В нижней трети лестницы Леони останавливается — впереди почти ничего не разглядеть, — но тут же снова чувствует остриё ножа на затылке. Осторожно продолжает спускаться, ступая шаг за шагом, и всё равно конец лестницы застаёт её врасплох — едва не падает. Пахнет затхлостью. Запах она уловила ещё на ступеньках, но здесь, внизу, он такой густой, что к горлу подкатывает тошнота.

Она вздрагивает, когда под потолком с сухим щелчком вспыхивает неоновая лампа и заливает короткий коридор холодным светом.

Метров пять в длину. Стены затянуты паутиной и покрыты пятнами всех мыслимых оттенков — от серого до бурого. Кое-где штукатурка обвалилась, как и в комнате наверху. Над головой тянутся трубы. Три толстых синих кабеля между ними смотрятся здесь чужеродно.

Коридор упирается в массивную стальную дверь, к которой её тут же подталкивают. Как и кабели под потолком, дверь явно совсем новая — и слишком чистая для этого места. Ударом по плечу мужчина велит ей остановиться, протискивается мимо и отпирает замок ключом.

За дверью тоже неоновый свет. Этот коридор похож на первый, но как минимум втрое длиннее и заканчивается не тупиком, а поперечным проходом. По пути они минуют ещё несколько дверей и два ответвления по обе стороны.

Рука мужчины снова ложится ей на плечо и толкает в левый поворот. Через несколько метров они попадают в узкое помещение длиной метров десять; от него в обе стороны расходятся ещё по два прохода. Настоящий лабиринт — её ведут по нему несколько минут. То и дело ей кажется, что она уже проходила здесь, и когда они наконец останавливаются перед очередной стальной дверью, она давно потеряла ориентацию.

Рука, лежавшая на её плече, появляется рядом, чтобы открыть дверь.

Она почти с облегчением видит, что за порогом не очередной коридор, а освещённая комната.

Новый удар в спину такой сильный, что она влетает внутрь. Придя в себя и оглядевшись, застывает как вкопанная.

Метров пятнадцать в длину и десять в ширину — примерно вдвое меньше той комнаты, где её держали. Но если там пол покрывали грязь и мусор, то здесь по нему змеится множество кабелей. Та часть, где она стоит, занимает добрых две трети помещения; в ней господствует микшерный пульт на столе перед тремя большими плоскими мониторами. Все провода тянутся от задней панели пульта.

Меньшую часть слева от Леони отделяет целый ряд прожекторов на штативах, расставленных широким полукругом и направленных в центр. Между ними — две камеры, объективы нацелены туда же. Всё сходится на стуле.

Как крошечная странная сцена, — думает Леони.

 

 

 

 

Отправить