Глава 7

…Суббота порадовала качественными прорывами в понимании магии: зверье, перебравшееся в мои владения во время тринадцатичасовой метели, и «рыбалка» в двух зеленых и одном желтом порталах позволили всем рядовым магам рода подняться на семьдесят четвертый уровень и, тем самым, «взять» седьмой ранг, а Наташе догнать меня и стать «девяточкой». Да, догони нас матушка и Аня, это день оставил бы гораздо более приятное послевкусие. Но они, в отличие от нас, не умели «тянуть» Пространство из «зеркал», поэтому брали не два, а один уровень в сутки и потихонечку отставали.

Кстати, скорость набора уровней прилично упала и у наших слуг. Но они не унывали — тренировались на износ и привыкали работать под взаимным усилением. Причем не только в двойках, но и в четверках или восьмерках. И пусть атаки в последнем варианте взаимодействия получались слишком уж переусложненными и медленными, зато групповая защита творила чудеса. К примеру, позволяла валить одиночных монстров шестого класса опасности. А каждая такая победа не только переполняла гордостью всех участников боя, но и добавляла им нешуточного энтузиазма. Причем не только в тренировках — все в ту же субботу смена Романа Комлева придумала принципиально новый алгоритм приручения иномирных животинок: загнала между двумя мощными многослойными и взаимно усиленными стенами взрослого «тираннозавра» и держала в неподвижности до тех пор, пока Нина не взяла его под контроль. А часа через три в том же стиле помогла ей перекинуть импритинг на напрочь охреневшего «Ведуна».

Впрочем, охренел не только этот «Ведун»: в том же состоянии пребывал весь народ, прибывший забирать эту страхолюдину, начиная с Анциферова и заканчивая водителем грузовика с десятиметровой низкорамной платформой для перевозки тяжелых грузов. Ну, а мои делали вид, что в приручении зверя такого размера нет ничего особенного, и, проходя мимо, не обращали на него внимания.

Именно этот динозавр и поднял нам настроение в воскресенье утром: в семь десять утра мне перечислили двадцать четыре миллиона четыреста тысяч рублей, вырученные за этого монстрика на очередном сетевом аукционе, и я… даже посочувствовал владельцам, которым предстояло везти свое приобретение по дорогам общего пользования черт знает куда, кормить, поить, убирать отходы жизнедеятельности и так далее.

Дамы, с которыми я поделился этими мыслями перед завтраком, сначала посмеялись, а потом залезли в Сеть, нашли репортажи с аукциона и… десяток тысяч статей о «новом хобби Усть-Ангарской ветви рода Беклемишевых».

Одну из статей прочитали. Вслух. С начала до конца. И получили море удовольствия: ее автор с пеной у рта доказывал читателям, что мы не стали бы продавать такого зверя, не приручи хотя бы парочку еще более крупных, и что раз мои Приручители развили Дар настолько сильно, значит, мои владения уже охраняются целыми стаями куда более жуткого иномирного зверья!

В общем, нахохотались до колик в животе. А после трапезы погордились Нинкой: получив свою половину «выручки», она поровну разделила ее между всеми участниками приручения и предупредила, что не примет эти деньги обратно ни за что на свете.

В девять сорок пять — то есть, в несусветную рань по времени Владимира — позвонила Даша и улучшила мне настроение еще немного, сообщив, что всю ночь валила зверье второго класса опасности в компании с Яниной Павловной и ее людьми, что поднялась на три уровня, прорвалась в четвертый ранг и… заслужила благодарственное письмо от сказочников.

Я, естественно, полюбопытствовал, кто такие сказочники, и получил забавный ответ:

— У-у-у, какой же ты дремучий! Это СКАИЗ, или служба контроля за активностью иномирного зверья: ее представители обязательно приезжают к каждому порталу, «пишут» процесс уничтожения на видеокамеры и, что самое важное, ведут независимый подсчет боевых заслуг каждого отдельно взятого мага. Скажу больше: именно благодаря их базам данных в учетных записях РОРИ Самых Героических Магов Всея Вселенной практически перестали обнаруживаться никогда не открывавшиеся порталы и не убивавшиеся звери.

— А что дают благодарственные письма? — поинтересовалась матушка.

На этот вопрос Державина ответила не сразу. Но, по моим ощущениям, честно:

— Де-юре — небольшую прибавку к личному рейтингу и статус надежного бойца в глазах командиров сыгранных групп, набирающих дополнительный народ для убиения зверья высоких классов опасности. Де-факто — уважение вояк, выдающих допуски на работу у каждого отдельно взятого портала, и их поддержку в конфликтах с любителями давить рангами, многочисленностью боевых групп и опытом. К слову, такие письма рассылаются крайне редко и всего одному участнику «процесса» вне зависимости от цвета портала и класса уничтожаемого зверья.

Тут я подобрался и спросил, что такого она сотворила «в процессе».

Девчонка вздохнула:

— Не позволила «волчарам» порвать четырех самоуверенных идиотов, подменила их целительницу, полностью высушившую резерв и упавшую в обморок, подлечила двух тяжелораненых и оттащила к армейской «таблетке» всех пятерых.

— А здоровых-то за что? — пошутила Наташа и попала в точку:

— Я их вырубила. За то, что своей тупостью чуть было не угробили еще одну группу вменяемых, но слабеньких магов…

— Ты умничка, Даш! — без тени улыбки сказал я. — Мы тобой гордимся. И ждем в гости…

…После беседы с Державиной мы с Наташей отвезли матушку и Аню в Восточный. Усиливаться на стайных носорогах и огненных ящерках. А после того, как вернули «Икар» на законное место, умотали в спортзал. В котором почти три часа учились бить магией через порталы. Кстати, это оказалось ни разу не простым делом: Пространство «корежило» структуры заклинаний всех остальных стихий, поэтому атаки сквозь плоскости сопряжений не проходили. Не так-то просто было бить и просовывая в «смежный мир» только ладони — Пространство дестабилизировало ток «не тех» энергий по магистральным или периферийным каналам, так что на выходе получалась полная хрень. Так что, в конечном итоге, мы нашли один-единственный «чит»: «обволакивали» этой стихией точечные заклинания типа «слоеных» лезвий, и те выдавали почти тот же КПД, что и при обычном использовании.

Натурные испытания провели, заглянув в мир единорогов, обнаружив монстрика типа пекари, только с шерстью красного цвета

и всадив в него по лезвию, стоя метрах в четырех от портала. А после того, как животинка умерла, подошли поближе и обломались, не почувствовав даже намека на посмертный импульс.

— Хорошо, что добились хоть чего-то… — философски заключил я, закрыв портал, переместился рывком к матам, лег на свой любимый, подложил руку под голову, уставился в потолок, подождал, пока Наташа устроится рядом, и вздохнул: — Я которую неделю злюсь из-за того, что мы с тобой усиливаем Дар быстрее матушки и Ани. Ну и, конечно же, пытаюсь придумать аналогичный способ усиления для них. Но все никак не получается. Ведь мы «вытягиваем» Пространство из высокоэнергетической природной структуры, с помощью которой планеты с естественным магофоном каким-то образом сбрасывают лишнее напряжение. Да, другие стихии тоже образуют высокоэнергетические структуры. К примеру, шаровые молнии. Но их еще надо найти. А разряд обычных длится порядка четверти секунды, соответственно, к этому процессу не «подстроишься» и под очень глубоким ускорением. Даже если ловить их на озере Маракайбо в Венесуэле…

— А почему именно там? — спросила напарница.

— Вероятность удара молнии в месте впадения реки Кататумбо в это озеро — наивысшая в мире: двести пятьдесят молний на квадратный километр в год. Количество грозовых дней — от семидесяти до двухсот. А на пике активности наблюдается до двадцати восьми штук в минуту.

— Искали информацию в Сети?

— Ага… — кивнул я и вернулся к прерванной мысли: — Для Воздуха, как мне кажется, таким явлением является торнадо. Но я не представляю, с какого расстояния из него реально «вытягивать» эту стихию, а рисковать матушкой и Аней, как ты понимаешь, не готов. Почти та же история и с водоворотами: они есть. В смысле, есть места, в которых они возникают постоянно. К примеру, недалеко от норвежского города Будё во время приливов образуются воронки до десяти метров в диаметре и глубиной до пяти. Но это происходит не в одной и той же точке, так что процесс «подстройки» наверняка тоже небезопасен.

— Ну да… — расстроенно согласилась женщина, и я перешел к выводам:

— Стоит об этом вспомнить, как у меня портится настроение…

— А что, если «тянуть» энергию из искусственных структур? К примеру, из стен, взаимно усиленных целой сменой? — спросила она, вдумалась в свое же предложение и вздохнула: — Хотя, если проводить параллели с порталами, то насыщенность наших не идет ни в какое сравнение с насыщенностью даже самых слабых естественных — красных…

— Угу… — кивнул я, собрался, было, сказать что-то еще, но в этот момент «ожил» мой телефон, и мне пришлось выстреливать собой из положения лежа к скамейке для жимов.

Увидев на экране фотографию Белосельского, я быстренько изобразил над головой корону, вернулся к напарнице все тем же рывком, улегся рядом, принял вызов и поздоровался.

Император эхом повторил пожелание доброго дня и перешел к делу:

— Олег Леонидович, вы бы не могли прилететь во Владимир почти на весь завтрашний день? Ваше присутствие желательно на двух мероприятиях, ни одно из которых нельзя назвать приятным…

— Только мое? — зачем-то уточнил я и мысленно хмыкнул, вдумавшись в формулировку ответа:

— На этих мероприятиях нужны сильнейшие маги планеты, которым я доверяю. Увы, Анастасию Юрьевну и Анну Филипповну вы с собой, вероятнее всего, не возьмете сразу по нескольким одинаково важным причинам, а вас без Натальи Георгиевны я уже в принципе не представляю. Кстати, ей я доверяю ничуть не меньше, чем вам. Просто учитываю тот факт, что ваша напарница живет исключительно вашими чаяниями, а все остальные рассматривает через призму полезности ее господину…

Наташа, вслушивавшаяся в его объяснения, спокойно кивнула, и у меня потеплело на душе. Поэтому правая рука сама собой погладила ее предплечье, а с губ сорвался последний вопрос:

— К которому часу нам надо быть в Кремле?

— В идеале — к десяти тридцати.

— Будем! — твердо пообещал я, и государь, поблагодарив за понимание, удивил еще раз:

— Я отправил за вами «Сапсан». Он сядет в Белоярском аэропорту через два с половиной часа, а во Владимир вылетит тогда, когда будет удобно вам. Прямой контакт командира корабля сейчас пришлю…

…О предстоящей поездке в столицу я рассказал матушке после обеда. Она пожала плечами, весело заявила, что Белосельскому с нами, сильнейшими магами планеты, крупно повезло, спросила, в котором часу мы вылетим из усадьбы, выслушала ответ и отрицательно помотала головой:

— Я бы так не рисковала: если вы поймаете какое-нибудь особо гадкое сообщение СОПП по дороге в Белоярск и не вмешаетесь, то потом будете есть себя поедом. А если вмешаетесь, то гарантированно опоздаете, а это не дело. Поэтому улетайте в ближайшие час-полтора. И если все обойдется, то там, в столице, навестите Дашку, Таньку и Петьку: они воюют со всем родом, значит, нуждаются в моральной поддержке понимающих личностей. Кстати, сегодня пока еще воскресенье. Значит, Дашка может вывезти мелочь в город. Вроде как, поразвлечься. Дальше объяснять?

— Неа… — буркнул я, посмотрел на часы и задумчиво потер переносицу.

— Ангар для «Икара» в аэропорту и разъездную машину вам арендую я… — пообещала мама. — Так что можете идти собираться. Что еще? Ах, да: Олег, раз мероприятия не из приятных, значит, прикупи себе и Наташе костюмы как можно строже, а за час-полтора до выезда в Кремль загони свою красотку в салон красоты, чтобы ей сделали соответствующий макияж.

Я коротко кивнул, подхватил напарницу под локоток и вывел в общий коридор. А там она спросила, как одеваться в дорогу, и заставила включить голову:

— Раз мы летим на самолете Императорского авиаотряда, значит, должны выглядеть достойнее некуда. Но во время перелета возможны остановки. Так что отсюда летим в чем-нибудь простом, а в ангаре аэропорта переодеваемся в «сложное» и оставляем «лишнее» шмотье в салоне…

Так и поступили: затолкали в портпледы парадно-выходное шмотье, а в подходящие коробки — парадно-выходную обувь, оделись «по-боевому», пересеклись в общем коридоре, в сопровождении «группы поддержки» дошли до ангара, попрощались с дамами, остающимися на хозяйстве, и взбежали по трапу.

Первые четверть часа полета тренировались: я «тянул» Пространство из портала в мир единорогов, открытый Наташей, и удерживал ее в воздухе, а она пыталась сохранить структуру, пытавшуюся расползтись, и, в то же самое время, «тянулась» к креслу все тем же Воздухом. Кстати, занятие было и очень сложным, и веселым. Поэтому сообщения СОПП, одновременно упавшие на телефоны, неслабо обломали. Тем не менее, я вернул напарницу на сидение, оставил в покое несчастную «дырку», вытащил из кармана трубку, прочитал текст уведомления и застонал:

— У-у-у…

«У-у-у…» оказалось преуменьшением: угольно-черный бронированный «Питон», пассажиры которого дозвонились до оперативного дежурного края и попросили о помощи, валялся вверх колесами в сугробе рядом с не таким уж и крутым поворотом трассы Белоярск-Енисейск, «Пардус» сопровождения лежал на боку метрах в пяти-семи, а вокруг этой художественной композиции грустно слонялась стая самых обычных «шакалов» третьего класса опасности. Причем не такая уж и большая — в ней было всего тринадцать особей!

— Может, гости нашего края просто жутко суеверны? — спросила Наташа, оглядев эту картину.

— А еще жутко пугливы… — хмуро добавил я, надевая куртку. — Нет, я, конечно, понимаю, что «шакалы» выглядят несимпатично, но бронированный лимузин не должен был в панике уворачиваться от одного-единственного, просто перебегавшего дорогу!

— Кстати, а почему… альтернативно одаренные личности из «Зубра» не поставили свою машины на колеса, открыв «нижние» стекла и уперевшись в снег щитами?

— Им некогда: они трясутся от страха… — злобно буркнул я и перешел к делу: — Ладно, отводи «Икар» метров на сто и опускай пониже — я сойду и чуть-чуть побуйствую…

Буйство получилось коротеньким и совсем неинтересным: монстрики дохли, как мухи, даже от «чистых» заклинаний любых стихий. Поэтому уже через полминуты после десантирования я убил самого последнего, подошел к «Зубру», ориентируясь по чувству стихий, зафиксировал оба правых колеса невысокими ледяными стенками, уперся в крышу воздушной стеной и плавно надавил. После того, как внедорожник вернулся в штатное положение, в том же стиле в два приема перевернул лимузин и… чуть не оглох от восторженных скороговорок горе-телохранителей, как раз решившихся выбраться из машины сопровождения.

На откровенную лесть, озвученную на ломаном русском, реагировать не стал. Не стал отвечать и на вопросы типа «Вы тут один?», «А вы совсем-совсем не боитесь настолько опасных тварей?» и «Чем мы можем отплатить вам за столь своевременную помощь?» — приложил два пальца к правой брови, в пять рывков упрыгал метров на сто, подождал, пока напарница опустит ко мне «Икар», и взбежал по трапу.

Потом снял перчатки, шапку и куртку, опустился в свое кресло, поиграл желваками и набрал матушку.

Она ответила буквально через мгновение и спросила, что случилось.

Я скрипнул зубами:

— Мы только что помогли французикам: их машины шарахнулись от стаи «шакалов» на повороте, вылетели с дороги и перевернулись. Общаться с этими типами и, тем более, представляться я и не подумал — вернулся в «Икар» и уже лечу в Белоярск. Так вот, если они припрутся к дальнему КПП… а они сто процентов припрутся, ибо наверняка едут ко мне… то посылай их лесом или по любому другому адресу: я улетел! А куда — тайна, покрытая мраком…