Ну вот, вокзалы начали ремонтировать. Октябрьский вокзал, бывший Николаевский (и будущий Московский) скрыл под строительными лесами свои до неприличия облупившиеся стены, в последний раз общавшиеся с малярной кистью 20 лет назад, еще до всех революций. Газеты не без коммунистического пафоса обещали: скоро здесь засияют электрическим светом новые залы ожидания, буфеты и, что особо подчеркивалось, уборные. Уже восстанавливается замолкший в 1917 году бой башенных курантов — пока что они будут звучать раз в час, но «возможно, что удастся добиться того, чтобы часы отзванивали полу— и четверть часы».

Тем временем на подступах к Северному полюсу разыгрывалась драма: в белой арктической пустыне пропал самолет с экипажем, возглавляемым летчиком Чухновским. Вылетел на Новую Землю для проведения гидрографических исследований в составе экспедиции Шмидта, но до места назначения не добрался. Радиосвязь с самолетом была потеряна в конце августа. Газетные колонки пестрели сообщениями о поисках отважного Чухновского. В конце концов самолет с экипажем — целым и невредимым — был обнаружен на одном из островов поблизости от Новой Земли.

Арктическая эпопея разворачивалась на фоне широкого празднования 200-летия Академии наук. Академия тогда обитала в Ленинграде; юбилей дал ленинградскому начальству повод покрасоваться перед мировой общественностью. На торжественных собраниях звучали выступления академиков и партийных руководителей; о передовой роли советской науки много и патетично говорил руководитель Ленинградской парторганизации, председатель Исполкома Коминтерна товарищ Зиновьев. Научные сообщества разных стран мира слали свои поздравления советским коллегам. Среди прочих пришел приветственный адрес из далекой Монголии: «В великой и обильной Русской земле, словно редкостный лотос, широко развернулась Академия наук, питая своим светом знания многие народы и двигая вперед все науки в течение двухсот лет. Монгольский ученый комитет, рожденный на берегах реки Толы, у северных подножий Баус-Улы, распустившись столистным цветком, как благодарный сын шлет почтительное поздравление с двухсотлетием своей славной матери — Академии наук — и выражает великие пожелания дальнейшего расцвета. 6 числа 9 месяца 15 года Монгольской Народной Республики». Доставил сие послание в Ленинград монгольский ученый лама Жансорано.

Международная обстановка щекотала нервы обывателей послевоенной неустойчивостью. В Китае кипела гражданская война. В Польше и Румынии шли судебные процессы над коммунистами. В Сирии гремели взрывы, разворачивалось национальное восстание против англичан и французов. То же самое творилось в Марокко. Турки посылали армию для захвата иракского Мосула, контролируемого англичанами. Униженная Германия требовала от версальских победителей гарантий своих восточных границ и сетовала на агрессивные поползновения поляков. Советский наркоминдел Чичерин готовился к отъезду в Локарно на общеевропейскую конференцию и тщательно обрабатывал почву для подписания дружественного договора с Германией. Чемберлен негодовал по этому поводу и грозил кулаком в сторону Советского Союза.

На этом ярком, подвижном фоне 1 октября 1925 года совершилось событие исключительной важности. Газеты сообщали об этом: «Сегодня во всех магазинах Госспирта, Винторга, Винсиндиката, ЛСПО и других организаций начинается продажа сорокаградусной водки. Завтра сорокаградусная водка будет продаваться во всех рабочих кооперативах». Расфасовка и цены: четверть (около 2,5 л) — 5 руб. плюс 43 коп. посуда; бутылка (0,5 л) — 1 руб. плюс 12 коп.; сороковка (250 г, «маленькая») — 50 коп. плюс 10 коп.; сотка, она же «мерзавчик», — 20 коп. плюс 6 коп. посуда.

4 октября газеты сообщили об изобретении во Франции вакцины против кори и о скорой победе человечества над этой опасной детской болезнью. Любопытно: если бы вакцину изобрели на восемь лет раньше, возможно, не совершилась бы революция. Как известно, в феврале 1917 года царские дочери тяжко болели корью и это заставило императрицу Александру Федоровну удалиться из затаившего недоброе Питера в тихое Царское Село, следовательно — утратить контроль за ситуацией в столице…

6 октября пришло известие о предварительном соглашении между Чичериным и Штреземаном; имелось в виду в ближайшем будущем заключить полномасштабный советско-германский торговый договор. Запад в шоке, советские газеты злорадствуют. Экономическая блокада Союза Советских Республик прорвана! Скушайте, господин Чемберлен!

В этот же день появилось в газетах сообщение о начале судебного процесса по делу Лаврентия Морозова. Заголовки: «Кошмарное убийство», «Тайна Екатерининского канала», «Жуткий старик на скамье подсудимых»… Было отчего сладко затрепетать душе обывателя!