Около 14 часов Сабина и Тина сидели в вертолете на вертолетной площадке академии. Пилот уже прогревал двигатель, когда шлагбаум перед будкой охранника поднялся и на территорию заехало такси.

Тина толкнула Сабину локтем в бок.

— Смотри! — прогудел Тинин голос в наушниках Сабины.

Она перевела взгляд на такси. Из машины вышел Снейдер, а за ним седой мужчина чуть ниже ростом, который хорошо смотрелся в джинсах, ботинках на шнуровке, футболке в рубчик и черной ветровке.

— С ума сойти, — вырвалось у Сабины. — Это же Кшиштоф.

Оба мужчины, втянув голову в плечи, пересекли площадку. После того как поляк взобрался на борт вертолета, Снейдер запрыгнул на последнее свободное место в передней части за кабиной пилота, пристегнулся и вращающим движением показал пилоту, что можно взлетать.

Вертолет тут же пришел в движение и взмыл ввысь. Пилот слегка накренил нос машины и направил ее на юг. Со скоростью около 300 километров в час они быстро доберутся до цели.

— Добро пожаловать в команду, — сказала Сабина, когда Кшиштоф надел наушники.

— Маартен, старый говнюк, скрыл от меня, что с нами будут две дамы, иначе я бы поторопился.

Сабина и Тина заулыбались, и поляк поприветствовал их, стукнувшись с ними кулаками.

Теперь и Снейдер надел наушники.

— Что такого смешного?

— Вы не захотите этого знать, — ответила Тина. Она взглянула на Кшиштофа: — Снейдер вытащил вас прямо из тюрьмы?

Кшиштоф прищурился.

— Вы не только симпатичная, но и чертовски умная. Откуда вы это знаете?

Тина указала на пальцы Кшиштофа.

— В комиссариатах полиции отпечатки пальцев сканируют, а в некоторых тюрьмах все еще берут с помощью чернил и бумаги. У вас на подушечках пальцев осталась черная краска.

— Колония Вайтерштадт. — Кшиштоф изобразил уважение на лице. Потом широким пространным жестом указал внутрь кабины. — Все так быстро происходит.

— Особые полномочия БКА, — кратно пояснила Сабина.

— Я уже слышал, — кивнул Кшиштоф. — Снейдер испытывает терпение ван Нистельроя.

— Это только начало! — крикнул Снейдер, который слышал разговор. — А теперь хватит болтать попусту. — Он перегнулся назад и прикрепил Кшиштофу к куртке удостоверение сотрудника БКА. — Теперь оно будет у тебя. — Затем взглянул на Сабину: — Куда именно мы летим?

— К Бах-ан-дер-Донау на краю Баварского леса, — ответила она. — Там у Януса уже несколько лет загородная резиденция.

Снейдер постучал пилота по плечу:

— Какой у нас маршрут полета?

— Почти по прямой на юг, а от Регенсбурга вдоль Дуная, — услышала Сабина ответ мужчины через свои наушники. — Будем на месте через семьдесят минут.

— Хорошо. — Снейдер кивнул. — До того времени нам есть что обсудить.

— Я тоже так думаю, — добавила Тина, — потому что нам не удалось установить с Янусом контакт.

Снейдер скривился.

— Тогда, к сожалению, придется застать его врасплох.

В начале четвертого они пересекли земельный участок Януса, который располагался всего в нескольких километрах от Дуная, в поисках подходящего места для посадки. Наконец нашлась достаточно большая поляна, окруженная соснами, подходящая для посадки. От этого места до огромной, в несколько этажей виллы было всего около пятидесяти метров.

Не успел вертолет коснуться травы, как с просторной террасы, огибающей виллу, по лестнице сбежали двое мужчин с винтовками на изготовку.

Снейдер открыл дверь, и они с Кшиштофом первыми спрыгнули с вертолета. Мужчины их уже ждали.

— Федеральное ведомство уголовной полиции Висбадена! — прокричал Снейдер через шум пропеллера и предъявил свое служебное удостоверение.

— Что вы хотите? У вас вообще есть разрешение на посадку здесь и ордер на обыск? — крикнул один из вооруженных мужчин, даже не взглянув на удостоверение.

— Нам не нужно! — проревел Снейдер тоном, который показывал, что он ненавидит умников. — Мы хотим лишь перекинуться парой слов с Янусом.

— У вас назначена встреча? Если да, то…

Снейдер вытащил из пиджака распоряжение о временных особых полномочиях, подписанное ван Нистельроем.

— Если он немедленно нас не примет, то мы приземлимся на вертолете прямо в гостиной этой виллы.

Пока один из мужчин, опустив оружие, читал документ, Кшиштоф быстрым движением выхватил у другого винтовку и отогнал того на расстояние.

— Эй! — крикнул парень, который все еще держал в руке распоряжение.

Тут из вертолета выпрыгнули Сабина и Тина. Оба мужчины отвлеклись, и Снейдер схватился за ствол второй винтовки и выдернул ее из руки владельца.

— Не нервничайте. Разговор продлится недолго.

Ошарашенные, оба охранника пялились на Снейдера. Тот передал Сабине винтовку, русский карабин, а она тут же вытряхнула из ствола патроны.

Так как Кшиштофу, находившемуся под залогом, официально нельзя было даже нюхать оружейное масло, он передал свой карабин Тине. Затем схватил рацию с пояса охранника. В этот момент в динамике уже щелкнуло.

— Что там происходит снаружи? Чего хотят эти типы? Пусть убираются на хрен со своим вертолетом! — послышалось из рации.

Кшиштоф поднес прибор ко рту:

— Следи за языком, приятель, мы пока пришли с миром.

Постепенно лопасти пропеллера успокоились, но поток воздуха все равно гонял по лужайке несколько салфеток с террасы и трепал разноцветные шары с гелием, привязанные к мраморной балюстраде.

Пахло лошадиным навозом — этот запах будил в Сабине приятные детские воспоминания, потому что она выросла недалеко от Мюнхена на ферме у дедушки с бабушкой среди лошадей и коров. Земельное владение Януса включало в себя конный завод и собственный лес; общая территория участка была огромная, им потребовалась не одна минута, чтобы пересечь его на вертолете, и Сабина насчитала несколько конюшен и площадок для паркура. Но, будучи многократным миллионером, Янус мог себе это позволить.

Возглавляемая Снейдером, их маленькая группа с обоими уже безоружными охранниками направилась по гравийной дорожке к мраморной лестнице.

— Что за вечеринка намечается? — спросил Снейдер, когда они поднялись по ступеням.

— Сегодня суббота, тринадцатое мая, — прокряхтел охранник, словно этим все было сказано.

— И что?

— Сегодня вечером состоится праздник в честь дня рождения обоих сыновей Януса.

— У него еще такие маленькие дети? — Снейдер ткнул в два воздушных шара, на которых стояли цифры пятнадцать и семнадцать. — В их возрасте им не должно быть неловко?

— Если хотите знать больше, спросите шефа, — сказал охранник.

Они дошли до веранды. Под зонтами от солнца стояла дюжина столов, накрытых для роскошного приема.

Сабина взяла одно из разложенных меню и заглянула в него. Недурно! Порядок подачи блюд был написан по-польски, и Сабина смогла немного перевести. Что-то вроде жареной на гриле курицы с картофельным кубом и голландским соусом. Похоже, они вломились сюда в самый разгар подготовки к пышному празднеству. В конце террасы Сабина заметила даже сцену для джазового ансамбля. Инструменты уже стояли на своих местах, среди прочего и старая шарманка с заводной рукояткой и клавишами. Насколько она помнила после посещения музея со своими племянницами, подобные инструменты использовались больше в Восточной Европе. Очевидно, Янус был поляком. Они словно вступили на территорию польской мафии — и тут она поняла, почему Снейдер хотел, чтобы с ними обязательно был Кшиштоф.

Словно в подтверждение ее мысли, по гравийной дорожке тут же подъехали два джипа с польскими номерами и с хрустом остановились между вертолетом и лестницей. Из машин выпрыгнули пятеро мужчин. Очевидно, часть людей, которые охраняли главные ворота.

В тот же момент из виллы вышел маленький широкоплечий мужчина в белом костюме. Красные лаковые туфли, красный платок в нагрудном кармане и красный галстук. Без сомнений, это Янус. За ним стояла высокая блондинка, чей цвет волос не совсем подходил к грубоватым восточноевропейским чертам лица, скорректированным операцией скулам и увеличенным губам. Обладательница спортивной фигуры — наверняка результат изнуряющих тренировок — и кожи завидного бронзового цвета была одета в элегантное желтое вечернее платье на тонких бретелях. С ее — навскидку — сорока пятью годами она была минимум лет на двадцать моложе Януса. Отсюда и оба сына-подростка.

— Что здесь, черт возьми, происходит, вашу мать?! — закричал Янус гортанным голосом.

Блондинка едва заметно вздрогнула. Кроме того, Сабина обратила внимание на ссадину под глазом, которую она загримировала косметикой. Любопытно, что у Януса на руке было несколько подходящих колец с острыми гранями.

Снейдер без комментариев показал свое удостоверение.

— Маартен Снейдер? — снова пророкотал Янус. — Какая честь. — Последнее прозвучало цинично.

Рот Януса был перекошен, словно после инсульта. Но затем Сабина разглядела, что под усами у него была заячья губа и, вероятно, искусственное нёбо — вероятно, поэтому он так гнусавил.

— Маартен С. Снейдер, — исправил его Снейдер.

Мужчина криво улыбнулся.

— Я думал, что вы меньше ростом. — Затем он ожег злобным взглядом обоих охранников, которых — по крайней мере, это так для него выглядело — разоружили две юные дамы чуть выше метра шестидесяти.

Взглянув на вертолет, Янус развел руками.

— У нас сегодня маленькая частная вечеринка в узком семейном кругу. Будь у вас даже ордер на обыск от верховного судьи — в чем я сомневаюсь, — почему бы мне сейчас же не переломать вам всем, включая пилота, ноги из-за нарушения неприкосновенности жилища?

Снейдер протянул ему распоряжение ван Нистельроя.

— Я…

Янус вырвал листок у него из руки, бросил на пол и плюнул на него. Затем его тон стал жестче.

— Что может помешать мне привязать вас, четырех уродов, к лошадям, чтобы те протащили кружок по земле?

Видимо, он не особо ладил с полицией.

Сабина услышала, как за спиной у них перезарядили винтовки, покосилась через плечо и обомлела. Вновь подошедшая охрана держала в руках не старые русские карабины, а современные армейские винтовки, которые, согласно закону о хранении оружия, подпадали под запрещенную военную технику.

Снейдер оставался спокоен и бросил Кшиштофу требовательный взгляд. Но что тот мог устроить? Повалить пятерых парней?

Вместо этого Кшиштоф развел руками и заговорил с Янусом по-польски. Сабина понимала только некоторые обрывки слов о польской армии, в которой раньше служил Кшиштоф, о времени в Германии, когда он был наемным убийцей, и о том, как он был задействован в сфере наркотиков. Затем послышались названия Варшава, Бельский, Собибор и Налибокская пуща.

Собибор?

Насколько Сабина помнила, отец Кшиштофа в молодости состоял в польско-еврейском движении сопротивления нацистам и был одним из тех, кому удалось сбежать из концентрационного лагеря Собибор.

Взгляд Януса светлел с каждой минутой, наконец оба обнялись и трижды поцеловались, будто были давними друзьями.

Сабина и Тина удивленно переглянулись.

— Пойдемте и будьте моими гостями, — наконец покровительственно произнес Янус и указал на столы. — Камила, — крикнул он своей жене и показал на террасу, — позаботься, чтобы здесь прибрали. И персонал должен все утяжелить, чтобы ничего не улетело, когда вертолет будет взлетать.

Сабина и Тина прислонили карабины к балюстраде. Затем они сели под зонтом от солнца за большой круглый стол. Седой дворецкий в черно-белом полосатом жилете и со слуховым аппаратом тут же принес кофейные чашки, стопки, стаканы и два графина с нежно-желтым напитком, в котором плавали дольки лимона и листья перечной мяты; то, что надо в такую жару.

Янус взглянул на свои наручные часы, массивный золотой «Брайтлинг» со множеством кнопок.

— У меня есть десять минут, потом мне нужно к сыновьям. Сегодня их праздник. Итак, как я могу вам помочь?

Снейдер немедленно перешел к делу.

— Боюсь, ваша жизнь в опасности. Возможно, кто-то планирует на вас покушение.

Янус громко рассмеялся и откинулся назад, так что его белая рубашка натянулась на груди.

— Уже не в первый раз. Знаете, как часто я слышу о подобных попытках покушения? Но оглядитесь. Мы в абсолютной безопасности.

— Мы видели, — иронично заметила Сабина.

— Кто там может планировать покушение? — спросил Янус. — Тот, кто прилетит на вертолете, как вы, или вообще въедет на участок на танке?

Снейдер на секунду сжал губы: — Вообще-то, мне должно быть безразлично, если такой rotzak («подонок» — нидерл.), как вы, отдаст концы. Но, к сожалению, вы маленькая, но важная часть пазла в большой игре, а мне необходимо понять всю картину.

— Ну и что вы предлагаете? — спросил Янус.

— Отменить праздник и усилить меры безопасности.

— Nie! («Нет!» — польск.) — сказал Янус по-польски и решительно помотал головой.

Сабина вздохнула. Будет непросто спасти жизнь такому криминальному типу, как Янус.

 

Отправить