Испанка в тёмно-синем деловом костюме встретила Снейдера и Сабину в аэропорту на лимузине. Она знала не только о прибытии Рона Д. Пакулы, но и о приезде Анны Бишофф.

По всей видимости, Поль Конрад, оформляя трансферный ваучер для дочери, заодно включил в него и собственную встречу.

Они пересекли почти весь остров и направились в «Aurelia Bay Club Resort», расположенный на противоположном его конце. Вход в отель вёл прямо с дороги: через просторную солнечную террасу гости попадали в футуристическое главное здание с ресепшеном.

Всё это высилось на небольшом холме, откуда открывался вид вниз, на Плайя-де-Кала-Фигера.

— Я сразу отнесу ваш чемодан в апартаменты, — сказала испанка.

— Несите.

Снейдер стоял у широкой мраморной балюстрады и, пока Сабина вручала женщине чаевые, смотрел на море.

Зрелище было почти ошеломляющим.

Территория отеля тянулась вдоль всей бухты в форме полумесяца. Насыпной песчаный пляж, обсаженный бесчисленными пальмами, золотился под солнцем, а за ним мерцала лазурная гладь.

Помимо большого главного корпуса и нескольких вспомогательных зданий, венчавших возвышенность, комплекс включал несколько сотен роскошных бунгало-апартаментов в полтора этажа. Они были разбросаны по всей ширине бухты и спускались почти к самому пляжу.

Лишь немногие представляли собой сдвоенные апартаменты с общей просторной террасой. Большинство же имело собственный маленький садик, располагалось не менее чем в десяти метрах от соседнего дома и отделялось живой изгородью.

В отличие от главного здания, напоминавшего современный конференц-центр из стекла и белого каррарского мрамора, гостевые апартаменты были выстроены в мавританском стиле — из белого камня, с террасами, колоннами, арками, резными дверями и ставнями.

Между ними тянулись зелёные полосы с пальмами и подстриженными изгородями, а по асфальтированным дорожкам с тихим жужжанием сновали электрические гольф-кары.

В центре жилой части комплекса раскинулась огромная разветвлённая система бассейнов. По правую руку, насколько Снейдер мог разглядеть, находились три теннисных корта, поле для гольфа, амфитеатр и даже вертолётная площадка.

Слева располагался открытый спа-комплекс с джакузи, сауной и фитнес-маршрутом. Ниже, ближе к морю, виднелась пляжная дискотека, а за ней — небольшая яхтенная гавань с тремя длинными пирсами, у которых стояли десятки яхт.

Всё это производило впечатление огромного, полностью автономного элитного посёлка, построенного, как он успел выяснить по телефону ещё в дороге, гостиничной сетью из Дубая.

— Впечатляет? — спросила Сабина.

— Да, — признал Снейдер и кивком указал на посадочную площадку. — Только мне любопытно, почему за нами не прислали вертолёт.

— Вы сейчас серьёзно?

Он пожал плечами.

— Ладно, забыли. Хочешь приветственный коктейль, прежде чем мы всё осмотрим? — спросила Сабина и, не дожидаясь ответа, вошла в здание.

Он проводил её взглядом.

Вообще-то ему должно было быть совершенно безразлично, что она думает о сорванном отпуске: работа есть работа. И всё же он испытал лёгкое облегчение — похоже, Сабина довольно быстро приняла новые обстоятельства.

К тому же здешняя обстановка многое искупала. Во всяком случае, здесь было несравнимо приятнее, чем в Мюнхене.

Он тоже вошёл в главное здание через автоматическую стеклянную дверь, и его сразу встретило журчание фонтана. Они прошли через охлаждённый холл с голубоватыми стёклами.

В центре притягивала взгляд огромная стеклянная колонна — около трёх метров высотой и полутора шириной. В тёмно-синей воде декоративного резервуара плавали несколько медуз не меньше сорока сантиметров каждая, с длинными, почти метровыми щупальцами.

Хорошо ещё, что эти твари заперты здесь. На пляже я бы с такой встречаться точно не хотел.

Он незаметно огляделся.

Только в этом холле дежурили трое охранников. Не накачанные позёры для устрашения, а скорее неприметные, самые обыкновенные мужчины — с рациями и перцовыми баллончиками на поясах.

Профессионалы — это Снейдер понял по их настороженным, цепким взглядам.

По пути к большой изогнутой мраморной стойке ресепшена он прошёл мимо нескольких ростовых стендов, рекламировавших мастер-классы по позитивному мышлению, и лишь недоумённо покачал головой.

Потом встал рядом с Сабиной у стойки. Похоже, она как раз оформляла их регистрацию. Хотя среди вещей Конрада он не нашёл гостиничного ваучера, тот, очевидно, действительно был здесь зарегистрирован.

Теперь всё упиралось в одно: знает ли кто-нибудь из женщин за стойкой Поля Конрада. Только бы нет.

— Добро пожаловать в «Aurelia Bay Club Resort», — сказала черноволосая красавица примерно возраста Снейдера, с лёгким испанским акцентом.

На золотом бейдже, приколотом к лацкану её тёмно-синей формы, значилось имя: Мерсѐдес. Чуть позади неё висели большие фотографии испанской королевской семьи и шейха Дубая с семьёй.

— Дорога была приятной?

— Отвратительной, — ответил Снейдер. — Самолёт опоздал на два часа.

— О, мне очень жаль. Зато ваши апартаменты уже готовы. Одну минуту…

Мерсѐдес застучала по клавиатуре. Рядом с портретами на стене висели часы, и их сдержанное тиканье отмечало разные часовые пояса — от Лос-Анджелеса и Нью-Йорка до Лондона, Москвы, Пекина и Токио.

Поскольку между Германией и Мальоркой разницы во времени не было, хотя бы к этому Снейдеру привыкать не требовалось. Непривычного средиземноморского климата ему и без того хватало.

Они с Сабиной терпеливо ждали, подписали несколько бланков вымышленными именами и между делом наблюдали за охранниками и гостями, проходившими через лобби то с сумками для гольфа, то с ластами и масками для дайвинга.

По выражению лица Сабины и её широко распахнутым глазам Снейдер понял: несмотря на предварительное знакомство с отелем через интернет, такой роскоши она не ожидала.

Впрочем, он тоже.

Во время поездки он ещё раз подробно изучил сайт отеля. Здесь не было ни привычной для клубных гостиниц анимации, ни детей, ни подростков: этот курорт официально предназначался только для взрослых, и гостям должно было быть не меньше восемнадцати лет.

Вместо этого предлагались огромный велнес-центр, массажи, всевозможные эзотерические курсы, психологические тренинги по самопознанию, художественные и творческие семинары.

Похоже, сюда съезжалось европейское высшее общество — отдыхать в этом неприлично дорогом отеле самопоиска, лепить из глины, писать картины, заниматься танцем самовыражения, проходить голосовую терапию или избавляться от неких энергетических блоков.

И всё это — чтобы обнаружить в себе нечто, о чём прежде они и не подозревали.

Если говорить коротко, публика здесь состояла из особенно обеспеченных снобов, которые не только могли позволить себе такой отдых, но и охотно спускали деньги на самую бессмысленную чепуху.

Если РАФ действительно готовила масштабный теракт, то место было выбрано подходящее.

— О чём вы думаете? — спросила Сабина, заметив его сосредоточенный вид.

— О том, как хорошо, что здесь нет детей, — пробормотал он.

На самом деле он думал и о возможном теракте, и, пожалуй, ещё больше — о собственных нервах: визжащие карапузы и капризные подростки действовали ему на них невыносимо.

— Вы не любите детей? — спросила Мерсѐдес и украдкой покосилась на Сабину.

Та криво усмехнулась.

— Он даже своих не любит.

— О…

Мерсѐдес слегка смешалась, хотя и постаралась этого не показать. Она снова уткнулась в монитор.

Сабина сменила тему:

— За последние годы здесь многое изменилось… я имею в виду, на острове?

Мерсѐдес подняла взгляд.

— А когда вы в последний раз были на Мальорке?

Хороший вопрос. Снейдер покосился на Сабину.

— Давно, — уклончиво ответила она.

— Тогда да, очень многое. Времена, когда Мальорка целиком принадлежала семидесятилетним отдыхающим, давно прошли. Здесь всё чаще покупают жильё представители молодого поколения — спортсмены, инфлюенсеры, музыканты. И правительство тоже многое делает для того, чтобы остров развивался как роскошное, но при этом экологичное и устойчивое туристическое направление.

Она открыла ящик и достала два массивных латунных ключа.

— Вот ключи от ваших апартаментов. Дом «Аполлон» и дом «Дельфы».

— Не магнитные карты? — спросила Сабина.

Мерсѐдес улыбнулась.

— Большинство наших гостей и без того окружены в повседневной жизни гаджетами, приложениями и электронными картами. Поэтому наша управляющая настояла именно на таком старомодном антураже. У нас высоко ценится цифровой детокс.

Надеюсь, кондиционер там всё-таки есть, — подумал Снейдер.

— Вас отвезёт гольф-кар, — продолжила Мерсѐдес. — Ваши апартаменты рядом, и у них общая терраса. Но в порядке исключения мы можем поставить между ними ширму…

— Да, пожалуйста, — сразу сказала Сабина.

Снейдер скривил рот в улыбке, больше подходившей сотруднику морга.

— А домов «Медуза» или «Ксантиппа» для фрау Бишофф не нашлось?

— Как остроумно, — быстро отозвалась Сабина и повернулась к администраторше. — Простите его. Иногда при мне он начинает изображать остроумие. Да, ширма нужна.

— Понимаю, — с улыбкой сказала Мерсѐдес.

Затем она обратилась прямо к Снейдеру:

— Я должна передать вам от нашей руководительницы, госпожи Бьянки Хагеман, что она очень рада тому, что нам удалось пригласить именно вас и что вы проведёте у нас две недели в качестве гостя отеля.

Она подтолкнула к нему папку через стойку.

— Здесь подробности вашего мастер-класса.

Снейдер уставился на папку.

— Я участвую в мастер-классе?

Улыбка Мерсѐдес чуть дрогнула.

— Нет. Вы его ведёте.

— Вот как? Я…

Он резко оборвал себя: Сабина под стойкой ударила его носком туфли по голени и кивнула на один из плакатов на большой информационной доске.

 

«Я уже богат. Теперь стану счастливым! Рон Д. Пакула, коуч по личностному росту».

 

— Это будет незабываемо, — расхохоталась Сабина.

Теперь стану счастливым? Чёрт бы всё это побрал.

Стиснув зубы, он раскрыл папку. Внутри лежали лист с расписанием и план отеля, на котором был отмечен зал для семинаров.

— Спасибо.

Он забрал ключи и папку, развернулся и вышел из лобби через боковой выход, туда, где стояли электрокары.

Как раз в этот момент к отелю подъехал шаттл из аэропорта с новыми гостями. Все — ухоженные пары в возрасте, которые сразу направились к ресепшену.

И только одна высокая молодая женщина в солнечных очках, кепке и с броско-рыжими волосами, странно неуместная среди всех этих снобов, остановилась и с любопытством посмотрела в его сторону.

Снейдер ответил ей столь же пристальным, почти заворожённым взглядом.

— Что-то увидели? — спросила Сабина.

Снейдер отвернулся.

— Нет.

Молодой водитель отвёз их на электрокаре к апартаментам, расположенным примерно посередине комплекса — метрах в пятидесяти от бассейнов и в двухстах от пляжа.

Поскольку вся территория отеля лежала на склоне и плавно спускалась к бухте, из каждого апартамента открывался хороший вид на яхтенную гавань, пляж и море.

Снейдер надел синие зеркальные очки Конрада и попытался насладиться ветром, скользившим по его лысине, и запахом сосен, кактусов и трав.

Безуспешно.

Растительность он не любил в принципе.

Хоть бы в апартаментах не оказалось никакой зелени, которая крадёт кислород, необходимый для мыслей.

Пока Сабина сочла нужным снова дать чаевые водителю — что Снейдер считал совершенно излишним, поскольку тот всего лишь выполнял свою чёртову работу, — он вошёл в свои апартаменты.

Дом «Аполлон» был охлаждён до девятнадцати градусов. Его площадь составляла добрых сто десять квадратных метров: один основной уровень и открытая полуторная надстройка.

Чемодан Конрада уже стоял рядом с кроватью размера «king-size», поставленной так, что из широкого окна, через террасу, открывался прямой вид на море.

В приятном контрасте с белыми стенами покрывало на кровати было небесно-голубым. Того же цвета были лестница, абажуры и современные картины на стенах.

На подушке лежала гостиничная газета с программой на день. Рядом — две фигурки из полотенец: слон и лебедь.

Прежде чем снять пиджак, смешать себе что-нибудь из мини-бара и проверить, насколько мягок матрас, Снейдер принялся искать встроенный сейф.

Он нашёл его рядом с кроватью, набрал в качестве кода свой шестизначный служебный номер в Федеральном ведомстве уголовной полиции и убрал туда свой «Глок» вместе с магазином — пилот вернул ему и то и другое сразу после посадки.

Туда же он положил паспорт Поля Конрада, его бумажник и собственное служебное удостоверение.

Потом отправил короткое сообщение Марку Крюгеру, проигнорировав, как и в случае с Сабиной, тот факт, что официально Марк всё ещё находился в отпуске:

 

Ты снова в деле. Выясни всё о Бьянке Хагеман, управляющей «Aurelia Bay Club Resort» на Мальорке. Срочно.

 

Когда он закинул чемодан на кровать, в стеклянную дверь террасы постучали. Он отодвинул штору и впустил Сабину.

На ней были джинсовые шорты, чёрная трикотажная майка в рубчик и белые кроссовки.

— Уже распаковались? — спросил он.

— Да. — Она вошла в комнату. — У меня с собой только небольшая дорожная сумка и крошечный рюкзак. Тут особо не развернёшься.

— Мне ли не знать.

Сабина покосилась на кровать, где лежал большой жёсткий чемодан Конрада.

— Зато у вас багажа в десять раз больше, чем у меня.

— Обычно я путешествую со шкафом-чемоданом, в котором…

— Знаю, — простонала Сабина. — И не раз таскала его за вас. Так что перестаньте жаловаться. Это ведь была ваша блестящая идея — лететь сюда вместе.

— Я не могу так работать. У меня с собой один-единственный костюм, да и тот пропотел и заляпан кровью.

Он наконец выскользнул из пиджака, бросил его на кровать и почувствовал, как неотвратимо подступает привычная головная боль напряжения.

Проклятье.

Он достал из внутреннего кармана футляр и вонзил несколько игл в тыльную сторону ладони.

— Ох, опять голова? — сказала Сабина с явным злорадством.

Она подошла к чемодану и сорвала клейкую ленту, которой были стянуты его половины после того, как Снейдер взломал замки.

— Посмотрим, что у вас тут. Может, мне что-нибудь и пригодится.

Она раскрыла чемодан.

— Ага, полно костюмов. — Вытащила один. — Мне, конечно, не подойдёт, зато это, похоже, ваш размер.

Снейдер не удостоил её ответом и стал осторожно вращать иглы, чувствуя, как напряжение в голове понемногу отпускает.

Следом Сабина выудила несколько папок и рекламных буклетов и бросила их на кровать.

— А вот, кажется, материалы для вашей паствы, ищущей смысл жизни, — сказала она с усмешкой.

Он промолчал, смешал себе джин-тоник со льдом и залпом выпил половину.

— Всё необходимое, чего нам не хватает, купим на месте, хорошо? — неожиданно уже без прежней колкости сказала она.

— Если у нас вообще будет на это время.

Он допил остаток и поставил стакан рядом с компьютерным монитором на комод, над которым висел ещё и огромный телевизор.

Потом рассказал ей о «Коммандо Красная неделя» и о готовящихся терактах РАФ, которые должны были начаться уже в ближайшие выходные.

После этого он достал из кармана фрагмент программного текста, полученный от Дромайера, и объяснил, как тот попал к ним в руки.

Сабина всё внимательно прочитала, потом опустилась на кровать и надолго замолчала.

Весёлость с неё слетела мгновенно.

Наконец она откашлялась.

— Простите, что я вела себя как стерва. Теперь я понимаю, зачем вы вытащили меня из отпуска.

Она ещё раз взглянула на листок.

— В том, что здесь написано, у этой группы, возможно, даже есть доля правды.

Снейдер серьёзно посмотрел на неё.

— Дело не в том, есть там правда или нет. Дело в том, как они собираются это воплощать.

— Конечно. Всё всегда упирается в это.

Сабина сложила листок.

— И действуют они умно. Уже тем, что не дают нам понять, сколько их, насколько они сильны и на что ещё способны, они сеют страх.

Он кивнул.

Это была ещё и психологическая война.

— В любом случае у них было достаточно времени, чтобы всё подготовить тихо и незаметно, а я торчу в этом идиотском отеле. Чёртова дрянь. Какое это вообще имеет отношение к терактам? Здесь тоже что-то готовится?

— На Балеарах? — Сабина пожала плечами, потом покачала головой. — Не думаю. У пребывания Конрада здесь, скорее всего, другая причина.

Она помахала папкой с материалами семинара.

— Но этот мастер-класс вам всё равно придётся вести.

— Вы с ума сошли? — закричал он. — Чтобы я проводил семинар о счастье и позитивном мышлении? Это всё равно что если бы Оззи Осборн…

— …служил торжественную мессу в соборе Святого Петра, знаю, — перебила его Сабина. — Но как иначе мы доберёмся до главы этой террористической сети, если вы не продолжите играть роль? На всякий случай вам стоит изучить материалы.

Она пролистала папку и буклеты.

— К счастью, здесь нет фотографии Конрада.

Снейдер и сам понимал, что она права.

Он смешал себе второй напиток и уже поднёс стакан ко рту, когда зазвонил телефон.

— Это Марк, — сказал он.

Сабина, похоже, совсем не удивилась тому, что он подключил её друга к расследованию.

— Да?

Он включил громкую связь.

— Я снова в Висбадене. Как там Сабина? — спросил Марк.

— Великолепно. Что ты выяснил?

— Бьянке Хагеман тридцать девять, родилась в Берлине. Изучала в университете экономику, туризм и гостиничный менеджмент, потом работала в Саудовской Аравии, Катаре и Объединённых Арабских Эмиратах. Уже год возглавляет местное подразделение сети «Aurelia Bay Club Resort» из Дубая.

— Что о ней знает Федеральное ведомство уголовной полиции?

— Не замужем, детей нет, не судима, под подозрением в терроризме не состояла, политической активности не проявляла, контактов с левыми кругами не зафиксировано, открытых кредитов нет… выглядит безобидной. И, похоже, чертовски хороша собой…

— Ты на громкой связи, — перебил его Снейдер. — Спасибо.

Не добавив больше ни слова, он завершил звонок.

— Значит, чертовски хороша собой, — сухо повторила Сабина.

— Сейчас сами увидите.

Снейдер ослабил узел галстука, снял его, расстегнул две верхние пуговицы рубашки.

— Мы идём к ней.

По пути к двери он вытащил иглы из тыльной стороны ладони.

---

 

Отправить