«Мы познакомились в 1993 году, и за все годы нашего брака я ни разу не видела, что он обидел хотя бы муху. Он чувствует угрызения совести за свой поступок, искренне раскаялся и заслуживает второго шанса на нормальную жизнь», – повторяет Хизер, женщина, вышедшая замуж за самого страшного массового убийцу Канады Дэвида Ширинга.

Хизер просит «еще один шанс на нормальную жизнь», которого Ширинг (он же Эннис) не дал семье Джонсон, состоявшей из шести человек. В августе 1982 года он заметил отдыхавшее в парке Уэллс-Грей семейство, состоявшее из дедушки и бабушки по фамилии Бентли, их сорокалетней дочери Джеки, ее мужа Боба и дочерей 11 и 13 лет (эти четверо носили фамилию Боба – Джонсон).

Это было обычное дружное и работящее семейство, решившее отдохнуть на природе. Но на их несчастье поблизости бродил подонок, оказавшийся, к тому же, сыном отставного тюремного охранника и братом местного шерифа. Он пьянствовал, дебоширил, нигде долго не работал и много раз попадал в участок. Увидев автомобиль и грузовичок отдыхающих, он захотел поживиться. Но этого было мало. Ширинг легко справился в одиночку с группой из шести человек, потому что сразу убил из винтовки мужчин, а потом расправился и с женщинами. Детей, сидевших в палатке, он запугал сообщением, что рядом бандиты, а потом насильно заставил ехать с ним. Девочки превратились в сексуальных рабынь негодяя, а потом он застрелил их тоже и, стремясь скрыть следы преступления, сжег обе машины: сначала – автомобиль вместе с телами своих жертв, а потом – грузовик стариков.

Зачем все это? Он не получил никакой выгоды, только совершил бессмысленную, ужасную жестокость, которую судья Гарри Маккей назвал «хладнокровной и бессмысленной казнью шести беззащитных и невинных людей… убийством, которое опустошило три поколения в одной ветви».

Убийцу искали три года, а нашли из-за оповещения общественности. Одна из местных жительниц рассказала, как один знакомый спрашивал у ее мужа, можно ли зарегистрировать автомобиль с пулевым отверстием в дверце.

Ширинг был фактически проклят населением Канады и отдельно – Клируотера. Его дом снесли бульдозером. Самому ему пришлось поменять фамилию: он взял фамилию матери. Ширинг-Эннис, с самого начала изображавший раскаянье и ливший крокодиловы слезы по им же убитым людям, написал другу детства письмо, в котором спрашивал, насколько ненавидят его жители Клируотера. Обратного письма он не получил.

Приговоренный в апреле 1984 года к максимальному наказанию – шести пожизненным срокам без возможности условно-досрочного освобождения в течение 25 лет, – Ширинг оказался объектом судебного казуса. Его можно было приговорить хоть к 10 или 20 пожизненным срокам, но если эти сроки присуждаются не последовательно (то есть друг за другом), а одновременно, то они ровно ничего не стоят, и через 25 лет преступник может подать прошение о помиловании.

В 2009 году он подал первое прошение в Национальную комиссию на условно-досрочное освобождение: на заседании вытащил смятый листок бумаги и начал читать: «Мое преступление было огромной ошибкой, жестокостью, принесшей в результате огромные потери для сообщества, которые я никогда не смогу компенсировать. Воспоминания об этом заставляют меня ненавидеть самого себя в собственной шкуре».

Чудовище, которое и человеком-то назвать трудно, продолжает находиться в тюрьме только потому, что люди выходят на улицу с протестом и подают протесты в письменном виде, а оставшиеся в живых потомки стариков Бентли – их вторая дочь со своими детьми – проходят каждые четыре года судебные слушания. Внучка Эдит и Джорджа Бентли, Шелли Боден сказала в интервью канадской прессе: «Наша семья каждый раз испытывает колоссальное облегчение, узнав, что этот человек останется в тюрьме еще на несколько лет. Очередная передышка – следующее слушание будет только в 2021 году. Каждый раз мы снова проходим через ад воспоминаний и потерь».

Следователь Майкл Истхэм, проработавший в полиции 35 лет, никогда не забывал этого дела 1982 года. Уже в отставке он написал книгу «Седьмая тень» о расследовании и своем разочаровании в системе правосудия: «Все эти 35 лет мне приходилось закрывать рот. Это одно из самых страшных преступлений в истории Канады, лично для меня не отличающееся от преступлений Клиффорда Олсона или Чарльза Мэнсона. А Ширинг… Он хорошо проводит время там, за решеткой. Ни малейшего признака раскаяния, ни единого чистосердечного порыва. Он крутой парень там – еще бы, убил 6 человек. Разве такое ничтожество, как он, достойно жизни?»

Ширинг отбывает наказание близ города Боудена, в центральной провинции Альберта. Окажись он в России, было бы странно представить себе, чтобы в знаменитой колонии «Черный дельфин» он смог еще и жениться. Там осужденные содержатся в наглухо закрытых камерах, выводятся только в жуткой позе с задранными руками под конвоем в сопровождении сторожевых собак и много раз наизусть повторяют свой приговор и порядковый номер. В канадской тюрьме убийца в 1995 году женился, и его супруга каждый раз просит дать ему еще один шанс на нормальную жизнь.

О деле Джонсонов, и в особенности о Ширинге, говорить не хочется: уж очень оно жестокое и неприятное. Становится понятно желание не только родственников, но и следователей, и общественности совершить самосуд над маньяком. Однако в этом деле остались несколько любопытных моментов.

Майкл Истхэм и констебль Гэрри Дэлен прибыли на место преступления и застали мрачную картину. Автомобиль сгорел полностью, а на заднем сиденье находилась груда истлевших костей четырех взрослых. В багажнике были кости двух детей. Кости были настолько повреждены огнем, что рассыпались на обломки. Но стоматологическая экспертиза не проводилась, поскольку в полиции уже лежало заявление об исчезновении семьи. Однако каждый шаг следствия документировался, снимался на видеопленку, а множество репортеров и фотографов составили дополнительный отчет о следствии, материалы которого позднее пригодились. Впоследствии такую же роль помощников сыграли представители общественности, откликнувшиеся на запросы в газетах и по телевидению.

Вот это последнее – участие в расследовании репортеров и появление добровольных свидетелей, привлеченных открытостью следствия, – приводит к двум противоречащим друг другу выводам. С одной стороны, это свидетельствует о неподготовленности криминалистов и следствия к ведению подобных дел (очевидно, они вообще были редки в Канаде): в любом случае привлечение к делу массы дилетантов вызывает недоумение. С другой стороны, привлечение общественности – это удачный и эффективный метод, который часто себя оправдывает. Но в нашей стране он применяется редко и сводится в основном к волонтерским поискам пропавших без вести людей.

Баллистики установили, что черепа содержат пулевые отверстия, а найденная пуля 22 калибра выпущена из винтовки. 6 штук гильз от пуль калибра 22 были найдены на стоянке Бир-Криг, о которой никому не сообщили. Это позднее сыграло свою роль: когда Ширинга задержали, он случайно произнес название Бир-Криг, чем и выдал себя…

Грузовик Бентли отсутствовал, и поиски начались с него. Это привело к тому, что следствие пошло не в том направлении. В поисках грузовика следователи Кен Лейбл и Майкл Истхэм опрашивали всех, кто видел нечто похожее. «Мы выйдем на след преступников, если найдем вторую автомашину», – утверждал Лейбл.

Так появились первые свидетельства о похожем фургоне и двух подозрительных мужчинах. Они обедали в закусочной на заправочной станции в северном Бэтфорде. Официантка сказала, что им было лет 25, оба – с бородами, лохматые, оборванные и говорили с французским акцентом. Портреты неизвестных были напечатаны в газетах. От людей поступило почти полторы тысячи звонков, а следователи уже начали отмечать на карте маршрут бородачей-убийц. Потом бородачи исчезают, а следствие останавливается. Съемочная группа из Онтарио снимает документальный фильм-реконструкцию с актерами. А офицеры Лори Дэвид и Гэрри Дэлен идут на совершенно отчаянный и нелепый шаг: берут фургон, похожий на пропавший, обклеивают его фотографиями убитых и вопросом: «Вы видели такой фургон?» отправляются в путешествие по дорогам Канады.

Всего было расклеено 10 тысяч плакатов, обещана награда в семь с половиной тысяч долларов, а какой-то автомеханик рассказал, что к нему приходили двое мужчин с ружьем 22 калибра и по-французски просили перекрасить фургон.

И наконец фургон, никуда не уехавший и никем не перекрашенный, был найден в 10 километрах от места преступления. Он был замаскирован ветками. Так следствие вышло на одиночку Ширинга.

Но возникает много вопросов. Кем были те двое заросших франкоговорящих бродяг с винтовкой 22 калибра, просившие автомеханика перекрасить фургон? Стоит ли за этим какое-то другое, нераскрытое преступление, или это были случайные люди, наркоманы или неформалы? А может, это была фантазия автомеханика, начитавшегося газет и грезившего о семи с половиной тысячах долларов вознаграждения?