70. Спасибо, мама!

Прошел примерно год и два месяца после смерти мамы. И на меня вместе с осенним листопадом вдруг обрушилась волна воспоминаний.

Я привезла свою маленькую Олю в деревню. Она лежит на мягком животе бабушки, ей хорошо. Она тянется ручкой к цветному полотенцу, а мы радуемся вместе, что она уже умеет различать яркие цвета.

– Неужели у моей девочки уже есть своя девочка, – говорит мама.

Картина залита солнечным светом.

Первый класс. Мама взяла по знакомству в библиотеке книгу про Крокодила Гену. Я уже умею читать, но я болею, у меня температура, и книгу мне читает мама. С условием, что я потом ещё раз прочитаю ее сама. Мама лежит рядом со мной на кровати, мне тепло и уютно рядом с ней. И я обязательно прочитаю эту книжку еще раз сама – я же обещала маме.

И на меня с осенним листопадом вдруг обрушилась волна детских воспоминаний – теплых и радостных, как солнечный осенний день

Мне лет 6, мы с мамой стоим на остановке, ждём автобус. На маме черное трикотажное платье с яркими красными цветами – мое любимое. Резко налетает туча, начинается дождь. Мама тянет меня за руку в ближайший дом и просит приютить нас на время. Старый побитый годами домишка, внутри грязь, бардак, нетрезвая женщина. Дыры в стенах, через которые в дом закатывается град. Большие круглые градины по размеру чуть меньше, чем куриное яйцо. Больше никогда в жизни я не видела такой крупный град. Мы сидим на скамье у стены в крошечной грязной избушке, я прижимаюсь к маме, она протягивает мне в ладони круглый белый комок. Он такой холодный! На теплой маминой ладошке.

Дочери три года. Я в деревне у родителей, шью ей штанишки для прогулки. Лихие 90-е, в магазинах пусто, поэтому мы перешиваем старые вещи. Шью штанишки из этого самого черного платья с огромными красными цветами. Модные бриджи с лямками крест-накрест. Дочери они очень нравятся. А маме это платье давно уже мало, оно много лет провисело в шкафу без дела. Дочь гордо рассекает по деревне в ярких бриджиках, а мы с мамой смотрим и радуемся.

Светает. Мы с мамой до утра проболтали в комнате, сидя в креслах.

– О чем можно болтать всю ночь? – удивляется отец.

А мы и не помним, о чем. Просто нам было хорошо вместе и спать совсем не хотелось. Две взрослые женщины болтали всю ночь, как подростки.

Вернулись все мои детские и взрослые воспоминания. Но теперь они окрашены маминым теплом и заботой. Ко мне вернулась моя мама. И я не испытываю за прошедшее чувство вины. Мне хорошо и легко. Хочется укутаться в эти воспоминания, как в теплый плед. Они дают мне силы жить и радоваться каждому новому дню. Я вспоминаю свое детство с благодарностью. У меня, действительно, было счастливое детство.

Спасибо, мама!

– — –

Я понимаю теперь, что происходит с людьми, не проработавшими в себе чувство вины. Проходит какое-то время после смерти близкого человека, мозг решает, что больше никакой угрозы нет и распаковывает воспоминания детства, связанные с ним. И вот тут начинается страшное. Тепло детских воспоминаний начинает смешиваться с воспоминаниями последних лет, когда вы ругались, ссорились, спорили, говорили друг другу обидные слова. Чувство вины внутри вас начинает разрастаться до размеров монстра и готово сожрать целиком. И с этим монстром приходится жить, делясь с ним частью своей души.

Не дожидайтесь, когда это произойдет. Избавляйтесь от чувства вины. Ищите его истоки в раннем детстве. Работайте с ним. Вы ни в чем не виноваты. Вы не виноваты в том, что деменция съела мозг ваших близких. Вы не виноваты в том, что ваша психика не могла выдержать этот ад. Этот ад не сможет выдержать ничья психика. Запомнили? Вы не виноваты.

А избавляясь от чувства вины внутри себя, избавляйте себя и от роли обвинителя. Так будет правильно.