Глава 10

Обратная дорога проходила по большей части в молчаливой атмосфере. Нельзя было назвать это молчание напряженным, скорее, каждый из нас был погружен в собственные мысли. Алена, судя по всему, вела с кем-то активную переписку в телефоне, на ее лице время от времени появлялась легкая улыбка. Я же, в свою очередь, отвернулся к окну и просто наблюдал за пролетающими мимо огнями ночного города. Бесконечная вереница фонарей, яркие витрины магазинов и спешащие куда-то автомобили создавали завораживающую картину, которая помогала немного отвлечься от событий прошедшего вечера.

Когда, по моим приблизительным прикидкам, до конца нашей поездки оставалось не более пятнадцати минут, девушка наконец оторвалась от своего занятия. Она с улыбкой посмотрела на меня, словно только что вспомнила о моем присутствии.

— Я, кстати, так и не спросила, как тебе сегодняшний прием? Если я правильно поняла, это вообще твой первый подобный выход в свет?

— Неужели это было так заметно? — невесело усмехнулся я.

— Ну, если честно, да, — кивнула она. — И ты заранее прости, если мой следующий вопрос тебе покажется неприятным или бестактным, но я давно хотела спросить. Вот скажи, а почему ты вообще работал курьером? И как к такому выбору профессии отнеслась твоя семья?

— Нет у меня никакой семьи, — я пожал плечами, стараясь придать своему голосу печальный оттенок.

— Значит, это правда? — как-то слишком понимающе хмыкнула Алена, ее взгляд стал более пристальным.

— Что именно — правда? — я искренне не понял, о чем она говорит.

— Ну, то, что ты — тот самый Соболев. Из рода, который участвовал в печально известной войне с Булгариными.

— Да, это так, — коротко кивнул я в ответ.

Судя по ее выжидающему взгляду, она явно рассчитывала на более развернутое продолжение, но я сознательно ограничился лишь этой короткой, исчерпывающей фразой. Мне не хотелось развивать эту тему.

— Извини, что задаю неприятные вопросы… — осторожно продолжила она. — Тебе, наверное, тяжело вспоминать о прошлом?

— Я привык, — ответил ей. — Да и слишком мелким тогда был. Толком ничего в памяти не осталось.

А что еще я мог сказать? Это была чистая правда.

— В любом случае, тогда становится абсолютно понятен повышенный интерес к твоей персоне со стороны графа Толстого, — задумчиво произнесла она, видимо, осознав, что большего от меня все равно не дождется. — Наверное, он спрашивал тебя, будешь ли ты мстить?

Надо же… Догадалась. Хотя не думаю, что это было так сложно.

— Спрашивал, не без этого, — не стал скрывать я. — Только это все глупо.

— Что именно глупо? — с неподдельным удивлением переспросила моя собеседница.

— Сам вопрос, — пояснил я свою мысль, стараясь говорить как можно спокойнее. — Давайте рассуждать логически: что я, один человек, могу сделать целому роду Булгариных? Я, конечно, не имею точного представления о том, насколько силен и влиятелен их род на сегодняшний день, но можно с уверенностью предположить, что их возможности несоизмеримо больше моих. Как говорится, «один в поле не воин», и в данном случае это выражение подходит как нельзя лучше.

— Один в поле не воин, — эхом повторила она мои слова и с уважением заметила: — очень правильная и мудрая пословица. Не слышала раньше. Но она подходит далеко не всем, — после этих слов она вновь уставилась на меня своим пронзительным взглядом, словно ожидая какой-то конкретной реакции.

Признаться честно, ее намека я не понял от слова совсем, поэтому в очередной раз только пожал плечами.

— Видишь ли, тут ты не совсем прав, — продолжила она разговор. — Согласно Кодексу, ты мог бы вызвать на официальную дуэль главу рода Булгариных. Ну, точнее, его наследника.

— Да? И что с того? — скептически уточнил я. — Он ведь, насколько я понимаю, маг?

— Маг, совершенно верно, — с готовностью подтвердила девушка. — Насколько мне известно, сейчас он учится на втором курсе Московской Магической Академии.

— Отлично, просто замечательно, — мой голос буквально сочился сарказмом. — То есть ты сейчас всерьез предлагаешь мне вызвать на поединок обученного мага и героически погибнуть? Перспектива, прямо скажем, так себе.

— Хм… — девушка, кажется, смутилась. — Извини, я как-то не подумала об этом с такой стороны. Но, насколько я понимаю, твой дар, пусть он и пробудился довольно поздно, потенциально невероятно сильный. Так что, в принципе, в будущем ты вполне мог бы это сделать.

— Алена, — укоризненно произнес я, стараясь придать голосу твердости. — Давай договоримся раз и навсегда: мы эту тему больше не поднимаем. Я не собираюсь никого никуда вызывать!

— Хм… — девушка одарила меня каким-то странным, задумчивым взглядом. — Хорошо. Договорились. То есть ты действительно о войне совсем ничего не помнишь?

— Нет, — отрезал я, давая понять, что разговор окончен.

Мне решительно не нравилось, в какое русло свернула наша беседа. К тому же, как я ни старался, память Соболева по поводу того времени упорно молчала. Хотя, по моим подсчетам, ему тогда было лет десять — вполне себе осознанный возраст.

— А как же родственники? — тем временем не унималась девушка, проигнорировав мой тон. — После того как ваш род официально признали проигравшим… Неужели никто из них не мог тебе помочь?

— Как видишь, никто не помог, — проворчал я, чувствуя, как во мне закипает раздражение. — Может, кто-то и мог бы, но, по всей видимости, все предпочли от меня отказаться. Слушай, эта тема мне по-настоящему неприятна. Ты вообще с какой целью всем этим интересуешься?

Нужно было сразу пресекать подобные допросы на корню.

Девушка, по-моему, слегка обиделась на мою резкость, но, честно говоря, мне было все равно. Зато больше никаких вопросов мне не задавали. Оставшуюся часть пути разговор как-то сам собой затих, и вскоре мы подъехали к моему дому.

Едва войдя в квартиру, я без сил плюхнулся в кресло. На часах было всего десять вечера, а чувствовал я себя совершенно разбитым, словно разгрузил вагон с углем. Голова гудела от калейдоскопа впечатлений, выпитого шампанского и тяжелых мыслей. Непростой разговор с графом Толстым, странное любопытство Алены, неожиданная встреча с Суворовым и его рыжеволосой спутницей — все это смешалось в один тугой, неприятный узел, который совершенно не хотелось распутывать. Сил хватило только на то, чтобы наскоро принять душ и рухнуть в кровать. Сон пришел практически мгновенно, тяжелый и без сновидений.

Утро встретило меня привычной суетой. Несмотря на вчерашнее состояние, крепкий сон, по-видимому, придал мне новые силы. Во всяком случае, чувствовал я себя на удивление бодро. Однако на этот раз я твердо решил отправиться в школу на своей машине. Честно говоря, после вчерашнего разговора перспектива снова ехать с Фирсовой меня совсем не прельщала.

Но в школе Алена вела себя так, словно и не было вчерашнего приема, что не могло не радовать.

Первым уроком по расписанию стояла «Общая магия». Вырубов, казалось, пребывал в отличном настроении. Сегодня он решил отойти от сухой теории и устроил нам еще один практический семинар, на котором заставил всех практиковаться в скорости произнесения заклинаний со свитков.

— Вам это и без меня прекрасно известно, но я, тем не менее, не устану повторять, — вещал он, неспешно расхаживая между партами. — Мало просто знать заклинание. Нужно уметь активировать его за считанные доли секунды. В реальном бою у вас попросту не будет времени на долгие размышления и концентрацию.

К моей радости, на этот раз я не ударил в грязь лицом. Все-таки регулярные домашние занятия принесли свои плоды. Мы мысленно произносили формулы простейших свитков, хотя, по моему скромному мнению, слово «простейшие» к ним совершенно не подходило.

Мои однокурсники с разной степенью успеха создавали в ладонях небольшие, едва светящиеся энергетические сферы. У меня, к слову, пусть и через раз, но уже тоже начало получаться. И, к моему немалому удивлению, я был далеко не худшим в группе. А вот Васнецов, сидевший позади меня, решил, видимо, что это отличный шанс для очередной мелкой пакости. Я отчетливо почувствовал, как легкий магический импульс, похожий на щекотку, коснулся моей спины в явной попытке сбить концентрацию.

Я медленно обернулся и встретился с его нарочито невинным взглядом, который он, впрочем, не сумел удержать и тут же ехидно усмехнулся. В ответ я лишь слегка улыбнулся и, вновь сконцентрировавшись, создал сферу почти в два раза больше, чем требовалось по заданию. Вырубов одобрительно кивнул в мою сторону, а еще раз обернувшись, я увидел помрачневшее лицо Олега. Мелкие уколы — это было все, на что этот ублюдок был способен под бдительным присмотром директора.

А на переменах он и вовсе старался меня избегать. Следующим уроком после «Общей магии» были «Боевые искусства». Черт, как и всегда, действовал в своем репертуаре.

— Сегодня работаем в парах! — громогласно объявил он, едва мы успели войти в зал. — Отрабатываем блоки, защиту и контратаки. Без использования магии!

И весь зал мгновенно превратился в один большой тренировочный ринг. На этот раз все работали уже без всякой защитной экипировки. К моему удивлению, меня он в пару ни с кем не поставил и не устроил очередной спарринг с собой, а просто заставил отрабатывать на боксерской груше те самые удары, которыми я его уложил в прошлый раз. Сам же встал рядом и внимательно, не отрываясь, следил за тем, как я обрабатываю несчастную «грушу».

— Твоя техника крайне нестандартна, Соболев, — пробасил он, наблюдая за моими движениями. — В ней есть что-то… Дикое. Первобытное, инстинктивное. Будем это развивать. Бей, пока не почувствуешь каждый мускул своего тела.

Я и бил. Честно говоря, к концу занятия устал как собака. Но Черт вроде остался доволен.

Обед стал своего рода апогеем мелких пакостей. Я взял поднос с едой — сегодня на обед давали картофельное пюре с гуляшом, к которому я добавил два стакана морса, — и направился к столику, где меня уже ждала Алена. В тот самый момент, когда я проходил мимо стола «золотой молодежи», я отчетливо почувствовал легкий, но настойчивый толчок в спину, словно от внезапного порыва ветра.

Это был невидимый, но абсолютно ощутимый магический импульс, явно созданный с помощью какого-то артефакта. Я на мгновение потерял равновесие, поднос в руках предательски накренился, и казалось, что его содержимое вот-вот окажется на полу. Однако в этот критический момент та самая внутренняя сила, что уже не раз просыпалась во мне во время боя, на долю секунды вспыхнула внутри, даруя телу невероятную устойчивость и помогая удержать равновесие. Я замер на секунду, выровнялся, а затем, даже не оборачиваясь, спокойно пошел дальше и поставил поднос на стол.

— Что это сейчас было? — тихо спросила Алена, бросив красноречивый взгляд в сторону компании Васнецова, который в этот момент усиленно делал вид, что он совершенно ни при чем и увлеченно что-то обсуждает со своими друзьями.

— Детский сад, — хмыкнул я. — Пытались заставить меня уронить поднос.

— И у них не получилось, — подытожила девушка, и в ее глазах блеснул неподдельный интерес.

— Как видишь, — я кивнул на свой нетронутый обед. — Попытка была неудачной.

Она рассмеялась. Этот чистый, звонкий смех, казалось, взбесил Олега еще больше. Он что-то зло прошипел своим дружкам, и они, бросив на нас полные ненависти взгляды, демонстративно поднялись и удалились. Уже на выходе из столовой Васнецов, который шел последним, обернулся и показал мне кулак.

М-да. Действительно, детский сад, штаны на лямках.

На уроке Алхимии Зарецкая долго и нудно объясняла нам рецепт сложного противоядия. После чего, разумеется, заставила нас его готовить. Мало того, что работа требовала поистине ювелирной точности, так нужно было еще и локально вливать в зелье магию на определенных этапах. Критерием качества служила чистота: чем прозрачнее был итоговый продукт, тем он считался эффективнее.

К большому разочарованию преподавательницы, у подавляющего большинства учеников зелье получилось мутным и абсолютно неэффективным. Васнецов, в своей вечной попытке выслужиться, так спешил, что его колба с громким хлопком взорвалась, обдав его самого едким зеленым дымом. Зарецкая молча и без комментариев поставила ему в журнал очередной неуд, отчего тот окончательно скис. Мое же зелье, как и в прошлый раз, получилось идеальным — кристально чистым.

— У вас определенно есть талант, граф, — сказала Зарецкая, с явным уважением разглядывая прозрачную как слеза жидкость в моей колбе. — Редкое интуитивное чутье на ингредиенты и процессы.

Последним уроком дня была «Боевая магия». Вырубов разделил нас на две команды и устроил учебный бой на полигоне. Так получилось, что я, Алена и еще трое ребят оказались против Васнецова и всей его компании. Несмотря на то, что бой был учебным, страсти на полигоне кипели нешуточные. Олег явно пытался доказать свое превосходство и постоянно, игнорируя остальных противников, старался вызвать меня на дуэль один на один. Видимо, одной дуэли ему было мало. Какой неугомонный молодой человек.

Я же, прекрасно помня слова Черта о важности командной работы, действовал в тесной связке с Аленой. К нашему общему удивлению, стихии — моя багровая молния и ее воздушные потоки — хорошо дополняли друг друга. В итоге наша команда одержала победу с разгромным счетом. Васнецов был в неописуемой ярости.

После занятий, как я и ожидал, была дополнительная тренировка. Раздав индивидуальные задание остальным, Черт таки устроил спарринг со мной один на один.

— Ты расслабился, Соболев, — рычал он, с легкостью уворачиваясь от моих выпадов. — Ты всерьез думаешь, что в настоящем бою тебе дадут время на раздумья? Бей! Злись! Где тот зверь, что сидит глубоко внутри тебя?

Ну да, наставник явно был не дурак и, по всей видимости, прекрасно понял, в какой именно момент у меня проявляются те самые сверхспособности. Поэтому он целенаправленно провоцировал меня, бил жестко, на грани фола, и в какой-то момент ему это все-таки удалось. Накопившийся за день гнев вновь захлестнул меня с головой, и я, забыв обо всем на свете, бросился в яростную атаку. Бой был коротким. Буквально через минуту Черт снова сидел на матах, широко и счастливо улыбаясь.

— Вот! Вот это я понимаю! — радостно воскликнул он, поднимаясь на ноги. — Запомни это состояние, Соболев! Научись вызывать его по щелчку пальцев, и тогда тебе не будет равных!

После изнурительной тренировки я, к удивлению Алены, вежливо отказался от ее ставшего уже традиционным предложения подбросить меня до дома. Правда, дорога на моей машине заняла почти целый час. Пробки, пробки и еще раз пробки. В довершение ко всему, когда я уже подъезжал к своему району, машина вдруг начала странно дергаться. Стрелка на тахометре запрыгала, то и дело норовя уйти за красную черту. Но все же каким-то чудом я доехал до своего двора.

Честно говоря, я сильно расстроился. Хотя было вполне понятно, что эта рухлядь, которая гордо именовалась машиной, рано или поздно должна была сломаться. А любая поломка — это деньги. Вот же блин… Похоже, придется знакомиться с местными автосервисами. Хотя я, по правде говоря, даже не представлял, где их можно найти. За все время моей работы курьером они мне как-то не попадались на глаза. Ладно, что-нибудь придумаю, покопаюсь в интернете. Хотя, стоп, есть же Вано…

Приняв душ и наскоро перекусив, я набрал номер своего друга. К счастью, он ответил практически сразу. Из короткого разговора я узнал, что дела у него идут отлично, что он нашел новую хорошую работу, на которую выходит уже через неделю, и что Персефона до сих пор не объявлялась. Вано был уверен, что она и не объявится, потому что он поставил какую-то хитрую программу для блокировки.

По поводу проблем с машиной он, как обычно, посетовал на мою плохую память, напомнил, что она, мол, и раньше ломалась чуть ли не каждый месяц, и посоветовал просто вызвать по интернету автомастера на дом.

— Делов-то, — авторитетно заявил он в трубку. — Ради такой мелочи тащить ее в автосервис просто глупо. К тому же эвакуатор стоит дорого. У тебя что, деньги лишние есть?

— Так если она каждый месяц ломалась, мы что, каждый месяц мастера вызывали? — уточнил я для верности.

— М-да… Пора бы тебе уже справиться со своей амн… Амн… В общем, не важно. В нашем доме каждый второй мужик такую машину починит. Это мы с тобой неумехи. Там с восьмой квартиры мужик раньше ходил. За пузырь все делал. Ты на сайт «Сделай» загляни. Там можно дешево найти специалиста. У нас же не последняя модель, всяких новомодных примочек нет. И да… Сначала точно будут пытаться развести. Какие-нибудь темпоральтные синхронизаторы вспомнят или еще что-то, сразу посылай далеко и надолго! Запомни: чем машина проще, тем ее проще починить!

Весьма спорный постулат, на мой взгляд, но спорить со своим другом я не стал. Поблагодарив его за ценный совет, я просто закончил звонок.

Устроившись за ноутбуком, я первым делом решил залезть в соцсеть. Мигающий конвертик в углу экрана в «Братстве» заставил сердце забиться чуть быстрее. Неужели опять «Б»?

Да, это была именно она.

«Повелитель. Я вновь вынуждена просить прощения за прошлую неудачу. Враги оказались хитрее и коварнее, чем мы могли предположить. СГБСС окончательно пошел по ложному пути, который я для них подготовила. Мой план сработал. Я прошу Вас о новой встрече. В той же гостинице „Виктория“. Номер 713. В следующую субботу, ровно в полдень. Схема та же. Ключ можно будет получить на ресепшене, назвав букву „З“. Уверяю Вас, на этот раз все будет иначе. Я лично обеспечу Вашу полную безопасность. Умоляю, не откажите. Нам необходимо срочно поговорить. На кону стоит слишком многое. Ваша преданная „Б“».

Я откинулся на спинку стула, задумчиво глядя в потолок. Снова та же гостиница. Попытка войти в одну реку дважды? Но что-то внутри мне настойчиво подсказывало, что стоит рискнуть. Да, вполне возможно, что это очередная хитроумная ловушка. Но ведь я уже несколько раз справлялся с сектантами. Почему бы не справиться и сейчас? Вряд ли они нападут на меня прямо в гостинице. Опять же, при свидетелях, которые несомненно там будут.

В общем, я решил не отступать. Пора было наконец расставить все точки над «i» в этой странной и запутанной игре. Да и, чего уж греха таить, мне до смерти хотелось посмотреть на эту загадочную «Б».

Отправить