Случалось это нечасто — чтобы Керны могли поесть вместе. Натали управляла небольшим парикмахерским салоном, который отнимал у неё почти всё время, а её муж и вовсе постоянно был на службе. Тем больше они ценили это утро, когда наконец снова сидели вместе за завтраком.

— На этой неделе мы обязательно выберемся в зоопарк, — пообещал Керн дочери, намазывая тонкий слой апельсинового джема на тост.

— Не обещай, а сделай! — резко ответила девочка, размешивая мюсли.

Керн болезненно осознавал, что годами кормил её одними и теми же извинениями. Она знала, что из-за работы он уделяет ей меньше времени, чем другие отцы. Но это не означало, что её это устраивает.

— Всё равно ты опять этого не сделаешь, — разочарованно сказала она. — У вас, полицейских, так всегда. Ничего удивительного.

Натали едва не поперхнулась кофе и ошеломлённо поставила чашку на тяжёлую деревянную столешницу.

— Софи, я не хочу… — начала она.

— Всё нормально, — перебил её Керн и посмотрел на дочь, которая смущённо отвела взгляд. — Откуда ты это взяла?

Впервые Софи позволила себе говорить с родителями таким тоном.

— Все так говорят, — равнодушно ответила она.

— В школе? — уточнил Керн.

— Ты коп. А копы все тупые.

Керн и его жена переглянулись. Они отдали дочь в хорошую школу в благополучном районе, который никак нельзя было назвать проблемным.

— Кто это говорит? — спросила Натали, немного успокоившись.

— У одной девочки из класса папа тоже коп. И он с ней никогда ничем не занимается. Да и вообще — какая разница, кто говорит? Это просто так и есть.

Керн на мгновение задумался. Слова дочери выдавали глубокое разочарование. Запретить ей так говорить значило бы только укрепить её в этом убеждении.

— Я знаю, что часто веду себя с тобой неправильно, — начал он. — И не буду сейчас говорить «но».

Софи по-прежнему не поднимала на него глаз. Упрямо размешивала мюсли, пока те не превратились в бесформенную кашу.

— Понимаешь, если я назначу тебе точное время, я пообещаю то, чего не могу гарантировать. Если случится что-то серьёзное, я должен этим заняться. Я же не могу сказать: «Дорогие преступники, наслаждайтесь днём, у меня сегодня выходной». Так не бывает.

— Отлично. — Софи резко встала. — Значит, мы пойдём в зоопарк, когда преступники исчезнут.

Она выбежала в прихожую, быстро надела обувь, закинула на плечо ранец и рывком распахнула дверь.

— Стой! — крикнула Натали и поспешила за ней.

Обычно Софи уже ездила в школу одна на автобусе, но сейчас было слишком рано. Когда Натали догнала её, она с удивлением увидела, что девочка неподвижно стоит в подъезде. От прежней злости не осталось и следа.

В руках у неё был большой конверт.

— Нам хотят сделать что-то плохое? — испуганно спросила она, держа его дрожащими руками.

Керн, который сначала остался за столом, чтобы не давить на дочь, теперь вскочил и быстро подошёл к ним. В коридоре он увидел, как Натали берёт у Софи странный конверт, прислонённый к двери квартиры.

— Юлиус… — растерянно сказала Натали, глядя на мужа с тревогой.

Теперь Керн заметил, что конверт покрыт вырезанными из газет цветными буквами, аккуратно сложенными в слова. Он осторожно взял его за край, стараясь не повредить возможные следы.

— Мы в опасности? — спросила Натали, прижимая дочь к себе.

Софи чувствовала, что происходит что-то серьёзное.

— Что там написано? — спросила она.

Керн сначала прочитал надпись про себя, затем вслух:

— «Я никогда не думаю о будущем. Оно и так наступит достаточно скоро».

По выражению его лица было ясно: он понимает, что это значит.

— Юлиус, что происходит? — настойчиво спросила Натали. — Ты знаешь, кто это?

Керн помедлил. Затем быстро вышел в подъезд, огляделся. Убедившись, что никого нет, вернулся и закрыл дверь.

— Боюсь, да, — сказал он. — И тебе это не понравится.

Натали всё сильнее нервничала.

— Говори уже, чёрт возьми! — резко сказала она.

Керн понимал: выбора нет.

После короткой паузы он произнёс:

— Он вернулся.

Натали уже хотела спросить, кого он имеет в виду, но в тот же миг поняла.

Речь могла идти только об одном человеке.

— Откуда он знает, где мы живём? — спросила она.

— Уже узнавал раньше, — признался Керн. — Скорее всего, поджидал меня у LKA и поехал за мной.

— Открой конверт, — прошептала Натали.

Керн поцеловал дочь в лоб и посмотрел на жену.

— В офисе. Из-за следов. Но что бы там ни было написано, это в любом случае не к добру. Послушай, сегодня ты с Софи поедешь к своей матери. До тех пор, пока я не разберусь. Хорошо?

Натали кивнула.

«Почему именно сейчас — когда Висо̀чник в Берлине?» — подумал Керн, глядя, как жена пытается успокоить дочь. «Это не может быть совпадением. Чёрт… чего ты хочешь, Тассило?»

 

 

 

 

Отправить