Марк Крюгер сидел в смотровой комнате для допросов 1А и глядел через стеклянную стену.

В ярко освещенной комнате торчал мелкий мошенник с дредами, который торговал марихуаной и кокаином. Дырявые пятнистые камуфляжные штаны с боковыми карманами, черная футболка с хеви-метал-группой Motörhead, множество цепей и кожаных браслетов на татуированных руках и качающийся резец в кровящем рту. Он едва не выбил его себе сам, когда со всей силы ударился головой о край стола, — но, к счастью, Марк снимал эту сцену с самого начала, иначе из-за обвинения в полицейском насилии их взял бы в оборот даже самый паршивый защитник.

Оперативная группа следила за этим типом три дня и наконец задержала его сегодня утром. Парня допрашивали уже два часа, но он не сознавался, что вчера вечером в Висбадене на Блюхерплац встречался с мужчиной в темном капюшоне, которого подозревали в том, что у него в Гессене пять плантаций наркотиков. К сожалению, они больше ничего не знали о том мужчине в капюшоне, который быстро ушел и скрылся от оперативников, — но, по крайней мере, у них был Mister Motörhead, который, однако, предпочитал выбить себе зуб, чем говорить с ними.

Следователи БКА только что покинули комнату для допросов и вышли в смотровую.

— Боже, какой говнюк, — выругался один и швырнул папку на пульт, за которым сидел Марк. — Он просто отказывается говорить.

— Вместо этого залил нам все кровью, — буркнул другой. — Сделаем перерыв. Позовите пока санитара, чтобы тот обработал рану. Но смотрите, чтобы этот тип его не укусил. — Он раздраженно опустился на стул.

— Санитар придет через пять минут, — подтвердил коллега, который как раз говорил по телефону.

Марк покрутил ручку между пальцев.

— У меня есть идея. Можно поговорить с этим типом?

Следователи взглянули на него.

— Какая идея?

— Увидите.

Один из коллег пожал плечами.

— Пожалуйста. Попытай удачу. У тебя есть пять минут, пока не придет санитар. Но не выключай камеру — вдруг он надумает выбить себе еще один зуб!

Марк расстегнул и снял рубашку. Под ней оказалась черная застиранная футболка с «Секретными материалами». Хотя «Секретные материалы» не имели никакого отношения к Motörhead, но тем не менее они оба были фриками — и вероятно, с ним у этого типа было больше общего, чем со свежевыбритыми и расфранченными следователями БКА в костюмах, галстуках и очках в стальной оправе.

Марк схватил две плоские круглые жестяные коробки с наклейкой «Видеоматериал», которые лежали рядом с монитором, и, напевая мелодию из «Секретных материалов», вошел в комнату для допросов.

Парень взглянул на него и тыльной стороной ладони вытер окровавленные губы.

— Еще один мудак, который попытается надавить на меня. Но я не был на Блюхерплац! И никогда не встречался с парнем в капюшоне! Это никак не дойдет до вас, идиотов?

Марк невозмутимо сел за стол и разложил перед собой коробки с видеолентами.

— Верно, тебя вчера не было на Блюхерплац, Лемми.

— Меня зовут не Лемми.

Марк скользнул взглядом по футболке с Motörhead.

— Послушай, Лемми. Ты можешь идти. Управление по контролю за оборотом наркотиков закончило с тобой.

— О’кей. — Тип ухмыльнулся, показав зубы в крови, и самоуверенно потянулся. — А что это вас вдруг переклинило? Обосрались, потому что выбили мне зуб?

Марк помотал головой, затем почесал золотистую трехдневную щетину.

— Мы бы с удовольствием продолжили допрашивать тебя, но ты переводишься в другой тракт БКА. С этого момента тобой будет заниматься группа по расследованию убийств.

Лицо типа застыло в удивлении.

— Группа по расследованию убийств?

Марк постучал по коробкам с видеолентами.

— Как мы только что узнали, дорожные камеры засняли тебя вечером на Таннхойзерштрассе. Это в пяти километрах от Блюхерплац. А ты ведь не можешь находиться в двух местах в одно и то же время.

— О’кей… — Парень выглядел немного смущенным, но продолжал улыбаться.

Сначала заставь лживого засранца почувствовать себя в безопасности, — подумал Марк, — а затем медленно разрушай это чувство.

— А почему группа по расследованию убийств? — спросил тип.

Марк пожал плечами.

— По этому поводу я не могу ничего сказать. Знаю лишь, что на Таннхойзерштрассе вчера произошло убийство — мужчина с проломленным черепом — в том доме, из которого ты вышел. Вероятно, была ссора… — Марк указал на выбитый зуб, — и в состоянии аффекта ты его, похоже, и прикончил.

— Что? — закричал парень. — Я никого не убивал! А зуб я сам себе выбил! Вы же все видели! К тому же я не был на этой гребаной улице!

— Мне все равно, Лемми, — сказал Марк. — Я просто хотел сказать, что теперь тобой займется группа по расследованию убийств. Извини. А в чем там вообще было дело? В наркотиках? Ты продал парню товар сомнительного качества и он вышел из себя?

— Что? — Парень вскочил. Изо рта брызнула кровавая слюна. — Меня там вообще не было!

— Лемми, успокойся! — осадил его Марк. — Дорожные камеры зафиксировали, как вскоре после скандала, который слышали соседи, ты выбежал через дверь жилого дома на улицу.

— Когда, черт возьми?

— В начале девятого.

— Это был не я!

— Ты! На видео ты только со спины, но должен признать, это однозначно твоя…

— В это время я был на Блюхерплац!

— Да ладно тебе, Лемми. — Марк снисходительно улыбнулся. — Ты все время отрицал, что был там, а сейчас вдруг утверждаешь обратное. Кто тебе поверит? Во всяком случае, коллеги из группы по расследованию убийств нет.

— У меня есть свидетель!

— Мне все равно, — отрезал Марк. — Собирай свои вещи и пойдем со мной, я отведу тебя…

— Ясперс может это подтвердить. В восемь я с ним… — Он осекся.

Ясперс, значит! Да, умным тебя не назовешь. С довольным видом Марк повернул голову к зеркалу. Наверняка все коллеги в этот момент схватились за телефоны и принялись судорожно звонить.

— Твою мать! — вдруг закричал тип. — Это был фейк! На самом деле я не попал ни на одну камеру, да?

Марк открыл одну из жестяных коробок и подвинул ее через стол.

— Конфету? — спросил он.

В коробке лежали сладости.

Не обращая внимания на беснующегося у него за спиной парня, с коробками в руке Марк покинул комнату для допросов и вернулся в смотровую.

Никто из коллег не встретил его похвалой или похлопыванием по плечу. Как он и предполагал, все они взбудораженно вели телефонные разговоры, чтобы найти этого Ясперса. Лишь один мужчина, которого раньше не было в комнате, неподвижно стоял посреди всей этой суматохи.

Он был высокий, в темном костюме. Свет потолочной лампы отражался от его лысины.

— Неплохо, — сказал мужчина с нидерландским акцентом.

У Марка заколотилось сердце. Неужели это?..

— Неплохо, — повторил мужчина. — Обвини кого-то в более тяжелом преступлении, и он добровольно признается в проступке менее значительном, чтобы вытащить голову из петли. Как будто из моего курса.

— А это из вашего курса, — признался Марк.

— Вы знаете, кто я? — спросил мужчина.

— В этом здании все знают, кто вы.

По лицу Снейдера промелькнула холодная улыбка.

Черт, вблизи он кажется еще более холодным и жутким, чем в аудитории, — подумал Марк. Иногда в перерыв вместо обеда он в качестве «вольнослушателя» пробирался на лекцию Снейдера и на полчаса садился в последнем ряду, чтобы послушать его.

— Что привело вас к нам? — поинтересовался Марк.

Снейдер внимательно посмотрел на него.

— Я собираю команду.

— Да, я об этом слышал, — пробормотал Марк. — Очень необычно, что именно вы…

— Мы можем где-то спокойно поговорить? — перебил его Снейдер.

Марк кивнул на дверь:

— Конечно.

Они вышли в коридор. За исключением шума вентиляции и смеха, доносившегося из одной из комнат, здесь было тихо.

— Мне нужен человек, который будет готов за границей, где у нас нет полномочий, оказать мне — скажем так — не совсем легальную техническую поддержку, — начал Снейдер.

Марк сглотнул.

— И о ком вы подумали?

— Вы айтишник и специалист по прослушке?

— Да, от кого вы это знаете?

— От Сабины Немез.

Марк почувствовал, как его глаза на мгновение вспыхнули, словно свечи на рождественской елке, что Снейдер наверняка заметил. Затем он сразу взял себя в руки.

— Когда начинаем? — осторожно спросил он.

— Не так быстро, — притормозил его Снейдер. — Сначала вступительный тест.

— Конечно. — Марк скрестил руки за спиной. Все в БКА знали, что Снейдер работает не с каждым. Он никогда не рассчитывал на то, что Снейдер обратит на него внимание, захочет воспользоваться именно его услугами — или что вообще знает о существовании Марка.

— И что это за тест?

— Не переживайте, речь лишь о том, как вы поведете себя в определенных ситуациях.

Марк кивнул.

— Вы сказали, что это не совсем легальная операция.

— Это проблема для вас?

Марк помотал головой.

— Если так мы сможем раскрыть преступление.

— Хорошо, просто я хочу организовать прослушку австрийского министерства здравоохранения.

— О! — У Марка вспотели ладони.

— Вы это сможете? — спросил Снейдер.

— Уже год, как я отвечаю за установку систем видеонаблюдения для оперативных групп. До этого в отделе мобильной криминалистики я анализировал данные, с помощью которых БКА совместно с Федеральным ведомством по охране конституции смогли задержать трех террористов и раскрыть террористическую сеть, планировавшую теракты в Кельне и Берлине. Еще раньше я занимался пеленгованием сотовых телефонов и трассировкой данных…

Снейдер поднял руку.

— Если бы мне было нужно ваше резюме, я бы сказал.

— Ясно.

— А как насчет вашей готовности работать втайне от Дирка ван Нистельроя?

— Ну… — Марк снова сглотнул. Он уже часто слышал о необычных методах Снейдера и от Сабины знал, что Снейдер еще никогда не оставлял своих подопечных в беде. Наоборот, он уже несколько раз спасал Сабине жизнь. Это, однако, означало, что работа со Снейдером может быть опасной. — Если вы договоритесь с моим начальником, чтобы он предоставил меня в ваше распоряжение, этого будет достаточно.

— А если нет?

— Да, тогда… ну, я всегда был лояльным к своему шефу. В любом случае с ним нужно поговорить.

— Хорошо, если вы настаиваете. — Снейдер посмотрел на часы. — Все будет улажено через пять минут. Когда вы готовы к командировке?

Марк сделал глубокий вдох.

— Ну, предыдущее дело для меня закончено, вообще я уже готов — а когда будет тест?

— Это и был тест, — ответил Снейдер. — Собирайте чемодан. Наш самолет вылетает из Франкфурта в 13 часов.

 

 

Отправить