В 2009–2011 годах в нашей стране шел популярный американский сериал «Обмани меня» с Тимом Ротом в главной роли. Герой сериала сформировал целое подразделение, умеющее по мимике лица распознавать ложь. С тех пор появилось мнение, что профайлер – это физиономист, ловящий фигуранта уголовного дела на лжи. Однако это мнение не совсем верное: задачи профайлера гораздо шире, а иногда они вовсе не связаны с физиогномикой.

Профайлер – это прежде всего человек, моделирующий профиль убийцы на основании множества деталей, окружающих преступление. Умение сразу видеть эти детали, делать из них выводы и обобщать эти выводы делает из профайлера настоящего художника – гениального провидца, интуитивиста, способного не только воспроизвести в голове сам момент преступления, но и воссоздать образ убийцы.

В середине 1980-х годов в нашей стране о профайлерах еще никто не слышал, а некоторые талантливые следователи, обладающие способностями к этой профессии, уже ощущали в себе удивительные движения, вплоть до вещих снов, в которых происходило преступление.

Здесь уже говорилось о преступлениях Анатолия Сливко, которые несколько десятилетий не поддавались раскрытию. Помощник прокурора Тамара Лангуева, которой в 1985 году поручили рассмотреть и закрыть дело об убийстве в городе Невинномысске мальчика Сережи Павлова, стала видеть вещий сон, который в итоге помог ей расследовать это преступление. Но была у работы профайлера и обратная сторона: Лангуева с ее интуицией и особым чутьем вызывала насмешки коллег и нарекания начальства. Про нее говорили, что она не такая, как все: пишет стихи и вообще – романтичная чудачка и белая ворона. К таким людям (тем более – к женщинам) в органах относятся с неприкрытым презрением: там работают преимущественно люди грубые, консервативные, для которых субординация важнее самого следствия, а раскрытие преступления проводится зачастую любыми методами. Журналистское определение «назначенный убийца» уже превратилось в клише, потому что таких «назначенных» вместо других, не пойманных, были сотни, если не тысячи.

Лангуева в то время сама себя профайлером не считала, да и слова такого в те времена не было. Просто с самого начала ее преследовало чувство тревоги: как будто она, изучая все обстоятельства дела, ходит рядом с убийцей, но не может увидеть его лицо. Она, по ее словам, сразу поняла, что убийца – «человек непростой, с какими-то отклонениями. Но с какими отклонениями – было неясно». Она подняла другие дела, увидела, что до исчезновения Сережи Павлова в 1985 году были другие пропавшие подростки. Так ей удалось выйти на детский клуб «Чергид» и его директора Сливко. На верный путь расследования ее направило чутье. Но в органах к таким понятиям, как интуиция и чутье, относятся с откровенным раздражением. Когда до ареста преступника оставался один шаг, Лангуева была отстранена от дела. Впрочем, это уже не могло изменить ход следствия, и преступник был разоблачен.

Маньяк и следователь параллельно видят сон: первый, убийца, ищет в этом сне самого себя, второй – его, убийцу. В этой истории оба сна имели завершение: убийца понял, почему убивает, следователь Лангуева увидела лицо убийцы. При этом сама Лангуева позднее признавалась, что и раньше знала об этом деле, но никаких эмоций оно у нее не вызывало. Мать пропавшего мальчика Несмеянова была знакома с ее матерью, часто Тамара слышала дома какие-то подробности, но в то время была занята другими делами и не обращала внимания. Лишь когда дело поручили ей, она в него погрузилась и начала получать сны или видения. Ей определенно помогло то, что преступник оказался не прост, и его психологический портрет, формировавшийся десятилетиями, позволял следователю-психологу проникнуть внутрь этого зловещего клубка противоречий, установить причинно-следственную связь.

Сны или видения профайлеров связаны не только с эмоциональной природой или умением видеть детали. Они – порождение ноосферы, интеллектуально-эмоционального поля Земли. Примерно то же ощущает ученый-исследователь, погруженный в свою работу. Это – внезапные вспышки озарений, неожиданные открытия, гениальные догадки.

По словам Лангуевой, давшей свое первое интервью через много лет, у нее были поначалу и другие версии относительно дела Сережи Павлова: может, мать хотела получить страховку, может, просто утонул в реке. Но ее все больше притягивала личность Сливко, и главной движущей силой стали эмоции – те самые эмоции, «которых не хватало мужчинам».

Это вовсе не означает, что мужчины не могут заниматься профайлингом из-за своей эмоциональной скудости. Профайлинг – это успешная методика чтения людей. Методы и технологии основаны на науке и ее достижениях. В первую очередь – на психологии и психодиагностике. Спецслужбы и раньше применяли эти методы оценки личности с целью вербовки. В настоящее время это еще и верификация человека по его метапрограммам, метапрофилю, составление лингвистического портрета человека (манеры разговора и предмета разговора), поступков человека.

Методику профилирования личности психологи-криминалисты продумали для составления портрета подозреваемого. Это делается в том случае, когда иная информация отсутствует. Психологический портрет преступника позволяет приблизиться к месту его обитания (географическому и профессиональному) и значительно сузить круг подозреваемых.

Вначале методика выглядела как психоаналитические тесты, исследующие вербальные и невербальные свойства людей, их внешность, реакцию и т. д. Профайлинг включает:

а) оперативную психодиагностику, б) распознание лжи и чтение эмоций, в) работу с манипуляциями, г) гипнотехнологии, д) вербовку, е) графологию, ж) чтение по чертам лица, з) системное мышление, и) социальную инженерию, к) аналитическое собеседование, л) наблюдение за объектом изучения.

В последнее время часто применяется тестовый вид профилирования личности – неинструментальный детектор лжи. В отличие от инструментальных методик, беседа с объектом исследования и последующий анализ его рефлекторных реакций дает более объективную информацию об искренности исследуемого.

Следователи применяют технологии профайлинга для прогнозирования поведения подозреваемых и потенциальных преступников, что позволяет предотвратить многие преступления. Профайлинг предотвращает террористические акты или другие преступления, угрожающие жизни и здоровью большого числа людей. В рамках антитеррористических программ действует узкоспециализированная методика – этнический профайлинг. В основе этого метода лежит связь между национальностью индивида и его склонностью к совершению преступлений. Многие специалисты считают этот вид профайлинга некорректным. Но при прогнозировании преступлений национальный фактор учитывается в контексте межнациональных разногласий и конфликтов.