Сицилийская экспедиция

Однако условия Никиева мира, предполагавшие восстановление существовавшего до войны положения, оказались практически неосуществимыми. Коринф и Мегары, принесшие так много жертв, считали, что Афинская морская держава должна быть сокрушена. Спарта не спешила возвращать Афинам перешедшие на ее сторону города, где успели утвердиться олигархические правительства. Афины, в свою очередь, не вывели своего гарнизона из Пилоса, хотя вернули Спарте перебежавших к ним илотов.

В это время в Афинах выдвинулся Алкивиад. Его мать была двоюродной сестрой Перикла, и он происходил из рода Алкмеонидов. Он был последним из этого столь важного для Афин рода. Он был богат, красив, умен и обаятелен, но совершенно лишен представлений о морали. Так, демократию в кругу близких друзей он называл «общепризнанной глупостью», что не мешало ему делать свою политическую карьеру в качестве сторонника демократии, неоднократно меняя свою политическую ориентацию. Ради собственных интересов он без зазрения совести бросил Афины в новый виток войны.

Видимо, он сделал больше других, чтобы разрушить Афины, и именно в нем воплотилось «проклятие Алкмеонидов», священная клятва, произнесенная два века назад (см. ранее).

Алкивиад попытался проявить себя на Пелопоннесе, где Аргос снова решил бросить вызов Спарте. Несмотря на успех Брасида в Халкидике, влияние Спарты резко упало, и Алкивиаду не составило труда найти союзников против Спарты в Аргосе, Элиде и аркадском городе Мантинея. Он пообещал, что афинские войска придут им на помощь.

Никий был против этой авантюры, и Афины, с одной стороны, не послали большой армии, которая могла бы помочь аргивянам и их союзникам разбить Спарту, но и не остались нейтральными. Вместо этого был послан небольшой отряд под предводительством Алкивиада.

Спартанцами руководил в то время Агис II, унаследовавший власть у своего отца Архидама II в 427 (или 426) г. до н. э. Теперь спартанцы снова сражались на родном Пелопоннесе против своих старых врагов, которых они не раз побеждали раньше. В 418 г. до н. э. близ Мантинеи произошла решающая битва, в которой спартанцы разбили союзное войско Аргоса, Мантинеи, Элиды и Афин. Ситуация на Пелопоннесе вернулась к первоначальной: Спарта сохранила свое господство.

В Афинах против Никия поднялась волна гнева, подстрекаемого радикальными демократами, которых после смерти Клеона возглавил Гипербол. Они считали, что Никий и его сторонники не позволяют Афинам эффективно использовать для борьбы против Спарты союзников. Гипербол высказался о необходимости провести голосование, уверенный в том, что Алкивиад присоединится к нему, а Никия вышлют из города. Тогда война будет продолжена более энергичными темпами.

Но последователи Никия и Алкивиада сумели договориться между собой. И те и другие проголосовали против Гипербола, который, к своему удивлению, сам подвергся остракизму. Это голосование оказалось пародией на всю систему остракизма, и больше подобных голосований в Афинах не проводилось. Система просуществовала почти сто лет и сослужила свою службу. Теперь она стала не нужна.

Тем не менее Афины воспользовались возможностью перевести дух во время двухлетнего перемирия, последовавшего после заключения Никиева мира. Были добыты нужные средства, и к Афинам вернулась былая уверенность в себе. Афиняне снова оказались готовы выслушивать грандиозные планы демагогов-политиков.

Уже два раза самоуверенность Афин заставляла их взваливать на себя грандиозные и непосильные обязательства, и дважды эти попытки заканчивались катастрофой. Первый раз они взялись помогать ионийцам в их восстании 500–494 гг. до н. э., второй – послали экспедицию в Египет, когда погиб почти весь их флот.

Теперь, уже в третий раз, они снова вознамерились ринуться в еще худшее предприятие, связанное с Сицилией, города которой, включая Сиракузы, было решено подчинить и включить в состав Афинского морского союза.

И в любом случае они бы потеряли господство над всеми другими городами Сицилии. В 416 г. до н. э. Сегеста на западе Сицилии прислала в Афины посольство с жалобами на притеснения, которые ее жителям приходилось терпеть от других сицилийских городов пелопоннесской ориентации. Алкивиад воспользовался этим поводом для организации экспедиции на Сицилию. В случае успеха, получив в свое распоряжение людей и средства богатых городов Сицилии, Афины (с Алкивиадом во главе) смогут без усилий смести всех своих конкурентов на Пелопоннесе. Кто посмеет встать у них на пути?

Логичным было начать атаку с Сиракуз, первоначально коринфской колонии, потому что Коринф был самым непримиримым врагом Афин, городом, начавшим тяжелую войну. Сиракузы были также традиционно привержены тирании и, следовательно, являлись оправданной целью для демократичных и имперски настроенных Афин. В конце концов, Сиракузы были самым сильным городом Великой Греции, и если они падут, то остальные последуют их примеру.

Консервативная партия мира под предводительством Никия была против дикого плана Алкивиада, но он сумел захватить воображение афинского демоса, прежде всего торговцев и низов, и они проголосовали за экспедицию. В 415 г. до н. э. огромный флот (260 триер и 38 тысяч матросов и воинов) был готов к отплытию, а народ был так счастлив и рад походу, как будто афинские воины отправлялись на грандиозный праздник.

Но экспедицию по решению Народного собрания должны были возглавить сразу три стратега: Алкивиад, Ламах (стяжавший известность своей храбростью во время Архидамовой войны) и Никий – противник похода, который должен был подчиниться воле собрания. По поводу Никия афиняне говорили, что война пойдет успешнее, если крепкое вино (Алкивиада и Ламаха) развести трезвой водой (осторожным Никнем).

В ночь накануне отплытия флота кто-то изуродовал изображения бога Гермеса – гермы, стоявшие на афинских улицах. Распространился слух, что религиозное кощунство совершил Алкивиад и его приближенные. Алкивиад потребовал разбора дела в Народном собрании и, поскольку до отплытия флота большинство было на его стороне, не сомневался в благоприятном для себя решении. Это понимали и его противники, которые сняли свое обвинение, чтобы возбудить вопрос снова после отплытия экспедиции, когда соотношение сил в Народном собрании должно было измениться в их пользу. Афинский флот во главе с Алкивиадом, Ламахом и Никнем благополучно достиг Сицилии, но политическая обстановка на острове сложилась неблагоприятно – они не имели союзников. И тут из Афин, где соотношение сил в Народном собрании изменилось в пользу противников Алкивиада, приплывает корабль «Саламиния», на котором Алкивиад должен был прибыть на суд по обвинению в религиозном кощунстве. По пути в Афины Алкивиад бежал в Пелопоннес, а затем открыто перешел на сторону Спарты. Хуже того – он выдал спартанцам афинские планы. Алкивиад посоветовал немедленно оказать помощь Сиракузам, а также занять близ Афин одну из крепостей Аттики, чтобы прервать нормальную хозяйственную жизнь. Выполняя советы Алкивиада, спартанцы заняли крепость Декелею к северу от Афин и вызвали переход на свою сторону 20 тысяч афинских рабов, что стало сильным ударом по афинскому рабовладельческому хозяйству.

В Сицилию же Спарта послала в 414 г. до н. э. небольшой (3 тысячи) отряд во главе с Гилиппом. Они прибыли как раз вовремя, так как Сиракузы были близки к капитуляции. Гилиппу удалось сначала помочь сплочению враждебных афинянам сил, а затем даже блокировать афинскую армию. Ламах и Никий запросили подкреплений и из Афин прислали эскадру под командованием стратега Демосфена (75 триер и 5 тысяч воинов). Однако ситуация не улучшилась, поскольку пелопоннесцы усилили флот сиракузян, и он теперь превосходил афинский флот. Тогда афиняне попытались штурмовать укрепления Сиракуз. Штурм был отбит. Вскоре афинский флот был разбит и сожжен в сиракузской гавани. Сухопутные силы афинян, начавшие отступление в глубь острова, были окружены сиракузянами и частью уничтожены, а частью взяты в плен. Стратеги Никий и Демосфен (тот самый, кто захватил Пилос и вместе с Клеоном победил на Сфактерии) были казнены, Ламах еще раньше пал в бою. Почти все афиняне погибли в плену из-за невыносимых условий.

Афины послали в Сицилию сначала около 38 тысяч человек, затем, частями, еще 26 тысяч, всего около 64 тысяч человек. Однако это не обеспечило им успеха.

Катастрофический конец сицилийской экспедиции резко изменил соотношение сил. Афиняне продолжали храбро воевать до конца Пелопоннесской войны, а в следующем веке воспользовались выпавшим им шансом, но никогда больше они не вернули себе былой силы и, можно сказать, уверенности в себе. И никогда больше они не предпринимали никаких великих кампаний по захвату новых земель. Никогда больше не повторился ни Марафон (490 г. до н. э.), ни морские битвы у острова Саламин (480 г. до н. э.) или у города Саламин на Кипре (449 г. до н. э.), где враги Афин были повергнуты.