Диана Хесс открыла дверь ресторана и вышла на улицу. Ночь была душной, но свежий воздух всё равно был приятной альтернативой жаре и шуму внутри.

Трёх часов разговоров с министром внутренних дел и главным прокурором с неё пока достаточно. Ей слишком часто приходилось удерживаться от комментариев, потому что Дитрих строго смотрел на неё. Сославшись на головную боль, она извинилась и вышла на улицу, чтобы подышать свежим воздухом.

Снаружи к ней тут же подошёл мужчина в темном костюме с телефонной гарнитурой в ухе — лишь по ней можно было догадаться, что это полицейский в штатском.

— Всё в порядке, фрау Хесс?

— Спасибо, Виктор. — Она улыбнулась. — Решила немного размять ноги.

— Вам лучше…

— Нет, всё в порядке.

— Мне вас сопроводить?

— Спасибо, не нужно. Я не сбегу. — Она снова улыбнулась.

Мужчина сделал шаг назад и снова встал перед черным автомобилем, который был припаркован прямо перед входом в ресторан.

Диана накинула на плечи палантин и направилась вниз по улице.

Половина одиннадцатого ночи. Местность словно вымерла. Диана пересекла улицу и добралась до моста, который шел над железнодорожными путями. Она проигнорировала табличку «стройка» и заградительную ленту и вошла на мост. На противоположной стороне находился парк, но освещения на мосту не было, поэтому вряд ли там кто-то гулял. Диане это было на руку: она искала покоя и тишины.

Внизу прогрохотал поезд, и конструкция из металлических балок над ней подозрительно завибрировала. Из воздушной линии электропередачи посыпались искры. Диана замерла и проводила взглядом быстро удаляющиеся огни поезда, который, издав резкий гудок, исчез в темноте. Странно, но на этом отрезке вдруг появилось очень много проходящих составов. Очевидно, ранее произошёл какой-то сбой в движении поездов.

Диана оперлась о перила и вытащила из сумочки пачку сигарет. Если курить так редко, как она, то никотин обычно помогал от головной боли. Никотин и кофеин. Эспрессо она уже выпила. Теперь зажгла сигарету, глубоко затянулась и наблюдала за дымом, который рассеивался в ночи.

Потом она посмотрела в сторону улицы и ресторана. Отсюда его было почти не видно, лишь мерцание световой рекламы.

Вести светские беседы, улыбаться, шутить, снова улыбаться, кивать и время от времени говорить своё мнение, если оно в точности совпадает с мнением её мужа. Все это становилось невыносимым. Как же её от этого тошнило! Самое время уехать из Висбадена и переселиться на Балтийское море.

Она часто думала о том, как сложилась бы её жизнь, не выйди она замуж за Дитриха Хесса и воспитай старшего сына одна. Это было бы возможно. Конечно, она лишилась бы многих чудесных часов и пропустила интересные приемы. Вероятно, никогда не занялась бы благотворительностью, — но зато её миновали бы и многие страдания. Как и информация, которую она вообще-то не должна была — да и не хотела — знать. Но если ты жена президента БКА, и к тому же не дура, этого очень тяжело избежать.

«Зачем об этом размышлять? Уже ничего не изменить! Думай позитивно и живи своей жизнью». К тому же ей пора вернуться, пока Виктор или кто-нибудь другой из личной охраны не начали нервничать.

В этот момент зазвонил её сотовый. На дисплее отобразился номер Виктора.

— Привет, Виктор, — ответила она.

В трубке хрустнуло. На мгновение она испугалась, что сейчас услышит не Виктора, а чей-то чужой измененный голос. «Виктор мертв! Ваш муж у нас!»

Её сердце забилось сильнее. Но затем на другом конце раздался знакомый голос:

— Где вы? У вас всё в порядке?

«Господи, это Виктор. У меня настоящая паранойя!»

— Да, всё в порядке. Я на железнодорожном мосту и скоро приду.

— Не задерживайтесь.

— Да… мне просто нужно немного свежего воздуха.

— Я выкурю ещё одну сигарету, затем пойду вам навстречу.

— Если хотите… спасибо. — Вздохнув, она окончила разговор и положила сотовый в сумочку. Затем щелчком выбросила сигарету через перила на железнодорожные пути и уже хотела идти, как увидела, что на мосту перед ней кто-то стоит. На расстоянии нескольких метров. Мужчина среднего роста, с широкими плечами, который смотрел на неё. Виктор?

— Значит, вы всё-таки пошли за мной? — спросила она.

Ответа не последовало.

Мужчина подошёл ближе, и в свете проезжающего мимо поезда она разглядела его лицо.

В тот же миг во рту у неё пересохло, пальцы заледенели.

— Вы! — вырвалось у неё.

На мужчине были джинсы и кожаная куртка.

— Добрый вечер, фрау Хесс. — Его голос звучал хрипло и сухо.

— Томас Хардковски, — испуганно произнесла Диана. — Харди, боже мой, на кого вы похожи! — Её сердцебиение ускорилось. — Вам нужен врач.

— У меня всё хорошо, — ответил Харди.

На его губе запеклась кровь, щека и глаз опухли, как после сильного удара. И нос, казалось, тоже недавно сломали.

Диана хотела полезть в сумочку, но Харди повысил голос:

— Не надо! Вам не нужен ни сотовый, ни пейджер, ни газовый баллончик, я вам ничего не сделаю! Если вы со мной поговорите!

Она вытащила руку из сумки.

— Сколько вы уже на свободе?

— Семь дней, и это было нелегкое для меня время.

— Это видно, — заметила она. — Как вы меня нашли?

— Я следую за вами уже целый день.

— Я знала, что однажды снова встречусь с вами, — как можно спокойнее произнесла она, но заметила, что вдыхает всё больше воздуха и никак не может выдохнуть. Её грудь болезненно напряглась. — Я знаю, что ваша жена и дети тогда погибли. Поверьте, мне ужасно жаль, что это случилось.

— Они сгорели заживо…

— Харди, я знаю.

— Их убили… но это был не я, — заявил Харди, и в его голосе прозвучало столько гнева и горечи.

— Если вы убеждены в том, что говорите, вам нужно попытаться решить все законным путем.

— Законным путем? — с горечью повторил он. — Я больше не собираюсь тратить на это время. — Он так крепко вцепился в металлические перила, что у него побелели костяшки пальцев. — Я задам лишь один вопрос, и вам лучше дать мне правильный ответ.

Диана сглотнула и попыталась незаметно покоситься в сторону ресторана. Может, охранник уже направлялся к ней?

— Я постараюсь. Что вы хотите знать?

— Как мне встретиться с вашим мужем?

 

 

Отправить