Глава 2

— Факультет? — переспросил я. — То есть уже на какой-то конкретный факультет, а не на все сразу.

— Именно! — кивнул директор и снова взял в руки очки. — Не знал, что у вас проблемы со зрением.

— Это не мои, это Лариса Викторовна забыла, — машинально ответил я.

— Ах, ну да, конечно, Лариса Викторовна. Так вот, ваш дубовый Инсект… Подождите, а что она здесь делала?

Я, допустив промах, решил витиевато ответить на этот вопрос:

— Э-э-э…

Директор терпеливо ждал, глядя на меня через толстые линзы своих очков.

— Приходила меня проведать с моими друзьями и забыла их. Я ей как-то помог… шкаф передвинуть.

— В самом деле? Какое совпадение! — расплылся в улыбке Степан Степаныч и положил очки на место. — Оксаночка, моя секретарша уже несколько дней мучается с автоматом для приготовления кофе. Хочет перенести его… куда-то там, я в этих мебельных делах не разбираюсь. Как почувствуете, что готовы к физическим нагрузкам, обязательно приходите ей помочь!

Я сразу вспомнил сексапильную секретаршу директора, Оксану, чистокровную эльфийку в двадцатом поколении. Ну, породу у неё было видно сразу. Даже целых две таких мясистых и упругих породы третьего размера.

— Э-э-э… Хорошо. Приду.

— Отлично. Теперь об Инсекте вашего рода. В целом, на данном этапе его лучше отнести к разряду барьерных способностей, но то, как вы им пользуетесь… Сам я, конечно, свидетелем не стал, но девушки уверяют, что похитители были разбиты наголову только вами. Поэтому совет преподавателей решил определить вас на факультет «клинков».

— Факультет Удара? — уточнял я на всякий случай.

— Да! Как я уже упоминал, уникальность вашего Инсекта в том, что он принял первозданный вид, и вы можете развивать его по одной из трёх ветвей. А то, что ваш, скажем так, Дуб, стал Морёным, намного увеличивает его защитные свойства. Если хотите знать, морёная древесина намного более стойкая к химическим и физическим воздействиям. В том числе, к огню. А, развив атакующий вариант вашего Инсекта, вы можете стать новым героем войны, новым Данилой Дубровым.

Я живо представил, как мое имя вносят во все учебники, люди узнают на улице, повсюду висят мотивирующие плакаты с моим лицом, фанаты окружают мой дом, чтобы получить автограф в виде пинка под зад, а некоторые энтузиасты снимают порно со мной в роли главного героя. И меня передернуло от этих перспектив.

— Нет, — мотнул я головой. — Мне это не нужно.

— Знаю, знаю, — директор поднял руки, будто сдаётся, — не хочу, чтобы ваш уникальный дар пропал зря.

— Не пропадёт, поверьте.

— Хорошо, — он склонил голову. — Просто знайте, что Пятигорская академия ногами и руками выступит за то, чтобы вы стали лучше и сильнее. Сами понимаете, на кону репутация заведения. Можете идти, если хотите. Новая форма уже в вашей комнате. Если поспешите, то успеете на занятие вашего факультета по Боевой Концентрации у Сергея Михайловича. Он тоже довольно часто справлялся о вашем здоровье, так что будет рад видеть на своём уроке. А ещё ваша встреча с неизвестным наёмником. Весьма любопытно, кто он такой. Думаю, об этом тоже стоит поговорить с Сергеем Михайловичем.

Я кивнул, надел больничный халат, который сидел на мне, как рубашка, и вышел из лазарета. Директор пожелал мне вслед хорошего дня. Все эти россказни о боевых подвигах меня порядком раздражали. На кой-чёрт оно мне сдалось? Это ж никакого покоя не будет, и, что ещё страшнее, никакой рыбалки! Но и свой дар развивать мне тоже придётся. Встреча с Чёрным наёмником, который умеет копировать себя, явно не последняя. Если не стану сильнее — погибну. Люблю такие простые и понятные выборы. Не нравится только, что на другой чаше весов — смерть.

Вскоре я зашёл в свою комнату. Она была такой же, какой я оставил её в прошлый раз за исключением пары вещей. На стуле возле стола висела зашитая меховая жилетка. Местами торчали заплатки с мехом другого цвета. Не иначе княжна постаралась. Молодец. На самом стуле лежала стопка чистой и новой одежды, внизу стояли ботинки моего размера с высоким голенищем. Кофту сложили так, чтобы был виден герб академии, а рядом с ним два скрещенных меча — герб факультета «клинков».

А ещё посреди комнаты стоял большой деревянный ящик, а сверху лежал белый конверт с письмом. Я прочитал имя отправителя и немедля открыл послание. Писал князь Мечников.

Оказывается, письмо пришло неделю назад. В принципе, ничего нового не произошло. Города в прифронтовой полосе приведены в боевую готовность, усилены караулы и всё такое, о чём князь писал в прошлый раз. Саранча стала более активной, возможно, готовится что-то большое. А ещё он прислал вещи отца. Я тут же вскрыл ящик.

Он был набит соломой и резаной бумагой, чтобы обеспечить содержимому условия для сохранности. А содержимого хватало. Полевая и парадная форма барона Ивана Дубова, аккуратно сложенные, боевая броня, фамильный меч, который для меня слишком мал, несколько потрёпанных книг в кожаном переплёте и ещё что-то, уложенное в отдельную небольшую коробку. Форма, естественно, мне мала. А вот дневники оказались очень интересными! В них отец записывал свои наблюдения за животными, алхимические рецепты и разные хитрости нашего рода. Например, как увеличить проходимость мана-каналов и количество маны в теле. Если я правильно понял, существовали подземные озёра в горах, в которых вода обладала супер целебными свойствами.

Да, было бы неплохо найти такое.

В общем, не дневники, а маленькая энциклопедия для Дубовых. Стоит почитать её на досуге. Тут ещё и руны нашего рода присутствовали. Я пока что понятия не имел, что они давали, знал только то, что их на оружие наносят, но какой эффект это даёт? Ладно, пока посмотрю, что в другом ящике.

Я открыл его и чуть не ахнул. Сверху донизу ящик занимала красивая шкатулка с узорами из серебра и золота, которые изображали дуб с раскидистой кроной. Наверняка, стоит не одну тысячу рублей. Рядом в ящике лежал небольшой конвертик. Я развернул его и прочитал:

«От отца к сыну, а от сына к его сыну. С любовью, папа».

Да, отец всегда хотел продолжить род и мечтал о внуках.

В конверте лежал ключ на цепочке. Видимо, в шкатулке сокровища рода Дубовых, и отец всегда носил ключ от них с собой. Я открыл шкатулку и вот теперь ахнул. Сверху лежали бумажные ассигнации. Где-то около тысячи рублей. А вот внизу… Настоящее сокровище!

Аккуратные идеально гладкие тёмно-серые слитки металла, добытого из Саранчи. Трабелуниум, так его называли. Металл не отражал, а будто втягивал в себя свет. И стоил он целое состояние. Дом, конечно, не купишь, но можно его отремонтировать по последней моде. Немного денег я взял, а трабелуниум пока не тронул. Даже не знаю, куда его деть. Продавать точно не собираюсь, отцу эти слитки достались явно не за дёшево живёшь. Уверен, каждый из них омыт кровью и потом.

Я закрыл шкатулку и убрал её в шкаф. Ключ повесил на шею. Если уж украдут шкатулку, то пусть помучаются, открывая её. Время на часах показывало, что скоро начало второго урока. Первый я безнадёжно пропустил, но, думаю, это не так страшно. Я же в лазарете лежал! Да и всё равно мне догонять и догонять, так что уроком больше, уроком меньше. Никакой разницы. Так что я спокойно принял душ, переоделся и пошёл на занятие по Боевой Концентрации.

По пути заглянул в столовую. Сейчас она пустовала, но я убедил повариху дать мне перекусить, а то желудок уже позвоночник обнял и плакал от голода. Молодая женщина, тёмные волосы и приятное лицо, фигура в самом соку. Она принесла каре ягнёнка в чесночном соусе, сочное и мягкое, и настолько вкусное, что я чуть слюной не захлебнулся. Так что чавкал я на весь пустой зал и с преогромным удовольствием обсасывал косточки, а повариха с умилением смотрела, как я уплетаю слегка подогретую еду.

— Вот бы муж мой так ел, как вы, барон Дубов, — говор выдал в поварихе простолюдинку.

— Брофьте, я не балон, — прогудел я.

— Если все истории о вас правда, то хорошо бы всем дворянам быть такими, как барон Дубов. Честными и самоотверженными.

Я хотел отмахнуться, но уж больно ягнёнок вкусный был! Не оторваться. Да иот её умопомрачительного декольте, в котором прятались два увесистых футбольных мяча, тоже было сложно оторвать взгляд.

— А фто с муфем?

— Мясо не ест, окаянный. Всё калории считает и за фигурой следит, доходяга. Тьху! А я считаю, что хорошего человека чем больше, тем лучше!

— А кто хорошо есть, тот хорошо работает! — поддержал я. — Ладно, убегаю! Спасибо за перекус!

— Ты приходи на обед, соколик! — кричала она мне вслед. — Я для тебя побольше телятины в соусе с черносливом оставлю. Нежнейшая будет!

Фух, так ведь и передумать недолго! Знает, как мужика захомутать, чертовка.

После небольшого, но вкусного перекуса настроение поднялось. Но время уже поджимало, так что я чуть не бегом побежал на занятие у Сергея Михайловича.

По расписанию урок проходил на арене. Невольно я вспомнил нашу с преподом схватку. Надеюсь, арену за это время успели отремонтировать полностью. Я зашёл в дверь и оказался в коридоре. Занятие ещё не началось, но группки студентов уже уходили по правому проходу и втягивались на арену. А слева, из открытой двери раздевалки, шёл странный шум. Будто кого-то толкали в металлические шкафчики, и те гремели дверцами.

А мне как раз захотелось в туалет, в который можно попасть только через эту раздевалку.

Внутри оказалось несколько человек. Четверо парней и пара девчонок. По центру шёл ряд сдвоенных скамеек, а вдоль стен тянулись простые шкафчики в два яруса. Судя по холёным лицам и атлетическим фигурам, парни — породистые аристократы. А вот девушки были попроще. Одна брюнетка, другая рыжая, лица простоватые, но симпатичные, на школьных свитерах значок факультета Оберега, а фигурки — полный отпад. И эти парни считали так же. Они издевались над девушками, не давая им уйти, и норовили залезть под юбки.

— Господин, прошу не надо! — вскричала одна и попыталась убежать, но резкий удар по шкафчику оглушил её и охладил пыл.

— О да, когда девушка сопротивляется, меня это так заводит, — притворно застонал парень. Брюнет с острым носом. Рядом с ним загоготал его дружок, тоже брюнет.

Рыжая просто забилась в угол в другом конце раздевалки и не реагировала на прикосновения, которые становились всё более наглыми. Её зажали двое: блондин с конским хвостом и шатен, волосы которого вились, как шерсть у барашка. По щекам девушки катились слёзы. А женские слёзы действуют на меня самым непредсказуемым образом.

В этот раз внутри всё забурлило.

— Господа, — громко сказал я. — Не подскажете, где туалет?

— Он занят, — огрызнулся блондин, который лапал рыжую. — Так что ищи другой, ссыкло.

— Весьма опрометчиво оскорблять того, кто больше тебя в два раза.

Все четверо отвлеклись от девушек, и те воспользовались моментом и забились в один угол, обнявшись. А парни подошли ближе ко мне, но выдержали дистанцию. Ростом они были достаточно высокие, где-то мне по плечо, и сильные. Но недостаточно.

— Чего тебе надо? — спросил блондин с хвостом. Похоже, запевала в этой компании.

— Сходить в туалет без мыслей, что за стенкой издеваются над беззащитными девушками.

— А может быть ты сам хочешь поиграться с ними?

Я ухмыльнулся, обнажив клыки:

— Если только они сами этого захотят.

— Твою мать… — выругался блондин. — А я думал, чего у тебя так губа выпирает, а ты оказывается, полукровка. Ну и с кем якшалась твоя мамаша?

— Знаешь, — рыкнул я, — до этого момента у вас был шанс уйти, просто извинившись за оскорбления. Но ты заикнулся о моей маме. Очень зря, ведь я люблю свою маму.

— Хаха! — заржал блондин. — Он ждал от нас извинений! А в пояс вам не поклониться, Ваше Высочество? Хаха! Убирайся, пока цел, грязь!

В груди разлилась холодная ярость. Я закрыл за собой дверь.

— Манеры, — сказал, закрывая щеколду. — Лицо мужчины.

— Сейчас мы тебе покажем наши манеры! — крикнул блондин, и в его руках вспыхнул огненный хлыст. Девушки, увидев, что назревает хорошая драка, юркнули в туалет.

А я от хорошей драки не бегу. Я её люблю. Особенно, если не я её начал.

Блондин ударил хлыстом, но я поймал его в воздухе. На миг огонь обжёг руку, но я тут же превратил её в дубовую. Удивительно, но вид Инсекта и в самом деле изменился! Я всё думал, про какой Морёный дуб все говорят, а оно вон что. Моя рука превратилась в чёрное дерево с изумительной текстурой. И огонь не жёг её. Блондин ошалело посмотрел на меня, и я дёрнул его на себя. Он подлетел и врезался в стену. Остальные трое тоже бросились в атаку.

Один вспыхнул странной золотой аурой и поднялся в воздух. Не знаю, что он собирался сделать, я запихнул его в шкафчик и ударил по замку, чтобы тот заклинило. Другой превратил свои руки в шипастые шары из костей и ударил меня в живот. Потом ещё раз. Третий. Только потом до него дошло, что живот я давно превратил в дубовый. Одна меткая затрещина отправила его в нокаут. Третий ломился к девушкам в туалет, но они ему не открывали.

— Не надо! — кричал он из-под лавки секунду спустя. — Они меня заставили! Сказали, что будет весело!

— А оказалось не очень, да?

Я уже хотел было отвесить ему леща и замахнулся для этого, но руку что-то остановило. Кожу обожгло. Это блондинчик пришёл в себя после удара о стену и атаковал своим хлыстом. Я опять дёрнул на себя, но хлыст испарился, блондинчик создал новый и снова ударил. Хлыст щёлкал, с шипением разрывая воздух. Хороший Инсект! Мне нравится. Жаль, что дураку достался. Я разогнался и проскользил по полу, увернувшись от очередного удара хлыстом, и затормозил у ног блондина. Легонько пнул между ног, но этого хватило, чтобы тот застонал и повалился на пол.

— Я ведь немногого просил, да? — спросил, вставая. — Пошли, туалет покажешь.

Мне девушки открыли, и я макнул блондина в унитаз головой под его протестующие крики. Но я сильно сомневался, что это поможет исправить засранца. Такие с первого раза не понимают, так что стоит ожидать от него мести. Мда.

Я справил нужду в соседний с ним унитаз, пока он обещал мне все кары небесные, вытаскивая длинные волосы из слива. Воняли они теперь просто жуть. Думаю, даже его дружки какое-то время будут его сторониться.

И только потом вспомнил, что в туалете ещё были девушки. Быстро спрятал достоинство в ширинку и медленно обернулся. Рыжая и брюнетка стояли с приоткрытыми ртами и смотрели на мои штаны. Кстати, ткань нисколько не пострадала от атак блондинчика! Артефактная ткань, не иначе! Похоже, директор знал, какая мне одежда понадобится.

— Вы — барон Дубов, да? — спросила рыжая, красная, как спелая помидорка.

— Да не барон… Ладно, да это я.

— Я же говорила, это он — громко прошептала брюнетка и потащила подругу за собой. — Пошли, скорее!

— А как же…

— Да не здесь же!

Брюнетка утащила подругу, а я так и не понял, что не здесь. Блондин всё пытался отмыть волосы в раковине. Да, одним мылом тут не отделаешься. Один его дружок всё ещё валялся без сознания, второй пытался выбраться из шкафчика, а третий, весельчак, куда-то свалил. Да, до него я добраться не успел. Ну и чёрт с ним.

Отряхнувшись от пыли, пошёл на урок. Он наверно уже начался.

Купол арены был открыт, и яркое осеннее солнце заливало огромную площадку. На месте сваленных сосен в центре уже высились новые. Последних следов нашего сражения с Сергеем Михайловичем уже не было.

Студенты собрались недалеко от ристалища для поединков слева. В центре него стояло что-то большое и квадратное, накрытое брезентом. Студенты нетерпеливо перетаптывались на месте. Я увидел княжну Онежскую, она улыбнулась и помахала мне новеньким голубым шарфом. А ещё Павел Северов заметил меня и кивнул. Явно обрадовался, увидев меня. Над бровью у него розовел свежий шрам. Я подошёл к толпе и попытался смешаться с ней, перебросился парой слов с княжной и Павлом, а потом появился Сергей Михайлович.

Как всегда хмурый, он обвёл наши ряды суровым взглядом. Задержал его на мне, и его губы тронула короткая и почти незаметная усмешка. А потом произнёс:

— Не вижу ещё четверых! Хлыстов, Молчанов, Малинин и Горничев. Где они?

— В туалете, — ответил я.

Сергей слегка наклонил голову набок, глубоко вздохнул и медленно выдохнул:

— Дубов… Им помощь требуется?

Я пожал плечами:

— Разве что шампунь хороший.

— Ладно, начнём занятие, — кивнул Сергей и стал ходить из стороны в сторону на ристалище. Мимо штуки, укрытой брезентом. Оттуда не доносилось ни звука, но я чувствовал, что там кто-то есть. — Тема сегодняшнего дня — заговоренное оружие. Поднимите руки те, у кого оно есть.

Многие подняли руки. «Клинки» — самый престижный факультет в Пятигорке. Так что на него брали в основном тех, кто обладает или мощной способностью, или атакующим Инсектом. А это, как правило, дворяне: княжичи, герцоги, графы и баронеты. Так что фамильным оружием или просто оружием они были обеспечены.

— Хорошо, — снова кивнул Сергей и снова взглянул на меня. — Краткая справка для тех, кто пропустил несколько занятий. — Некоторые студенты обернулись на меня. А один, детина два на два метра, даже ухмыльнулся. — Заговорённое оружие — это основной вид оружия ближнего боя против Саранчи. Мечи, топоры, копья, луки, стрелы. Основное отличие от простых клинков — наличие рун и металл. Металл — трабелуниум, его добывают из панцирей офицеров Саранчи.

— А они не против? — хохотнул детина.

— Они очень даже против, княжич Медведев. Поэтому каждый кусочек этого металла чрезвычайно ценен. Однажды все узнают, насколько Саранча не хочет умирать. Моя задача — к этому моменту вас максимально подготовить. Поэтому слушайте внимательно. Основное отличие трабелуниума — способность впитывать ману носителя и концентрировать её вокруг себя в тончайшую оболочку. Эта оболочка значительно улучшает характеристики оружия. Оно становится легче, прочнее и смертоноснее. Нет ничего, что может остановить заговоренный клинок из трабелуниума, кроме другого такого клинка. И… некоторых Инсектов.

— Ого! — воскликнул кто-то из толпы. — Это у кого же такой Инсект?

А я просто промолчал. Мне лекцию интереснее послушать.

— Есть такие… — максимально загадочно ответил препод. — Заговорённое оружие без Маны мало чем отличается от обычного. Поэтому мы и изучаем на занятиях способы концентрации и управления маной, чтобы направлять её в наше оружие. Руны на клинках тоже играют роль. Они помогают распределить ману вдоль всего оружия наиболее равномерно и эффективно. Наверняка многие заметили, что у всех руны разнятся. Это так. У каждого рода свой набор рун для оружия. На что ещё они влияют, я не могу сказать. Может поменяться цвет высвобождаемой маны и, пожалуй, всё. Дружинники с разноцветными клинками на моих глазах умирали одинаково.

По толпе студентов прокатился испуганный шёпот. Умеет Сергей Михайлович подбодрить.

— Главное, помните, от вашего умения концентрировать ману, зависит то, как быстро вы ее израсходуете. Без маны вы будете беззащитны, так что не забывайте о зельях и о тренировках. Вторые улучшают проходимость мана-каналов организма, а первые восполняют её запасы. Так что думайте головой и просчитывайте всё на несколько шагов вперёд. Саранча не прощает ошибок. Как и любой другой враг.

— Ладно вам, Сергей Михайлович, народ пугать, — снова подал голос Медведев. Голос у него был громкий и глубокий. — Мой отец эту Саранчу пачками валит. Один взмах, и сотня их пехотинцев располовинена. Главное, меч побольше!

Княжич сложил руки на груди и приосанился, лучезарно улыбаясь. Волосы у него были русые, телосложение богатырское, а улыбка широкая. А ещё борода. Мощная такая, русская борода до груди. Точное воплощение богатырей далёкой древности.

Сергей Михайлович ухмыльнулся:

— Я наслышан о подвигах вашего отца, господин Медведев. Правда, не имел чести наблюдать лично… Но не стоит легкомысленно относиться к противнику. Иначе он смертельно удивит вас. Пехотинца Саранчи легко убить обычной пулей и даже обычным клинком. Но дело в том… Что их не зря назвали Саранчой.

Учитель медленно шёл к нам, и голос его становился всё тревожнее и опаснее. Даже Медведев сглотнул, я видел, как у него кадык дёрнулся. Он стоял рядом со мной. Неподалёку ещё заметил Лакроссу, она тоже была с факультета «клинков». Оркесса завороженно слушала рассказ.

— Есть такое насекомое, которое объединяется в огромные стада, или, правильнее их называть, рой. Оно пожирает все растения на своём пути, любые побеги картофеля, пшеницы… В тех княжествах, где прошлась саранча, начинается голод. Пришельцы, которые прибыли на нашу планету с осколком метеорита больше семи веков назад, пронеслись по территории Европы, пожирая на своём пути абсолютно всё живое. Как саранча. Ни один таракан и мышь не ускользнули от них. Их легионы с каждым днём только росли, и ничто не могло спасти человечество. Да, Медведев. С одним пехотинцем можно справиться, с двумя тоже, и с тремя, если вы обладает сноровкой и боевым опытом. Отдельные воины могут противостоять сразу сотне. Но что если их многие тысячи? А в ваших руках только автомат с обоймой на девяносто патронов, и ваш меч. Если вы думаете, что Саранча — это небольшой зверь, который просто давит количеством, то тут вы тоже ошибаетесь…

Сергей отошёл назад, протянул руку за спину и одним движением сдёрнул брезент с чего-то большого и квадратного. Какая-то девчонка рядом со мной вскрикнула тонким фальцетом:

— А-а-а-а!

А потом Медведев закатил глаза и начал заваливаться на меня. Я уже приготовился его ловить, но он почти сразу пришёл в себя и огляделся.

— То есть, я хотел сказать… РА-А-АР! — взревел он, но ему уже никто не поверил. И он шепотом добавил: — Да кого я обманываю…

Только я это и услышал. Да, похоже, у братца медвежонка проблемы с храбростью. Поэтому и отправили такой цвет рода в Пятигорку.

Впрочем, большинство студентов побледнели и отступили от клетки, которая скрывалась под брезентом. Так я остался почти один, стоя ближе всех к клетке. Скорее, потому что рядом со мной встали Лакросса и Онежская. Видимо, считали, что рядом со мной безопаснее всего, потому что я не выказал и капли страха.

Отец много рассказывал мне о Саранче, я видел её на картинках в учебниках, но всё равно вживую пехотинец представлял жуткое, потустороннее зрелище. Чуждая нашему миру жизнь, единственный смысл которой — поглотить всю остальную жизнь.

В клетке стоял и слегка покачивался двухметровой высоты монстр. Его кожа была бледно-серой, словно никогда не видела света. Голова по форме напоминала человеческую, но не имела глаз, ушей и носа. Только круглую пасть с кучей мелких зубов, которые росли несколькими кругами, и на верхней половине «лица» пластину будто из очень тонкой кожицы. Видимо, что-то вроде радиолокаторов или сенсора.

Изредка монстр издавал щёлкающие звуки. У него было мощное, мускулистое тело, но очень вытянутое, за плечами росли перепончатые серые крылья, небольшие, около полутора метров в размахе. Не уверен, что с ними можно летать. Длинные руки опускались ниже колен и имели три сустава вместо двух. Оканчивались они тремя пальцами с длинными и очень острыми когтями. Ноги походили на ноги кенгуру. Только абсолютно лысые и тоже с когтями, короткими. Этот монстр явно быстро передвигался и мог высоко прыгать. А вот половых признаков у Саранчи не наблюдалось. Монстр стоял перед нами голый, и между ног у него было абсолютно гладко. Значит, размножаются они каким-то другим способом.

— Дубов? — окликнул меня Сергей Михайлович.

Я встрепенулся и понял, что ближе всех подошёл к клетке.

— Он ведь видит нас?

— Если быть более точным, он слышит нас и осязает своими сенсорными органами.

— Тогда почему он спокойно стоит?

— А вот тут мы подходим ко второй теме нашего урока. К теме Саранчи. Мы коснёмся её вскользь, так что многие не услышат ничего нового. Сам по себе пехотинец не опасен. Вдали от своих собратьев он теряет всякую активность и становится абсолютно пассивным ко всем видам раздражителей. Их можно жечь и бить, колоть и резать, они не будут отвечать. Дело в том, что вся Саранча управляется коллективным разумом Роя, как его называют в Имперской Канцелярии. Где его эпицентр, мы не знаем, но его волю транслируют офицеры Саранчи. Это уже более продвинутые воины. И куда более опасные. Они обладают природным бронированием из трабелуниума, и простой пулей их не убить. Но не это самое главное. Каждый офицер — это ретранслятор воли Роя. В одиночку он может вести в бой до тысячи пехотинцев. Убьёте такого, и целый вражеский полк остановится. Пока его не подхватит новый офицер…

Голос Сергея завораживал. Я даже представил себе эти бесчисленные полчища двухметровых монстров, у которых нет ничего человеческого. Которые прут и прут на наши имперские бастионы, умирают, превращаются в брустверы из трупов и прут дальше. Ничего, я с этим врагом ещё сражусь. Мне там целый год надо будет отслужить.

Тем временем Сергей продолжал лекцию, расхаживая туда-сюда около клетки. Рассказал о слабых местах Саранчи, о том, что у них есть подобие боевой техники. Живой, из плоти и костей. Упомянул о разных видах офицеров. У Саранчи оказалась строгая и логичная иерархия. Он хотел рассказать о ком-то ещё, но его прервал внезапно появившийся директор.

— Прекрасная лекция, Сергей, — он легонько похлопал в ладоши, глядя на препода снизу вверх. — Но приберегите материал и для следующих занятий, а то всё за раз расскажете, и студенты не усвоят информацию.

— Прошу прощения, господин директор, я действительно увлёкся.

— Увлёкся? — шепнула Лакросса рядом. — Да это мягко сказано! У меня мурашки по коже бегут от его рассказов.

— Да уж, — так же шепотом ответил я. — Сергей Саранчу всем сердцем ненавидит, похоже. Зато он научит её убивать.

И меня это полностью устраивало. Помирать на службе в мои планы не входило.

— Ага, не зря же он декан «клинков», — поддакнула княжна, рядом с ней было всё так же морозно.

— Студенты и студентки, — обернулся к нам директор.

Правда, чтобы его увидели, ему пришлось забраться на стоящую рядом стойку с тренировочным оружием. И он выглядел как герой революции, который зовёт на баррикады. Ещё и рукой махал, чтобы наше внимание привлечь. — У меня есть прекрасная новость! В этом году академии существенно увеличили финансирование. Иначе мы не смогли бы себе позволить такого талантливого преподавателя, как Сергей Михайлович. Но финансирования хватит ещё и на поход-экскурсию!

— Поход-экскурсию? — удивился какой-то парнишка.

— Походы, ненавижу походы, — заныла симпатичная и ухоженная девушка. Да, с её пятисантиметровым маникюром только червей копать для рыбалки. Или консервы открывать.

— А куда? В горы? Хоть бы в горы!

— Лучше в бордель!

Начался галдёж, и директор снова поднял руку. Лёгкий ветерок прошелестел над нашими головами, но все разом смолкли. Не хотели, чтобы он стал сильнее и снёс и головы. Я-то знал, что у директора есть такая способность… Степан Степанович снова заговорил:

— Поскольку не у всех есть заговорённое оружие, в этом году академия берёт на себя обязательство снабдить им каждого студента! В определённых пределах, конечно. Плюс, вы узнаете, как куётся это оружие, и сможете даже сами выковать себе меч. Или топор. Или на что там у вас металла хватит. И собственными руками нанесёте руны. Если захотите, конечно. Эта новость касается всех факультетов. Но все разом пойти мы, конечно, не можем, так что будем выступать по очереди. Факультету «клинков» выпала честь первыми проложить тропу! Так что готовьтесь. В понедельник выдвигаетесь в сопровождении нескольких преподавателей и вашего декана. Поход обещает быть непростым, так что много вещей с собой не берите. За сим всё! До понедельника, друзья мои!

Директор спрыгнул со своей импровизированной баррикады и пошаркал прочь. Все молча его провожали ошеломлёнными взглядами. Только по-моему Степан Степаныч забыл сказать самое главное.

— А идём-то куда? — спросил я.

— Как куда? В Гилленмор! В кузни гномов!

Отправить