Глава 7

Её звали Мария. Или просто Маша, как она нам представилась. Дриада. Я впервые увидел настоящую дриаду! Хотя, если честно, ещё ни фига не увидел. Она была закутана в серые бесформенные лохмотья с головы до ног и сливалась с пейзажем из бетонных руин. Маша, увидев у меня на руках Лакроссу без сознания, тут же отбросила все вопросы и поманила за собой.

Молча спустившись по остаткам лестницы, оказались на улице. Волчонок увивался вокруг дриады. Она ему нравилась. Его выдавал хвост-пропеллер. Вскоре мы вышли из пустынного города и углубились в лес. Но долго идти не пришлось. Под сенью густых крон вековых сосен стоял маленький старый дом. Даже снаружи он выглядел обжитым и уютным.

Правда, внутри он оказался ещё меньше, чем снаружи. Я постоянно задевал головой потолок, а когда перешагивал небольшой журнальный столик, отвлёкся и влетел лбом в потолочную балку. Шишка будет однозначно. Но Лакроссу не уронил, а бережно положил на старый, но ухоженный диван.

Дриада скинула с себя часть лохмотьев и осталась в обтягивающих штанах с кучей карманов и вязаной кофте не то светло-коричневого, не то бежевого цвета. Стройная, с сильными ногами и небольшой грудью, волосы похожи на гибкие молодые побеги или тонкие лианы и спускаются ниже плеч, глаза ясные, янтарные, кожа цвета сочного лайма или первой весенней травки. Почти как у Агнес, только ярче, и без веснушек, как у синеглазки. Обе девушки стояли посреди гостиной, не зная, куда себя деть. Волчонок сидел рядом с ними, наклонив голову.

Мария подошла к лежащей оркессе и положила руку на её грудь. Затем сказала то, что я и так знал:

— Она жива, но повреждения сильные. Её будто деревом придавило. — Она вопросительно взглянула на меня и девушек.

Голос у неё был сильный, ровный и приятный. Почти бархатный, как мягкий шелест опавших листьев.

— Почти, — кивнул я, начав доставать из кольца походную алхимическую лабораторию. — Птица Рукх. Агнес, — я повернулся к гоблинше, — мне понадобится твоя помощь.

Я поместил несколько аппаратов на журнальный столик, потом подумал, что он весьма ветхий, как будто пережил уже не один десяток зим, и переставил перегонный куб, змеевик и колбы на дощатый пол. Сам сел рядом, скрестив ноги, и выложил необходимые ингредиенты.

— Да-да, чувствуйте себя как дома, — буркнула дриада, скрестив на груди руки.

— Разве ты не за этим нас позвала? — спросил я, не отвлекаясь от дела и параллельно командуя ловкой гоблиншей. Решил сразу перейти на «ты». Немного грубо, но поможет быстрее растопить лёд. — Чтобы помочь спасти её.

— Если что-нибудь не предпринять, то она и двух дней не протянет. А до ближайшей больницы отсюда ой как не близко.

Я промолчал. К чему вступать в ненужную полемику, когда надо дело делать?

— Без мощного целительного зелья ей не помочь, — продолжила нудеть над ухом дриада. — Нужно зелье Полной Луны или настой из корней Златоцвета и лепестков гималайского женьшеня.

Я украдкой взглянул на девушку, чей возраст не мог определить. Как будто не больше двадцати, но чувствовалось, что она гораздо… гораздо старше. Какое-то подспудное ощущение, вроде звериного чутья, подсказывало мне это.

— У тебя есть?

— А эти места похожи на Гималаи? — вместо ответа Мария задала вопрос.

Понятно. Полагаю, это значит «нет». Вариант остаётся один.

— Я готовлю зелье Берсерка, — произнёс, не отвлекаясь от очистки золотых жемчужин. Агнес складывала их в маленькую ступку и размалывала в порошок.

— Т-ты с-сумасшедший… — схватилась за голову дриада и села в кресло рядом с диваном.

Я бросил взгляд на Веронику, которая так и стояла посреди комнаты.

— Вероника? — позвал её, включая горелку под перегонным кубом.

— Я никогда не видела дриад, — едва смогла вымолвить та.

— У тебя получается вкусный чай, — сказал, уворачиваясь от дымной вспышки.

— А? — синеглазка обратила на меня взор. — Г-господин?

— Дом мне не разнеси, — снова буркнула дриада, но я не обратил на неё внимания.

— Я хочу чай, Вероника, — строго сказал я, отчего девушка дёрнулась и будто ожила. — Мария, покажи ей, где у тебя что. Зелье готовить где-то час, так что чай не помешает…

Вдруг Лакросса застонала, открыла глаза, попыталась оторвать голову от маленькой подушки и тут же потеряла сознание обратно. Рефлекторно дёрнулся к ней, как и Агнес с Вероникой, но удержался. Ещё не хватало тут алхимию везде разлить. Дриада резко встала с кресла и позвала Веронику.

— Пойдём, поможешь мне. Приготовим кое-что получше, чем чай. А с тебя, Дубов, потом история, как вы тут оказались и зачем убили птицу Рукх.

Я рассеянно кивнул, полностью сосредотачивая внимание на приготовлении зелья. Странное совпадение, что и для Берсерка, и для входа в Дубовую рощу нужны золотые жемчужины. Впрочем, чего только в жизни ни бывает. В такие моменты можно и в провидение поверить. От последней мысли я отмахнулся, как от назойливой мухи. Провидение или нет, с ним ты ничего не поделаешь, а вот здесь и сейчас нужны и важны насущные дела. Например, спасение подруги.

Чёртова птица…

Рецепт зелья я узнал не так давно. Что-то похожее содержалось в дневнике отца, но после знакомства с зельем Огненного Берсерка решил узнать больше об этой алхимии. К счастью, рецепт не требовал каких-то сложных манипуляций и точных приборов, только дорогие и редкие ингредиенты. И сейчас я превращал в маленькую бутылочку целую гору бумажных ассигнаций. Пожалуй, простотой приготовления объяснялась популярность зелья у скандинавов. Ну, тех, которые выжили после нашествия Саранчи или заперлись в Исландии.

Волчонок лежал сбоку и переводил жёлтые обеспокоенные глаза с меня на оркессу и обратно.

Я тем временем мельком осмотрел жильё дриады.

Честно говоря, я сам их никогда не встречал. Существа это почти мифические, как Йети. Правда, существование последнего давно доказали, а в Америке их даже приручили. А вот толковых доказательств существования дриад доселе не было. Только слухи, побасенки и сказки деревенского люда. Но им обычно значения придают немного. Мало ли что привидится по пьяни в какой-нибудь глухой деревне?

Но реальность этой дриады не вызывала сомнений. Как и лук со стрелами, которые она нацелила на нас при первой встрече.

Жильё у неё было небольшое, но уютно обставленное. Кухня, ванная и одна комната, что и гостиная, и спальня одновременно. Мебель простая, старая, но подобранная со вкусом. Думаю, Мария собирала её по руинам. Но, насколько я успел заметить, поросший лесом и мхом город мало что сохранил в первозданном виде. Особенно мебель. Так что каким образом дриада собрала такую коллекцию музейных экспонатов — вопрос открытый.

Руки сами собой выполняли действия, позволяя погрузиться в свои мысли. Тех немногих уроков алхимии у Евгения Андреевича хватило, чтобы поднять мой навык зельеварения выше нуля. От мысли об академии вдруг защемило в груди. Будто в другой жизни ходил на уроки и раздавал лещей аристократам. Никогда не думал, что однажды скажу это, но я соскучился по учёбе.

Взглянул на Лакроссу. На её посветлевшем лбу выступили капельки пота, губы шевелились, неся бессвязный бред. Вернулись Мария с Вероникой. Дриада села на корточки возле изголовья дивана, приподняла голову оркессы и поднесла к её губам глиняную чашку с густым варевом отвратительного зелёного цвета. Пах отвар так же дурно. У меня аж в глазах защипало. Маша осторожно влила вонючую жидкость в рот Лакроссе, заставив её проглотить.

— Это немного облегчит ей ожидание, — сказала она, обернувшись ко мне.

А я чисто машинально отметил ложбинку между её ягодицами. Штаны отогнулись, а кофта слегка задралась от того, как девушка сидела на корточках.

— Это куда ты смотришь? — прищурилась дриада.

— На твою задницу, — нисколько не смутившись, ответил ей, а затем напомнил: — Чай.

— Пф, — фыркнула она, но встала и снова пошла с Вероникой на кухню.

Меня потянули за рукав. Я оглянулся и увидел влажные глаза Агнес.

— С ней всё будет в порядке? — едва слышно спросила гоблинша.

Она сидела рядом со мной на коленях, смешивая в ступке ингредиенты. Но сейчас прервалась и упёрлась в пол руками, пытаясь совладать с тревогой.

— А ты сомневаешься? — ухмыльнулся я.

Агнес промолчала, но я увидел, как она сглотнула.

— Скоро будет скакать здесь как новенькая, — почти не соврал я.

Да, будет, пытаясь убить нас под действием Берсерка.

Строго посмотрел на раскисшую зелёную мелочь.

— Веришь мне?

Агнес глубоко вдохнула и выпалила на выдохе:

— Да!

— Вот и отлично. Готово? Тогда давай сюда.

Я забрал у неё миску и вернулся к зелью. Начиналась самая сложная часть: смешивание получившихся ингредиентов в маленьком котелке. Здесь нельзя ошибаться с дозировкой и порядком добавления компонентов.

— Бахнет? — почти нырнула носом в котелок Агнес.

— Не должно, — аккуратно отодвинул её подальше.

Через час зелье было готово, и я смог отхлебнуть уже остывший чай, который принесли полчаса назад. Всё это время девушки сидели молча и наблюдали за мной. Встрепенулись, когда я поднялся с пола, разминая затёкшие ноги.

— Ты прямо здесь собираешься её поить? — спросила дриада.

Лицо у неё было красивое. Хоть и зелёное. Но меня цвет кожи никогда не беспокоил. Сам полукровка.

— А если она в лес побежит, ты её ловить побежишь?

— Берсерка? Я, конечно, долго на свете живу, но с ума ещё не сошла. Как некоторые…

— Тогда не мешай.

— Мебель мне всю расколотит, — упёрла руки в боки Маша и насупила брови.

— Не успеет. — Я подошёл к лежащей Лакроссе. Выглядела она ещё хуже. Глаза запали, появились тёмные круги, лицо осунулось, губы пересохли и потрескались. — Если хочешь, можешь остаться и защищать свою драгоценную мебель грудью. А остальным рекомендую выйти.

— И зачем я вас позвала… — простонала дриада, закатив глаза. — Ладно, я останусь, но не ради мебели, а чтобы ты с бедняжкой ничего не сделал.

— Как бы она со мной ничего не сделала, — хмыкнул в ответ.

— Мы тоже останемся! — хором сказали Агнес и Вероника. Волчонок поднял голову и тявкнул.

Пожал плечами. Всё равно планировал отвлечь оркессу на себя. Зато потом спокойно попьём чаю и пообедаем. Взглянул в окно — за ним стоял серый полдень и валил снег. Хрустнул шеей и наклонился над Лакроссой. Влил зелье ей в между губ. Она судорожно проглотила его, закашлявшись, но я прижал ей подбородок, чтобы не расплескала драгоценную жидкость.

Несколько минут ничего не происходило. Затем оркесса резко вдохнула и выгнулась всем телом. На руках и ногах тут же вспухли сетки вен. Зелье действовало. Заставляло организм латать себя бешеными темпами, чтобы сражаться.

— Сейчас начнётся… — сказал я, отодвигая журнальный столик подальше от дивана.

Лакросса рывком вскочила на ноги. Её грудь вздымалась от учащённого дыхания, руки сжимались в кулаки, на шее жилы резали кожу изнутри. Она бешено вращала глазами, выбирая противника.

— Эй, орочье отродье! — громко сказал я и поманил её руками, вставая в стойку.

— Как грубо… — произнесла справа дриада.

Оркесса взревела и бросилась на меня.

— Но действенно… — закончила Маша.

Я поймал руку девушки в блок, но она с лёгкостью вырвала её. Ладно не вместе с моей.

Схватка началась. Мы носились по всей комнате. Лакросса пыталась убить меня, а я — спасти мебель дриады. Скажем так: благодарил подобным образом за гостеприимство и помощь.

— Р-рар! — в очередной раз прорычала девушка и атаковала.

Мы сражались всего четверть часа, но у меня появилась одышка. Чёртов Питер! С этим городом весь график тренировок слетел. Скорее бы в академию вернуться.

От мыслей меня отвлёк хук справа. В глазах вспыхнули звёзды, но я успел использовать инерцию удара Лакроссы. Подтолкнул под локоть, разворачивая девушку спиной, и прижал к груди, обхватив обеими руками.

— Р-р-р!!! — рычала та, пытаясь вырваться.

Удержать её было непросто. Всё равно что мускулистую извивающуюся змею. Но мне пока удавалось. Берсерк у меня должен был получиться не таким мощным, как Огненный, так что скоро она должна выдохнуться.

Оркесса бесновалась в моих руках, хватку я не ослаблял. Девушки наблюдали из кухни, спрятавшись за дверным косяком. Безумная воительница начала выползать из одежды. Ну точно как змея. Переменил хват, чтобы обездвижить её, а она изловчилась и цапнула меня в руку!

— Ам! Р-р-р…

Зараза! Хорошо что кожа у меня толстая. Но у неё клыки… Ладно, это мелочи.

Лакросса трепала моё предплечье, как бульдог грелку. Но вскоре её рычание стало затихать. Движения становились всё более вялыми, вены забирались обратно под кожу. Через минуту она выпустила мою руку и безвольно повисла в моей хватке. От укушенного места с двумя окровавленными дырочками к клыкам девушки протянулись две ниточки слюны. Не будь это моей рукой, то выглядело бы мило. Оркесса мирно спала и выглядела явно получше. Правда, отходняк у неё будет жёстким. Особенно, когда я буду показывать ей два моих новых шрама.

Сквозь доски неожиданно пролезли тонкие стебельки травы, длинные и волнистые. Они тут же подхватили Лакроссу, падающую из моих рук, обвили её руки, ноги, ягодицы и грудь, подхватили под голову и бережно положили на диван.

— А сразу её этим связать нельзя было? — возмутился я, глядя на дриаду.

Та изогнула в лёгкой усмешке тёмно-зелёные, почти малахитовые губки:

— И пропустить, как ты из благородства спасаешь моё имущество? Да лучше пусть у меня волосы отсохнут!

Вот ведь зараза хитропопая!

Я потёр ноющую скулу, по которой заехала Лакросса. Ойкнул, потому что тёр раненой рукой.

— Офигеть, — восхищённо сказала Вероника, глядя, как втягиваются стебельки травы обратно в щели между досок.

— Из них ещё и отличные качели получаются… — шепнула дриада девушке.

— Правда? А можно покататься? — молитвенно сложив ручки, выпрашивала Вероника. — Сто лет на качелях не качалась!

— А катапульту? — Агнес дёргала Машу за локоть. — Катапульту можешь сделать?

Дриада засмеялась, польщённая таким вниманием. В щекам прилил тёмно-зелёный румянец.

— Так, цыц! — рыкнул я. — Оставьте дриаду в покое, мы и так с ноги ворвались в её жизнь.

— Опять весь кайф обломал, — вздохнула Агнес и села на подлокотник кресла.

В него только что опустилась Вероника и поставила локти на колени, положив на сцепленные ладони подбородок. Лицо при этом сделала грустное, будто огромный леденец у неё отобрали. Гоблинша погладила её по голове.

Милота-то какая. А с Лакроссой сегодня поругались. Но, думается мне, что скорее в шутку.

— Поговорим? — я кивком головы показал дриаде на кухню.

Мы вышли из комнаты и прикрыли за собой дверь. Кухня оказалась маленькой. Для меня тем более. Повернусь в сторону — и обязательно чайник с плиты собью или кухонный стол переверну. Газа у неё здесь явно не было, так что плита топилась дровами. Наверно, её правильнее будет назвать печкой.

В два маленьких окошка проникал солнечный свет, на стенах висели шкафчики, а между ними, напротив одного из окон, тянулось несколько верёвок с сохнущими травами. Довольно редкими, надо заметить. Ну, для дриады это неудивительно.

— У тебя хорошая компания, Дубов, — сказала Маша, присаживаясь на стол и наливая две чашки чая.

Чай был травяной и ужасно вкусный. Отличался от того, который они приготовили с Вероникой. Я сделал осторожный глоток и прислушался к внутренним ощущениям. Нет, всё чисто. Хороший чай из полезных трав. Даже как будто немного маны в нём имелось. Но откуда?

— Секретный ингредиент, — подмигнула мне дриада. Заметила, как я гоняю во рту горячую жидкость, пробуя на вкус.

— Какой?

— На то он и секретный, чтобы ты не знал. — Маша пожала плечами и прикрыла ресницы, грея ладони о чашку. Потом нахмурилась, вспомним о чём-то. — Побочные эффекты после Берсерка сильно ударят по… как её зовут? Лакросса?

Я кивнул:

— Другого выбора не было. Либо смерть, либо просто жёсткое похмелье. По-моему, тут всё очевидно.

— Пожалуй, ты прав. Никогда не видела, чтобы кто-то так заботился о простой подруге.

— С мужиками у тебя тут не густо, так что откуда тебе это знать? — пожал я плечами.

Она мотнула головой, и волосы, похожие на крохотных змеек из лиан, рассыпались по плечам.

— Ты ведь с ней не спишь, — ловко вернула она разговор в прежнее русло. — И с другой тоже, только с Вероникой.

— С чего ты взяла?

Она подняла чашку на уровень лица и выглянула из-за неё. Глаза у дриады были слегка раскосые, большие и притягательные. Загипнотизировать меня пытается, что ли?

— Ну, — протянула она, отпивая чай, — я же дриада. Вижу, как между вами разряды проскакивают.

Я промолчал, тоже отпил чаю. Не хотел позволять ей и дальше вести диалог в удобном для неё русле.

— Что ж, — дриада поставила чашку на стол, — думаю, пришло время для вашей истории. Как вы здесь оказались? И зачем убили бедную птичку?

— Нет.

— Почему нет? — смутилась Маша, слегка нахмурившись.

— Сперва ты расскажешь, кто ты такая на самом деле и зачем нам помогаешь?

Дриада выпрямилась на стуле, сверкнув глазами из-под хитро прищуренных век.

— А ты сообразительнее, чем кажешься, Дубов. Быстро догадался…

Отправить