Глава 19

Леса Поволжья

Где-то между Йошкар-Олой и Казанью

Два дня спустя

 

— Ату! Ату его! — аж подпрыгивала от азарта Агнес на краю поляны, усеянной мхом и сухими иголками.

Поляна находилась посреди старого соснового леса и вся была покрыта холмиками земли. Это кротозайцы прорыли себе тут целую сеть туннелей. Прыгают высоко, копают глубоко. Эти животные в целом безобидны, если не собираются в большую кучу. Тогда они, прогрызая и прорывая свои норы, портят корни многих деревьев. Те засыхают и падают. Так было и здесь. Старые стволы деревьев уже сгнили и развалились в труху.

— Не спи, Вероника! — гаркнул я, когда синеглазка прямо под носом не увидела коричневую и лопоухую морду кротозайца.

— А? — зевнула она. — А!

И прыгнула на зайца. Естественно промахнулась и провалилась головой и грудью в одну из нор, по самый пояс. Вверху осталась только нижняя половина тела с махающими в воздухе ногами.

— Г-господи-и-ин! — тут же донеслось из-под земли. — Я застряла! Тут так темно и плохо пахнет… Вытащите меня!

Я вздохнул и закатил глаза:

— Смотри, чтоб в моську не укусили. А то распухнет, и придётся в неё уколы колоть.

— Не-е-ет! — заверещала девушка и попыталась вырваться из земляного плена.

Хм. Всё-таки и правда у неё симпатичная мордашка. Будь я кротозайцем точно бы не удержался и укусил. Но я не животное какое-нибудь, поэтому помог девушке, слегка отрыв нору. Уходила та достаточно глубоко.

— Спасибо, господин! — обняла меня девушка, но я её аккуратно отстранил. Потому что не время для обнимашек!

— Вася, один идёт к тебе! — просигналила дриада. Она чувствовала живых существ и координировала наши действия.

За время похода они с княжной неплохо так сдружились.

— Поняла! — откликнулась Онежская, вставая на изготовку над норой.

Правда, иногда Машу немного «клинило» и начинало заносить. В такие моменты она становилась несколько невыносимой и начинала говорить с «высоты прожитых лет». Как будто семь веков в лесу наделили её небывалым опытом. Приходилось возвращать дриаду на землю парой звонких шлепков по заднице.

Из земляной кучи показалась вытянутая морда, и Василиса неуклюже упала на колени, пытаясь её схватить. Но кротозаец оказался быстрее. Только и Онежская не дура. Она взяла, сунула руки внутрь кучи земли и заморозила её. Грызун размером с таксу вылетел из норы как пробка, спасаясь от жуткого холода. И он бы в полёте тут же нырнул в другую дыру, но его поймал я.

— Один есть! — поднял тушку над головой, а потом сунул в мешок.

Лакросса попыталась насадить кротозайца на копьё, но я её одёрнул:

— Они нам живые нужны!

Оркесса недовольно сплюнула на землю и в сердцах метнула призванное копьё в пустую нору. Затем взорвала его. Из соседних дыр повалил дым, а из одной выскочил кротозаяц, которого на лету поймал Альфачик. И чуть не проглотил! Но под моим строгим взглядом выплюнул животину. Лопоухий был весь в слюнях и полном шоке. Так что не составило труда закинуть его в мешок.

Со взрывными копьями дело пошло быстрее. Оглушённые кротозайцы вылетали, как ядра из пушки. Иногда с дымящимися хвостами. Княжна мгновенно намораживала ледяные горки, по которым добыча скатывалась ко мне. Я только успевал мешок подставлять, пока они не упали на землю. Метался от одной горки к другой. Странно, что-то мне это напоминает…

А девчонки тем временем вошли во вкус, и кротозайцы сыпались на меня, как град. Уже через полчаса я взмок как чёрт знает кто и вытоптал поляну до состояния бетона. Зато мешок забился под завязку. Я поднял его на уровень глаз. Мешок постоянно шевелился и грозил порваться. Но я специально подобрал самый толстый брезент с добавлением артефактной ткани. А Вероника прямо в нашем небольшом лагере буквально на коленке сшила его.

Больше кротозайцев из земли не вылетало. Но расслабляться было рано.

Вдруг земля под ногами задрожала, и мы все сбились в кучу. Через пару минут тряска стала невыносимой, а земля вспучилась. На поверхность выбралась кротоматка — толстенная, размером с небольшой автомобиль кротозайчиха. Короткая коричневая шерсть, большие лапы и толстое пузо с белым мехом. Она издала яростный рёв и, сотрясая землю, угрожающе пошла на нас.

— Стой! — Я выкинул перед собой руку с мешком и потряс им. — Или я их об землю разможжу.

Кажется, до неё дошло. Все пойманные кротозайцы были её детьми. А как любая мать, она не могла допустить их гибели. Особенно всех разом.

Кротоматка остановилась в пяти метрах от нас, злобно пыхтя.

— Нам нужен Глубинник-корень, — громко сказал я. — Отдай нам его, и мы отпустим твоих зайчат.

Говорить она, конечно, не умела, но была намного умнее своих более мелких сородичей. На то она и кротоматка. Я не сомневался, что она поймёт, что я имею в виду.

Шерстяное чудище попятилось и грузно опустилось обратно в огромную нору.

Кротозайцы размножаются через яйца. Они довольно крупные и вкусные, но мы пришли не за ними. Существует растение, корень которого может залегать на глубине до нескольких десятков метров. Так и называется: Глубинник-корень. Для кротозайцев он, всё равно что валерьянка для котов. Вот они и собирают весь корень в радиусе десятков километров.

И да, ценили они его больше, чем яичную кладку будущих братьев. Кротоматка новых навысиживает, а Глубинник-корень фиг найдёшь.

Через добрую четверть часа Мать всех кротозайцев снова выползла на поверхность. Она могла бы прорыть ход прямо под нами, чтобы мы потом рухнули в него и разбились, упав с большой высоты. Но тогда и детки её погибнут.

Видимо, я малость ошибся насчёт уровня интеллекта кротоматки. Потому что она выползла с набитыми щеками, как у хомяка, и выплюнула прямо к нашим ногам кучу слюней с яйцами и большими кусками корня. Не поняла, что мне нужнее: яйца или корень. И принесла на всякий случай и то, и то.

Проблема кротозайцевой матки в том, что без своих детишек ей и пару дней не прожить. Сожрут другие монстры, обитающие под землёй. А новые яйца надо высиживать больше недели. А так эти мелкие монстрюки толпой любого завалят. Облепят и начнут в плоть вгрызаться своими зубищами. Только артефактный мешок им не по зубам.

— А яйца тоже возьмём, господин? — сглотнула слюну вечно голодная Вероника.

Её пошатывало от усталости и желания лечь спать. Это у неё такая необычная реакция на голод.

Княжна с хихиканьем ткнула синеглазку ледяной иглой в сочную задницу, и та подскочила, мигом проснувшись.

Но вообще идея неплохая. Кротоматка сама нам их принесла, а мы сможем хоть на время снизить популяцию этих монстров. Пока они корни у всего леса не пожрали.

Я отпустил кротозайцев, перевернув мешок, и они мигом поскакали по своим норам, словно брызги масла на раскалённой сковороде. Затем мы собрали в мешок яйца и корешки и ушли под недовольным взглядом кротоматки. Когда покинули поляну, земля задрожала — значит, она вернулась в своё логово.

А мы направились обратно в наш лагерь. Лес в этих местах был древний и густой. Большинство деревьев мутировали: даже я мог не каждый ствол обнять, настолько они были толстыми. Часть растений вовсе ожила, но благодаря дриаде нас они не трогали. Принимали за своих. Порой даже помогали. Например, свалили большую сухую сосну нам на дрова. Красота!

По дороге насобирали целое ведро Морозной клюквы. Она созревала к середине ноября или к началу декабря, и была полна полезной морозной маны. А ещё очень вкусной, сладкой, с медовым оттенком и небольшой кислинкой. Освежала, будь здоров.

У всех было приподнятое настроение, а день клонился к вечеру. Под ногами слегка похрустывал свежий снег.

Наш лагерь окружала стена из непроходимых зарослей. Это Маша постаралась, чтобы защитить его от непрошенных гостей. Медведя, ещё не впавшего в спячку, или стаи кабанов. Когда мы подошли, толстые корни, оплетавшие соседние деревья, расступились, пропуская на большую поляну, на которой стояла наша палатка и пасся гигантский лось.

За эти пару дней с помощью дриады мы собрали большинство ингредиентов, и осталось совсем чуть-чуть. Утром, когда мы вышли на норы кротозайцев, она почувствовала, что неподалёку есть много полезных и редких растений. Странно, конечно, что они росли примерно в одном месте, но кто его знает эти древние леса. Главное, что они пойдут в одно неплохое зелье.

Кстати, о нём. Это было не совсем зелье, точнее, совсем не зелье. А пилюля. Или таблетка — кому как удобнее называть. И она не улучшала магические характеристики, но была крайне полезна для укрепления организма и улучшения регенерации тканей. Короче, крутая и полезная штука. А ещё, судя по составу, ужасно невкусная. Мне так и хотелось посмотреть, как девушки будут кривить лица, когда заставлю их её съесть.

Но это завтра. А на сегодня главная задача — разжечь костёр и приготовить ужин. Днём Лакросса подстрелила пару сочных глухарей, так что нас ждало жаркое из птицы в клюквенном соусе.

И спустя уже несколько часов общей работы над поляной разносился чудесный запах горячей пищи из котелка. Лося и Лютоволка тоже без ужина не оставили. Сохатому насыпали в большую миску, больше похожую на тазик, клюквы и овощей. И он нырнул в неё, будто пытаясь дно прогрызть, и зачавкал.

После сытного ужина мы не сразу смогли добраться до палатки.

— Да, я так объелась, — похлопала себя по округлившемуся животу Агнес, — что ближайшие пару часов смогу только перекатываться.

— Мне кажется, или у меня грудь выросла? — княжна обхватила загорелыми ладошками грудь, спрятанную под верхней частью комбинезона. Ей его Агнес сделала. Давно обещала, до всё никак не могла закончить. Выглядел он симпатично. Белый с голубыми линиями.

— Это жир, — выдохнула Лакросса, — который скоро ни одной тренировкой не сгонишь.

У неё, кстати, тоже будто грудь увеличилась. Может, и правда жирку набрали на моих харчах? Мне-то для моего массивного организма нужно много энергии, а вот им…

— Ничего, — хохотнул я, облизывая пальцы, испачканные в соусе и мясном соке, — завтра ещё побегаем, а потом обратно в академию.

Ох, если бы я тогда знал, насколько окажусь прав…

* * *

— Какая красота-а-а… — протянула Василиса, бросаясь собирать яркие и красивые цветочки, росшие прямо из снега.

И нет, в этом нет ничего удивительного. Пришествие Саранчи изменило не только людей, эльфов, гномов и кавказцев, но и растения с животными, и даже климат.

Дриада вывела нас к небольшому лугу в пойме маленькой речушки. Она ещё не замёрзла и весело журчала. А луг покрывало разноцветье трав и цветов. Некоторые действительно были очень редкими и ценными. Кто корневой частью, кто стеблями и лепестками, а кто своими бутонами.

— Аккуратнее, вдруг среди них есть ядовитые? — поймал я её за шкирку и оторвал от цветочков.

— Нет, всё в порядке, — мягко коснулась моей руки дриада.

В отличие от всех нас, она была одета легко, не особо чувствуя холод из-за того, что была растением. Лёгкая куртка, длинные гетры на стройных ножках и шерстяная юбка.

— Ну тогда вперёд, — отпустил я Василису, и она с радостным криком бросилась набирать букетик.

А ещё успокоил Альфачика. Он тихо рычал и принюхивался, но я опасности вокруг не наблюдал.

Затем стал руководить остальными, чтобы собирали только нужное. Луг оказался на редкость богатым на магически ингредиенты. Даже богаче, чем я подумал вначале. И как он здесь очутился?

Постепенно мы спустились к берегу реки, и я, глянув по сторонам, увидел, что к ней спускаются и другие похожие поляны. А в центре нашей стояло ещё несколько небольших деревьев со странной бледной, почти белой корой. Как у берёз, только без чёрных пятен. Можно даже сказать, небольшая рощица.

У корней росли несколько грибов с большими синими и фиолетовыми шляпками, которые слегка светились от большого количества маны. Из таких вполне можно сделать хорошее зелье для развития маны.

Я подошёл, чтобы срезать парочку. Наклонился и небольшим ножиком аккуратно отсёк толстые, упругие ножки грибов. Когда убрал их в небольшое ведро, увидел, что под ними из земли торчат пальцы. Человеческие.

Странно…

Я когда-то слышал о грибах под названием «пальцы дьявола». Это такие отростки ярко-красного цвета. А тут бледно-жёлтые. И пальцы дьявола похожи на… пальцы. Длинные и тонкие пальцы рук. А тут короткие. С ногтями.

Чё за фигня? Гриб какой-то новый?

Я присел ниже и ковырнул один из пальцев ножом. А из него пошла кровь.

Через секунду над моей головой раздался душераздирающий крик:

— А-а-а!!!

Я резко выпрямился и увидел, что это орёт дерево. Ну как дерево… На самом деле орал бледнокожий эльф с раскосыми глазами и острыми ушами, который обнимал это дерево. Поэтому я его сразу и не заметил.

Рефлекторно дал ему в челюсть, и он заткнулся, упав как подкошенный.

Вот только заткнулся-то один, а рядом заорали другие голоса. Ещё эльфы! Эти обнимали соседние деревья.

Да что это за племя дендрофильное такое⁈

Двумя точными ударами уложил ещё парочку эльфов. Одеты они были странно: в тряпьё, похожее на кору этих деревьев, и такие же бледные.

Вот только поздновато я заткнул эту троицу. Во-первых, в этой маленькой роще нашлись ещё эльфы. И они уже продирались сквозь частокол деревьев в мою сторону. А в руках у них сияли магической энергией заострённые сучья.

Во-вторых, из леса, окружавшего поляну, тоже послышались крики. И с двух сторон на берег выбежали ещё эльфы. Много эльфов. С луками и копьями.

Девушки рефлекторно бросились ко мне, а я сунул кулаки в бледные рожи двум дендрофилам, который как раз прорвались ко мне из небольшой рощицы. Но с остальными так легко совладать не выйдет. Они быстро брали нас в клещи, заходя сразу с двух сторон. От реки нас уже отрезали.

— Бежим! — гаркнул я, развернулся и бросился прочь с лужайки, на ходу подхватив и закинув на плечо княжну с букетом цветов.

— Что? Опять? — успела возмутиться Василиса. — Тиран!

Остальным повторять не пришлось, и уже через несколько секунд они бежали рядом со мной.

— Ой! Они стреляют! — крикнула княжна, когда на нас посыпались стрелы.

К счастью, никого не ранило, а девушку я перекинул на руки, пока она не стала похожа на ёжика. Потом мы вбежали в лес, и стволы сосен прикрыли нас от вражеских стрел.

— Господин, кто это? — сбивчиво выкрикнула бегущая рядом Вероника.

Вместо меня ответила Лакросса, неприцельно выпустив из лука пару стрел, заряженных синеглазкой холодом. Они воткнулись в землю, покрыв её льдом, и несколько эльфов тут же навернулись.

— Дикие эльфы! — прокричала оркесса на бегу. — Я слышала о таких, но не думала, что они ещё существуют!

Повезло так повезло.

— У-у-у! — отрывисто донеслось сзади.

Я обернулся и понял, что эти парни нас слишком быстро догоняют. Перекинул Василису опять на плечо, а на второе подхватил Веронику, потому что этой барышне кровь-с-молоком-и-печеньками бежать мешала объёмная грудь. Лакросса и дриада бежали впереди, Агнес вцепилась в шерсть на загривке Альфачика, оседлав Лютоволка. И когда только успела?

Нет, я бы мог вступить в бой с этими эльфами, но… Во-первых, их ужас как много! Будто весь лес позади нас кишит ими. А во-вторых… получается, мы забрели в их угодья и немножко… обокрали? Так что не видел я смысла убивать целое племя ради пары грибных шляпок. Лучше просто убежать. Правда, с последним выходила некоторая накладка.

Эти заразы в лесу были, как рыбы в воде! Я их видел уже заходящими с боков!

Нас загоняли, как стадо кабанов, улюлюкая и не приближаясь на расстояние атаки. Зато вокруг нас снова засвистели стрелы.

— Поднажали! — скомандовал я, прогоняя ману через ноги.

Удалось набрать скорость. Дриада с Лакроссой тоже ускорились. Маша даже смогла немного замедлить эльфов, заставив корни деревьев вылезти из-под земли. Первые ряды преследователей тут же начали спотыкаться и падать. В итоге мы хорошо оторвались, но и дриада истратила на это кучу сил.

— Я выиграю нам время! — крикнула из-за спины княжна, а я почувствовал, как под куртку забрался дикий холод.

— Ой! — пискнула Вероника. — Кажется, у меня попа мёрзнет.

У меня тоже, милая моя, у меня тоже!

Но терпели мы не зря. Я снова коротко обернулся на бегу и увидел, что прямо за нами выросла огромная ледяная стена. Она поглотила деревья на всю высоту и раскинулась в стороны на несколько сотен метров, если не больше, отсекая нас от преследователей. Что ж, минут пятнадцать нам это выиграет.

До поляны мы добирались несколько часов, а добежали обратно меньше, чем за полчаса. Правда, пробежка с двумя женщинами-мешками на плечах вымотала меня до предела. Но не время отдыхать. Я прогнал по усталым мышцам ещё ману, избавляясь от усталости, и бросился собирать лагерь.

Лось вопросительно замычал, глядя на нас, но ему никто не ответил.

Затоптали костёр, собрали вещи и наспех свернули палатку. Я закинул всё в пространственное кольцо, а что не влезло засунула в своё Агнес. Оказывается, успела сделать маленькое колечко для себя. Не такое вместительное, но нам и его хватило.

С поляны выбегали уже под градом стрел и азартное улюлюканье эльфов.

На огромном лосе мы оторвались достаточно быстро. За Альфачика я не переживал. Лютоволк любил бегать. А вскоре я и вовсе понял, что они с сохатым соревнуются в скорости. То один вырвется вперёд, то второй, пока первый огибает особо густой участок леса.

Когда стало ясно, что погони нет, снизились скорость. А то по звукам сзади я понял, что кого-то укачало. Агнес или Веронику. Лакросса вроде достаточно крепкая.

Княжна, сидевшая передо мной, откинула назад голову и заглянула смеющимися глазами в моё лицо. На её губах блуждала счастливая улыбка. Она обвила мою шею руками и радостно выкрикнула на весь лес:

— Как же здорово! Мне не было так весело с тех пор, как меня кабан в реке чуть не утопил!

Ничего себе! Да она тогда чуть в реке не утонула. Успела заморозить воду вокруг себя, но сама чуть не погибла. Лично мне было не очень весело. В какой-то момент даже подумал, что потерял её.

Короче, странные у неё представления о веселье.

Через несколько часов, когда начало смеркаться, нашли место для лагеря. Им стала плоская вершина одного холма. Мы покинули дикие леса Поволжья и оказались в степях Царицынской губернии. Поля под нами окрасились в кроваво-красный цвет из-за заката и тонкого слоя снега, тоже уже выпавшего в этих краях. В этом году зима обещала быть снежной.

От степного ветра закрылись с помощью густых кустов, которые вырастила дриада из последних сил, прежде чем обмякнуть в моих руках. Заодно прикрыли свет от костра. Ещё не хватало, чтобы ночью к нам сбежались все местные зверюги. Или бандиты, коих в степях тоже хватало: здесь не очень далеко проходила граница со Степной ордой. Эти кочевники частенько её нарушали, чтобы пограбить торговые обозы или провезти контрабанду.

На ужин пожарили кротозайцевые яйца. На вкус они были как куриные, только больше и сытнее. Даже я наелся, съев всего два. А девушки и с одним справиться не могли. Дриада же отужинала так же, как вчера, — морозной клюквой. Богатая маной ягода восстановила её силы.

После ужина все разбрелись спать. Третий день похода уже окончательно вымотал девушек. Они даже не переругивались между собой, как это обычно бывало. А я остался на первую ночную вахту. Просто на всякий случай, да и хотелось осмотреть добычу, возможно даже начать готовить пилюлю. Точнее, начать подготовку к готовке. Некоторые ингредиенты нужно было предварительно очистить или вообще получить.

В свете костра разложил свою полевую алхимическую лабораторию. Если так можно назвать пару приборов, котелок, куб и змеевик. Если не углубляться в подробности, я планировал это время потратить на получение экстракта из лепестков Кровавого ангела, вытяжку из корня Убивашки (это такой небольшой куст: он опутывал мелких грызунов, сжимая хватку, пока не ломал им хребет), ну и ещё по мелочи. Не хотел, чтобы ингредиенты за время, пока мы добираемся до академии, потеряли часть своих сил.

За этим занятием меня застала дриада. Она откинула полог палатки и неслышно приблизилась, сев рядом.

— Не спится? — спросил я, очищая семена одного растения от шелухи. Из них предстояло выжать масло.

Маша поворошила палкой угли в костре. В тёмное небо выстрелил сноп ярких искр.

— Да, — сухо ответила она. В её янтарных глазах отражались языки пламени.

Она хмурилась. Я не в первый раз это заметил. С тех пор, как мы покинули академию три дня назад, то и дело видел, как она становится очень задумчивой и будто силком возвращает себя в реальность. Пару раз порывалась со мной поговорить, но что-нибудь отвлекало. Машу явно что-то беспокоило, и она хотела обсудить это наедине.

Я слегка отставил алхимические приблуды в сторону и поставил на огонь маленький котелок с водой.

Дриада молчала, а я не торопил. Когда вода закипела, снял котелок и насыпал в него успокаивающий травяной сбор, затем прикрыл крышкой.

— Если честно, — тихо заговорила Маша, — меня кое-что беспокоит.

— Не переживай, они снова вырастут, — брякнул я, кивая на её грудь-нулёвку. — Ты же дриада.

— Дурак, что ли? — обиженно ткнула меня пальцем в ногу девушка. Но потом заулыбалась. — Ну тебя, Дубов, я же серьёзно.

— И я серьёзно! — подмигнул ей, а затем разлил чай по кружкам.

— Нет, я не об этом, — дёрнула плечом Маша, взяла кружку и подула на горячую жидкость. Пар струйками взвился вверх.

Она помолчала немного, снова нахмурившись, и взглянула на меня.

— Что-то не так с Духовным пространством, — сказала она.

Отправить