Глава 36

…Второго января я продрал глаза без пяти восемь утра и в кои-то веки почувствовал, что выспался. Душ окончательно взбодрил, поэтому на завтрак я вышел во вполне вменяемом состоянии. Вот и заметил, что Нина пребывает, мягко выражаясь, не в лучшем настроении. Лезть к ней в душу, естественно, не стал. Но отправил матушке сообщение с просьбой присмотреть за девочкой и, если получится, выяснить, что ее так расстроило. А после того, как получил ожидаемый ответ, расслабился и оставшуюся часть трапезы перешучивался с Таней, выяснял, какое зверье половину ночи валили Янина Павловна и Даша, пытался разговорить молчуна-Петьку и, конечно же, делился со всей честной компанией «нашими общими» планами на день. Но ни один из озвученных пунктов не был жестко привязан к конкретному времени, поэтому после того, как Мария Тарасовна подала чай, Пришвина-младшая поинтересовалась, не уделю ли я ей немного времени для разговора тет-а-тет.

Я коротко кивнул. А через четверть часа увел девчонку в кабинет,

сел не в свое кресло, а напротив страдалицы, и заявил, что весь внимание.

Она пару раз куснула себя за губу и решительно уставилась мне в глаза:

— Олег Леонидович, по моим ощущениям, мы, Приручительницы, можем превратиться в серьезную проблему. В том числе и для государства…

— Почему? — спокойно спросил я.

Нина мрачно вздохнула:

— Первые признаки того, что мы в состоянии воздействовать на разум, я почувствовала на последних уровнях седьмого ранга. На восьмом впечатывала импринтинг и навязывала правильные реакции на базовые команды еще легче. Во время аукциона, блокируя попытку датского Приручителя сорвать мою «привязку», ощутила, что могу «подмять» и его — человеческий разум тоже стал ощущаться податливым. А вчера днем, взяв девятый, провела несколько экспериментов на «крокодилах», походя придумала заклинание, намертво привязывающее животных к владельцам, и расспросила Екатерину Олеговну. Так вот, нечто подобное ощущает и она. И паникует: по ее словам, ни одно государство не позволит таким магам, как мы, оставаться бесконтрольными, следовательно, как только спецслужбы узнают еще и об этой грани наших способностей, нас, в самом лучшем случае, поставят на учет…

— Вы уже стоите на учете… — спокойно напомнил я. — В РОРИ. И, в то же самое время, являетесь членами не последнего дворянского рода, боевыми магами высшей категории и официально признанными боярынями. Поэтому лично для вас не изменится ровным счетом ничего: даже если государство подомнет под себя абсолютно всех магов с Даром Приручения, вы продолжите жить в том же режиме, в котором живете сейчас. Так как служите мне, и ВСЮ ответственность за ваши действия несу я. В том числе и перед государем. Говоря иными словами, до тех пор, пока вы не начнете использовать эту грань своего дара во зло, будете за мной, как за каменной стеной. А если задурите — умрете от моей руки.

— Справедливо… — заявила она, заметно расслабившись, на мгновение расфокусировала взгляд и снова посерьезнела: — Я гарантированно не задурю: подминать людей мне в принципе неинтересно, а жить в вашем роду нравится. Кстати, я помню, как мы жили до того, как ушли под вашу руку, и ни за что на свете не рискну вашим расположением ради чего бы то ни было.

— Я в тебе и не сомневался… — мягко улыбнулся я. — Поэтому выброси из головы эту проблему и продолжай дрессировать Дашу — ей до девятого ранга еще расти и расти.

— Уже бегу! — радостно выдохнула она, вскочила с кресла, дождалась разрешающего кивка и исчезла за дверью. А я провел параллель между ее рассказом и фразой «За обретение Приручения и Химерологии казнят без суда и следствия…», набрал матушку и попросил подойти в кабинет.

Пришла. В компании с Аней. Оглядев нас с Наташей, тоже нахмурилась, с моей помощью опустилась в любимое кресло и потребовала колоться.

Вот я и раскололся. По полной программе. А после того, как закончил излагать свои соображения, превратился в слух.

— Ты прав… — согласно кивнула она: — Причем как в том, что скрывать эту информацию от Белосельского абсолютно бессмысленно, так и в том, что делиться ею надо уже сегодня. Чтобы он получил ее именно от нас и лишний раз убедился в твоей лояльности. А вот в том, что государь захочет проводить эксперименты с участием наших Приручительниц, я, откровенно говоря, очень сильно сомневаюсь: в самом худшем случае он опосредованно попросит их поделиться ощущениями. И постарается сгладить негативный эффект как у них, так и у тебя. В общем, жди обеда, набирай, проси переключить звонок в защищенный режим и рассказывай.

Я сказал, что так и сделаю, «засек» чувством Воздуха «неправильное» движение целительницы, поймал ее взгляд и вопросительно мотнул головой.

— Я тоже хочу поделиться кое-какими наблюдениями… — заявила Аня и перешла к делу: — Валя с Варей взяли девятый ранг еще двадцать восьмого декабря и с тех пор не поднялись ни на один уровень. Да, они летали во Владимир, но убивали зверье и до, и после этой командировки. Та же картина и у всех остальных магов рода, поднявшихся на этот ранг: посмертные импульсы животных пятого-шестого класса опасности не усиливают энергетику вообще, а «семерки», появляющиеся достаточно редко, добавляют самый минимум. Получается, что народ уперся в потолок возможностей и, в скором времени, потеряет серьезнейший задел перед другими Одаренными. А это может выйти боком. И еще одно: сегодня утром я наткнулась в Сети на интересную статейку — ее автор утверждает, что наше, земное зверье, проживающее в Белоярском крае, доросло до четвертого класса опасности и начало рвать иномирных животных и птиц слабее себя. Кроме того, биологи двух с лишним десятков стран независимо друг от друга заметили, что фертильность земных животных и птиц увеличилась как бы не втрое. Так что есть ненулевые шансы того, что их численность рано или поздно вернется на прежний уровень. А мы, люди, тоже, в какой-то степени, животные. Значит, какие-то изменения ждут и нас…

…После ухода матушки и Ани я задвинул куда подальше мысли о новой грани возможностей Приручительниц, вызвал к себе Таньку с Петькой и дал команду готовиться к обещанному «боевому выезду». Доблестная защитница оглушила нас с Натальей восторженным воплем и унеслась переодеваться, а наш братик повел себя сдержаннее — ограничился удовлетворенным кивком и ушел… практически царственной походкой. Впрочем, в гараж спустился чуть раньше сестры, подошел к нам, поймал мой взгляд и вопросительно мотнул головой.

— Едешь со мной. Во-он на том «Буране». Можешь заводить… — в «его стиле» сообщил я, и мальчишка утопал выполнять боевой приказ.

Татьяна тоже не заставила себя ждать — вылетела из лифта буквально через полминуты, мгновенно оценила диспозицию, сделала напрашивавшийся вывод и прямо из кабинки понеслась ко второму снегоходу. А после того, как запрыгнула на сидение, посмотрела, чем занимается верный напарник, и… задавила желание проявить инициативу.

Я мысленно восхитился проявленной дисциплинированностью, коротко изложил правила поведения в нескольких наиболее вероятных экстремальных ситуациях, легонечко подтолкнул подругу Воздухом и переместился к своему «Бурану». Пока сдвигал Петьку вперед, упаковал мелочь в коконы вроде как из Воздуха, но с легкой «примесью» Огня, врубил обдув рук горячим воздухом и распорядился опустить лыжные маски. Потом тронулся с места, связался с дежурным дроноводом и потребовал отчет о происходящем рядом с «нашим» порталом. А после того, как выслушал, сообщил, что мы будем рядом с ним минут через восемнадцать-двадцать.

Закончив этот разговор, переключился в канал, созданный специально для мелочи, и заговорил «в их гарнитуры»:

— Итак, мы рулим к одному из самых энергетически насыщенных и долго висящих порталов — фиолетовому. Ориентировочное время существования таких естественных каналов сброса переизбытка магического фона — тридцать два-шестьдесят четыре часа. Наши ученые засекали еще более долгоиграющие — черные — но в моих владениях они ни разу не обнаруживались. Далее, этот конкретный портал возник вчера вечером и уже «выплеснул» четыре волны дракош. Вернее, первую волну он выплеснул сам, а остальные были вызваны моими магами. Последнее зверье из четвертой положили во время завтрака, а на той стороне его наверняка не так много, как кажется во время вторжений. Таким образом, наши шансы случайно столкнуться с каким-нибудь блудным динозавром исчезающе малы.

Тем не менее, мы подкатим к «зеркалу» не по прямой, а с подветренной стороны. А почему?

— Чтобы нас не почуяли! — хором ответили младшие.

— Правильно… — подтвердил я и добавил «народную мудрость», некогда услышанную от батюшки: — … ибо уверенность в своей исключительности — первый и, частенько, последний шаг к фатальной ошибке…

Неявно воспитывал и следующие четверть часа — показывал звериные и птичьи следы на свежевыпавшем снегу, описывал повадки самых опасных представителей таежной живности, рассказывал вполне реальные истории о «геройствах» городских охотников из «домагической эпохи» и о «подвигах» особо самоуверенных магов. Само собой, стращать — не стращал. Но помогал понять, что дикая природа — не зоопарк. И что дилетанты в ней не выживают.

Лекцию закончил после того, как чувство Пространства засекло портал, а чувство Воздуха — дрон, «висевший» прямо над ним. Вида, естественно, не показал. Но чуть-чуть скорректировал курс. А через десяток секунд сообщил мелким, что фиолетовые отблески на стволе отдельно стоящей лиственницы — от «того самого» «зеркала».

Скорость скинул метрах в пятнадцати, описал полный круг, вернул свой «Буран» в колею, накатанную во время забросок «наживок», остановился и первым спрыгнул с сидения. На снег, «утрамбованный» кем-то из Ледовиков. Протягивать руку Петьке, естественно, не стал. Но в момент его приземления на наст едва заметно придержал кокон. В том же стиле подстраховал и Таньку. А потом жестом приказал «команде» следовать за мной, подвел Державиных к ближайшему следу «тираннозавра» и еле удержался от улыбки, услышав сдвоенный выдох одурения:

— Ух-ты, вот это ЛАПА!!!

…Несмотря на исчезающе малые шансы, с «блудным» динозавриком мы все-таки повстречались — минуте на четвертой нашего пребывания у портала плоскость «зеркала» вдруг продавила впечатляющая морда «теропода», а еще через мгновение рептилия заметила мелочь, фотографировавшуюся на фоне всего и вся, рванулась вперед и влипла. Сразу в два многослойных кокона. Да, почувствовав, что я держу монстрика, Наташа «скинула» свой контроль, но на результатах «атаки» это не сказалось — животинка дала по тормозам уже на втором шаге, удержалась в вертикальном положении и… хм… «приветливо кивнула» ни разу не по своей инициативе.

При ее появлении Петя потерял дар речи. А Танька, наоборот, засияла:

— О-о-о, а вот и живое доказательство неимоверной крутости нашего братика и тети Наташи! Оле-е-ег, а ты позволишь попозировать рядом с этой громадиной?

— Развлекайтесь! — весело ответил я, и сестренка вывела брата из ступора более чем логичным утверждением:

— Петь, не тупи: это страшилище — всего-навсего пятого класса опасности, а значит, замерло из-за внешнего контроля. То есть, не дернется при всем желании. В общем, наводи на меня телефон и снимай: это видео сведет с ума всех моих подружек…

Мальчишка взял себя в руки и изобразил оператора — фотографировал и снимал так, как требовала сестра. Причем с явным удовольствием — видимо, предвкушая себя на ее месте. Ну, а я «натравил» Наташу на портал и вскоре прочитал в личном канале лаконичное сообщение:

Пока она распределяла энергию по кластерам, я ассистировал сестренке — попозировав рядом с хищником, она сочла получившиеся кадры недостаточно отвязными и попросила посадить ее на его загривок. Потом «взобралась» по шее на голову, «постояла» на темечке и «спрыгнула» на морду. А после того, как все вышеперечисленное «повторил» Петр, объяснила «новую концепцию» съемок. Так что динозаврик потерял равновесие, грохнулся плашмя туда, куда требовалось «режиссеру», и начал изображать поверженного зверя. То есть, сначала «принимал позы» одна непотребнее другой, потом «открывал» пасть, «позволял» пересчитывать зубы и даже «поделился» с Державиными двумя «особо острыми». А потом у Тани закончилась фантазия, и мы были озадачены вопросом за засыпку:

— Олег, теть Наташ, а вам нужен посмертный импульс с этого зверя?

— Неа… — честно ответил я. — Он для нас слишком слабый.

— Тогда отправьте его обратно. Чем-нибудь вроде воздушного пинка… — попросила девочка. — А то Дашка, Милашка и Янина Павловна улетели в форт, а гнать дракошу так далеко должно быть слишком уж муторно…

Отправил. Я. Воздушной затрещиной. И слегка перестарался с мощью, вложенной в заклинание. Поэтому «теропода» не только унесло в портал, но и поломало. Впрочем, кульбит, изображенный животинкой, подарил мелким море удовольствия и — «что самое главное» — был запечатлен для истории. Так что Танька, снимавшая этот полет на свой телефон, прилипла к экрану, Петька к ней присоседился, а я воспользовался представившейся возможностью и все-таки вытянул из «зеркала» немного энергии. В смысле, «взял» не три, а два уровня. На всякий случай. Но второй уровень — сто пятьдесят девятый, если считать по мини-мутациям — оказался ранговым. Так что я, став двенадцатым, на несколько мгновений потерялся в ощущении «всесилия». Потом привычно «распихал» Пространство по кластерам, абстрагировался от головной боли, начавшейся из-за очередного увеличения радиуса области контроля, открыл глаза и дал команду возвращаться к снегоходам.

Державина мгновенно убрала телефон в нагрудный карман куртки, опустила лыжную маску, «построилась» рядом с Наташей и согласно кивнула:

— Логично, однако: если дракоша воткнулся в землю, то разбил морду в кровь. А на ее запах может прибежать пара «тираннозавров», от посмертных импульсов которых вам ни холодно, ни жарко. Значит, пора возвращаться в усадьбу…

Пока катили к особняку, Танька страдала со страшной силой. Из-за того, что слишком уж перестаралась с жесткостью последнего наказания биолога, а значит, в третий раз он не подставится и не поделится очередным миллионом. Страдала красиво и с великолепным юмором. Поэтому довела нас с Наташей до смеховой истерики. В результате в подземный гараж мы влетели, улыбаясь во все тридцать два зуба, шустренько загнали «Бураны» на их законные места и отпустили мелочь переодеваться в домашнее.

По тому же маршруту отправились и сами. Но после того, как вышли из лифта в холл второго этажа, ожила моя напоминалка, и я, проглядев текст, скорректировал маршрут. В итоге притопал в кабинет, снял куртку, рухнул в свое кресло и набрал государя.

Он принял вызов после второго гудка, поздоровался, поздравил с прошедшим Новым годом и весело заявил, что я позвонил очень вовремя. А после того, как я ответил и на приветствие, и на поздравление, объяснил, почему:

— Как раз собирался вас посмешить. Размерами вир, которыми загладили вину дурачка-Юхана глава рода Эстридсенов и Олаф Шестой. Кроме того, хотел покаяться. В том, что не смог справиться с завистью и вот-вот прилечу к вам вместе с супругой. Ну и, конечно же, напроситься в гости.

— Когда вас ждать? — с улыбкой спросил я.

— Мы вылетели из Белоярска минут двенадцать-тринадцать тому назад. А значит, сядем от силы через двадцать. Само собой, если запустите борта в свое владение и организуете «окно».

Запустил. Организовал. И «даже» встретил. В компании матушки, Ани и, конечно же, Наташи. Потом покормил. Ну, или дал возможность это сделать Марии Тарасовне и ее добровольным помощницам — Варе, Вале и Нинке. Так что вопрос о новых возможностях Приручителей поднял только часов в пять вечера и в своем кабинете.

Император выслушал меня молча и не задал ни одного уточняющего вопроса.

А после того, как я закончил, удовлетворенно кивнул:

— Вы подтвердили выводы сразу двух докладов моих аналитиков. В первом доказывалось, что наиболее вероятной причиной введения запрета на обретение Приручения является именно такой вариант развития этого Дара. А авторы второго убеждали, что мы узнаем об этом именно от вас. Причем с вероятностью в девяносто семь целых и восемьдесят три сотых процента. Далее, эту цифру я запомнил по привычке. А автоматический перенос личных идентификаторов ваших Приручительниц в реестр Одаренных, подлежащих аппаратному контролю, заблокировал за сутки с лишним до получения этого доклада. Ибо не сомневаюсь ни в вас, ни в членах вашего рода. И последнее: Олег Леонидович, откровенно говоря, всю дорогу до вашего поместья я мечтал забыть о работе и выключить голову хотя бы на один-единственный вечер. Может, введем мораторий на все серьезные разговоры до завтрашнего утра?