Если Маркусу повезёт, она окажется дома. А если повезёт ещё больше — Манцке и Бауэр пока не догадаются, что его путь ведёт прямиком к ней.

Не прошло и пяти минут, как Маркус прижался к стене гаража и осторожно выглянул в сторону трёхквартирного дома, на первом этаже которого находилась съёмная квартира Сары.

На улице перед домом — ни одной машины; у соседних тоже не видно ни автомобиля Манцке, ни патрульного. Маркус понимал: счёт идёт на минуты. Скоро они появятся у Сары. Он осторожно выпрямился, быстро перебежал улицу и нажал на кнопку звонка с табличкой «Лемке».

Прошло лишь несколько секунд, прежде чем искажённый динамиком голос произнёс:

— Да, слушаю?

— Сара, это я, Маркус. Открой, пожалуйста.

— Маркус! — повторила она, и тут же загудел электрозамок.

Маркус вошёл в подъезд. Ещё не успел дойти до двери в конце короткого коридора — а та уже распахнулась. Сара смотрела на него покрасневшими, опухшими глазами — и запнулась, заметив его запястья.

— Что это…

— Потом, — торопливо перебил он. — Давай зайдём.

Закрыв за собой дверь, Маркус повернулся к Саре. Она смотрела вопросительно. Он со вздохом привалился к двери и на мгновение закрыл глаза.

— Они считают, что я убил Беттину и похитил Леони. Я сбежал.

— Что? Это же бред. Но… как им вообще такая дурь в голову пришла?

Маркус глубоко вдохнул и протянул ей скованные руки.

— Всё объясню позже. Сначала, пожалуйста, освободи меня от этой штуки. — Он оттолкнулся от двери и шагнул к ней. — И мне нужны деньги. Есть наличные?

— Не знаю… а, да, есть кое-что. Пойдём.

Маркус двинулся за Сарой на маленькую кухню. Она открыла дверцу навесного шкафчика, встала на цыпочки и достала из глубины керамическую банку с цветочным узором. Сняла крышку и протянула Маркусу свёрнутую пачку купюр.

— Вот, точно не знаю сколько, но примерно пятьсот евро. Каждый раз после банкомата откладываю туда по купюре. Коплю на отпуск в Южной Америке.

Маркус поднял всё ещё скованные руки и взял деньги.

— Спасибо! Будь при мне бумажник с картами, проблем бы не было, а так… Обещаю, скоро верну.

— Да ладно. Мне сейчас не нужны.

— А теперь руки.

— Что ты собираешься делать дальше? — спросила Сара, выдвигая ящик и доставая ножницы. — Тебя же наверняка уже везде ищут.

— Мне нужно как-то выяснить, что случилось с Леони.

Сара нахмурилась, подводя ножницы к пластиковой стяжке между его запястьями, и одним сильным движением перерезала её.

— Но как? И вообще, за что тебя задержали? Я не понимаю.

Когда она сняла и обе части стяжки, Маркус сунул деньги в карман брюк, взял её за руки и заглянул в глаза.

— Мне пора. Они могут появиться в любую секунду. Потом всё объясню, обещаю. Но ты должна знать: я не причинял Беттине зла. И Леони тоже. Никогда бы не смог. Ты должна мне поверить, Сара!

Слёзы выступили у неё из уголков глаз и покатились по щекам.

— Да, я… — Она опустила голову, высвободила руки и вытерла лицо тыльной стороной ладони. Громко шмыгнула носом и снова посмотрела на него. — Конечно, я знаю. Верю тебе.

— Хорошо, это…

Раздался звонок в дверь. Оба резко обернулись.

— Чёрт, — прошипел Маркус и посмотрел мимо Сары на дверь, ведущую из кухни на террасу. За ней виднелась небольшая лужайка, упиравшаяся в стену кустарника. — Там можно пролезть?

— Да, слева щель, через неё попадёшь в сад на другой стороне. Только я не знаю, как там даль…

— Ладно, — торопливо перебил Маркус. — Позвоню.

В несколько шагов он оказался у двери и распахнул её. В тот момент, когда ступил на террасу, за спиной снова зазвенел звонок.

Он пересёк лужайку, добрался до щели на краю участка и протиснулся боком между кустом и деревянным частоколом.

Наконец выбрался. Оказался на краю сада — куда бо́льшего, чем тот, что за квартирой Сары. Сад принадлежал двухэтажному дому; слева дорожка вела мимо здания к улице.

Повезло.

Пригнувшись, он побежал.

Удалось незамеченным добраться до прохода, и вскоре он стоял перед домом на улице — табличка на ближайшем перекрёстке гласила: «Холлервег».

Откуда-то донеслась сирена, стремительно приближаясь. Но прежде чем Маркус успел сообразить, что делать, в кармане зазвонил телефон. Он торопливо вытащил его и глянул на дисплей. Номер незнакомый, но не скрытый.

В улицу свернула патрульная машина.

Маркус поднёс телефон к уху, не принимая вызов, прикрыл свободное ухо ладонью, чтобы заглушить пронзительную сирену, и медленно, намеренно опустив голову, повернулся так, чтобы с улицы не разглядели лица. Патрульная промчалась мимо и тут же свернула налево, а смартфон продолжал звонить. Лишь когда шум почти стих, Маркус ответил.

— Господин Керн, это Манцке. Сдавайтесь, это бессмысленно.

— Ни за что. Я не убивал жену, но вы же слушать не хотите. Вы за пару часов так на мне зациклились, что даже не допускаете — это мог быть кто-то другой.

— Но это совсем не так.

— Конечно так, иначе вы бы меня не задержали. Значит, мне придётся самому найти убийцу, если хочу доказать невиновность и спасти дочь.

— Побегом вы только усугубляете подозрения, неужели не понимаете? Если раньше ещё были какие-то сомнения, то теперь ни один судья и секунды не помедлит с ордером на арест. Вас объявят в розыск по всем базам. У вас нет шансов, Керн. Сдайтесь, тогда посмотрим, что можно сделать.

— Нет! — сказал Маркус и сбросил вызов, но телефон не выпустил, задумчиво глядя на него.

Придётся избавиться. Насколько он знал, полиция может отследить устройство.

Он ещё раздумывал — уничтожить смартфон или просто выбросить, — когда тот снова зазвонил.

— Нет, чёрт возьми, не сдамся, — прошипел он, едва поднеся трубку к уху. Был уверен, что это снова Манцке, и даже не глянул на дисплей.

— Очень на это надеюсь. По крайней мере, пока не выполнишь мои требования.

Маркус узнал голос мгновенно. Пульс за секунду взлетел до небес.

— Какого чёр…

— Заткнись и слушай. Поскольку твоя жена больше не с нами, у меня в гостях твоя дочь. — Голос звучал так же бесстрастно, как в предыдущих разговорах. — Если не сделаешь в точности то, что скажу, она станет главной звездой моего следующего шоу. Мы понимаем друг друга?

Свободная рука Маркуса сжалась в кулак. От ярости он едва мог говорить.

— Чёрт возьми, она ещё ребёнок. Вам мало того, что вы убили мою жену?

Короткий смешок.

— Что я сделал?

— Вы публично унизили мою жену в интернете, а потом убили её. Вы…

— Чушь. Да, «Беттина-шоу» организовал я. Успешно распространил. А потом привёз её в вашу квартиру и позвонил тебе. Она была слегка потрёпанная, но живая. И без травм, от которых могла бы умереть.

— Что вы несёте? Когда я сегодня утром пришёл в квартиру, Беттина была… она была мертва уже давно.

— Мне плевать, кто и когда прикончил твою жену. Плевать, даже если ты сам воспользовался удачным моментом, чтобы от неё избавиться. Сейчас речь о твоей дочери.

— Я?! — вспылил Маркус и тут же судорожно вдохнул. — Удачным моментом?!

То, что говорил этот тип, было настолько чудовищно, что у Маркуса буквально отнялся язык.

— Да вы сумасшедший.

— Знаешь что, Керн? Мне на всё это насрать. Твоя баба сдохла, я тут ни при чём, точка. С этого момента делаешь, что говорю, иначе твоя дочь на собственной шкуре узнает, что такое шеринг.

— Что вы несёте, чёрт возьми?! — закричал Маркус вне себя, но тут же осознал, где находится, и поспешно огляделся — не слышал ли кто.

— Повторяю в последний раз, — продолжил бесстрастный голос. — Заткнись, или кладу трубку и готовлю шоу на сегодняшнюю ночь. Понял?

— Да, — ответил Маркус.

— Раз полиция тоже убеждена, что ты сам прикончил жену, и теперь тебя ищет, пришлось по-быстрому кое-что перепланировать. Тебе нужно избавиться от телефона. Сделаешь следующее: после разговора сразу выключи мобильник и иди налево по Эрцвег, потом направо, мимо детской площадки к ручью Эдельбах. Там утопишь смартфон. На перекрёст…

— Откуда вы знаете, где я? Следите за мной?

Маркус лихорадочно огляделся, повернулся вокруг своей оси, пытаясь обнаружить хоть какой-то след этого ублюдка.

— Перебьёшь ещё раз — разговор окончен. И другого не будет.

— Да, чёрт, ладно.

— На перекрёстке Канальвег и Штайнвег стоит дом скаутов, узнаешь по табличке «BdP отряд „Серые бобры"». Перед ним большой куст. В кусте найдёшь свёрток с телефоном. Пин-код — четыре единицы. Включи и носи с собой всегда включённым. Я позвоню. Будь на связи. Давай.

— Подождите!

— Что?

— Вы явно знали, что меня арестовали. Откуда знали, что сбегу?

— Не знал. Если бы не сбежал и адвокат тебя тоже не вытащил, сегодня ночью прошло бы «Леони-шоу», на котором я бы хоть заработал приличные деньги в качестве компенсации.

— В качестве компенсации… Что вам от меня нужно?

— Делай, что сказано.

Разговор оборвался.

Выругавшись, Маркус выключил смартфон и сунул в карман куртки.

До ручья он добрался минут за десять и бросил телефон в воду там, где, похоже, было поглубже. Дом скаутов нашёл двумя минутами позже и сразу обнаружил свёрток в кустах. С удивлением вытащил дорогой фирменный смартфон.

Пин-код сработал, батарея полностью заряжена, в свёртке лежал ещё и кабель.

Маркус убедился, что звук включён, убрал телефон вместе с зарядкой в карман куртки. Потом потёр ледяные руки и огляделся. Он ушёл далеко от того места, где сбежал из машины Манцке. Полицейских здесь пока не видно, но он понимал: это ненадолго.

Ещё раз проверив сеть, убрал смартфон и двинулся в путь. Сначала надо выбраться из этого района, а там видно будет.

Он свернул на Ханауэр-штрассе и пошёл в сторону Нидды — речушки, петляющей через Бад-Фильбель к Франкфурту.

Мозг работал на полную мощность. Слова этого ублюдка крутились в голове как заезженная плёнка.

Мне плевать, кто и когда прикончил твою жену. Плевать, даже если ты сам воспользовался удачным моментом, чтобы от неё избавиться.

Почему этот тип отрицает, что убил Беттину? Может, она действительно была ещё жива, когда похититель привёз её в квартиру? Может, он неправильно оценил её состояние — и у неё были внутренние травмы, которых не заметил?

А может, Маркус скоро получит ответы — когда окажется лицом к лицу с виновным?

Сам Манцке навёл его на мысль о следующем шаге. Ханс-Петер Рёвених!

Маркус нанесёт ему визит и прощупает как следует. Если Рёвених замешан — Маркус выяснит. В этом он не сомневался.

Он дошёл до перекрёстка и огляделся, стоя у пешеходного светофора. Машины проносились нескончаемым потоком. Он вглядывался в каждого мужчину. Ведёт ли кто-то себя странно? Поглядывает ли кто-то украдкой? Ничего подозрительного.

Загорелся зелёный. Маркус перешёл широкую улицу, задаваясь вопросом: когда похититель позвонит снова? Может, тогда удастся вытянуть из него зацепку, куда он увёз Леони.

Если она вообще ещё жива.

Мысль возникла внезапно и так ударила, что пришлось остановиться. Откуда ему знать, что Леони жива? Может, этот ублюдок её уже давно…

Маркус вспомнил, что случилось с Беттиной. Похититель внушил ему, что она будет жива, когда он заберёт её из квартиры. Это была ложь — или правда? А если правда… что, если у неё не было внутренних травм? Что, если кто-то ещё побывал в квартире и нашёл Беттину — ещё живую, — а потом, почему-то, убил? Но как этот человек попал в пустую квартиру без ключа?

А может, ключ и не понадобился — дверь была не заперта? И всё же он должен был войти в дом.

Или уже находился в доме.

Маркус отогнал эту мысль. Сейчас нужно сосредоточиться на поисках Леони.

И надеяться, что она ещё жива.

 

 

 

 

Отправить