Глава 8

С самого утра мы продолжили эксперименты. Нашли одно тихое местечко, где и взялись за магические изыскания. Я провел расчеты, подобрал нужный спектр для Водной руны и Дисбаланса. С первого раза правильную конфигурацию нащупать не удалось, но мы были близки. Немного покрутили спектры и снова из печати закапало, что говорило о верности теории.

Заклинание требовалось подгонять под местность, и тогда оно заработает практически в любом месте Тардиса. Само собой, в местах повышенного Резонанса и тем более в точках активного Резонанса эффект получался намного выше. К сожалению, погрешность при измерениях оставалась существенной, так что проверка точного спектра занимала время.

Я даже задумался о том, чтобы создать отдельный артефакт или печать, которая бы замеряла природный фон и автоматически определяла, какой спектр подойдет. Правда, для этого в печать придется внедрять сложные мозголомные контуры. Вспоминать программирование, загонять формулу расчета и что-то вроде калькулятора внутрь заклинания.

Когда думал о сложности итоговой печати, так мозги начинали кипеть. Это чуть ли не мини-компьютер на коленке сварганить. Причем, однофункциональный — созданный для одной конкретной задачи. В теории это можно было провернуть, но сколько времени займет создание даже Богам не ведомо. Так что я решил отказаться от данной затеи и вести расчеты по-старинке — с помощью головы, бумаги, пера, чернил и любимого инструмента чародея — метода проб и ошибок.

Водная руна работала исправно, получая энергию из поля Тардиса, а вот Дисбаланс постепенно расходовал вложенную энергию. Я потратил несколько часов, пытаясь перелопатить конфигурацию и руны так, чтобы заклинание тоже подключилось к внешнему полю и не расходовало личную энергию. Однако здесь я потерпел неудачу.

Звуко-Молниевое заклинание не желало стыковаться с магическим фоном Тардиса. Дисбаланс не получилось запитать от халявной энергии.

Я понял, что мы близки к тому, чтобы начать работу над полноценным артефактом, но нам с Лейной все еще не хватало знаний. Поэтому я пошел искать наставника. Меня направили к лучшему зачарователю Горунга — эксцентричной старой ведьме, иначе и не скажешь. Ибо за двухчасовую лекцию она взяла с меня тридцать золотых! Если б я такие деньги зашибал на пустом месте, то может и не подался бы в работорговцы.

До многих вещей дошел собственным умом, некоторые элементы подсмотрел в рабочих артефактах. Оставшиеся пробелы удалось закрыть благодаря местной зачаровательнице. Не сказал бы, что успел охватить все моменты, но конкретно под наш случай я постарался вызнать все, что требовалось.

Алчная ведьма поведала нам о типах материалах для артефактов, о стабильной их работе и долговечности. Это ведь не разовое заклинание, которое развеется после использования. Артефакты должны работать годами, а то и веками. Так что здесь требовалась особая точность и расчет.

Условно говоря, если для обычной разовой печати хватало кривых мазков художника, то в артефакте требовался выверенный чертеж инженера. Чем выше точность и идеальность заклинания, тем дольше артефакт проработает. У нас, слава огню, в этом плане все было замечательно, ведь мой метод дифференциальных уравнений позволял довести заклинание практически до полной гармонии.

Разве что Проклятье может слегка помешать стабильности, но в целом это можно будет обойти.

— Ты ведь так и не довела учебную руну для Водной части до гармонии? — обратился я к ученице.

Лейна помотала головой с сожалением.

— Значит, ты должна будешь довести руну до гармонии. Даже небольшое улучшение повысит эффективность печати как бы не в разы.

— Сделаю все, что в моих силах, наставник! — произнесла Эббот решительно.

Главный вопрос, который меня интересовал — запитка артефакта, о чем я спросил почти сразу.

— Интересный вопрос, молодой человек, — пошамкала губами колдунья. — Существует три варианта доставки маны в печать. Самый примитивный — внедрение энергии через осколок. На таком принципе работают, например, магические светильники. Подходит это для простых заклинаний, потребляющих небольшое количество маны. Ведь энергия осколка используется крайне расточительно. Девять десятых теряется впустую.

Зачаровательница взяла из шкафа осветительный артефакт и продемонстрировала нам. Мы с Лейной сформировали Линзы и всмотрелись в магические контуры прибора.

— Мы ищем более экономный метод, — выдал я.

— Второй вариант — внутренний накопитель из магических контуров. Процесс более сложный и тонкий. Такие варианты, например, используются в зачарованном оружии и доспехах, — старая чародейка положила перед нами зачарованный кинжал, который мы принялись рассматривать магическим зрением. — Арртефакт имеет небольшой запас маны, которая расходуется относительно эффективно. Вот только обычный человек никак не сможет зарядить предмет. Для этого нужна помощь опытного чародея и те же самые осколки. При передаче энергии из осколка тоже часть маны расходуется впустую, но более грамотно, нежели в первом примере.

— То есть, артефакты требуется регулярно заряжать. Существуют ли автономные варианты?

— Третий, самый сложный вариант. Артефакты, которые сами заряжаются от окружающего магического поля.

Старуха поднялась и достала из шкафа еще один предмет, которым оказался:

— Ошейник подчинения⁈ — удивилась Лейна.

— Мы ведь и правда их не заряжаем… — покивал я. — И как изготовить эти заряжающие контуры?

— К сожалению, мастера по изготовлению артефактов не раскрывают своих секретов, — поджала губы зачаровательница. — Хранят столь ценную тайну от общественности! Правителям давно следовало распространить эти знания. Ведь тогда и остальные зачарователи смогут создавать самозарядные артефакты!

— Это вряд ли, — хмыкнул я.

— Что?

— Ничего, вам послышалось, — я вгляделся в магические контуры ошейника. — Как думаете, можно ли этот зарядный контур прицепить к другой печати?

— Конечно! Основная проблема кроется в том, что такая руна дает мало энергии. Магии подчинения хватает, но другое заклинание может потухнуть. Кстати, знаете, как можно освободиться от гнета ошейника? — с хитринкой заметила зачаровательница.

— Как? — полюбопытствовал я.

— Десять золотых.

— Т-ц, да вам надо лекции проводить о том, как вести бизнес! — всплеснул я руками.

— С удовольствием проведу вам такую лекцию. За отдельную плату, разумеется.

— Обойдемся. Так как избавиться от ошейника подчинения? — выложил я десяток желтых кругляшей из кошеля.

— Во-первых, артефакты подчинения уникальны. Попадаются с дефектами. Некоторые производят достаточно энергии для поддержания работоспособности, другие — меньше или впритык. Ману ошейники берут из окружающего пространства, а магическое поле по миру неравномерно.

— Уйти в место с низким магическим фоном?

— Верно. И перегрузить ошейник подчинения, думая о чем-то запретном. В таком случае артефакт может исчерпать доступную энергию и перейдет в режим стазиса. В этот момент его и можно попробовать снять. Главное не опоздать, ведь если в следующий миг энергия поступит в ошейник, артефакт может вас убить.

— Что ж, совет довольно очевидный, но может сработать. Правда, сомневаюсь, что на Шимтране много таких мест. На Алгадо проще будет освободиться.

— Кто знает, куда вас заведет кривая дорожка судьбы… — засмеялась кашляющим смехом старая колдунья.

Денег за сеанс мы потратили больше, чем следует, но в целом информация была полезной. Наверняка еще много нюансов оставались под вопросом, но я надеялся, что смогу обойти одно из главных ограничений, почему артефактов и зачарователей так мало — необходимость идеальной выверенной печати. С помощью расчетов я мог создавать настолько отточенные заклинания, что местным архимагам только и оставалось, что кусать локти от зависти.

Тренировки по внедрению у меня тоже были частыми. Любая запись печати в гримуар, в посох или иной фокусатор — по сути зачарование. Поначалу данный процесс шел у меня туго, поскольку потреблял приличное количество энергии, но с развитием рангов стало попроще. На голубом ранге мне хватало мощи, чтобы продавливать сопротивление практически любых материалов.

Единственный пробел — мало работал с драгоценными камнями. Внедрять туда заклинания было напряжно. Но и с этим справимся, если понадобится.

— Как прошло? — поинтересовалась Ниуру, когда мы покинули особняк горунгской зачаровательницы.

— Познавательно, — протянул я задумчиво.

— Сможешь сделать артефакт теперь? — уточнила Красная.

— Есть одна загвоздка… — проговорил я и посмотрел на Ульдантэ.

Лунная эльфийка склонила голову на бок с немым вопросом в глазах.

— Ты ведь не умеешь пользоваться своей особой силой, — скорее утвердительно произнес я вместо вопроса. Ульдантэ не знала ничего про использование Лунных теней до спасения Амарантэ. — Эх, сейчас бы с Санчесом поболтать. Он бы дал мне много ценных советов!

— Нуэзийский изготовитель ошейников? Зачем тебе этот презренный червь? — хмыкнула Кшанти.

— Посоветоваться насчет изготовления артефактов. В ошейниках есть особый контур, который мне нужен…

— У тебя ничего не выйдет, — заметила Кшанти.

— Тебе что-то известно про ошейники? — приподнял я бровь.

Ночная эльфийка умолкла и нахмурилась.

— Рассказывай. Это приказ!

— Я не собираюсь предавать Сумеречный Лес! — поморщилась она от головной боли.

— Ты остаешься верна Сумеркам даже после того, как по твою голову послали убийц? — заметила Лиетарис.

— Королева — это не весь Сумеречный Лес! — ответила Кшанти.

— Похвальная преданность родному королевству, — похлопал я вяло. — Но мне не нужны секреты Сумеречного царства. Меня интересует изготовление конкретных артефактов. Мне известно, каким именно образом их создают.

— Значит, ты в курсе про Лунных эльфов? — уточнила она осторожно.

— Артефакты подчинения делают с помощью магии Лунных Теней, — кивнул я. — Рассказывай!

Кшанти бросила подозрительный взгляд в сторону Ульдантэ:

— Уж не хочешь ли ты сказать, что мотаешься по миру с одной из них?

— Нет. Но Ульдантэ сестра одной из Теней, которую мы спасли из плена. Поэтому кое-что нам известно. Говори!

— Несколько десятилетий назад Сумеркам удалось выкрасть одного зачарователя из Книхрана. Изготовителя рабских ошейников. Мы полагали что это нанесет вред презренной людской империи. Они потеряют источник артефактов подчинения, — поведала Дзартен. — Зачарователь раскололся и рассказал нам о принципах создания артефактов. Мы поняли, что взяли не того. Спустя время нашелся другой чародей в Книхране, который продолжил его дело. Ведь Лунная Тень осталась целой и невредимой, и именно она являлась ключевым элементом.

— И где этот зачарователь, которого вы пленили? — спросила Лейна.

— Давно мертв, — скупо ответила Кшанти.

— Плевать. Что ты слышала про изготовление ошейников?

— Не слишком много, — пожала она плечами. — Все равно что Лунная, что презренная чародейская магия Ночным эльфам неподвластна. Кланам удалось выведать, что зачарование происходит во время восхождения Кайи. Голубая луна дает Тени особую силу, которую та и выплескивает наружу. Чародей же словно ткач создает из них нужные ему узоры.

— Хм, Магическим Щупом? — вопросил я.

— Скорее всего, — пожала плечами Кшанти. — Больше мне ничего не известно.

— Во время восхождения Кайи, значит? — задумался я. — Надо попробовать…

— Так все-таки она Лунная Тень, — резюмировала Дзартен, получив от меня косвенное подтверждение. — И зачем ты только поперся на войну, когда мог клепать ошейники подчинения и жить припеваючи?

— Я бы, может и не прочь, но для моих спутниц это весьма щепетильный вопрос.

— Разве ты не лидер отряда?

— Порой я в этом сомневаюсь…

— Странные вы, люди, — закончила Кшанти и умолкла.

У нас появилось новое направление для исследований, только пришлось дождаться вечера. До наступления ночи мы с Лейной проверили множество разных версий заклинания. Для начала просто перебрались в таверну, которая стояла в одной из слабых точек Резонанса. В заведении уверяли, что здесь тоже можно перескочить на следующий ранг с одним слабым осколком, но мощь поля была заметно слабее, чем в особых гостиницах Нирдхолда. Дурили несмышленых одаренных в общем. Ксарг не мамонт, ксарг не вымрет.

Тем не менее, для наших целей место подходило прекрасно. Благодаря повышенному фону Водная печать активировалась намного проще. Мы могли работать просто из номера, и никто не станет жаловаться на то, что мы проводим некий темный ритуал.

Правда, изредка заклинания срывались, громко бахали и распространяли едкий зловонный запах, но в гостинице терпели все наши опыты, ибо платили мы хорошо.

Я приобрел несколько различных заготовок из разных материалов. В основном из серебра или золота. Просто разной формы. Округлые блямбы и длинные полоски металла.

В этот день я взялся проверять, какой материал лучше подойдет для нашего артефакта и какой толщины необходимо делать ячейки. К сожалению, серебро пришлось отсеять. Слишком это тугой материал для столь тонких контуров. Да и артефакты из него выйдут недолговечными.

Придется сосредоточиться на золоте, а значит сама конструкция может получиться очень дорогой.

Зато удалось сразу подтвердить основную теорию: можно собирать энергию с площади, а не только с конкретной точки. На полосе металла мы внедрили две Водные руны на дистанции друг от друга и заполировали Дисбалансом. Воды стало капать вдвое больше!

Долгие часы мы проводили с Лейной эксперименты, стараясь выяснить точную компоновку печатей. Следовало внедрять Водные руны как можно чаще — так, чтобы использовать всю доступную площадь, всю энергию. Но если забивать каждый квадратный сантиметр, то на каждую печать приходился мизер маны.

Спустя время мы пришли к более-менее оптимальному варианту. Ячеистая структура с шагом примерно в пять сантиметров. В узлах ячеек будут находиться Водные руны. Основные контуры Дисбаланса же можно сделать едиными на весь артефакт. Только распространить его лучи по всей сети ячеек.

В итоге в моем представлении артефакт должен выглядеть как ячеистый забор из золотой проволоки с небольшими уплотнениями в узловых точках и крупный фокусатор в центральной зоне. В роли последнего я решил использовать драгоценный камень одного из своих колец. Дисбаланс получался ветвистым, со множеством отростков, так что его центральную часть лучше запихнуть в качественный фокусатор.

Ночью нам повезло. Кайя показалась из-за туч. Не во всей своей красоте, но Лунная эльфийка почувствовала прилив сил.

— Не уверена, что у меня получится, — заметила Ульдантэ неопределенно.

— Пробуй, а там разберемся, — махнул я рукой. — Главное, постарайся отделить обычный дар от силы Лунной Тени. Используй Кайю как ориентир.

Ульдантэ выдавала совершенно случайные, хаотичные отрезки энергии. Лунные эманации слегка отливали голубоватым светом. Я пытался Щупом сварганить из них нечто удобоваримое, но выходила полная чепуха.

— Так! — сдался я спустя час. — Ты ведь чуешь Лунные эманации? Можешь изготовить из них контуры такой формы, которую я попрошу?

Ульдантэ издала скептический хмык, и мы немного поменяли процесс. Теперь мы с ней старались изначально добиться нужных нам контуров, вплоть до почти отдельных рун. Вместо того, чтобы я их склеивал Щупом.

Вот только Лунная Тень не обладала возможностями полноценного чародея. Она могла творить лишь отдельные контуры. До рун мы добраться не смогли, как не старались.

Тем не менее, прогресс получился значительным. Я получил нужные мне линии, из которых можно было, словно из конструктора, собрать требуемую печать. Здесь ничего изобретать не стал, и просто повторил вязь заклинания из ошейника подчинения, который взял в качестве наглядного примера.

Лунные контуры легко соединялись между собой. Правда, не всегда получалось добыть подходящий по форме и плотности. Тогда я брал тот, что больше всего подходил по виду. Иногда этот контур имел лишние отростки и выпуклости, но главное, что основную функцию выполнял.

Когда у меня наконец сформировалась первая руна самозарядки, то я наконец понял, почему печати подчинения выглядели такими «грязными» и уникальными, не созданными под копирку. Потому что чародею приходилось лепить случайные контуры с нелепыми ненужными отростками, используя то, что получалось у Лунной Тени.

Вроде бы концепция понятна, но у меня возникал один закономерный вопрос: кто этот гений, додумавшийся использовать Лунную магию и слепить из них конкретные сложные контуры. Сколько же ему пришлось экспериментов провести? Я-то просто копировал печати, пользуясь готовым ошейником словно учебником-схемой. Кто же был тем волшебником, создавшим первые артефакты подчинения? Наверное, современные мастера и не в курсе. Безжалостное время поглотило имя основателя.

Первые две руны вышли комом, а третья наконец заработала.

— Есть эффект! — обрадовался я и вытер скопившийся на лбу пот.

— Хоран, моя аура также пострадает, как у Амарантэ? — поежилась эльфийка с серебристыми волосами.

— Типун тебе на язык! Мы ведь не будем массово производить артефакты. Сосредоточимся на штучном, эксклюзивном товаре. В любом случае я владею технологией восстановления поврежденной ауры, поэтому тебе ничего не грозит.

Ульдантэ спокойно кивнула, удовлетворенная ответом.

Похоже, все компоненты наконец в сборе! Водная печать Лейны, мой Дисбаланс и самозарядный контур Лунной Тени. Осталось заказать заготовку для артефакта, соединить все вместе и получить желанный источник воды.

Главное теперь — не продешевить. Нирдхолд заплатит за великое изобретение большую цену! В воздухе витал запах огромной прибыли, в сравнении с которой все мои прошлые сделки выглядели как продажа сникерсов в школьной столовой…