Линяло-серое каменное здание судебной медицины возвышалось, словно какой-то монстр. Дождевая вода лилась по водосточным желобам и стекала хаотичными струйками по узким оконным переплётам. В такую погоду на углу Шпитальгассе и Сенсенгассе было мало движения. Видимо, куда-то молния всё-таки попала, потому что освещение на этой стороне улицы отключилось. Несколькими кварталами дальше дома и вовсе были обесточены.

Под самой крышей здания судебной медицины на стене красовалась длинная латинская надпись большими буквами. Когда небо озарила молния, Сабина разобрала два слова: STUDIIS ANATOMICIS («анатомическим исследованиям»). Остальное находилось в тени.

Брандштеттер подбежал к ним, заслоняя глаза от дождя рукой. В другой он держал два фонарика.

— Откуда начнём? — громко спросил Колер, чтобы перекричать гром.

— Территорию кампуса можно исключить, — сказал Снейдер. — Остаётся либо здание судебной медицины, либо Башня дураков.

Колер схватил Снейдера за плечо.

— Что подсказывает ваша интуиция?

— Расскажите мне побольше о Башне. Коротко и ясно.

Снейдер поднял три пальца.

— Я знаю о ней не больше вашего.

— В семнадцатом веке в башне располагалась первая лечебница для двухсот душевнобольных, — прокричал Брандштеттер. — Сегодня это патологоанатомический музей аномалий развития с любопытными экспонатами. Моя невестка чистит там витрины. Башня охраняется как исторический памятник и принадлежит Венскому университету.

— Он в Башне дураков, — тихо произнёс Снейдер.

— Насколько вы уверены? — спросил Колер.

— На девяносто процентов. Круглое здание, охраняемое как памятник, может защитить и его. По крайней мере, он так думает. Башня стоит в отдалении и не примыкает ни к какому другому зданию. К тому же музей в это время закрыт, и Штрувельпетеру никто не помешает.

— Если вы ошибаетесь…

— Вам лучше вызвать подкрепление, — предложила Сабина.

— Чтобы они забрали нас отсюда и отвезли в управление?

Колер вытащил мобильный телефон. Вместо того чтобы сообщить Федеральному уголовному ведомству Вены, где они находятся, он позвонил командиру спецподразделения «Вега».

Насколько Сабина поняла из слов Колера, парни как раз собирались оставить пост у дома Кармен Бони. Объяснив бывшему коллеге ситуацию, он направил группу к зданию судебной медицины, чтобы обыскать его сверху донизу в поисках Хелен и Карла Бони. Посреди предложения связь прервалась.

— Алло… Алло?

Колер сунул телефон в карман.

— Заряда как раз хватило. Парни возьмут это на себя.

Он взялся за пистолет.

— А мы займёмся башней.

Башня дураков возвышалась на поляне, которая из-за ливня превратилась в вязкую жижу. Рядом располагались здания старого университета. К входу вела узкая дорожка, выложенная каменными плитами. По бокам в глубоких бороздках скапливалась вода.

Недавно здесь проехал автомобиль.

Колер осветил фонариком следы протекторов, затем луч упёрся в «тойоту», припаркованную рядом с башней.

Они не ошиблись.

Колер побежал к зданию. Сабина, Снейдер и Брандштеттер бросились за ним.

Вблизи постройка напоминала средневековую крепость. Вспышки молний вырывали её из мрака. Круглое здание с кирпичными неоштукатуренными стенами и узкими окнами насчитывало пять этажей. Нижний ряд окон был зарешечён.

Через арочный проём они попали в небольшой внутренний двор. Отсюда башня выглядела особенно впечатляюще.

Какая сумасшедшая конструкция.

— В круглом здании располагались общежитие медсестёр и служебные квартиры врачей, — объяснил Брандштеттер. — Мы с Беном проверим там.

Он передал Снейдеру карманный фонарик.

— Вы осмотрите саму башню.

В следующий момент оба исчезли.

Снейдер передал фонарик Сабине, чтобы достать оружие.

— Посветите мне.

Они побежали под дождём к входу в башню. Полукруглая арка опиралась на массивный цоколь. Над мощными деревянными воротами висел фонарь, который сильно раскачивался на ветру.

С талантом Снейдера открывать двери им ни за что не попасть внутрь.

Сабина посветила на замок. К счастью, тот был взломан: свежие следы стамески отпечатались на дереве и кирпичной кладке. Ветер приоткрывал дверь, и она с грохотом билась о раму.

Карл Бони умел вскрывать автомобили, но не двери домов.

Снейдер обернулся.

— Он здесь! — крикнул он, но его голос заглушили ветер и гром. — Vervloekt! («Проклятье!»)

Колер и Брандштеттер давно исчезли в круглом здании. Снейдер посмотрел на пистолет.

— Выстрел, конечно, заставит Колера вернуться, но и спугнёт Карла, — заметила Сабина.

— Верно. Идёмте.

Он толкнул дверь.

В башне горело тусклое аварийное освещение, которого едва хватало, чтобы разглядеть стрелку, указывающую на выход. Остальное здание находилось в тени. В нише тарахтел дизельный генератор.

Снейдер взял у Сабины фонарик и закрепил его на пистолете, как оптический прицел.

— Снимите дождевик, — тихо приказал он. — Вы светитесь, как праздничная карусель.

Сабина стянула куртку и бросила на пол. В сером термосвитере она сразу слилась с темнотой.

— Достаньте из моего бокового кармана iPhone и попытайтесь дозвониться до Колера. Он и Брандштеттер должны прийти сюда.

Сабина нашла номер Колера среди последних исходящих звонков, но после первого гудка включилась голосовая почта.

— У него разрядился аккумулятор.

— Допотопный klootzak («мудак»)! — выругался Снейдер. — Ладно, я позабочусь о Карле. А вы выведите Хелен наружу, в безопасное место.

Он кивнул на узкую винтовую лестницу и с пистолетом наготове пошёл вперёд.

Сабина нажимала на ручку каждой двери, мимо которой они проходили. Все были заперты. Нигде не видно следов взлома. В башне не было подвала, значит, Карл должен находиться наверху.

Свет фонарика Снейдера отражался в стеклянных витринах. У Сабины несколько раз сердце уходило в пятки, когда рядом с ней возникала какая-нибудь фигура. Но это оказывались всего лишь деформированные скелеты детей и подростков.

Когда вспышки молний через узкие окна освещали помещение, она видела рисунки и чёрно-белые фотографии, выставленные на стендах. Наверное, было ужасно влачить существование в этой башне и не иметь возможности вырваться отсюда.

При очередном раскате грома ей послышались крики безумцев, которых здесь сто лет назад привязывали кожаными ремнями к кроватям и лечили водой и электрическим током.

Чем выше они поднимались, тем уже становилась винтовая лестница. Мраморные ступени с годами просели, криво выступали из стены и были такими гладкими, что приходилось соблюдать осторожность, чтобы не поскользнуться.

Коридоры тоже сужались. На следующем этаже на полу валялись осколки разбитой витрины. Снейдер жестом предупредил Сабину, чтобы она на них не наступила.

За исключением старинных стоматологических инструментов, деревянные полки были пусты. Что бы там ни лежало, Карл это забрал.

На следующем ярусе Снейдер выглянул в окно. Они находились на высоте гонтовой крыши круглого здания. Значит, это был последний этаж.

Сабина подняла голову. Над ней крепилась конструкция из стропильных балок.

В окнах на противоположной стороне мелькнул свет фонарика. Колер и Брандштеттер ничего там не найдут.

Карл находился в этой башне.

Сабина всё ещё сжимала телефон Снейдера. Ещё раз набрала номер Колера. Безрезультатно. Она сунула iPhone в карман и, погружённая в мысли, нажала на очередную дверную ручку.

Ручка подалась.

Дверь слегка приоткрылась внутрь.

Сабина отпрянула.

Снейдер тут же наставил пистолет на щель. Но ничего не произошло. Из комнаты не доносилось ни звука. Он следил, чтобы луч фонарика не проникал внутрь.

Одним взглядом Снейдер велел Сабине не шуметь и как вкопанный продолжал стоять перед дверью.

Чего он ждёт?

В этот момент Сабина пожалела, что оставила оружие в Мюнхене. На ней не было даже кевларового жилета, и она чувствовала себя беззащитной как никогда.

Какого чёрта он выжидает?

Блеснула молния. Секунду спустя загрохотал гром, так что в башне задрожал пол. У Сабины по рукам побежали мурашки.

В этот момент Снейдер открыл дверь и бесшумно проник в комнату.

Сабина машинально последовала за ним.

Помещение было узким и вытянутым. Луч фонарика обследовал каждый угол: в комнате стояли стулья, шкафы и столы. На стенах висели плакаты.

— Проверьте шкафы и следите за дверью! — приказал Снейдер и побежал в другой конец комнаты, где с потолка свисала белая простыня.

Шкафы были пусты, в коридоре тоже никого не было.

Сабина посмотрела на Снейдера. Он сорвал простыню. На потолке болталась погасшая керосиновая лампа. Под ней стояла деревянная скамья с кожаными ремнями.

Сабина подошла ближе.

Снейдер взглянул на неё.

— В коридоре кто-нибудь есть?

Она покачала головой.

В жестяной миске на столике лежали допотопные хирургические инструменты.

Снейдер положил руку на лампу.

— Ещё тёплая… Осторожно!

Сабина замерла.

Под столом блестели две свежие лужицы крови.

— Господи…

Снейдер посветил фонариком. В лужах лежали два отрезанных больших пальца. Он присел на корточки и опустил палец в кровь.

— Прошло не больше пяти минут, — тихо сказал он.

В этот момент дверь за ними с грохотом захлопнулась. Снаружи забрякал ключ и дважды повернулся в замке.

 

 

 

Отправить