Эвелин, Фло и Имраан всё ещё стояли в Федеральном ведомстве криминальной полиции перед зеркальной стеной. Остальные уже разошлись.

— Да не может этого быть, чёрт побери! — выругалась она. — Мы должны понять, что произошло: свидетели неверно запомнили увиденное или сознательно лгут.

— Шестеро из восьми? — заметил Имраан.

Да. Это было странно, и разумного объяснения у неё не находилось.

— Знаешь, что здесь самое странное? — спросил Фло. — Мне шестой номер тоже показался знакомым… Хотя, может, я видел этого типа по телевизору или в газете. — Он пожал плечами.

— Судебного бухгалтера? — уточнила Эвелин.

— Мне он тоже показался знакомым, — признался Имраан. — А из СМИ я его точно не знаю.

У Эвелин пересохло в горле. Она не хотела себе в этом признаваться, предпочитала считать всё совпадением, но с этим мужчиной у неё возникло то же самое чувство, что и у шести свидетелей, Фло и Имраана.

— Может, в тот вечер в ресторане и правда был кто-то, похожий на этого бухгалтера, — предположил Фло.

Эвелин решительно покачала головой.

— Это не объясняет, почему он кажется знакомым нам. — Она задумалась. — Покажи-ка фотографию с первого предъявления. Может, Островски тайком протащил этого человека в обе группы.

Фло открыл снимок на телефоне, увеличил и стал рассматривать мужчин.

— Нет. Этого типа там нет.

Конечно. Это было бы слишком просто.

И всё же Эвелин внимательно вгляделась в фотографию. Увеличила изображение, подвинула фрагмент в сторону — и вдруг у неё перехватило дыхание.

— Ах ты ж паршивый хитрец!

— Что такое? — Имраан тоже склонился над снимком.

— Посмотрите, — сказала Эвелин. — Шестой номер на первом опознании — другой мужчина. Но одет он точь-в-точь как бухгалтер во втором раунде.

Серый вязаный кардиган с шалевым воротником, серые фланелевые брюки и блестящие чёрные кожаные туфли.

— Чёрт, точно! — вырвалось у Фло. — Вот почему он показался нам знакомым. Сработало подсознание.

Лицо Имраана потемнело.

— Я займусь Островски.

— Никем вы заниматься не будете! — оборвала его Эвелин. — Во всяком случае пока. Я поговорю с Островски сама, а вы тем временем выйдете и подождёте меня внизу.

— Но…

— Вы слышали, что сказала начальница.

Фло схватил Имраана за локоть и вывел из комнаты; тот подчинился крайне неохотно.

Эвелин дождалась, пока оба исчезнут, затем тоже вышла в коридор и нашла Островски в нише у кофейного автомата. Он был погружён в разговор с Драйер, а комиссар тем временем брала из аппарата стаканчик. Горячий шоколад — Эвелин уловила запах.

— Ловкий трюк, — сказала она без предисловий, подойдя к ним.

Островски вскинул брови.

— Прошу прощения?

— Ты прекрасно знаешь, о чём я, — холодно ответила она. — Надеюсь, ты доволен: сорвал мою теорию таким примитивным фокусом.

— О-о, запахло грозой.

Драйер уже собиралась ускользнуть со своим стаканчиком, но Островски её остановил.

— Останьтесь, фрау комиссар! Мы не сделали ничего незаконного.

— Всего лишь манипулировали психикой свидетелей, — уточнила Эвелин.

— Не мы одни. — Островски поднял руки. — Твой молодой коллега перед этим показал свидетелям фотографию. А мы просто воспользовались своими методами. Каждый воюет тем, что у него есть.

Пиранья в костюме в тонкую полоску в очередной раз полностью оправдал свою репутацию.

— Речь идёт о человеческой жизни!

— Именно. И, как и ты, мы используем все законные возможности, какие есть в нашем распоряжении, — парировал Островски. — Ты ведь сама знаешь, насколько растяжимо понятие закона.

Эвелин глубоко вдохнула. Да, это она знала. Особенно часто ей приходилось наблюдать подобное рядом с Островски. А на этот раз у проклятого мерзавца были ещё и двое подручных — Драйер и Фихтингер, — готовых без возражений выполнить всё, что он потребует.

— Возможно, есть и другие свидетели того вечера в ресторане, — примирительно заметила Драйер; вся эта история, похоже, была ей немного неприятна.

— Есть. Но мы пока не смогли их найти, — признала Эвелин.

Островски шагнул ближе и понизил голос.

— Ты знаешь, я не чудовище. По крайней мере, не по отношению к тебе. Ради нашей давней дружбы хочу дать тебе один совет.

Эвелин раздражённо поморщилась.

— Слушаю.

— Мой брат в своё время был нейрохирургом и специалистом по спинному мозгу в больнице имени императрицы Елизаветы, — начал он.

Она кивнула.

— Я знаю. Доктор Абель Островски. Несколько лет назад его зверски убили на собственной вилле.

— Верно. — Голос Островски стал хриплым. Он посмотрел на Драйер. — Венская уголовная полиция тогда блуждала в потёмках, но один венский детектив раскрыл это убийство. Очень толковый человек.

— И чем это поможет мне?

— Гонорар у него, правда, высоковат, зато работает он точно и надёжно. Ты могла бы его нанять. Возможно, он найдёт ещё нескольких свидетелей из ресторана.

Как трогательно.

— И кто же этот чудо-мальчик?

— Петер Хогарт.

Эвелин на секунду задумалась.

— Я о нём слышала, — сказала она и тут же покачала головой. — Страховой детектив. Спасибо, это с твоей стороны просто ужасно мило, но у меня есть собственные средства и источники.

— Как хочешь. — Островски пожал плечами. — Я всего лишь пытался помочь.

Так же, как только что помог мне этим опознанием?

Она надеялась, что Пуласки тем временем нашёл Коринну Вагнер. Сейчас та оставалась её последним проблеском надежды.

В этот момент зазвонил телефон. Эвелин взглянула на дисплей.

Пуласки.

Словно он почувствовал. Сердце у неё забилось быстрее.

— Мне пора, — сказала она, отвернулась и пошла к лифту, принимая вызов.

 

 

 

Отправить