Глава 21

Когда я очнулся, то обнаружил, что нахожусь в машине. Честно признаться, первые мгновения были довольно туманными и смутными. Голова немного кружилась, а мысли были разрозненными и хаотичными. Постепенно приходя в себя и начиная осознавать окружающую действительность, я медленно огляделся по сторонам, пытаясь понять, где же я нахожусь и что вообще произошло.

Так… За рулем сидела Атропос, которая сосредоточенно смотрела на дорогу, а рядом со мной на заднем сиденье расположилась Аврора. Что особенно привлекло мое внимание, так это то, что она держала в своих изящных руках весьма необычного вида кристалл, из которого на меня непрерывно лился мягкий, приятный и на удивление теплый голубой свет. Это зрелище было настолько завораживающим, что я какое-то время просто не мог оторвать взгляда от этого удивительного артефакта.

Придя в себя окончательно, я решил прислушаться к своим внутренним ощущениям, чтобы оценить свое состояние. Надо же. Вопреки опасениям, я вроде бы чувствовал себя превосходно, словно ничего и не случилось. Никакой слабости, головокружения или других неприятных последствий.

В следующий момент Алена аккуратно убрала загадочный кристалл куда-то в сумку и, повернувшись ко мне, с явно заметным беспокойством в голосе уточнила, внимательно всматриваясь в мое лицо:

— Как вы чувствуете себя, повелитель?

— Да вроде нормально, — честно признался я, все еще пытаясь собрать воедино обрывки воспоминаний о произошедшем. — Я что, вырубился?

— Ага! — радостно и даже с некоторым воодушевлением отозвалась с водительского сиденья Атропос, не отрывая взгляда от дороги. — И, надо сказать, устроили там самый настоящий филиал Эреба, ничего не скажешь! Представьте себе, сама Мелиноя своих Эриний наслала. Но как вы с ними разобрались, просто великолепно! — в ее голосе звучало неподдельное восхищение и даже благоговение перед увиденным.

— Совершенно точно, — поддержала мойру Аврора, — я еле успела отскочить в сторону, чтобы не попасть под раздачу. Как же давно я не видела вашу божественную ярость во всей красе! Это было просто потрясающе!

Надо же, подумал я, переваривая полученную информацию… Эринии? Значит, они и в этом мире являются грозными богинями мести и возмездия.

— Ладно, хватит меня обсуждать и превозносить, — проворчал я, чувствуя себя неловко от столь откровенного восхищения. — Плохо то, что я потерял сознание в самый неподходящий момент. А как вообще вы меня оттуда вытащили?

— Да так, подхватили быстренько и затащили в машину, — кратко пояснила Аврора, словно речь шла о самой обычной прогулке. — К счастью, свидетелей поблизости не оказалось, иначе пришлось бы туго. А то знаете ли, там после вашей мощнейшей магической бури буквально с десяток машин выгорело дотла! И да, повелитель, разумеется, плохо, что вы пока еще не можете в полной мере контролировать свою силу и она вырывается наружу. Отсюда, собственно, и потеря сознания после использования магии. Но самое главное, что сила у вас есть. А все остальное — это уже дело времени и практики, все непременно придет с опытом! Мы обязательно поможем вам во всем разобраться и всему научиться!

— Подозрительно все это как-то, если честно, — вдруг весьма серьезно заметила Атропос, — Такое откровенное и наглое нападение. Что-то я, признаться, не припомню, чтобы Аидовская шайка когда-либо раньше так нагло и открыто нападала на наших… Ну да, стычки происходят регулярно, это естественно, но вот чтобы так дерзко… На стоянке в обычном торговом центре, на глазах у всех! Да СГБСС точно примчится и начнет разбираться, их наверняка уже вызвали! У Геры с Хароном что, размягчение мозга началось, что ли? Зачем им лишнее внимание спецслужб?

— Когда мы окончательно укрепим ваше положение, повелитель, обязательно надо будет назначить переговоры с ними… — задумчиво ответила Аврора, явно прикидывая варианты дальнейших действий. — Похоже, что эта ситуация действительно уже назрела и откладывать больше нельзя.

Она вопросительно посмотрела на меня.

Я только неопределенно пожал плечами, не зная, что конкретно ответить. Наверное, переговоры — это дело хорошее.

— Правильно, — добавила Атропос, бросая через зеркало заднего вида краткий, но красноречивый взгляд на Алену. — Только ты должна понимать, — продолжила она уже более серьезным тоном, — что мы просто обязаны сначала ответить на их действия. Нельзя спускать с рук столь наглое и вызывающее нападение! Иначе нас сочтут слабыми, а этого допустить никак нельзя.

— Понимаю, — с суровым видом кивнула Аврора, явно разделяя это мнение. — Мы же обязательно ответим им так, чтобы впредь неповадно было? Да, повелитель?

Вот честно признаюсь, никак не могу окончательно привыкнуть к своей, так сказать, руководящей и направляющей роли в этой организации… Ну просто никогда в жизни руководителем не был и опыта командования не имел. Максимум — за собственные действия отвечал, и то не всегда успешно.

Но, черт возьми, теперь судьба распорядилась иначе, и придется как-то входить в эту непростую роль, брать на себя ответственность.

— Конечно же, ответим, — твердо заверил я ее, стараясь говорить максимально решительно.

Обе девушки, услышав мое подтверждение, просто расцвели и радостно заулыбались, словно получили долгожданный подарок.

— Разрешите мне заняться этим, повелитель, — с азартом попросила Атропос, и в ее голосе явственно слышались хищные нотки предвкушения. — Уж я постараюсь их как следует удивить и преподнести им такой урок, что надолго запомнят!

— Да, разумеется, — согласился я, в общем-то, не видя причин отказывать.

— Кстати, через двадцать минут мы уже будем в поместье.

Я посмотрело в окно. Мы ехали по широкому многополосному проспекту. И, насколько я понимал, двигались в направлении области.

— Искренне надеюсь, что Фемида там все-таки договорилась, как обещала, — несколько озабоченно проворчал наш водитель, задумчиво прищурившись. — Совершенно не хочется объяснять бдительным охранникам Голицыных, с чего это мы вдруг приперлись к ним в гости без предупреждения и в столь поздний час.

— Ты преувеличиваешь, Анна, — в голосе Авроры внезапно зазвучали холодные металлические нотки, которых я раньше не слышал. — Ты же прекрасно знаешь, что Фемида никогда и ни при каких обстоятельствах не дает обещаний, которые потом не может выполнить! Она слишком ценит свое слово и репутацию.

— Знаю, конечно, знаю, — несколько примирительно хмыкнула Атропос, как раз в этот момент совершившая довольно резкий и лихой разворот, после чего умело выбралась на высокую эстакаду. — Но ведь и на старуху, как говорится в известной пословице, бывает проруха.

После этих несколько дерзких слов Аврора как-то странно, изучающе и даже настороженно посмотрела на меня, явно оценивая мою реакцию. Словно проверяла, не обижусь ли я за такое фамильярное высказывание о Фемиде.

Но увидев, что я совершенно спокоен, не выказываю никакого недовольства и даже слегка добродушно улыбаюсь этому диалогу, она заметно расслабилась, а потом и сама улыбнулась.

— Ты все-таки поосторожнее со словами-то будь, — предостерегла она подругу. — Фемида — это тебе не я, она куда более строга в этих вопросах. Она подобных вольных шуток совершенно не понимает и не прощает! Да и повелитель рядом, не забывай об этом.

— Отец всегда мог по достоинству оценить уместную шутку, — философски пожала плечами Атропос, явно не считая свои слова чем-то предосудительным.

— Да уж, это точно, — Аврора с явным и даже болезненным сожалением взглянула на меня, и в ее глазах промелькнула какая-то старая печаль. — Фемида до сих пор не пережила тот самый развод, повелитель. И поведение Геры, оказавшейся еще той стервой.

Вот оно как, оказывается… Надо же, подумал я. Что-то в мифах моего мира особо не указывалась конкретная причина их развода, все было достаточно туманно и расплывчато.

— А можешь напомнить мне, в чем конкретно причина-то была?

— Ой, я совсем забыла, что вы, повелитель, частично память потеряли после возвращения. Вот, сейчас расскажу все подробно…

Последующий обстоятельный и детальный рассказ занял всю дорогу до самого поместья Голицыных, и надо сказать, время пролетело незаметно.

Правда, во время своего рассказа Аврора постоянно пересыпала свою речь какими-то совершенно мне незнакомыми и труднопроизносимыми названиями географических мест и именами героев, титанов, полубогов и прочей мифологической шушеры, о части которой я даже не слышал. Порой казалось, что она говорит на каком-то особом языке, понятном только посвященным.

Но в целом, надо признать, было чрезвычайно интересно слушать. Получалось, что Фемида так и не смогла простить своему мужу многочисленные шашни и, самое главное, измену с Герой. Это была, видимо, последняя капля, переполнившая чашу терпения.

Однако, что удивительно, отношения между ними, несмотря на формальный развод и расставание, оставались вполне себе дружескими и даже теплыми, как я понял из рассказа.

Да чего там вообще скрывать — из подробного повествования Авроры было совершенно понятно, что хаживал периодически Зевс от своей новой супруги обратно к своей бывшей жене Фемиде, причем достаточно регулярно.

Ну а новая официальная пассия, как ни старалась, ничего о с этим поделать не могла, несмотря на все свое влияние и положение. В общем, весело получалось, надо сказать. Классический любовный треугольник в божественном исполнении.

Так великий Громовержец и жил себе припеваючи, балансируя между двумя женщинами. А параллельно с этим еще умудрялся постоянно с разнообразными любовницами кувыркаться направо и налево. Там вообще такой внушительный список получался, что просто диву даешься…

— Подъезжаем уже, — тем временем деловито сообщила Атропос, и я внезапно понял, что за этим увлекательным рассказом совершенно не заметил, как мы благополучно выехали за пределы города, затем съехали с основной дороги на боковую и сейчас уже медленно подъезжали к величественному поместью, видневшемуся впереди.

Оно было огорожено солидной и высокой железной оградой из толстых кованых прутьев.

За ней можно было вполне отчетливо разглядеть большой трехэтажный особняк с изящными белоснежными колоннами у парадного входа и высокими, почти в два человеческих роста, окнами, которые были украшены искусно резными деревянными ставнями.

Мы не спеша подъехали к массивным кованым воротам, украшенным замысловатым фамильным гербом. Но, к нашему удивлению, открываться сами по себе они и не думали, несмотря на наше приближение.

Вместо этого к нашей машине решительно подошли двое вооруженных охранников весьма внушительного вида. Если судить по лицам, крайне серьезно настроенных и не собиравшихся пропускать незнакомцев просто так.

— Что вы здесь делаете в столь поздний час? Это частная территория, посторонним вход воспрещен, — подчеркнуто неприветливым тоном произнес один из них, плечистый мускулистый блондин с холодными, словно лед, голубыми глазами, которые внимательно и оценивающе рассматривали нас.

— С Екатериной Алексеевной немедленно свяжитесь, и тогда узнаете все, что нужно! — голос Авроры, которая быстро опустила боковое стекло и решительно выглянула из машины, был способен в эту минуту заморозить воду.

— Госпожа нас не предупреждала о каких-либо гостях, — совершенно равнодушно и даже несколько надменно ответил плечистый блондин. — Когда она нас предупредит, тогда мы вас и пустим на территорию. А сейчас будьте любезны, разворачивайтесь и спокойно уезжайте восвояси. Повторяю еще раз для ясности — это частная территория, и без разрешения владельцев мы никого не пропускаем.

— А ты сначала узнай, прежде чем отказывать, — весьма нехорошо и угрожающе прищурилась Аврора, явно теряя терпение. — Позвони своему начальству немедленно. И сам посмотришь, что будет, когда баронессу Фирсову вместе с графом Соболевым не пустят туда, куда их пригласили! Ошибка возляжет на твою совесть.

Упоминание аристократических титулов, похоже, произвело на бдительного, но не слишком сообразительного охранника должное впечатление. Он наконец-то соблаговолил достать телефон и набрать по нему эту самую Екатерину Алексеевну, что была, как я понял, матерью нынешнего аватара Фемиды.

И практически сразу все решилось, словно по мановению волшебной палочки.

Охранники даже многословно и подобострастно извинились за задержку и недоразумение. Ворота медленно и торжественно открылись с тихим скрипом, и мы наконец въехали на ухоженную территорию поместья.

Слева от величественного особняка раскинулся небольшой, но очень живописный сад с изящным мраморным фонтаном прямо в центре, окруженный аккуратными клумбами с благоухающими розами разных сортов и нежной лавандой. Справа же весьма гармонично расположилась большая стеклянная оранжерея, а за ней виднелись, судя по всему, конюшня и различные хозяйственные постройки, продуманно скрытые от посторонних глаз за живой изгородью.

Екатерина Алексеевна, радушно встретившая нас прямо в дверях особняка после того, как мы аккуратно припарковали нашу машину на просторной стоянке рядом с парочкой дорогих роскошных лимузинов последних моделей, оказалась весьма запоминающейся и колоритной женщиной.

Честно признаться, традиционно красивой бы ее, пожалуй, не назвал, если судить по общепринятым стандартам, но в ней безусловно чувствовалось то, что ценилось в моем прежнем мире — самая настоящая аристократическая «порода». Из тех редких женщин, что один раз увидишь — и уже точно не спутаешь потом ни с кем другим, она врезается в память намертво.

Она стояла на высоком пороге особняка в весьма элегантной позе, одетая в длинное изысканное платье из плотного дорогого шелка, которое было немного обтягивающим и подчеркивало фигуру.

Ну а с такими завидными изгибами действительно грех было бы носить что-то бесформенное и мешковатое. Учитывая, сколько примерно лет ее дочери, матери по логике вещей должно было быть где-то лет под пятьдесят, если не больше. Но, надо отдать должное, выглядела она максимум на тридцать или даже моложе, словно время остановилось для нее.

Светлые волосы, искусно уложенные в сложную и явно дорогую прическу, слегка поблескивали в мягком свете фонарей, а на холеном лице застыла вежливая, безупречно светская, но при этом заметно холодная и отстраненная улыбка. Внимательный взгляд серых и на удивление проницательных глаз скользнул по мне с едва заметным, но все же уловимым неодобрением и оценкой.

— Алена, Анна, — размеренно произнесла она, слегка грациозно наклонив голову в сторону моих спутниц в знак приветствия. — Рада видеть вас снова у нас в гостях. Давненько, надо сказать, вы нас не навещали.

— Екатерина Алексеевна, — почтительно ответила Алена, слегка присев в старинном реверансе, — Мы тоже чрезвычайно рады вас видеть. Примите нашу искреннюю благодарность за ваш теплый и радушный прием в столь поздний час.

— Мы действительно очень и очень благодарны за ваше гостеприимство и доброту, — с чувством добавила Анна, и хотя ее голос звучал ровно и спокойно, в нем все же чувствовалась определенная натянутость и некоторая напряженность.

Графиня медленно и оценивающе перевела свой пристальный взгляд непосредственно на меня, и я почувствовал, как под ее изучающим взглядом моя спина выпрямилась сама собой, словно я был на военном параде.

— А это, если я правильно понимаю, должно быть, граф Соболев? — спросила она достаточно холодно, протягивая руку для приветствия. По ее невозмутимому лицу абсолютно не было понятно, прошел ли я здешний своеобразный фейсконтроль или нет.

— Да, совершенно верно, — ответил я, стараясь держаться достойно, слегка учтиво наклонив голову и почтительно касаясь ее прохладных пальцев в знак уважения. — Семен Соболев. Очень приятно познакомиться с вами, Екатерина Алексеевна.

— Очень приятно и мне, — несколько механически повторила она, но как-то подчеркнуто холодно и отстраненно. Мне показалось, что в ее ровном голосе не было совершенно ни капли искренности или теплоты. — О вас, признаться, я узнала только сегодня днем от моей дочери, и то весьма мало.

Я молча кивнул, прекрасно понимая, что дочь графини и была единственной причиной, по которой меня вообще согласились допустить в этот дом. — Поздновато вы приехали, надо признать, — позволила себе хозяйка добавить немного откровенно недовольных ноток в свой голос, бросив взгляд на часы.

— Пробки на дорогах, знаете ли, — виноватым тоном развела руками Аврора, изображая сожаление. — Весь город стоял, никак не могли выбраться.

— Ну что ж, проходите же, не будем стоять на пороге, — наконец пригласила Екатерина Алексеевна, отступая в сторону и жестом указывая нам войти внутрь.

Отправить