Мексиканец прыгнул в автобус в последнюю секунду перед закрытием дверей. Этот автобус довезет его до восточного Лос-Анджелеса, где живет его брат. Он вжался в сидение, как будто это могло сделать его невидимым, и, тяжело дыша, начал озираться по сторонам. Внезапно его окатил ледяной холод – мужчина, стоявший у дверей, уставился на него в упор. Его глаза округлились, а рука потянулась к кнопке «Стоп». Автобус резко остановился, и мужчина бросился в телефонную будку. Еще несколько человек смотрели на мексиканца, разинув рот. Послышался ропот: «Это он! Это тот парень из газеты». Мексиканец дождался, когда автобус откроет двери, и стремительно вылетел из него. Он побежал по жарким, пыльным улицам к автостраде «Ай-5», будто герой фильма «Матрица», уворачиваясь от несущихся машин, перебежал все полосы и устремился на северо-восток города. На одной из улочек Индианы он заметил красный кадиллак. Он не раз угонял машины, для него это было как дважды два, но только не в этот раз. Ему наперерез выбежал громила. Он явно был владельцем авто, и с ним лучше не связываться. Мексиканец побежал дальше. Сердце бешено стучало, отдаваясь в ушах, на языке проступил отчетливый вкус железа. Он выбился из сил. Но останавливаться нельзя. На Хаббарт-Стрит мексиканец увидел темноволосую молодую женщину, открывающую свою машину.

Так поймали одного из самых известных и жестоких серийных убийц XX века – Ричарда Рамиреса. Это был еще один серийный убийца, который в ходе судебного процесса, благодаря своей эффектной внешности, покорил сердца многих американок. Только в отличие от Теодора Банди, Рамирес не скрывал свою зловещую суть. Он открыто заявлял: «Я есть Зло!» – и демонстрировал телекамерам ладонь с пентаграммой.

Ричард Рамирес родился 29 февраля 1960 года в Эль-Пасо, штат Техас, США, и, в отличие от Теда Банди, был законнорожденным и рос в полной семье. Но подход к воспитанию детей в ней был весьма специфичный. Глава семьи, Хулиан Рамирес, бывший полицейский, а позже работник железной дороги, склонный к внезапным приступам гнева, избивал жену и наказывал детей за любую провинность. Это были жестокие, изощренные наказания, несоизмеримые с тяжестью проступка. Так, например, за плохое поведение маленького Ричарда привязывали на ночь к кресту могилы на кладбище, а за простые детские шалости отец избивал его, как взрослого, равного себе мужчину. Мать Ричарда, Мерседес Рамирес, работница сапожной фабрики, была тихой, безропотной женщиной, она боялась мужа и никогда не заступалась за сына.

Чтобы быть подальше от вспыльчивого и жестокого отца, Ричард подолгу жил у своей старшей сестры Рут. Есть информация, что ее муж, Роберто, страдающий от тяжелой наркотической зависимости, пристрастил Ричарда к наркотикам и познакомил с оккультизмом и поклонением Сатане.

Также Ричард много времени проводил в доме своего двоюродного брата Мигеля Рамиреса, который в то время только вернулся с войны во Вьетнаме. Мигель показывал мальчику фотографии, где были запечатлены ужасы войны, и много рассказывал об убийствах и пытках. Эти кровавые фотографии и жестокие истории глубоко отпечатались в сознании ребенка.

Когда Ричарду было 13 лет, Мигель на его глазах застрелил свою жену.

Как говорится о Ричарде Рамиресе в фильме «Ночной охотник» от Netflix, снятом в 2020 году – «практически все, что может испортить ребенка, у него в жизни было».

Такие условия жизни привели маленького Ричарда на улицу. Он много бродяжничал, с малых лет воровал, за что славился в округе как «воришка Ричи», употреблял наркотики.

Повзрослев, Рамирес не стал изменять своим привычкам. Он отточил до совершенства навыки воровства и угона машин, стал промышлять и крупными грабежами. Это приносило ему гораздо больше дохода, чем добытые законным путем случайные подработки.

В 1977 году Рамиреса арестовали за попытку нападения на девушку в отеле, в котором он работал носильщиком, но дело не дошло до суда. В 1982 году его снова арестовали и в этот раз приговорили к наказанию в виде пятидесятидневного заключения. Выйдя на свободу, Рамирес решил переехать в Лос-Анджелес. Там он продолжил жить за счет грабежей и краж, его наркозависимость усугубилась. Он слушал тяжелую музыку AC/DC, Judas Priest и Billy Idol. Одной из его любимых песен была АС/DC – Night Prowler, что в переводе означает «Ночной бродяга». Вероятно, поэтому ему так понравилось, что его впоследствии назвали созвучно с этой песней – Night Stalker («Ночной охотник»). К этому времени Рамирес также стал всерьез увлекаться оккультизмом и провозгласил себя слугой Сатаны.

С апреля 1984 по конец августа 1985 года Ричард Рамирес совершал нападения и убийства жителей Лос-Анджелеса и Сан-Франциско.

31 августа 1985 года он был арестован.

Суд длился 4 года, и приговор прозвучал лишь в ноябре 1989 года – Ричард Рамирес был приговорен к смертной казни в газовой камере.

Однако из-за различных промедлений и нестыковок по некоторым формальностям, смертную казнь откладывали целых 23 года. В итоге, Ричард Рамирес умер своей смертью – от печеночной недостаточности, в возрасте 53 лет. Произошло это 7 июня 2013 года.

Что касается личной жизни, то Ричард Рамирес не имел серьезных отношений с девушками на свободе. Зато в тюрьме, обретя авторитет и славу у группы безумных девушек-фанаток, он женился на одной из своих преданных поклонниц Дорин Лаой.

Это произошло 3 октября 1996 года в тюрьме Сан-Квентин, спустя почти 10 лет их длительной переписки и общения. Существует мнение, что именно Дорин Лаой спасла Рамиреса от смертной казни, к которой он был приговорен, публично заявив, что покончит с собой в тот день, когда казнят Ричарда.

Преступления Ричарда Рамиреса первое время непросто было свести в одну серию. Он использовал разные способы совершения преступлений, рандомно выбирал жертв, не придерживаясь какой-то определенной типологии, то убивал, то оставлял в живых. Если бы не след от кроссовок редкого 46 размера, то, возможно, прошло бы гораздо больше времени, прежде чем полиция поняла бы, что им нужно искать серийного убийцу.

Чаще всего он проникал в дома в спальных районах Лос-Анджелеса. Обычно это были дома желтого или светло-желтого цвета. Возможно, такое предпочтение было не случайным, и стены такого цвета вызывали у Рамиреса какие-то ассоциации.

Жертвами Рамиреса становились дети (как мальчики, так и девочки), молодые и пожилые женщины и семейные пары. Он кружил по районам города на взятом в аренду или краденом автомобиле под музыку AC/DC и выбирал дом, в который заберется, чтобы убить, изнасиловать и ограбить.

Не было никакого единства в способах совершения убийства: он мог забить до смерти молотком или другими тяжелыми предметами, зарезать ножом, застрелить из пистолета, задушить.

Во время совершения своих кровавых преступлений Рамирес чувствовал себя вполне комфортно, мог задержаться после убийства, залезть в холодильник, безмятежно поесть, оставив объедки на столе.

Он полагал, что совершает свои преступления во имя Сатаны. Считал себя воплощением зла, о чем часто говорил в своих интервью.

Ниже приведен далеко не полный список пострадавших от рук Ричарда Рамиреса:

1. Мей Люнг, 9 лет. Причастность Рамиреса к убийству доказана только в 2009 году по проведенному тесту ДНК.

2. Дженни Винков, 79 лет.

3. Мария Эрнандес, 22 года. Выжила.

4. Дэйл Оказаки, 34 года.

5. Тсай-Лиан Ю, 30 лет.

6. Винсент Заззара, 64 года.

7. Маскин Заззара, 44 года.

8. Анастасия Хронас, 6 лет. Выжила.;

9. Уильям Дои, 65 лет.

10. Лиллиан Дой, 56 лет. Выжила.

11. Мейбл Бэлл, 83 года.

12. Флоренс Лэнг, 81 год. Выжила.

13. Патти Хиггинс, 32 года.

14. Мэри Луиза Кэннон, 77 лет.

15. Джойс Люсиль Нельсон, 61 год.

16. Уитни Бэннет, 17 лет. Выжила.

17. Максон Кнайдинг, 68 лет.

18. Лела Кнайдинг, 66 лет.

19. Чейнаронг Хованант, 32 года.

20. Элиас Абоват, 35 лет.

21. Кристофер Петерсон, 38 лет. Выжил.

22. Вирджиния Петерсон, 27 лет. Выжила.

23. Питер Пэн, 66 лет.

24. Барбара Пэн, 62 года. Выжила.

25. Билл Карнс, 30 лет. Выжил.

26. Инес Эриксон, 29 лет. Выжила.

Детство Ричарда Рамиреса похоже на кровавый фильм ужасов. Вспышки ярости его отца, при которых он самого себя мог избить молотком по голове, не говоря уже о своих близких. Ночи, проведенные на кладбище, прикованным к могильному кресту. Ужасы войны во Вьетнаме, с которыми познакомил маленького Ричи его двоюродный брат Мигель. Убийство Мигелем своей жены на глазах у мальчика, так что даже брызги крови запачкали его лицо.

На фоне такого богатого на психологические травмы детства у Ричарда Рамиреса могли развиться следующие дезадаптивные схемы:

1. Схема покинутости и нестабильности. Не найдя в родном доме ощущения стабильности и безопасности, маленький Ричи предпочитал кочевать по чужим домам и проводить время на улице. Он ни с кем не сближался, у него не было друзей. Одинокий бродяга-воришка. Таким он и вырос. Он предпочитал одиночество и избегал близких отношений, употреблял наркотики, пил алкоголь.

2. Схема недоверия и ожидания жестокого обращения. Вспышки ярости отца, жестокие сцены насилия, которые он наблюдал, приучили маленького Ричи ожидать удара в любой момент. Взрослый Рамирес предпочитал не ждать удара, а наносить его первым. Причем без разбора. Его мишенью стало американское, законопослушное общество. Он грабил, убивал и насиловал. Он провозгласил себя слугой Сатаны, надеясь на его защиту, уверовав, что именно Сатана правит миром, раз дела обстоят так, как он видел в детстве. Он верил, что зло не тронет его, если он сам будет его воплощением.

3. Схема социальной отчужденности. В отличие от Банди, Рамирес не пытался изображать из себя примерного гражданина. Он не утруждал себя этим. Ему нравилось быть «Ночным охотником», отбросом общества, которое ему не нравилось, которое не дало ему ничего хорошего, которого, в конце концов, он сам сторонился и опасался, потому что вырос в асоциальной среде. Преступники со схемой социальной отчужденности часто испытывают дискомфорт от контактов с другими людьми, особенно с теми, кто является законопослушным представителем общества – общественно адаптированными, благополучными людьми. Рамирес казался другим людям странным, он не умел выстроить адекватный диалог и сторонился общения.

4. Схема привилегированности / грандиозности. «Я есть Зло», – так провозглашал Рамирес, наделяя себя сверхспособностями. Он действительно считал себя избранником Сатаны, который дал ему полномочия совершать злодеяния. Эта убежденность помогала выживать в мире, который с самого детства был к нему очень жесток.

5. Схема негативизма / пессимизма. «Мы все умрем», – так любил говорить Ричард Рамирес. Мир он видел исключительно в черном цвете и не ожидал ничего хорошего. Тяжелые наркотики давали ему возможность на время забыться, но они лишь усугубляли масштаб катастрофы и необратимости его морального разложения.

Рис. 6. Модель формирования тяги к совершению преступлений у Ричарда Рамиреса.

Помимо всего прочего, Ричард Рамирес в ранние годы до подросткового возраста был подвержен эпилептическим припадкам. Несмотря на то, что припадки закончились, Рамиресу на протяжении всей жизни были свойственны некоторые психологические проявления, характерные для эпилептиков. Например, состояния дисфории (болезненно-пониженное настроение, состояние мрачной озлобленности), нервного возбуждения, бессонницы, тяги к бесцельному шатанию по улицам – все это классические элементы эпилептической ауры. Поэтому это заболевание нельзя исключать из общей структуры формирования личности убийцы.

Как и у большинства серийных убийц, у Рамиреса напрочь отсутствовали эмпатия и способность сопереживать другим людям. Мир и людей он воспринимал лишь как объекты удовлетворения своих сиюминутных, примитивных, подчас звериных желаний. При этом, как и Банди, он не был лишен демонстративности, – являлся на суд, наряженный под звезду Голливуда, в темных очках и с густой шевелюрой. Он эффектно махал своим фанаткам, демонстрировал на камеру пентаграмму, изображенную на ладони, и упивался своим звездным часом. Парадоксально, но именно в тот момент, когда Рамиреса изолировали от общества, ему вдруг удалось стать частью этого общества, быть центром внимания и интереса. Он даже умудрился создать семью, находясь за решеткой, в то время как на свободе он ни разу не сблизился ни с одной девушкой. Внимание общества заставило Рамиреса выйти из своего мрака, и ему это явно понравилось.

Детские травмы Ричарда Рамиреса были настолько глубокими, что трудно даже представить, насколько длительной должна была бы быть терапия по перестройке его ранних дезадаптивных схем и возможно ли было бы вообще как-то изменить его тотально искаженные, леденящие душу представления о мире.