Св. Бенедикт. Его филиппика против испорченности монахов. – Восьмое небо – небо Неподвижных Звезд.
1 Объявшее мой разум удивленье
Меня к моей Вожатой обратило,
Как к матери дитя бежит в смущенье.
4 Она ж ко мне, подобно маме милой,
Слезами лечащей испуг дитяти
И голосом ему дающей силы,
7 Рекла: «Иль ты не в царстве благодати?
Здесь все, что деется из доброй воли,
Все к доброй цели деется и кстати.
10 И почему ты не смутился боле
Отсутствием улыбки с гимном ныне,
Когда ты криком сим смущен дотоле?
13 Но знай ты крика этого причины,
Ты видел бы приготовленья к карам,
Какие у́зришь до твоей кончины.
16 Не поспешает и не медлит даром
Меч Божий, чьи возмездия нависли
На всех, дрожащих под его ударом.
19 Но на другое тщись направить мысли
И, взор свой обратив сюда охотней,
Духо́в сих славных множество исчисли».
22 Я взоры обратил, узрев: несчетней,
Чем искры в мраке рассыпает пламя,
Друг друга крася, сфер блистали сотни.
25 Но, любознательности уязвлен шипами,
Боялся я сказать, излишне смело
Мое желанье выразив словами.
28 Тогда из этих перлов самый белый,
Приблизившись ко мне, полет оперил
Желанья, что во мне так пламенело.
31 «Когда б любовь, нас жгущую измерил, —
Из ясности промолвил голос звездный, —
Ты мне свое желание б доверил,
34 Да не придешь ты к цели слишком поздно
Так долго ждав, – отвечу я заране
Столь бережно таимой жажде слезной.
37 Гора – оплот Кассины оснований,
До дней моих скужителям порока,
Обманутым служила для собраний.
40 Впервые я Того явил их оку,
Кто истину нам дал, богообразно
Подъемлющую здесь нас столь высоко,
43 И благодать мне помогла от грязной
Исторгнуть нечисти весь край окрестный,
Для гибели служивший и соблазна.
46 Все эти светочи зажег небесный
Тот пламень, что, во век не угасая,
И цвет растит, и плод дает прелестный.
49 Здесь Ромуальд, Макарий и святая
Семья отвергших мир ваш, добровольной
Темницей кельи сердце укрепляя».
52 «Любовь, – я рек, – сквозящая невольно
В твоих словах (а как узнал теперь я,
Ее и в этих всех духа́х довольно),
55 Столь многое внушила мне доверье,
Каким раскроет солнце в розе дикой
Все лепестки и все листочков перья,
58 Но взор мой твоего сподобив лика,
Меня ввоочь сообщником соделай,
Коль милости я стою столь великой». —
61 «Коль так высоко жаждешь ты и смело, —
Твое желанье всякое безмолвно
В последнем круге замолчит всецело.
64 Там совершенно, цельно все и полно,
Все части слиты в вечном постоянстве,
Всех – и моих – желаний стихнут волны;
67 Зане тот круг великий – вне пространства,
Но наша лествица к нему стремится,
И внятны нам красы его убранства.
70 Вотще она могла когда-то сниться
Иакову! Вотще он зрел со страхом
На ней духов блаженных вереницы!
73 Никто теперь поднять ноги над прахом
Уже не хочет, и мои законы
В писаньи упражнением монахам
76 Давно не служат, – нет! Давно в притоны
Соборы обратились и карманом
С мукою затхлой стали капюшоны.
79 Иуда с сердцем от стяжанья пьяным,
Для Бога не явился б столь порочным,
Как инок мой в стяжаньи постоянном!
82 Предписано законом церкви точным:
Именье церкви нищим отдается —
Не братьям и не сыновьям побочным!
85 Но плоть слаба, и редко удается
То семя, что от добрых сил зачато,
Покуда в дуб сей желудь разовьется.
88 Петр начал дело без сребра и злата;
Молитва, как и пост, – мое начало,
Смирение одно – Франциска брата.
91 А если посмотреть, уже немало
Начал прекрасных возросло на горе,
И белое вначале – черным стало!
94 Но Чермное делящееся море
Есть чудо большее пред тем, которым
Исправлены они б могли быть вскоре». —
97 Так дух изрек и вновь с блаженным хором
Соединился, и весь хор с исподу
К вершине вдруг взметнулся вихрем скорым.
100 Мадонна воззвала меня к восходу,
Восторжествуя над моей влекомой
Ее призывом низменной природой.
103 Здесь, где падение быстрей подъема,
Едва ль, читатель, было бы понятно
Столь страстное влеченье к Божью дому;
106 И – пусть, коль лгу, я не вернусь обратно
На это празднество́, о коем страстно
Лью слезы я и каюсь многократно,
109 Но тщился б ты сравнять со мной напрасно,
Обжегшись, от огня перста отъятье, —
Как над Тельцом достиг я сферы ясной.
109 О знак святой, отколе мог приять я
Все, много или мало их скопилось, —
Мой ум и силы все – все без изъятья!
115 Средь вас взошла, средь вас же закатилась
Жизнь земнородного всего творенья,
Когда впервой дыханье в грудь мне лилось.
118 Когда превознесен я в те селенья,
Верховной благодатью вознесенный, —
Тому причиной – к вам мое стремленье.
121 Пребудьте ж и отныне благосклонны,
К дальнейшему пути мне влив отвагу,
К чему влеком я всей душей смущенно!
124 «К последнему настолько близясь благу, —
Тогда мне Беатриче говорила, —
Готовь твой взор к столь дерзостному шагу;
127 И прежде, чем твоя нога вступила,
Взгляни сперва, как много сфер пройдённых
У твоего подножия почило,
130 Чтоб радостней предстать меж просветленных,
Столь радостно несущихся в круженье
Под сводом сих небес превознесенных».
133 Я вниз взглянул и увидал вращенье
Земли в столь жалком виде и ничтожном,
Что даже улыбнулся от презренья,
136 И одобряю всех, красотам ложным
Презренье шлющих, ум всегда вперяя
Сюда, в обитель истин непреложных!
139 Без пятен, на которыя взирая,
Я прежде заблуждался, дочь Латоны,
И всю в сияньи видел здесь тебя я.
142 Тебя я видел, сын Гипериона,
И не поникнул взором; за тобою
Вращались дети Майи и Дионы.
145 Юпитер мне в точнейшем мерном строе
Предстал, отца умеривши и сына —
Здесь ясно их движенье круговое;
148 И все семь сфер, широты их и длины,
Их отдаленья, ход их непреложный
И равномерности его причины —
151 Все видел я, – с той точкою ничтожной,
Чей вид от вечных Близнецов явился
С горами, с бездною морей тревожной,
154 И вновь к прекрасным взорам обратился.