Глава 23

— Агнес? — удивился я, увидев перед собой гоблиншу в плаще. — Что ты здесь делаешь?

Девушка смущалась настолько, что даже глаз на меня не поднимала. Стояла и тыкала палец в палец, не зная, куда себя деть. Всё же она решилась.

— Можно я войду? Просто хотела поговорить, пока вы не уехали на турнир.

— Конечно, — посторонился я. — Проходи.

Зажёг пару ночников, чтобы разогнать мрак, и пошёл ставить чайник. Взглянул на Агнес, которая села в кресло у камина. Плащ она так и не сняла.

Да уж, судя по её лицу, чаем тут не обойтись. Придётся доставать вино. После последнего визита Морозовой запасы этого напитка у меня существенно пополнились. Достал бутылку красного и разлил по бокалам.

— У меня есть Инсект, Коль, — вдруг выпалила Агнес, не поворачивая головы.

А я чуть бокалы не выронил.

— Почему молчала? — спросил, давая ей бокал с вином.

Сел в кресло напротив. Рукой согрел напиток и сделал небольшой глоток. Раньше мне не нравилось вино, но теперь, когда есть собственный виноградник, отношение к нему само собой изменилось.

— Я сама только недавно узнала, — пожала плечами гоблинша, обняв бокал ладонями. — Видимо, затесался в родне какой-то аристократ.

— Любитель зелёных полторашек, — хмыкнул я.

Агнес подняла на меня глаза. Она выглядела испуганной.

— Ты не злишься?

— С чего бы мне злиться? Лучше расскажи, что за Инсект и почему узнала о нём только сейчас.

— Угу, — кивнула гоблинша и сделала большой глоток вина. Она сразу чуть расслабилась и откинулась в кресле. — Это случилось, когда мы посещали Дубовую рощу. Когда Мать Леса отправила тебя в Духовное пространство, нас она тоже… взяла в оборот. Что именно там случилось, пожалуйста, не спрашивай. Мы с девочками договорились не рассказывать тебе о тех… ужасах. Если коротко, тогда я выяснила, что могу растягиваться. Как резинка.

— Так вот как ты поймала того кротозайца. Он ведь быстро в нору нырнул, а ты его за шкирку умудрилась вытащить…

— Ага, — улыбнулась Агнес. — Я скрывала свой дар, а в тот раз вот… не выдержала. Уж больно долго пыталась поймать гада!

Зелёная полторашка окончательно успокоилась и превратилась в ту самую весёлую и немного ироничную Агнес, что мне так нравилась. Я улыбнулся, а она рассмеялась.

— Жаль, но это не поможет тебе попасть на Турнир, — пожал я плечами.

— Ой, можно подумать, я турниров не видела. Хотя, если честно, не видела… Но конкретно на этот турнир мне наплевать. Будут ещё. Да и Инсект мне свой ещё разрабатывать и разрабатывать. Я пришла не ради турнира.

Я молча вскинул бровь.

— Я научилась кое-каким трюкам, — сказала Агнес, вставая с кресла. Она залпом допила вино и протянула мне руку с выставленным указательным пальцем. — Дёрни за палец.

Мне сразу вспомнился дурацкий детский прикол.

— Ну дёрни!

Гоблинша явно начала веселиться. Переборщила она с вином, похоже.

— Ладно-ладно. — Я наклонился и потянул её за зелёный палец. А он взял и растянулся. — Ого! Очень полезный трюк, Агнес. Можно использовать тебя вместо верёвки.

— Ха! Это не единственный мой трюк! — Она гордо вскинула курносый нос и вдруг начала меняться в размерах.

Через секунду передо мной стояла длинноногая зелёная красотка. А ещё через секунду Агнес распахнула плащ, под которым оказалось эротичное нижнее бельё: кружевные трусики с высокой талией и лифчик, под которым почти всё видно.

— Я давно ждала этого дня, — смущённо пробормотала высокая Агнес. — Выбирала момент, но неожиданно поняла, что он так никогда и не настанет. Что я сама должна его создать.

А я… Я нахмурился.

— Что-то не так? — побледнела девушка.

— Конечно не так, — произнёс я. — Будь… собой.

Несколько секунд зеленокожая красотка непонимающе смотрела на меня, а затем превратилась в обычную, непоседливую Агнес.

Вообще, она меня привлекала ещё с первой нашей встречи. Красивая, фигуристая. Но я переживал за её здоровье — всё-таки габариты у нас сильно отличаются. А теперь этих тревог больше нет.

И Агнес это поняла, когда я обнял её и поцеловал. Когда мы оказались в постели, девушку окончательно отпустили все её загоны и переживания, и она расслабилась. Вскоре комнату заполнили её тихие сладкие стоны.

* * *

Утро выдалось солнечным. Тёплые лучи заглядывали в окно и падали на скомканные простыни и изумрудную кожу Агнес. Гоблинша зевнула и сладко потянулась, слегка растянувшись при этом. Аккуратная, упругая грудь третьего размера с маленькими острыми сосками высунулась из-под одеяла.

— Да-а-а, — протянула девушка и громко продекламировала улыбаясь: — Счастье есть, а мечты сбываются!

Я хмыкнул и встал с постели. Сварил нам кофе, пока Агнес, собравшая разбросанное бельё, принимала душ. Ночка выдалась очень жаркой и… интересной. Всё-таки открывшийся Инсект зелёной полторашки оказался весьма и весьма любопытным.

После утреннего кофе отправил Агнес обратно в её комнату, не забыв шлёпнуть по попке для ускорения. Меня, Лакроссу и княжну Василису директор на сегодня освободил от занятий, так что этот день я решил использовать по полной, чтобы разобраться с делами и подготовиться к турниру. После утренней тренировки с этими двумя и завтрака, конечно же.

Первым делом отправился в город, где пополнил запасы зелий и защитных артефактов. Купил несколько атакующих и всё спрятал в кольце. Затем заглянул к кузнецам Торвальду и Генриху, гному и гоблину. Я отправил им ингредиенты для рукояти сразу после похода в Поволжье, так что молот уже был готов.

Генрих и Торвальд с гордостью показали мне свою работу. Молот и так был прекрасен, а теперь стал ещё лучше. Рукоять из дерева, пропитанного экстрактами магических растений, с узором и рунами, окованная железом там, где нужно хвататься рукой. Самое главное — значительно длиннее.

— А ещё, как я и обещал, — говорил гоблин, показывая оружие, — если повернуть рукоять вот так… Выскочит трёхгранное штык-лезвие! Ну… или просто штык. Теперь ты можешь убивать, когда убиваешь!

Я повторил показанные им действия, и из конца рукояти молниеносно выскочил штык. Тоже, кстати, из сплава трабелуниума — металла, который пробивает панцири Саранчи. Но что мне особенно понравилось: рукоять могла аккумулировать ману при атаках. Часть её всегда рассеивается во время взрывов и так далее, и вот теперь она будет собираться обратно, увеличивая мощь следующего удара.

Работой я остался доволен. Выписал парням чек и пообещал захаживать, если что понадобится. И… остался без денег. Не совсем, конечно, но после оплаты их работы, рублей на счету у меня осталось не больше нескольких десятков тысяч. Выручка за продажу уцелевшего имущества Михайловых.

После кузнецов заглянул в магазин «Тысяча мелочей» к Елене Маститовой. Видимо, пятница у неё не ходовой день, потому что обнаружил я её в абсолютно пустом торговом зале, спящей прямо на прилавке. Из макушки торчали кошачьи ушки, а сама девушка свернулась калачиком, как большая лысая кошка. В общем, странно это было. Но вполне в её духе.

— А нечего припираться в магазин средь бела дня, когда у всех нормальных людей сиеста, — попыталась она отделаться от меня. — И вообще, у меня переучёт!

Я перенёс из пространственного кольца перья птицы Рукх, добытые на севере от Питера в диких землях. Тогда ещё мы встретили дриаду. Перья Рукх очень ценные, но для меня бесполезные. Я не знал ни одного рецепта с ними, но они вроде использовались для изготовления артефактов, фокусирующих магическую энергию. Ими часто пользовались одарённые простолюдины или слабые аристократы, чтобы немного усилить свои дары. Проще говоря, волшебные палочки.

— Переучёт денег в кассе! — тут же оживилась Елена. — Что ты за них хочешь?

В принципе, я уже был готов ко всему. Но идя сюда по улице, вдруг осознал, что люди на меня оборачиваются. Это и раньше происходило, и виной тому мой выдающийся рост. Трудно не заметить полуогра, идущего по тротуару тебе навстречу. Но не так явно и часто! Не сразу я догадался, в чём дело.

После всех приключений и зелий я стал значительно сильнее, и от меня теперь всё время фонило магией, то есть магической аурой. И это проблема. Не хочу, чтобы соперники по турниру знали о моей силе. Куда выгоднее, если они будут меня недооценивать.

Примерно от этой же проблемы страдала княжна, но у неё в последнее время с этим стало намного лучше. Холод почти не чувствовался, а её сила возросла. Магический фон тоже уменьшился. Она мастерски научилась контролировать свой дар. А вот я свой — ещё нет. Мне это только предстояло. Думаю, в этом деле помогут медитации и тренировки, ну а пока…

— Мне нужна особая мазь. Или зелье, — сказал я Маститовой.

Затем рассказал о мази, которую мне давал герцог Билибин. В тот день ещё должны были напасть на Павла Северова, и мы искали нападающих, ещё не зная, что атака на академию уже идёт.

Тогда мазь скрыла наше магическое излучение и сделала почти невидимыми.

Торговка задумчиво накрутила на пальцы зелёные волосы.

— Есть у меня кое-что… Хоть и не совсем то… — Она покопалась в подсобке и вернулась с красивым кожаным ремнём. — Он сделан из кожи Сумеречной змеи. Скрывает твоё магическое излучение и может насылать иллюзию, делая тебя и тех, кто рядом, незаметными. Имей в виду: не невидимыми! Просто отводит чужие взгляды, воздействуя на разум. Только не забывай маной его напитывать, а то работать не будет.

Я обрадовался такой полезное вещице и протянул руку, но Елена тут же отдёрнула ремень.

— А доплатить? — вздёрнула она подбородок. — Десять тысяч на бочку, Ваше Благородие!

Торговцы… Торговцы никогда не меняются. Что ж, и я не лыком шит. Удалось сбить доплату до пяти тысяч рублей. Но пояс стоил каждого рубля.

Мы ещё немного поболтали о том о сём, после того как Елена как следует повздыхала о своей нелёгкой судьбе и грабеже среди бела дня, который я ей учинил. Затем девушка рассказала последние новости с Западной границы, где служил её муж. Она давно не получала от него писем и переживала, ведь те, что были последними, казались неутешительными. Саранча напирала, и некоторые крепости еле держались, испытывая жёсткую нехватку боеприпасов и людей. Хотя, как она слышала, положение начало улучшаться. Имперские войска объявили о наборе добровольцев на контрактной основе. Деньги предлагали хорошие, и многие пошли туда, рассчитывая разбогатеть или решить свои финансовые проблемы.

Попрощавшись с Маститовой, я нацепил пояс и вышел из магазина. Оборачиваться и правда стали реже. Артефакт работает! Я направил в него немного маны и попробовал стать незаметным. Тоже сработало. Люди просто физически не могли посмотреть в мою сторону: постоянно отворачивались или зевали, или ещё что. На сильного аристократа, того же герцога Билибина, этот эффект, скорее всего, не подействует, но и так неплохо.

Что ж, кажется, всё. Осталось лишь спокойно дождаться понедельника.

* * *

В воскресенье вечером собрались у меня в апартаментах. Приехали дриада и Марина Морозова. Заказали кучу еды из ресторана грузинской кухни, вина, пива и закусок. Ели, пили, болтали о разном. Завтра нам расставаться на долгий срок. Ну как, долгий. Насколько я знал, турнир проходит около недели. Может меньше, если победитель определится раньше. Но почему-то меня не отпускало странное ощущение, что расстаёмся мы на куда большее время. Откуда оно взялось? Не знаю…

Дриада тоже уезжала в понедельник. Тот побег, который ещё и её сын, хорошо прижился и сейчас активно рос, несмотря на подступающие холода. Хотя зима здесь короткая — юг Империи всё-таки. Даже виноград, богатый маной, начал цвести, а Валико за ним ухаживал.

На месте особняка началось строительство памятника и аллеи, и пока всё шло хорошо. Марина Морозова планировала вернуться в Ярославль, в поместье Дубовых. Пора проверить ход работ и там. Молодец, она везде успевала. Надо будет ей жалованье повысить. Когда заработаю на него. С этим пока проблема. Надеюсь, турнир поможет её решить, но и после него есть идеи, как заработать.

На одном из заводов, что теперь мои, производят ткань. Я закинул удочку Агнес, чтобы они с Вероникой проработали вопрос шитья одежды. Платья, авторское нижнее бельё и всё такое. Ещё один способ дополнительного дохода! К тому же им надо чем-то заняться, пока мы на турнире.

Так мы и провели вечер — за разговорами, едой и вином. За окном опустилась ночь, где-то далеко светилось зарево над Пятигорском — город ещё не спал. От большого количества народа в комнате стало душно, и я открыл окно, впустив холодный ночной воздух. Хорошо… А потом не выдержал и обнял всех, до кого смог дотянуться. Хмель в голову ударил, не иначе.

— Задушишь ведь… — запищала княжна.

— Кажется, мышцу потянула, — прохрипела откуда-то Лакросса.

— Господин нас любит! Я знала это! — поцеловала меня Вероника.

А потом нас всех обняла Агнес. Разом. Заодно рассказала о своём Инсекте, чем вызвала бурю восторга у других девушек. Я видел на её лице бесконечную радость от их реакции. У неё единственной не было дара, и она наверняка из-за этого чувствовала себя белой вороной. Хотя для меня отсутствие у Агнес дара особого значения никогда не имело. Она и без него была полезна и талантлива.

Ух, что-то я совсем размяк под действием алкоголя и этого вечера. Ну и плевать. Хорошо же сидим!

Спать легли тоже у меня. Кто где. Со мной легли дриада и Марина, потому что поместились только они. К тому же с ними я не увижусь ещё дольше, чем с Агнес и Вероникой, так что всё по справедливости.

Уже на следующее утро мы вчетвером — я, Альфачик, Василиса и Лакросса — ехали в купе поезда в Пятигорск. Там на воздушной гавани пересели на дирижабль до Севастополя, а оттуда заказным автобусом по серпантинам — до горы Ай-Петри. Ехали с другими участниками турнира. Но у подножия, где нас высадили, их было ещё больше. Наверное, не меньше пары сотен.

Вид отсюда открывался потрясающий. Вверх по склону горы убегала канатная дорога с небольшими кабинками. Они были похожи на вишнёвые ягоды. Красные бока блестели на солнце. Сама гора была небольшой, вроде километр с четвертью, но на её вершине лежал снег. А ещё там росло дерево. Нет, не так. ДЕРЕВО.

Я таких никогда прежде не видел. Его корни опутывали камень горы, а крона подпирала облака. Оно само было не меньше километра в высоту. И этот огромный вес удерживал самый толстый ствол, что я видел. Снизу нельзя было разглядеть подробности, но, уверен, внутри мог поместиться целый город.

Среди участников я видел как слабаков, так и серьёзных ребят и девушек. В основном это были аристократы, хотя имелась и парочка явных простолюдинов. Последние выделялись физической силой. Видимо, компенсировали так отсутствие Инсекта. А дворяне все как на подбор: красивые девушки, мускулистые, холёные парни. Студенты приехали со всех концов Империи.

У многих были питомцы, как и у меня. У одной девушки на шее лежал огромный питон. И как она сама не падала под его весом? Рядом с другим парнем, явно из сибиряков, сидел огромный Волкодав с него ростом. Хоть и поменьше Альфачика, но противник серьёзный. Самым странным, что я увидел, был скорпион на поводке. Поводок к хвосту крепился. Ужас. От одного вида в дрожь бросало. Так что на Лютоволка особого внимания не обращали.

В основном участники разбились на тройки, в соответствии со своими учебными заведениями. Мы стояли на большой асфальтированной площадке — места всем хватило. Вскоре нас выстроили в подобие очереди, и охранники со специальными артефактами проверили нас на наличие запрещённых вещей. Пару участников отсеяли уже здесь — они пытались пронести наркотики. Идиоты. Теперь их казнят. Ну и поделом.

Затем нас подвели к фуникулёрам.

О месте проведения турнира я мало что смог разузнать. — все подробности держались в строжайшем секрете. Надеюсь, на том конце канатной дороги нам расскажут больше.

В кабинки сотрудники в серой форме с гербом в виде зелёного, обросшего травой кубка пускали по трое. Очередь выстроилась змейкой по коридору из столбиков с красными лентами.

Когда почти подошёл наш черёд забираться в кабинку, вдруг появился какой-то щеголеватый хмырь. Он расталкивал всех и пролезал под лентами, ведя за собой двух друзей: высокомерных парня и девушку, пепельную блондинку. И ожесточённо с ними спорил:

— Ещё чего! Я не собираюсь ждать целую вечность, пока до нас дойдёт очередь. И плевал я на местные порядки! Пусть Лесниковы вообще радуются, что я почтил их дурацкий турнир своим присутствием!

Хлыщ попытался оттолкнуть княжну с Лакроссой, но я преградил ему путь. Блондин наморщил свой нос, будто учуял дерьмо.

А вот сейчас обидно было.

Но что странно, я будто видел эти карие глаза прежде…

— С дороги, урод! — выплюнул парень.

Лёгкая оплеуха уронила хмыря на землю. Его спутники ахнули, кто-то из зевак заржал с криком «Так его! Тут очередь вообще-то!», а сам парень держался за щеку, словно только сейчас познакомился с этим ощущением, когда тебя бьют по морде. Привыкай, парень, привыкай. Нам с тобой целый турнир надо вместе провести.

И всё же… Я навис над хлыщом и задумчиво пробормотал:

— Лицо знакомое… Я угрожал тебе прежде?

* * *

Краков

До границы с Саранчой 30 км

В это же время

 

Барон Маститов отличался исполинским ростом в два с копейками метра. В ширину он тоже был не мал: как говорят, косая сажень в плечах. Свой род он вёл от богатырей древности. Вот их генам и был обязан своим положением. Титул Михаил Маститов получил совсем недавно, за выдающиеся боевые заслуги. Сильным Инсектом он не обладал, всего лишь мог обращаться в огромного волкодава, но этого хватило, чтобы сделать его бароном.

Маститов нёс одну из своих крайних вахт перед отпуском. Наконец-то он сможет повидать жену, Елену! Она держит маленький магазин в Пятигорске.

Но сейчас он ещё здесь, в Кракове. После подкопа Саранчи под землёй в одной из крепостей, все приграничные города поставили на уши. Вечная боевая готовность, подготовка ополчения из простолюдинов, даже стену вокруг города построили. Вот на ней и стоял новоиспечённый барон.

Солнце припекало, броня под его лучами раскалялась, и по спине тёк пот. Хоть прохладный ветер слегка облегчал муку. Маститов взглянул в подзорную трубу на окрестности. Из-за неё боевые товарищи часто подшучивали над ним, мол, пользуется технологиями древних.

Но биноклей Михаил не признавал. К тому же его подзорная труба была сделана с использованием особого артефактного стекла. И приближала в два раза сильнее, чем самый лучший бинокль. Ещё и подсвечивала живые организмы красным цветом. В том числе Саранчу.

Пока что в окрестностях было тихо. Только стая крупных кабанов, возможно, Костяных, резво пробежала на восток. Ничего серьёзного.

— Пу-пу-пу… — выдохнул Михаил и пошёл по крепостной стене на север.

Обменялся воинскими приветствиями с другим часовым и приблизился к набатной башне. Внутри было прохладнее, чем снаружи. Маститов на секунду привалился к стене и взглянул вверх, откуда спускалась толстая верёвка. Другим концом она соединялась с языком колокола в паре метров вверху. Тоже, можно сказать, технология древних. Тревожный набат. В него били защитники города, если видели вражеские войска.

«Звон такого колокола, должно быть, далеко слышно», — подумал барон, глядя на него.

Вдруг он увидел, что язык колокола слегка раскачивается, а затем начал качаться и сам купол. И ветер тут был ни при чём. Внезапно Михаил ощутил, как под его ногами дрожит вся крепостная стена. А через секунду раздался оглушительный грохот.

Маститов бросился к бойнице, выглядывающей на восток, в сторону центра Кракова, и его сердце пропустило несколько ударов.

Над крышами домов взлетали огромные комья земли, куски мостовой и целые части зданий. Они медленно, будто пух, падали обратно, вызывая колоссальные разрушения. Из центра города торчал огромный уродливый червь с кучей кривых зубов на морде. Он взревел и тут же вполз обратно, оставив вместо себя огромную дыру с рваными краями.

Барон взял себя в руки и вытащил подзорную трубу. Из провала на поверхность устремились орды уродливых существ.

— Саранча… — выдохнул он и бросился к колокольной верёвке. — Это прорыв! — кричал барон, яростно звоня в колокол. — К оружию! К оружию!

 

Конец шестой книги

Отправить