Глава тринадцатая

– Роскошных дешевых особняков в ближайшем Подмосковье не найти, – не могла сдержаться я. – И почему вы выбрали именно эти места?

Тетя округлила глаза.

– Деточка! Неужели неясно? Мечтала жить около родного человека! Рядом с любимой племянницей! Печально, когда нет никого, кто подаст стакан воды умирающей.

– Угу, – промычала я.

Теперь понятно, почему незнакомая мне сестра мамы, тетя, которая чуть младше меня, племянницы, поселилась у нас.

– Представьте, как повезло! – вопила тем временем гостья. – Мы теперь соседи! Между прочим, цена на скромный особняк упала ниже плинтуса. Потому что в нем обитает привидение. Оно нападает на всех, кто там решает поселиться! А я с ним подружусь! Я со всеми в прекрасных отношениях! Вы уже ужинали?

– Да, только что, – кивнул Макс.

– О! О! О! А мне очень-очень кушать хочется. Ездила в город! Ах! Чуть с ума не сошла, пока машину покупала!

– Автомобиль? – уточнил Вульф.

– Да, да, да. Раз уж поселилась в деревеньке, то машина необходима. Как без нее? Хорошо, что сейчас проблем нет, повсюду салоны. Взяла милую машинку! Маленькую! Выбрала красненькую! Очень уж такой цвет люблю. Посмотрите! Миленькая, правда?

Мы с Максом приблизились к окну.

– Это что? – тихо спросила я.

– Маленькая, дешевенькая, миленькая, – чуть слышно хихикнул Вульф. – Странно, что она проехала в наши ворота, бока не помяла.

И тут раздался звонок в дверь. Македонский подпрыгнул и с громким «мяууу» кинулся в коридор.

– Маки! – восхитилась Роза Леопольдовна, торопясь следом. – Ты прямо красавец! А собаки ни на что не реагируют.

Да, Фира и Муся даже не вздрогнули. Словно желая проиллюстрировать замечание Краузе, мопсихи, которые мирно спали на диване, громко и разом захрапели.

– Евлампия Андреевна! – крикнула из холла Краузе. – Подойдите, пожалуйста.

Если Роза Леопольдовна окликает меня по имени-отчеству, а не как обычно, значит, пришел кто-то совсем посторонний.

Я поспешила в холл и увидела незнакомого мужчину.

– Хорошо, что застал вас, – пробурчал он.

Потом поднял руку и сделал такое движение, словно что-то бросил прямо в меня. Я невольно отшатнулась, Краузе возмутилась:

– Что вы делаете?

– Просто проверяю целостность поля, – ответил дядька. – Агнесса дома?

– Вы кто? – осведомилась я.

– Вопросом на вопрос отвечают личности со слабой защитой, – объяснил не пойми кто. – Где Агнесса Петровна?

– Вы кто? – повторила я.

– Ойкотен, – представился посетитель. – Закончил изучение нового дома! Блокировал черные дыры, через которые утекала положительная энергия. Запечатал выходы-входы. Теперь полный порядок!

– Ничего не понимаю, – призналась я.

– Профессор! – закричала Несси, выбегая в холл. – Как дела?

– Вам ничего не угрожает! – торжественно объявил Ойкотен.

– Вы гений! – восхитилась тетя. – Наверное, проголодались? Проходите скорее в столовую! Роза, накройте на стол! Живенько! Выньте все самое вкусное!

Краузе посмотрела на меня, я глянула на нее, потом спокойно произнесла:

– Уже поздно, мы с мужем собирались лечь.

– Конечно, конечно, – затараторила Агнесса, – отдыхайте спокойно, а мы посидим, покушаем. Роза! Что вы стоите? Действуйте.

– Рабочий день госпожи Краузе окончен, – объявила я. – И она не занимается кухней. Эта работа у Сюзанны, но и она уже отдыхает.

– Поеду домой, – решил мужчина. – Но перед уходом жду оплату наличными.

– За что плата? – спросила я.

– За избавление дома от черных сущностей, – спокойно пояснил Ойкотен. – Двести восемьдесят пять тысяч три рубля. Подсчет суммы идет по количеству пойманных энергетических сгустков. Если не приготовили наличные, можем поехать к банкомату.

– Лампочка, – нежно защебетала Агнесса, – я купила домик, машинку. Денег временно нет на карте. Но они скоро появятся.

Я оторопела. Но тут, на мое счастье, в холле появился Вульф.

– Максик, – кинулась к нему тетя, – Ойкотен потратил много времени. А у меня сегодня денежки закончились. Сумма ерундовая.

– Двести восемьдесят пять тысяч, – прошептала Роза Леопольдовна.

– И три рубля, – прибавил мужчина. – Многовато там черных сущностей.

Я прислонилась к стене. Сейчас Вульф скажет тетке все, что он думает об энергетических кровососах. Но Вульф неожиданно улыбнулся:

– Вам придется подождать пару минут.

– Дорогой Ойкотен, – затараторила Агнесса, когда Макс исчез из вида, – сейчас с вами расплатятся полностью!

Меня нельзя назвать драчуньей. Даже в детстве я никогда не выясняла отношения в кулачном бою. Желание дать кому-то в нос возникает у меня очень редко. Но сейчас стало понятно, что я не способна ему противостоять, и начала решать организационные вопросы. Чем лучше треснуть мужика? Бронзовой статуэткой мопса? А вдруг она погнется? Не хочется испортить подарок Чернова мне на день рождения. Наподдать креслом? Я его не подниму! Хотя, если вспомнить, как справилась со здоровенной бутылкой шампанского, когда вела свадьбу, то можно попробовать использовать мебель!

В холле снова появился Макс. Я обомлела. Муж протянул Ойкотену пачку купюр.

– Пересчитывать станете?

– Разумеется, – кивнул тот и прищурился.

Я села в кресло. Что происходит? Вульф сошел с ума? Он не понимает, что перед нами типичный прохвост?!

А Ойкотен тем временем, моргая и щурясь, сосредоточено шелестел ассигнациями. Агнесса внимательно следила за его пальцами. Вульф повернул голову, улыбнулся, подмигнул мне и снова принял серьезный вид.

– Еще три рубля, – сказал мужик, пряча добычу в карман.

– Лампа, глянь в шкатулке, – попросил Макс.

Я встала, подошла к зеркалу, взяла с полочки шкатулку, в которой лежат монеты. Даже сейчас, когда повсеместно в ходу карточки, порой требуется наличка, так что в кошельке неожиданно возникает мелочь. Придя домой, мы бросаем ее в эту деревянную шкатулку.

– Нашла? – поинтересовался Вульф.

Я протянула ему денежку.

– Это пять рублей, – заметил Макс, – надо три.

Я начала рыться в горе мелочи.

– По одному рублю нет!

– Ой, прекратите, – поморщилась Несси, – отдайте пятак!

– Надо три рублика, – возразил Вульф. – Ойкотен, с вас два рубля сдачи.

Мужчина прищурился, опустил одну руку в карман, вынул ее, потом замахал обеими руками, сжал правую ладонь и заявил:

– Поймал у вас энергопаразита. Моя работа стоит дорого, но сейчас с вас всего два рублика. И квиты.

– Хочется глянуть на этого паразита, – протянул Вульф, – я плачу за его смерть. Желаю убедиться, что капут вредителю моей жизни.

Ойкотен разжал кулак, на его ладони расплывалось ярко-красное пятно.

– Хорошо, – кивнул Макс, – можете не отсчитывать сдачу. Прощайте!

Мужик вмиг исчез.

– Вы даже не спросили, кого выгнали ночью во тьму голодным, – всхлипнула Агнесса. – Это лучший в России ловитель черной энергетики. Очень дорогой! У меня началась мигрень! О-о-о! Висок словно пилой кромсают! В глаз спицу воткнули!

– Могу принести цитрамон, – заботливо предложил Вульф.

– Какая наивность – считать, что дешевая таблетка уберет мои страдания, – простонала тетка и ушла.

Я наконец получила возможность сказать мужу:

– Не знала, что у нас дома так много налички!

Вульф тихо засмеялся:

– В библиотеке хранится десять миллионов.

– Сколько? – ахнула я. – На книжных полках? Не в сейфе?

– Эх, – почесал в затылке муж, – по старой советской привычке храню заначку в томах художественной литературы! Пушкин, Лермонтов, Достоевский… Хочешь посмотреть на банк?

Я кивнула. Мы с мужем поднялись на второй этаж, вошли в библиотеку, в которой стены заставлены книгами. Вульф открыл дверку и показал на коробки.

– Узнаешь? Что это?

– Конечно, – улыбнулась я, – настольные игры. Любимое занятие Кисы долгими зимними вечерами, да и нам с тобой нравится.

– Лично я предпочитаю «Банкира», – подхватил Макс, вытащил большую укладку, открыл ее, потом подмигнул мне. – Ясно?

– Деньги! – подпрыгнула я. – Пятитысячные купюры! Выглядят как настоящие, даже на ощупь похожи.

– И хорошо потрепаны, что придает им еще большую схожесть с реальными купюрами, – добавил муж.

– Ойкотен мог понять, что ему дали игрушечные деньги, – пробормотала я.

– Он сильно щурился, моргал – так ведут себя люди, у которых проблемы со зрением, а они не желают носить очки, – объяснил Макс. – Могло не сработать, но прокатило. Не знаю, что мужик собрался делать с этой суммой, но его ждет сюрприз и в магазине, и в банке.

– Пять рублей самые что ни на есть настоящие, – хихикнула я. – Агнесса Петровна попалась на удочку мошенника.

– Тетушка обладает странным видом жадности, – покачал головой Макс. – Судя по покупкам, она совершенно не нуждается. Но постоянно жалуется на отсутствие средств. Есть категория людей, которые, обладая хорошим капиталом, ходят в рванье, питаются из помойки. Это болезнь. Есть обеспеченный народ, который ждет распродаж, чтобы купить по скидке разные вещи. Но это разумная экономия, мы сами так поступаем. Многим из тех, кто на вершине успеха, безразлично, на какой машине ездить. Они не станут тратить деньги ради фирменного знака на одежде, купят то, что им нравится, им не надо ничего доказывать ни себе, ни окружающим, они уже все имеют. А у Агнессы очень странное поведение. Завтра кое-что проверю, а сейчас спать охота.