Глава 2

Моё поместье располагалось на берегу озера, окружённого горами. Очень красивое место, но запущенное.

Раньше оно принадлежало мятежнику Хандану Уэсуги. Но, как удалось узнать от здешнего хранителя по имени Кипа, тот давно забросил поместье и куда больше времени проводил в городе Тояма.

Здесь не было крепости, как у многих самураев, что мне довелось увидеть, но стоял большой двухэтажный дом с тёмной черепицей. Рядом находился домик прислуги, чуть подальше стояли конюшня, птичник и амбар. Ещё было додзё, требующее капитального ремонта, и… барабанная дробь…

Баня!

Прямо у самого берега, в паре метров от деревянного пирса. Моя мечта!

С одним нюансом. Это была японская баня. Без нормальной парилки, без веников и прочих необходимых атрибутов. Поэтому пришлось первым делом снести всё и построить нормальную баню. Из сруба, с печкой, парилкой и предбанником. А веники вязали берёзовые. В поместье росла берёзовая роща, что пленило мою истосковавшуюся по Родине душу.

Но место ещё оставалось необжитым. Второй этаж я закрыл до приведения его в нормальное состояние, прислугу поселил на первом этаже, потому что их домишко и вовсе оказался хлипкой хибарой с дырявой крышей. Поэтому ни Алёна, ни Азуми сюда ещё не переехали.

И, честно говоря, я был отчасти рад такому раскладу.

Алёна поселилась в Токио, чтобы вести дела в офисе министерства, а Азуми осталась в поместье отца.

Сам Изаму сегодня прибыл ко мне.

— Ёкаи напали друг на друга? — хмуро переспросил он. — Это очень странно.

— Такого раньше не было? — спросил я.

— Не в Истоке. Ёкаи, порождённые одним Истоком, имеют общий корень. Они ближе, чем братья. Это всё равно что оторвать собственную руку.

— Значит, случилось что-то откровенно хреновое, — вздохнул я.

Мы сидели на крытой террасе, за столом, и попивали душистый чай из нормальных больших кружек. Довольно умиротворяющая картина, если не принимать во внимание причину встречи.

— Скажи, Игорь-сан, ты не заметил ничего странного в том ёкае? — немного подумав, спросил Изаму.

Мне пришлось напрячься, чтобы вспомнить подробности. Честно говоря, риск не располагал к запоминанию каких-то деталей, но кое-что всё-таки всплыло:

— Цвет. Демон казался более… тёмным, кажется. Намного темнее тех, что я видел раньше. И глаза. У тех двух, что его убили, они были яркими, алыми, а у него багровыми с чёрным. Это нормально?

— Нет, — Изаму задумчиво покачал головой. — Я ни с чем таким не сталкивался, но…

— Что?

Вдруг Изаму замолчал, погрузился в раздумья. Я терпеливо ждал, попивая чай с чабрецом. Горячий напиток приятно согревал во время утренней прохлады. Самурай вдруг встал, с хмурым видом огляделся и заявил:

— Мне нужно кое-что проверить, прежде чем утверждать. Я скажу, когда…

— Э, нет! — воскликнул я.

Изаму замер и с удивлением на меня посмотрел.

— Нет?..

— Нет! Сэнсэй, я тебя безмерно уважаю, но говори прямо сейчас. Я видел фильмы, такая хрень хорошо не кончается.

— Фильмы? — нахмурился Такеда. — А при чём тут…

— Неважно. Изаму-сан, говори, в чём дело.

— Хорошо, — смирился сэнсэй.

Он сел обратно, отхлебнул чаю, вздохнул…

Словно специально тянул!

— Сэнсэй!..

— Это было в детских сказках, — соизволил он наконец. — Нам их рассказывали няньки, когда мы были совсем детьми. Я уже не помню детали. И это всё же сказки.

Голос Изаму звучал таинственно, тихо. Его будто подхватывал ветер и уносил вдаль, к озеру.

— Корни сказок растут из реальности, — заметил я.

— Да… В общем, в древние времена, когда вражда между самураями и ёкаями стала особо жестокой, среди ёкаев появился один особенный. Самый сильный, с тринадцатью хвостами. Его называли Мао — повелитель демонов. Он сумел объединить ёкаев и едва не уничтожил самураев, но в решающей жестокой битве самураям удалось одержать верх. Наши предки убили Мао, обратили в бегство его последователей, однако победа далась ценой огромных жертв. Обе стороны обессилили. И с тех пор мы стараемся жить с ёкаями бок о бок, чтобы не пришлось снова проливать реки крови…

Изаму закончил рассказ и задумчиво замолчал, держа в руках кружку. А у меня в голове крутились кое-какие мысли.

— Изаму-сан, — окликнул я. — Ты когда-нибудь встречал разумных ёкаев?

Вопрос почему-то застал сэнсэя врасплох. Он взглянул на меня с тревогой и удивлением.

— Разумных? Что ты имеешь в виду?

— То и имею. Мыслящие, говорящие, выглядящие как люди демоны. Ну, или в обличие людей.

Изаму серьёзным голосом ответил:

— Нет. Я подобных ёкаев не встречал. Но неужели ты таких видел?

— Одного. И не только видел, сэнсэй. Я с ним сражался.

━—━—༺༻—━—━

 

Такеда поспешил вернуться в своё поместье. Что примечательно, добирался он на машине. Всё же понемногу привыкал к благам цивилизации и приобрёл себе чёрный «Линкс», британский автомобиль, оставшийся от какого-то английского чиновника после его бегства. Такие сейчас всё чаще появлялись на дорогах.

Но на самом деле он прибыл не только из-за происшествия в Истоке возле Косю, а чтобы проверить, как движется обустройство моего поместья.

Нововведения его не впечатлили. На баню он посмотрел с сомнением, но это только потому, что ему пока не довелось опробовать её в деле. Пустующую конюшню обещал заполнить отличными скакунами в часть приданного Азуми. Чему, кстати, явно не обрадуются Медведь с Аико. Они там обустроили гараж, где мастерили что-то… Я не знаю даже. Они не говорили. Подозреваю, это была какая-то машина, судя по ящикам, которые пришлось перевозить сюда.

Они периодически уезжали в город, чтобы закупиться запчастями и материалами, что, кстати, влетало мне в копеечку, поэтому я временно прекратил финансирование. Всё же надо было отстраивать поместье.

Однако им удалось договориться с… Изаму!

Точнее, договорился Ханма. Отец Аико обещал ему выковать меч не хуже моего, и Такеда не смог устоять.

Сам Ханма Кодзия тоже перебрался в моё поместье и уже присматривал место для кузницы. Сказал, просто так выбирать нельзя. Нужны какие-то одному ему ведомые знаки, правильные деревья для стройки и другие материалы. Сейчас он, кстати, ушёл в лес, чтобы искать те самые деревья, и разминулся с Изаму к явному огорчению последнего.

Ханму сопровождали Медведь и Аико, а братья Сайго помогали на строящихся Истоках успокаивать ёкаев и охранять рабочих. Они предпочитали ночевать в собственном доме, поэтому поместье сейчас было непривычно тихим.

— Игорь-сан, срок уже скоро, — предупредил меня Изаму перед тем, как сесть в машину. — Церемония пройдёт во время любования красными клёнами, Момидзигари.

— Это когда?

— Конец ноября. В Токио.

Изаму уехал. А я ещё некоторое время прогуливался вдоль берега, любуясь красотами. Но почему-то они вызывали тоску. Тут были горы, леса, озеро… Лепота!

Но почему-то в голове всплывали воспоминания о речке недалеко от деревни, в которой я проводил летние каникулы. Там было место для купания, где собирались местные и приезжие дети, на излучине. Берег был высокий, с крутым склоном, откуда некоторые ныряли с разбега. Пушистые кусты на другой стороне русла, трава по колено, вытоптанная узкая тропинка… Там было красивее.

Но пришлось вернуться к заботам. Если мы не успеем закончить Антитворец, во время Момидзигари красным могут окраситься не только кленовые листья.

━—━—༺༻—━—━

 

Оливер оборудовал мастерскую в подвале главного дома. Не знаю, почему он выбрал это мрачноватое место, которое освещали только три небольших окна почти у самого потолка. К тому же сначала оно было сырым, холодным и грязным.

Как он разглядел тут мастерскую своей мечты, я ума не приложу, но после уборки, сушки, меблировки и установки освещения с розетками нам удалось сделать вполне приличное помещение для работы.

Когда я спустился по лестнице и открыл дверь в мастерскую, услышал спокойную мелодию скрипки, уже ставшую привычной. Оливер постоянно ставил записи фоном, пока работал над нашим проектом.

— Эй, здарова! — воскликнул я. — Как продвигается дело?

— А? А… Игорь… Да, всё хорошо… Кажется, я близок…

Говорил он затуманенным голосом. Похоже, я оторвал его от глубинных размышлений, и те ещё не отпустили гениальную голову.

Да, Оливер был гением. Правда, не в магоснабжении, как оказалось, а в изготовлении творцов. Это была его настоящая страсть. Этакий сплав электронщика и программиста, что для меня и в прошлой жизни было тёмным лесом, а в этой я даже соваться не стал.

Однако англичанину пришлось заниматься именно магоснабжением, потому что надавила семейная династия инженеров. Образование в Британской империи очень дорогое, и отец отказался оплачивать мечту сына, но отправил его изучать семейное дело.

К счастью, магоснабжение неразрывно связано с творцами, и в академии, где учился Оливер, преподавали также разработку творцов. И он ходил вольнослушателем на лекции, семинары и даже договорился с некоторыми преподавателями, чтобы работать совместно с ними над проектами. Короче говоря, получил, по сути, два образования.

Сказал, это были самые бессонные, трудные и счастливые годы в его жизни.

После академии Оливер хотел продолжить работать с творцами, но его отправили строить магические сети с подачки отца. Тот не был аристократом, но имел большой вес в министерстве.

Годы работы Оливер описывал как самые ужасные, скучные и тягомотные. Но, несмотря на все обстоятельства, он отлично себя показал, и, в итоге, его отправили в Японию.

— А где близнецы? — спросил я. — Думал, они у тебя тусуются.

— А? А… Бат и Батар ещё утром уехали в Тояму. Я попросил их кое-что прикупить. Кстати, взгляни.

Он понемногу возвращался из своих мыслей. Встал из-за стола, заваленного частями разных моделей творцов и даже элементами нескольких неудачных прототипов Антитворца.

Оливер оттолкнулся на кресле с колёсиками, прокатился ко второму столу, заваленному бумажными чертежами. Странное дело — он предпочитал бумагу нормальной маготронной цифре. На том же столе имелся компьютер, где этих чертежей можно было наклепать тысячи, но этот гений постоянно использовал карандаш с линейкой.

— Знаешь, ты мог бы…

— Знаю, знаю! Игорь, я же объяснял. — Оливер копался в чертежах. — У нас в академии были преподаватели старой… как это по-русски?

— Старой закалки?

— Да, именно! — с этими словами он выдернул из кучи нужный лист формата примерно «А3».

— О, кажется…

Я было обрадовался, что новая задумка уместилась на такой небольшой формат, но Оливер развернул лист сначала один раз, потом еще…

— Зараза.

— Я подготовил новую версию, глянь!

Оливер, казалось, не заметил моей реакции. Он с горящими глазами понёс чертёж к доске, прицепил её на магниты во весь размер и, довольный собой, стал ждать моего вердикта.

Я с задумчивым видом встал напротив.

Меня и в прошлой жизни эти огроменные схемы, честно говоря, вводили в ступор. Не, базовые вещи типа «входа-выхода», различных реле и пускателей я вроде бы усвоил, но это было ещё в институте, а в последующей работе как-то не пригождалось.

Поэтому здоровенная маготронная схема, в которой было замешано программирование, для меня был как древнекитайский диалект какого-нибудь отдалённого региона, переведённый пьяным востоковедом, к тому же перепутавшим китайский с корейским.

Точнее, ещё примерно месяц назад было именно так. А сегодня востоковед уже протрезвел и даже успел убрать корейский перевод, так что…

— Из чего полупроводники? — спросил я.

Оценивать работоспособность схемы мне ещё было не по силам, но кое-что я уже понимал. Например, почти все элементы схемы, их основной принцип работы и, что самое главное, стоимость. Особенно стоимость элементов, которым придётся выдерживать нагрузку тока для работы всей этой шайтан-системы.

Когда я разрабатывал первые функциональные схемы антитворца, в которых описывал, как он должен работать, уже понимал, что достичь результата будет непросто. Проблемы складывались из сложной логики поглощения магии, которую требовалось осуществить с помощью элементов системы, и объёмов магии, которые должны будут проходить при поглощении из рудников.

Всё это выливалось в стоимость материалов. Обычные творцы не отличались размерами. Что-то вроде микропроцессоров или вроде того. Однако Антитворцу придётся пропускать через себя большие объёмы магии, для которых понадобится значительная пропускная способность элементов. А пропускная способность — это количество материала. Поэтому нужно было не только продумать логику нашего изобретения, но сделать его небольших размеров, чтобы производство не обходилось в целое состояние.

Какой смысл делать антитворец, если он будет стоить как все Истоки вместе взятые? Любая идея должна окупаться, иначе она бесполезна. До коммунизма в этом мире ещё дальше, чем в моём прошлом.

— Эм-м… Ну, как бы сказать… — Оливер смущённо принялся чесать затылок.

— Говори уже, — вздохнул я.

— Это сплав под названием… Там, в общем-то, длинная расшифровка. Условно его можно назвать… «СПСС–3». «Сверхполупроводниковый сплав Смита», третья версия.

— Твоя разработка?

— Не, — Оливер покачал головой, — дедушкина. Он баловался маготроникой. Он же и меня приобщил.

— Короче, британская разработка, и скорее всего засекреченная. Её достать будет практически невозможно, а если и получится, мы сможем сделать только один образец, опустошив все денежные запасы. Я правильно понял?

— В общем-то, да…

— Понятно.

Я повнимательнее осмотрел схему. Оливер значительно переработал её, улучшил и сумел скомпоновать так, чтобы уменьшить размеры на треть от прошлой модели.

— КПД не пострадал? — спросил я, продолжая рассматривать схему.

— Два процента.

— Многовато.

— Это лучшее, что мы можем! — воскликнул Оливер. — Лучшее! Дальше просто некуда!

— Оливер…

Он вдруг взмахнул руками, ринулся к доске и с каким-то отчаянием закричал:

— Это — лучшее, что я смог придумать, Игорь! На большее я не способен, понимаешь⁈ Никак! Я — не мой дед! А всего лишь!..

Я схватил его за плечи, дёрнул в сторону от доски, хорошенько встряхнул, чтобы прервать панически-упаднические вопли и рычащим голосом сказал:

— Ты есть ты! Хватит равняться на других!

Оливер замер. Непонимающими глазами уставился на меня, его лоб заблестел от пота.

Так, понятно. Загнал себя человек. Слишком ударился в работу, а так ведь и мозги поплыть могут.

— Не, братан. Твои мозги нам ещё пригодятся.

— Ч-что?

— Отдохнуть тебе надо, говорю.

Я отпустил его, но Оливер не сдвинулся с места.

— От… отдохнуть? — нахмурился он.

— Ага. Релакс по вашему, короче. Так, заканчивай тут сидеть, давай наверх. Чаю попьём, в озере искупаемся. В баньку сходим.

При упоминании бани Оливер снова распахнул глаза, только теперь не от удивления, а от ужаса.

— Баня⁈ Нет, не надо бани! Только не баня!

— Это ты просто не распробовал, — со знанием дела возразил я. — Давай, давай. Наверх. К свежему воздуху и жаркой парилке!

━—━—༺༻—━—━

 

Вид на горы. Спокойная гладь озера отражает закатное солнце, а берёзки мерно шелестят кронами.

Красота-то какая! Лепот…

— А-а-а-а-а-а-а-а!

Оливер вылетел из бани, словно ошпаренный, за пару секунд добрался до пирса, наверняка побив какой-нибудь рекорд по бегу, и бомбочкой плюхнулся в воду.

Я же спокойно вышел наружу, поглубже вдохнул свежий вечерний воздух и с улыбкой до ушей направился к берегу.

Баня штука такая. Когда тебя парят — это, конечно, тяжко. Но тому, кто парит, ещё тяжелее. Потому как стоит выше, да ещё вениками машет. Короче, парильщик получает жара ещё больше, и с таким же кайфом может окатиться холодненькой водой. Ну, или…

— Ух! — воскликнул я, нырнув с пирса.

Распаренное, горячее тело разом накрыла прохлада озера. Разум от резкого падения температуры жутко взбодрился, энергия хлынула по всему организму. Даже магические контакты нервной системы отреагировали волной маленьких всплесков, похожих на лёгкое покалывание где-то внутри.

Может, с помощью бани можно овладеть магией без кристаллов?

— Ха-а-а! — с этой мыслью я вынырнул из воды и поплыл обратно к пирсу.

Взобрался, встал, отряхнулся и прочистил уши.

А затем обнаружил, что Оливер до сих пор не вынырнул.

— Эй! — обеспокоенно воскликнул я. — Оливер! Ты чего, а!

Поверхность озера была недвижима. Разгладилась даже рябь, оставленная мной. Чёрт, чёрт, чёрт! Только не это! Я же не так сильно его парил!

— Оливер, мать твою британскую! Вылезай!

Пытался высмотреть хотя бы намёки того, где он мог бы находиться, но никаких следов не нашлось. А, к чёрту! Нырну, а там уже будет видно!

Но только я пригнулся, чтобы прыгнуть, как Оливер вынырнул с тяжёлым хрипловатым вдохом.

Да и я тоже задышал глубже и чаще, честно говоря. Стоял, замерев в странной позе, и пялился на него, словно увидел демона, решившего освежиться в прохладной водичке.

— Я придумал! — воскликнул Оливер, забравшись по лестнице на пирс. — Придумал, Игорь! А… почему ты так на меня смотришь?

━—━—༺༻—━—━

 

Поместье генерал-губернатора Державина И. А.

— Ваше Сиятельство, вы хотели меня видеть?

— Да. Именно видеть, — подчеркнув последнее слово, ответил недовольным голосом Державин.

Человек в безликой маске, облачённый в чёрный смокинг с серой рубашкой под пиджаком, сидел в тени на кресле в углу комнаты.

Игорь Аскольдович прекрасно понимал, что голос Хамелеона был изменённым. Кто он такой?

Судя по впечатлению, британский агент представлял немалую опасность даже для него, самого Державина. Не в открытом бою, конечно. Но у Хамелеона наверняка имелись особые приёмы, благодаря которым он мог уравнять шансы. Опасный противник.

— Не начинайте, прошу. Вашим условием была личная встреча, и я тогда предстал перед вами собственной персоной. С тех пор каждую нашу встречу мы теперь проводим напрямую, без посредников. Должен сказать, немногие добивались этого. Можете гордиться. Хотя, должен признаться, не понимаю, чем вам не угодило общество Софьи Аркадьевны…

Хамелеон говорил на чистейшем русском языке, без тени акцента.

— Не преувеличивайте собственное значение, — со сталью в голосе ответил маршал. — Моё требование касается не интереса к вашей персоне, а к привычке обсуждать важные дела напрямую.

— Понял, понял, — Хамелеон примирительно поднял руки, спрятанные в перчатках. — Так зачем вы меня позвали, Ваше Сиятельство?

— Разин.

В комнате на несколько секунд воцарилось молчание. Тишина нарушилась боем напольных часов, работавших без магии. Старинная реликвия рода, привезённая с материка.

— Вы же сказали, что его пока следует на время оставить в покое, — тихо напомнил Хамелеон.

— Похоже, это время подходит к концу. Он знает о Крубском, вы же сами сказали. Но пока убивать его нельзя. Для начала, выясните, что он разрабатывает. Думаю, это связано с тем британцем, Смитом. А дальше… посмотрим.

— Хорошо, Ваше Сиятельство. — Хамелеон встал с кресла и поднялся в полный рост.

Он оказался довольно высоким. От каждого движения веяло опасностью. Державин машинально приготовился ему противостоять.

— Я выполню вашу просьбу, — слегка поклонился Хамелеон. — Всё ради нашей цели.

А затем он растворился в тени. Державин не знал, что это за магия, но уже начинал догадываться.

И догадки настораживали ещё больше.

Отправить