Синий камень

Вблизи Плещеева озера, между деревней Криушкино и Александровой горой, рядом с древним городищем Клещин, находится священный Синь-камень, один из немногих ритуальных объектов, сохранившихся со времён языческой Руси.

В названии камня нет никакой загадки. Издавна было замечено, что после дождя его серый цвет меняется на интенсивно синий. Анализ состава камня позволил сделать вывод, что это происходит из-за преломления и отражения света мельчайшими чешуйками особенных минералов.

Загадка в другом – по многочисленным свидетельствам, в период борьбы с язычеством, камень попытались убрать с людских глаз, но он всё равно оказался там, где его можно увидеть. И даже к нему прикоснуться.

Синий камень

Предприимчивые коммерсанты сделали подход к Камню платным, объясняя свою инициативу необходимостью обустройства окружающей Камень территории. Территория действительно обустроена, только вот сам Камень, быть может – в знак протеста против меркантильности ХХ века, постепенно уходит в землю.

Те, кто придёт к нему, увидят лишь небольшую площадку высотой не более 30 сантиметров.

Однако более полутора тысяч лет назад Камень был местом совершения языческих ритуалов населявших район Плещеева озера мерян, древнего угро-финского народа. Да и после того, как в эти места пришли славяне, языческое поклонение Синему камню продолжалось ещё много веков. Каковы именно были эти ритуалы, в настоящее время неизвестно, но исследователи мерянской культуры предполагают, что его проявляющийся синий цвет олицетворял для древних угро-финнов и славян-язычников одного из верховных богов финно-карельской мифологии, могущественного бога грозы Укко. Это божество, носившее также имя «Синяя накидка» и изображавшееся в виде грозного седобородого старца в синем плаще, могло в одночасье принести как удачу, так и несчастье. Более того – небольшие углубления в камне для древних мерян считались проходами в «страну мёртвых», и поэтому Синий камень был одним из важнейших мест почитания предков.

После принятия христианства священнослужители предпринимали неоднократные попытки если не избавиться от языческого Камня, то хотя бы сделать так, чтобы вокруг него не собирались окрестные жители. Поэтому Камень, изначально находившийся возле стен Борисоглебского надозерного монастыря, был зарыт в землю. Об этом событии повествуется в житии Иринарха Ростовского (конец XVI – начало XVII века), преподобного русской православной церкви, влиятельного монаха, за благословением к которому приезжали вожди народного ополчения Смутного времени Дмитрий Пожарский и Кузьма Минин.

Тем не менее вскоре Камень вновь, из-за эрозии почвы, оказался на поверхности. Тогда, уже в конце XVIII века, было принято решение использовать Синий камень как часть фундамента строящейся южнее Борисоглебского монастыря церкви. Во время перевозки Камня по замёрзшему озеру лёд не выдержал, и Камень утонул.

Через 70 лет, в 1858 году, Камень труднообъяснимым образом оказался на своём нынешнем месте. Приверженцы мистических толкований считают это проявлением бунта языческих богов…

Хотя на самом деле он, скорее всего, был как бы выдавлен со дна озера под влиянием ветров, движения льдов и подвижек илистой почвы.

Памятник Александру Невскому

Памятник стоит на месте княжеского дворца, в котором в 1220 году у князя Ярослава Всеволодовича родился второй сын Александр. Знаменитый не только тем, что одержал ряд побед над иноверцами, но ещё и тем, что отстоял православный выбор нашей страны и заложил основы будущей российской государственности.

Здесь же, в расположенном на Красной площади Спасо-Преображенском храме, Александра Ярославовича крестили, а когда он стал отроком – обучили воинскому искусству. И это в Переславле князь усваивал первые нравственные заветы, читая и изучая Библию, знаменитое «Поучение к детям» своего прапрадеда Владимира Мономаха, а также другие назидательные книги. Очень ему нравился, кстати, и переведённый с греческого на русский язык роман «Александрия» о подвигах Александра Македонского, который стал самым любимым героем будущего полководца Руси.

Памятник Александру Невскому

Всем известны победы Александра Невского над шведами и над «псами-рыцарями» на льду Чудского озера 5 апреля 1242 года, когда князю было всего лишь 20 лет. Однако кульминацией его великого пути служения Земле Русской можно, пожалуй, считать другое событие, которое произошло в конце 1252 года. Русь тогда находилась между двух губительных огней, между молотом и наковальней – агрессией с Запада рыцарей-крестоносцев и монгольским нашествием с Востока. Причём папский престол в Риме постоянно поддерживал рыцарский Drang nach Osten («натиск на Восток»). И вот во Владимир, где тогда княжил Александр, прибыли два посла из Рима, которых послал папа Иннокентий IV, – кардиналы Галд и Гемонт. В своём послании первосвященник предлагал «герцогу Суздальскому» ознакомиться с учением римско-католической церкви и принять его всей душой, а ещё он уверял, что князья и их подданные на Руси найдут тишину и славу лишь под властью Римского престола. Также Иннокентий IV требовал от Александра построить католический храм во Пскове и пригласить к себе в гости епископа Прусского. В заключение он хвалил великого князя за то, что тот не пожелал подчиниться жестокому монгольскому игу. Впрочем, папа и не мог знать (ведь послание было написано в 1248 году и лишь через 4 года оно достигнет адресата), что Александр Невский к моменту получения «римских» предложений и требований уже посетил Золотую Орду и получил от хана Сартака ярлык на великое княжение.

На самом деле Иннокентий IV толкал русских на войну с монголами, когда военная мощь и преимущество наследников Чингисхана были неоспоримы. Он хотел чужими руками окончательно уничтожить Русь, облегчив крестоносцам захват северо-западных русских земель. И Александр Невский, посовещавшись с митрополитом Кириллом и приближенными боярами, дал такой ответ: «От Адама … до Христова Рождества, от Рождества Христова до первого собора, от первого собора до седьмого – обо всём этом хорошо знаем, а от вас учения не приемлем».

Увы, об этом отпоре католичеству не вспоминали в советских учебниках. Александр Невский тогда представал только как великий полководец, спасший Русь от иноземных захватчиков. Когда в 1952 году советское правительство решило установить памятник национальному герою, то они тоже просили архитектора Сергея Орлова показать Невского полководцем, что мастер и сделал, изобразив князя в кольчуге.

Однако забытую миссию князя – защитника православной веры – красноречиво подчеркнула архитектура, ведь стоит бюст на фоне Спасо-Преображенского собора и нескольких старинных церквей.