдер заплатил в гардеробе шестьдесят евро, и они получили по талону на бесплатный напиток и по штампу на тыльной стороне ладони.

— Будете должны мне тридцать евро, — перекрикивая музыку, заявил Снейдер.

— Да, любимый, — ответила она, но он сделал вид, будто не услышал.

Через занавес они прошли к бару. Помещение пронизывал мигающий оранжевый и темно-фиолетовый свет. Под потолочным сводом висела люстра с электрическими свечами, на стенах эротические картины в неоновых красках. Старая каменная кладка, но психоделический интерьер. Внутри пахло табаком и травой — что наверняка нравилось Снейдеру.

На танцполе ещё никого не было, но у барной стойки уже собралось несколько клиентов с напитками. Правда, они напоминали не столько гостей, сколько сутенеров.

Когда Сабина последовала за Снейдером к бару, диджей включил песню группы U2.

— Что вы хотите выпить? — спросил Снейдер.

Сабина покосилась на доску с напитками.

— «Adiós, amigo» («Прощай, друг»).

Снейдер удивленно приподнял бровь.

Она улыбнулась.

— Я могу пить что хочу, я не на службе.

Снейдер передал барменше оба талона на напиток.

— Два «Adiós, amigo».

Женщина пошла к холодильнику и достала несколько бутылок, чтобы смешать напитки.

Сабина быстро перегнулась через стойку, потом начала двигать бедрами под музыку U2.

— Рад, что вы так хорошо развлекаетесь, — проворчал Снейдер.

Сабина танцевала рядом со Снейдером, опасно прижимаясь к нему телом.

— Женщина на полголовы ниже меня, — сказала она, когда их щеки соприкоснулись. — К тому же она хромает.

— Я заметил, — ответил Снейдер. Затем приблизился к Сабине. — Возможно, у неё протез.

— Мне тоже так кажется. Что будем делать?

Снейдер залпом осушил свой бокал и поморщился.

— Продолжайте танцевать и наблюдайте, — с трудом произнёс он. — Но следите, чтобы никто не заметил ваше оружие. У вас наручники тоже с собой?

Она помотала головой:

— Только кабельные стяжки.

— Этого достаточно.

Сабина тоже сделала глоток бурды, но решила, что заведение может оставить этот бесплатный напиток себе.

Через полчаса бар наполнился. Две трети гостей были мужчины с пухлыми кошельками. Остальная часть — расфуфыренные высокие женщины лет тридцати или чуть старше, однако Сабина не была уверена, что за тем или иным густым макияжем не скрывается трансвестит.

— Становится интересно, — сказал Снейдер. — Только что заявились пять трансов.

Между тем уже звучала песня Depeche Mode.

— Почему вы так уверены?

— У женщин не такие выдающиеся кадыки.

Барные стулья перед стойкой заполнялись, и Сабина и Снейдер должны были защищать свои места. Она заметила, что Снейдер все сильнее бледнел. Наверное, сейчас ему больше всего хотелось воткнуть в ладони акупунктурные иглы против головной боли и покрутить их.

— Вам нехорошо?

— Я ненавижу толпы. К тому же могу работать, только если вокруг не слишком много людей, которые лишают меня кислорода.

— Мне застрелить нескольких?

— Нет, идите в туалет! — крикнул Снейдер ей в ухо. — Позвоните в нюрнбергскую полицию. Пусть пришлют сюда две машины.

В джинсах и куртке Сабина выглядела немного потерянной, протискиваясь между причудливыми посетителями бара. В туалете она, к счастью, была одна и могла спокойно позвонить.

Когда она вернулась, Снейдер спросил:

— Все в порядке?

Сабина кивнула.

В тот же момент к ним через стойку наклонилась барменша:

— Что-нибудь ещё желаете?

Снейдер подался вперед.

— Да, я хочу, чтобы вы оттрахали меня резиновым пенисом в задницу!

Женщина внимательно посмотрела на Снейдера, потом её взгляд на долю секунды переместился на высокого широкоплечего мужчину с угловатым лицом, который сидел через два места от Сабины у бара.

Парень оглядел Сабину, потом Снейдера, отошел от стойки и направился к туалетам.

Снейдер тут же соскользнул с табурета и протиснулся мимо Сабины.

— Это он, — шепнул он ей.

Друг за другом они прокладывали себе дорогу к туалетам. Внезапно музыка оборвалась посередине припева. Вместо этого из колонок раздался пронзительный звук, который совсем не сочетался с предыдущей музыкой. Словно по сигналу, предупреждающему о полицейской облаве, все гости вдруг ринулись в сторону выхода.

Сабина проталкивалась между парнями и напоминала себе лосося, который плывет против течения. Наконец она добралась до туалетов. Снейдер как раз вышел из одной из кабин и кивнул на тёмный коридор в направлении заднего выхода.

Сабина вытащила пистолет и первой вышла через дверь на улицу.

— Подождите! — шикнул Снейдер, но она была уже во внутреннем дворе.

Мигающая лампочка освещала небольшую булыжную площадку. Под козырьком стояли мусорные контейнеры.

Мужчина из бара балансировал на одном мусорном контейнере и собирался забраться на стену, чтобы сбежать по крыше.

— Стоять! — выкрикнул Снейдер и выстрелил в воздух.

Мужчина на секунду замер, но уже в следующий момент приготовился прыгать. Однако тут подоспел Снейдер и выбил у него из-под ног мусорный контейнер. Мужчина пошатнулся, повалился на мусорные контейнеры и затем со всей силы ударился лицом о булыжную площадку.

Снейдер набросился на него и заломил одну руку за спину.

— Поднимайтесь! Вы арестованы по подозрению в убийстве. Встаньте лицом к стене, ноги шире, руки вытяните перед собой!

Снейдер сунул пистолет в кобуру и обыскал карманы мужчины.

— Я ничего не сделал! — кричал здоровенный парень. — К тому же выбил себе зуб из-за этого педика.

Из уголка рта у него действительно текла кровь.

— Все это вы расскажете завтра судье. — Снейдер отцепил пару наручников с пояса.

В это время Сабина стояла с пистолетом наготове рядом с подозреваемым и целилась ему в грудь. Снейдер уже защелкнул один наручник на запястье мужчины, когда Сабина краем глаза заметила тень позади себя. Маленькая барменша неуклюже ковыляла к ней с поднятой рукой. В мерцающем свете блеснуло лезвие ножа. В тот же момент Сабина поняла, что острие неминуемо заденет её, но Снейдер схватил девушку за плечо и оттолкнул в сторону.

Лезвие вошло Снейдеру в бок между ребрами. Он жадно глотнул воздух и опустился на колени. Теперь женщина стояла перед Сабиной. Можно было стрелять, но у неё тряслись руки. Сабина не могла просто так застрелить эту невооруженную женщину с протезом.

— Давай, нажимай, шлюха! — крикнула ей женщина.

Сабина бросилась к барменше, заломила руку за спину и силой уложила её на землю. Женщина сопротивлялась как сумасшедшая, но Сабина вытащила кабельную стяжку из кармана и связала женщине руки за спиной.

Потом повернулась к Снейдеру. Тот, покачиваясь, стоял на коленях, в боку торчал нож. Дрожащими руками он нащупал рукоятку. По пальцам текла кровь.

Здоровенный парень с наручником на одном запястье присел на корточки рядом со Снейдером и вытащил у него из кобуры пистолет.

— Белоч… — едва выговорил Снейдер.

Парень вскинул пистолет и нацелился на Сабину.

В ту же секунду она выстрелила ему два раза в грудь. Он упал на спину на землю, сделав ответный выстрел из пистолета. Пуля ушла в ночное небо.

В этот момент перед клубом раздались сирены нескольких полицейских автомобилей.

 

 

 

Отправить