Послесловие

«Хотя ежедневный опыт говорит, что смерть — это непреложный удел каждого человека и закон природы, однако Священное Писание учит, что первоначально смерть не входила в планы Бога о человеке. Смерть не есть Богом установленная норма, а скорее уклонение от нее и величайшая трагедия. Книга Бытия повествует, что смерть вторглась в нашу природу вследствие нарушения первыми людьми Божией заповеди. Согласно Библии, целью пришествия в мир Сына Божия было вернуть человеку утраченную им вечную жизнь. Здесь речь не о бессмертии души, потому что она по своей природе не подлежит уничтожению, а именно о бессмертии человека в целом, состоящем из души и тела. Восстановление единства души с телом должно осуществиться для всех людей одновременно при всеобщем воскресении мертвых.

В некоторых религиях и философских системах (например, в индуизме и стоицизме) проводится мысль, что главное в человеке — это душа, а тело лишь временная оболочка, в которой душа развивается. Когда душа достигает известного духовного уровня, тело перестает быть нужным и должно быть сброшено, как сносившаяся одежда. Освободившись от тела, душа восходит на более высокую ступень бытия. Христианская вера не разделяет такое понимание человеческой природы. Давая предпочтение духовному началу в человеке, она все же видит в нем принципиально двухсоставное существо, состоящее из дополняющих друг друга сторон: духовной и материальной. Существуют и простые бестелесные существа, как Ангелы и бесы. Однако у человека другое устройство и назначение. Благодаря телу его природа не только сложнее, но и богаче. Богом определенный союз души и тела — это вечный союз.

Когда после смерти душа покидает свое тело, она попадает в чуждые для себя условия. Действительно, она не призвана существовать как призрак, и ей трудно приспосабливаться к новым и неестественным для нее условиям. Вот почему для полного упразднения всех разрушительных следствий греха Богу угодно было воскресить созданных им людей. Это произойдет при втором пришествии Спасителя, когда по Его всемогущему слову душа каждого человека вернется в свое восстановленное и обновленное тело. Надо повторить, что она войдет не в новую оболочку, а соединится именно с телом, которое принадлежало ей раньше, но обновленное и нетленное, приспособленное для новых условий бытия.

Что касается временного состояния души со времени ее разлучения с телом и до дня всеобщего воскресения, то Священное Писание учит, что душа продолжает жить, чувствовать и мыслить. «Бог не есть Бог мертвых, но живых, ибо у Него все живы», — сказал Христос.

Смерть, будучи временным разлучением с телом, в Священном Писании именуется то отшествием, то разлучением, то успением.

Ясно, что слово успение (сон) относится не к душе, а к телу, которое после смерти как бы отдыхает от своих трудов. Душа же, разлучившись с телом, продолжает свою сознательную жизнь, как и раньше.

Справедливость этого утверждения видна из притчи Спасителя о богатом и Лазаре и из чуда на Фаворе. В первом случае евангельский богач, находящийся в аду, и Авраам, пребывающий в раю, обсуждали возможность послать душу Лазаря на землю к братьям богача, чтобы предостеречь их от ада. Во втором случае жившие задолго до Христа пророки Моисей и Илия беседуют с Господом о Его предстоящих страданиях. Еще Христос сказал иудеям, что Авраам увидел Его пришествие, очевидно, из рая и возрадовался.

Эта фраза не имела бы смысла, если бы душа Авраама пребывала в бессознательном состоянии, как учат некоторые сектанты о жизни души после смерти. Книга Откровения в образных словах повествует о том, как души праведников на Небе реагируют на события, происходящие на земле.

Все эти места Писания учат нас верить, что, действительно, деятельность души продолжается и после ее разлучения с телом.

При этом Писание учит, что после смерти Бог назначает душе место ее временного пребывания в соответствии с тем, что она заслужила, живя в теле: рай или же ад. Определение в то или иное место или состояние предваряется так называемым «частным» судом. Частный суд надо отличать от «всеобщего» суда, который состоится в конце мира. О частном суде Писание учит: «Легко для Господа в день смерти воздать человеку по делам его».

И дальше: «Человеку надлежит однажды умереть, а потом суд», (Евр. 9, 27) — очевидно, индивидуальный.

Есть основание предполагать, что в начальной стадии после смерти, когда душа впервые попадает в совершенно новые для нее условия, она нуждается в помощи и руководстве своего Ангела-Хранителя. Так, например, в притче о богатом и Лазаре рассказывается, что Ангелы взяли душу Лазаря и отвели ее на Небо. Согласно учению Спасителя, Ангелы заботятся о «малых сих» — о детях (в прямом и переносном смысле).

О состоянии души до всеобщего воскресения Православная Церковь учит так: «Веруем, что души умерших блаженствуют или мучаются по делам своим. Разлучившись с телом, они тотчас переходят или к радости, или к печали и скорби. Впрочем, не чувствуют ни совершенного блаженства, ни совершенного мучения, ибо совершенное блаженство или совершенное мучение каждый получит после всеобщего воскресения, когда душа соединится с телом, в котором жила добродетельно или порочно».

Таким образом, Православная Церковь различает два состояния души в загробном мире: одно для праведников, другое для грешников — рай и ад. Она не признает римо-католического учения о среднем состоянии в чистилище, поскольку в Священном Писании нет никакого указания на среднее состояние. При этом Церковь учит, что мучения грешников в аду могут быть сняты по молитвам за них и по добрым делам, совершаемым в их память. Отсюда традиция подавать помянники за Литургией с именами живых и умерших».

Что даровало человечеству христианство своим учением о бессмертии?

1. Господь силой Своего всемогущества сотворил человека состоящим из души и тела и предназначил его к бессмертию.

2. Человек сотворен свободным, вследствие чего он ответственен за свои поступки.

3. Злоупотребив своей свободой, человек пал и тем исказил свою природу, следствием чего была смерть, сделавшаяся общим достоянием всего живущего.

4. По закону смерти тело разрушается, разлагаясь на свои составные части и обращается во власть земных стихий, душа же продолжает свое бытие, оставаясь сама собой, сохраняя свою личность и самосознание, и в этом состоит ее бессмертие.

5. Душа бессмертна не по природе своей, но по милости и благости Божьей. Душа не есть жизнь, но только она причастна жизни до тех пор, пока угодно это Господу.

6. Разлучение души и тела, причиняемое смертью, есть временное. В последний день мира тело, умершее и разрушившееся, восстанет из праха и соединится со своей душой.

7. Чудо воскресения тела совершится Господом Иисусом Христом, — только Его всемогущественной силой Божественной, которой совершено и Его собственное во плоти из мертвых воскресение.

8. Животворящее действие воскресения прострется на всех умерших, праведников и неправедников. Коснется оно и тех, которых пришествие Господа застанет в живых. В этих последних оно обнаружится особенным изменением их телесного организма.

9. По существу своему и основным элементам воскресшие тела будут те же самые, которые жили на земле, в свойствах же своих и состоянии своем будут отличнейшие и превосходнейшие, — соответствующие духовной природе человека.

10. По мере нравственного совершенства людей и тела воскресшие будут различны по своему достоинству.

11. Цель воскресения есть требование высочайшей справедливости и правды. Так как тело есть существенная половина человеческого состава, то необходимо, чтобы и оно разделило последнюю судьбу человека. Итак, если душа будет наслаждаться блаженством за добрые дела, то необходимо, чтобы и тела разделяли с ней это блаженство. Если же душа осудится на вечное мучение за злые дела, то и тело должно участвовать в нем.

На основании изложенных выше положений мы имеем право сделать такие заключения:

1. Христианское учение о бессмертии не есть естественная эволюция учения языческой философии и, в частности, платонизма.

2. Христианское учение о бессмертии есть истинно богооткровенное, во всей полноте своей открытое Самим Господом.

Доказательства этих положений следующие:

1. В христианском учении есть моменты существенно новые, которых нельзя вывести генетическим путем из предшествующих стадий развития, потому что они отрицают собой то, что им предшествовало. Сюда относятся: а) мысль о творчестве Божества, создавшего все из ничего могуществом силы Своей, тогда как в языческом мировоззрении мир совечен Богу, или, что то же самое, мир есть тот же бог; б) душа человеческая, как и весь мир, сотворена Богом из ничего и потому имеет начало своего бытия; в) человек создан состоящим из души и тела, которые в своем дивном союзе составляют единую, нравственно-разумную, чувственно-духовную личность, при самом сотворении своем назначенную Господом к блаженству и бессмертию: тогда как в системе платонизма душа человека одна существует в вечности, тело же дается ей случайно, временно, в виде особого наказания; г) по учению христианскому душа человеческая наследует бессмертие не в силу своей безначальной природы, но по милости и благости Божьей, потому что единый имеет бессмертие — Господь (1 Тим. 6, 16); в языческом же мировоззрении души бессмертны по самой природе своей, как безначальные; д) по учению христианскому человеческое тело вновь соединится со своей душой и восстанет для жизни вечной и бессмертной, смотря по заслугам человека, по взгляду же языческому тело умрет навеки, по крайней мере в том виде, в каком оно существовало; е) по учению христианскому душа человека, после смерти тела сохраняет свою личность и самосознание, какой же предстанет она и на суде и войдет в жизнь вечную, в системе же платонизма нет места понятию о личности и индивидуальности, и бессмертие, какое обещает он, не есть бессмертие личной, индивидуальной души, а бессмертие рода, бессмертие души мира, ибо человеческая душа есть искра мировой души.

Итак, христианское учение о бессмертии, как не имеющее для себя почвы в предшествующих стадиях развития, есть дар Божий, дело сверхъестественного Божественного Откровения.

2. Истина Богооткровенного христианского учения о бессмертии души открывается и из внутреннего совершенства, высоты и полноты этого учения. Само по себе это учение есть совершеннейшее и во всех отношениях безукоризненное. Ни один предубежденный ум, никакая человеческая критика не могут усмотреть в нем ни противоречия, ни односторонности, ни неясности. Ибо что можно возразить против всемогущества творческой воли Божества? Мысль о творческой воле разом устраняет из мировоззрения все непримиримые противоречия и дуализм духа и материи, и пантеизм, и гилозоизм. В христианском учении душа человеческая объемлется во всей своей полноте, сообразно своей истинной сущности. Судьба человека после смерти изображается соответствующей истинному понятию о Божестве, его всемогуществе и благости, а также понятию о мире и человеке. Все в этом учении исполнено гармонии, все согласовано между собой, и все объясняется одно другим.

Мысль пытливая вполне удовлетворена, и никаких возражений не предвидится ни с какой стороны.

3. Христианское учение о бессмертии есть сверхъестественное, богооткровенное учение. Это видно еще из того высокого, благотворного влияния, какое оказывает оно на человека. Все силы человеческого духа находят в этом учении полное удовлетворение и успокоение. Его нравственное чувство удовлетворено обетованием полного и справедливейшего воздаяния, нелицеприятного и совершеннейшего. Его сердцу обещано созерцание красоты совершеннейшей, перед которой бледнеют радости здешней жизни. Уму человека обещано знание всеобъемлющее, ведение самой истины полное и непосредственное. Всему самосознанию человека, как существа духовного и чувственного, как индивидуальной личности, свободной среди других и отличной от всех других, для которой дорого все родное, свое, отличительное, выработанное собственной самодеятельностью, усилиями своей воли и затратой лучших сил, — обетованно сохранение индивидуальности и личности, со всеми дорогими для нее задатками и стремлениями.

4. Как дивную, поистине Божественную, черту этого учения нужно еще иметь в виду и то, что оно, это учение, при всей своей возвышенности и полноте, ничуть не стесняет, не сковывает естественной мысли человека, которой дается здесь широчайший простор. Мысль, окрыленная величием предмета, свободно возносится вверх, ее не пугают ни страх непримиримых противоречий, ни боязнь оказаться бессильной перед неодолимыми трудностями. Вопрос уже решен принципиально и бесповоротно. Остается однако же еще задача великая и благородная, задача, представляющая собой все новые и новые горизонты и точки зрения, — поставить это решение в связь и согласие со всеми другими, постепенно уясняющимися фактами знания во всех соприкосновенных отраслях ведения. А сколько таких отраслей? Можно сказать, что нет такого факта жизни природы и человека, куда бы не простиралась великая мысль о бессмертии.

5. Божественное достоинство христианского учения о бессмертии открывается еще из следующих соображений. Естественная мысль человека, предоставленная сама себе, не пришла к решению этого величайшего вопроса. Этого мало — она никогда и не могла прийти к нему без помощи Божественного Откровения, сколь долго ни стремилась бы она к такому решению. Ибо к чему могла прийти естественная мысль, идя своим естественным путем, устанавливая сложную цепь причин и следствий, и сама повинуясь ей, — это было только некоторое предчувствие истины, неясная догадка того, что истина существует, но где эта истина и какова она, уяснить эту истину и формулировать ее с раздельностью и ясностью сознания естественная мысль была не в состоянии. Все попытки ее в этом направлении, даже гениальные, оставались безуспешными. Они и должны были оставаться таковыми и впредь, потому что в их распоряжении мыслящего духа не было данных для решения вопроса, не было посылок для вывода заключения.

В течение многих веков работала мысль человеческая в данном направлении. С точки зрения различных принципов решался вопрос. Становились одна на место другой точки зрения самые противоположные, но с каждым таким усилием, напрягая всю свою энергию, мысль приходила в результате своих стремлений или к гилозоизму, или к пантеизму, или к дуализму, то есть таким принципам, которые носят в основе своей зародыш разложения и непримиримых противоречий и тем самым уничтожают сами себя. Положение дела не изменилось бы к лучшему никогда, если бы на помощь естественной мысли человека не пришло сверхъестественное Божественное Откровение. И это можем мы утверждать с решительностью. Ибо что мы видим в наше, славящееся своим просвещением время? Мы видим, что во всех важнейших вопросах: в вопросах о Боге, мире и человеке научная мысль нашего времени, как скоро чуждается она истин Откровения, впадает в пропасть или пантеизма, или дуализма, или все того же гилозоизма, хотя, быть может, более утонченного. Все, что могла сделать древняя мысль, работая в этом направлении, было только некоторой подготовкой человека к восприятию высоких христианских истин. Она подготавливала к этому, воспитывая в человеке чувство недовольства всей суммой достигнутого знания, сознание недостаточности своих сил в уяснении сокровенных тайн бытия, в познании важнейших и насущнейших вопросов духовной жизни, — чувство тяготы своей нравственной скудостью и нечистотой, которое не может быть побеждено никакими усилиями человеческой воли, — и вместе с тем жажду божественной помощи в достижении сокровенных целей жизни.

Философия пришла к отчаянию во всякой истине. Справедливо видели в известном, брошенном в легкомысленно презрительном тоне высокомерия вопросе Пилата: что есть истина? Невольное выражение того результата, к которому пришло все стремление древнего мира к истине. Все опыты найти истину оказались неудачными, поэтому считалось за лучшее вообще отказываться от этого бесплодного мечтания. Хотя вместе с тем нельзя было вырвать из сердца глубоко коренящегося в нем стремления к истине. Истина должна была выйти не из изможденных сил человеческого духа, но она должна была вступить в историю, как дело Божие, и вступить в лице Того, Кто мог сказать о Себе: «Я есмь истина».

Истины воскресения и бессмертия стоят в неразрывной и тесной связи со всем учением христианским. Все заповеди и обетования христианства направлены к будущей, вечной жизни, которая и есть истинная жизнь, к которой теперешняя жизнь есть только приготовление. Поэтому если нет бессмертия, нет и христианства. Если мертвые не воскресают, то и Христос не воскрес. А если Христос не воскрес, то и вера наша тщетна. Сам Господь Иисус Христос подтверждает истину воскресения многими яснейшими словами. Что же особенно важно, Он Сам воскрес во плоти Своей из мертвых и тем дал осязательный залог будущего всеобщего воскресения. Потому-то апостолы учили, что достаточно веры в Господа воскресшего, чтобы быть уверенными во всеобщем воскресении.

Таким образом, в христианстве истины бессмертия и воскресения составляют существенные предметы веры и получат свою достоверность от этой веры. Здесь они не служат предметом доказательств. Здесь говорит сам Бог. Здесь они несомненны, как жизнь. Доказательства нужны для неверующих и колеблющихся. Слово же истины свободно и самовластно. Оно не хочет подлежать испытанию посредством доводов, не допускает исследования путем доказательств. Его благородство и достоверность требуют, чтобы верили тому, кто послал его. Слово же истины посылается от Бога... и нет иных доказательств помимо самой истины, которая есть Бог.