Глава 21

Очнулся в полной темноте. Первая мысль была, что приснился кошмар, но её пришлось быстро откинуть, потому что холод камня и сырость, от которых застучали зубы, оказались слишком натуральными для сна.

А вот что пропало зрение, испугался уже серьёзно. Но после краткого выяснения обстановки оказалось, что меня закинули в помещение без окон и даже дверных щелей, куда не пробивался даже самый маленький луч света.

Резко открылась дверь, свет ударил в глаза. Я зажмурился до рези в глазах, с радостью осознав, что не потерял зрение.

А вот ответ на второй вопрос — куда я попал — облегчения не принёс.

— Вставай! — с явным британским акцентом гаркнул силуэт на фоне яркого света.

— Иди нахер… — проскрипел я пересохшими губами.

В голове была ещё муть, и разумно поступить не получилось — сыграли злость и растерянность. Как и ожидалось, британец разозлился и попёр на меня, выхватив дубинку. Замахнулся, рыкнул…

И крякнул, когда лицом проверил твёрдость пола. Даже наполовину ослепший, ослабевший и с жуткой головной болью, я выполнил простой бросок на автомате.

Грохот привлёк внимание людей снаружи. Послышались шаги и голоса на английском.

Выхватил дубину, ключи. Зрение понемногу приходило в норму, разум прояснялся, а вместе с этим приходило осознание, что я поступил крайне недальновидно. Опять.

— Зараза…

Я притаился за дверью, в углу. Пришлось пригнуться, чтобы затаиться в тени, когда внутрь вбежали три человека. Меня они заметили слишком поздно. Сначала пронеслись мимо, бросились к оглушённому товарищу. А когда почуяли неладное, я уже захлопывал дверь. Успел провернуть ключ в скважине, прежде чем они забарабанили по створке.

Но шума практически не было. Звукоизоляция в камере оказалась отличной, и кроме негромкого стука, ничего не было слышно.

Осмотрелся. Мне оставили одежду, но кристалл исчез и…

— Меч!

Осознание пронзило разум и в душе отозвалось болью.

Зараза. Сначала нож, теперь меч. Нож я хотя бы в глазнице демона оставил, да и достался мне он как трофей. А вот меч — предсмертный подарок Ханмы. Потерять его очень обидно.

Но ладно. Сначала нужно понять, где именно я нахожусь.

Так. Меня вырубили какие-то ниндзя, судя по одёжке. Видимо, они меня и перетащили… Вот только куда? Тюремщики болтали на английском. Думаю, на территории Российской империи они бы не рискнули держать такое место с обычными служивыми. Но и далеко не могли утащить. Скорее всего, я на приграничной территории британцев.

А ниндзя… Тот хер в маске мне кого-то напомнил. Точнее, его глаза…

И тут как водой облило. Точно! Изаму говорил, что Хаттори славятся своими скрытыми методами. Вспомнил. Это был Хаттори Мичи!

Не на все сто уверен, что чертовски похож. Значит, Ода тоже замешан? Его же вассал, чёрт побери!

Но с этим нужно разбираться позже. Сначала осмотреться, выяснить обстановку и придумать, как отсюда свалить.

Первая часть много времени не заняла. Тюремный блок оказался не слишком большим, и я быстро его изучил.

Тёмное старое подземелье, сырое и холодное. По каменным стенам открыто проложены провода, питающие тусклые лампы. Камер заключения было всего пять. Неподалёку от них нашёлся наблюдательный пункт охраны со множеством экранов. Несколько из них, судя по схемке с навигацией в ящике стола, выходили на коридоры, ведущие к темнице, а другие — к заключённым. Трое надсмотрщиков, которых я запер, продолжали долбиться в дверь, хотя иногда попадали друг по другу в темноте. А тот, которого я шмякнул о землю, всё ещё не пришёл в себя.

Кажется, мне повезло, и придурки ломанулись выручать своего дружка, не успев заметить, что я притаился. Будь они чуточку смышлённее, у меня бы ничего не получилось. Опять моя беспощадная удача решила пошутить.

Вдруг я заметил, как на одном из экранов появились люди. Несколько человек шли прямо сюда по коридорам, и выглядели они намного серьёзнее болванов-сторожей. Вооружённые, в военной форме, и среди них шагал офицер.

Так, надо скорее что-то придумывать.

В трёх других камерах находились заключённые. В первой неспокойный мужик в потрёпанном костюме бродил туда-сюда. Во второй находился огромный бугай-японец со свирепой рожей. В третьей, кажется, сидел его брат-близнец. Такой же здоровяк в широких штанах, подвязанных толстой верёвкой, босые и в кожаных жилетах. И лысые, что среди японцев вообще-то было редкостью. На вид конкретные бандосы.

— Отлично, это мне и нужно!

Какой экран в какую именно камеру вёл, мне понять не удалось. Знал только, из какой выбрался сам. Поэтому я быстро открыл все двери с криками на английском и японском:

— Выходим! Вы свободны! Идите, идите!

Первым показался мужичок в пиджаке. Рыжий, зеленоглазый, с неряшливой щетиной и большим красноватым носом. Он опасливо высунулся наружу, щуря глаза, заметил меня и спросил:

— Ч-что происходит?

Ответить я не успел. Вышли близнецы-здоровяки. Они сначала приняли меня за британца и направились ко мне, но быстро сообразили, что это именно я их освободил, и успокоились.

— Ты кто? — пробасил тот что слева.

И, неожиданно, на русском!

— Разин Игорь Сергеевич. Граф Российской империи… А вы кто?

— Я — Бат.

— А я — Батар.

Второй близнец даже голосом походил на брата.

— Вы говорите по-русски!

— Мы монголы, — рыкнул Бат.

— Отлично, отлично…

Я нихрена не знал о монголах в этом мире. Вот как-то не додумался изучить вопрос. Но они говорили на нашем языке, и территория Монголии была в границах империи, если мне не изменяет память. Исходя из этого…

— Там, мужики. Сюда идут пятеро солдат с офицером. Последний, скорее всего, маг, поэтому справиться с ним будет непросто. Предлагаю объединиться.

Бат и Батар переглянулись, затем снова взглянули на меня и кивнули:

— Идёт!

— Эм… извините, господа, — на корявом русском заговорил мужичок в пиджаке.

Британец в британской тюрьме вместе с тремя подданными Российской империи — это, конечно, интересный кадр. Но шаги из коридора становились всё ближе, и лясы точить не было времени.

— Потом, — махнул я. — Спрячься у себя в камере и не отсвечивай, понял?

Он послушался и нырнул обратно за дверь. А мы с монголами ворвались в камеру, где меня держали, и быстро оглушили надсмотрщиков.

Действовать приходилось быстро, на счету была каждая секунда. До нас уже доносился голос офицера, который показался мне знакомым, но думать об этом просто не было времени.

Нужно было подготовить засаду, ударить быстро и стремительно. Хорошо хоть Бат с Батаром оказались с военной выучкой и почти сразу включились в процесс поспешной подготовки.

Оглушённых охранников мы раскидали по разным местам. Двух посадили за стол перед экранами, будто заснули на посту. Это быстро раскроют, но нам и потребуется всего пара секунд замешательства. Двух других охранников закинули в уборную. Монголы вернулись в свои камеры, потому что нигде больше не поместились, да и в камерах должны маячить их весьма заметные туши. Я же притаился в углублении стены возле двери в дальнюю камеру.

Успели. Британцы появились через несколько секунд после того, как подготовка закончилась. И почти сразу раздался истеричный голос офицера:

— Эй, стража! Шевелите задницами и откройте мне третью камеру! Живее!

Третья камера была моей. Как раз между Батаром и Батом. Офицер, судя по звуку шагов, остановился прямо напротив неё. А я, кажется начал припоминать, кому принадлежал этот противный голос, хотя пока что не мог выглянуть, чтобы его рассмотреть.

— Вы что, оглохли⁈ Томас, выведи этих бездельников и дай мне ключи!

Раздался грохот спешных шагов.

— Они спят, мой лорд, — отозвался через несколько секунд Томас.

— Что они делают⁈ — возмутился офицер. — Немыслимо! Сейчас же разбуди их и приведи ко мне!

Да, точно. Засранец считал себя слишком благородным и важным, чтобы самому зайти в каморку охранников или даже заглянуть туда по пути к камере. Я даже отчётливо представил, как он с важным видом стоял напротив двери, пока «чернь» суетилась по его велению.

— Они не просыпаются, сэр! — снова отозвался Томас. — Эм… Сэр, кажется они…

— Да что там такое, Томас! Ты не можешь разобраться с какими-то!..

— Лорд Артур Де Клер! — воскликнул я, выскочив из укрытия.

Британский офицер, который гнался за мной из деревни Аико до самой границы. Уублюдок, убивший её отца.

На его лице сначала отразилось удивление, затем страх, и только потом полное осознание.

— Ты…

Но слишком поздно. Я в секунду оказался в шаге от него и замахнулся для удара. Де Клер успел выхватить саблю и она со свистом разрезала воздух в том месте где я только что стоял. Но в последний миг я оттолкнулся от стены и плечом врезался в дверь камеры, за которой прятался Батар.

Здоровяк понял сигнал, выскочил наружу с диким рёвом и врезался в группу солдат, собравшихся в коридоре за своим командиром. Де Клер умудрился увернуться от этого чудовища, снова подставив под удар собственных подчинённых. Шустрый, зараза!

Но я шустрее. Схватил его, коленом врезал между ног, и гадёныш согнулся, выронив саблю.

Тем временем выскочил из укрытия Бат. Близнецы с особой жестокостью разобрались с растерявшимися солдатами. Одному из них даже почти удалось сбежать, но Батар выхватил ружьё у ближайшего противника и метнул, словно копьё, в спину беглецу.

Штыка на стволе не было, но враг хрюкнул, выгнулся и рухнул на пол. Подоспел Бат. Поднял ружьё и завершил дело брата прикладом по черепушке.

Под хруст костей я схватил Де Клера за волосы и приподнял, чтобы посмотреть в лицо.

— Где мой меч, сукин сын⁈ — прорычал я.

— Иди в!..

Ещё один удар прервал его на полуслове. Но тут я почувствовал, как сгущается магическое поле.

— Ах, ты, падла! — рыкнул я, выхватывая его руку.

На тонком узловатом пальце блеснула золотая печатка с алым камнем, переливающимся магией. Я грубо сдёрнул её, оставив на коже ссадину, и добавил ещё один удар по печени в качестве наказания за попытку сопротивления.

— Повторяю в последний раз, мудила. — «Мудила» сказал по-русски — не знал, как перевести. — Говори, куда дели мой меч, или сдохнешь так, что весь твой грёбаный род не отмоется от позора. Например, с собственной саблей в заднице. Как тебе такое, а?

О, да! Кажется, я попал в точку. Ещё и для пущей убедительности ткнул этой самой саблей в бедро. И проняло!

— Е… её отправили генералу Глостеру вместе с япошкой!

— Каким ещё япошкой?

— Тот кузнец, Кодзия!.. — выпалил Де Клер, и тут же осёкся.

Он понял, что сказал лишнее, но было слишком поздно.

— Эй, Разин! — гаркнул Батар. — Нам пора уходить, пока не пришли новые враги.

Я кивнул, встретился глазами с побледневшим Де Клером. Он нервно сглотнул и затрясся, покосился на собственную саблю.

— Не бзди, — прошипел я по-русски. — Ты мне ещё пригодишься.

И оголовьем рукояти вырубил его.

━—━—༺༻—━—━

 

Я оказался прав. Мы находились на территории британцев. И, похоже, я провёл в отключке минимум день, потому что уже снова наступила ночь.

Мы затаились на втором этаже склада, в порту города Нагахама, который стоял у озера неподалёку от границы с Россией. Озеро соединяло Нагахаму с Киото на Юго-Западе. Ханму должны были посадить на корабль и отправить именно туда, к генералу Глостеру.

— Его забрали, кажется, часа три назад. Не могу сказать точно. Меня как раз привели с очередного допроса. Но уводили его не надсмотрщики, а солдаты.

— Японец, лет пятьдесят-шестьдесят?

— Кажется, да… Я как-то не присматривался.

Его звали Оливер Смит. Британский инженер, который не угодил генералу Глостеру своим миролюбием в отношении местного населения. Он коряво говорил по-русски, но так я мог его хоть как-то понимать, потому что на своём родном языке он болтал с жутким ирландским акцентом, и я не смог разобрать практически ничего.

Как оказалось, он был моим коллегой. Главный инженер магоснабжения британской армии, который руководил стройкой трёх крупных Истоков на их половине Хонсю. Вот только он всеми силами пытался затормозить стройку.

— Они начали сгонять местных жителей на работы, — рассказывал Смит. — Японцы сопротивлялись, даже устраивали бунты, но генерал Глостер жестоко подавил восстания. Направил регулярную армию, и те убили тысячи людей в назидание остальным.

— Так вот как вы так быстро продвинулись… — вздохнул я. — А что самураи?

Если бы нечто подобное устроили на нашей половине острова, Такеда и Нагао наверняка подняли бы мятеж. Даже прямой приказ малолетнего императора не остановил бы их.

— Они помогали генералу, — печально пробормотал Смит. — Он подкупил их, дал новые привилегии. Посулил земли на материке и на русской части Японии, когда…

Тут он осёкся. Говорить русскому дворянину, что британцы откуда-то выбьют русских — не самая лучшая идея. Особенно когда рядом два здоровых помощника.

Батар и Бат решили присоединиться ко мне, чтобы вместе перебраться через границу. Их захватили в плен во время одной из стычек с самураями, а когда наступило перемирие, «забыли» отпустить. Услышав, что я сначала решил вызволить Ханму Кодзия и вернуть свой меч, они решили мне помочь. Парни даже не спросили, кто это такой и почему я планирую его спасти.

— Вы все уже мертвецы, — ядовито прошипел связанный Де Клер. — Проклятые ублюдки, отсчитывайте последние минуты жизнй.

Нормальной верёвки не нашлось, пришлось связать тем, что под руку попало. Но пока хватало, чтобы гадёныш не дёргался и лежал смирно.

— Заткнись, а не то я саблю на ружьё заменю и на курок нажму.

Де Клер покосился на довольно широкое дуло ружья в руках Батара, сглотнул и заткнулся.

Я оставил его в живых, чтобы убедиться, не соврал ли негодяй про место и время отправки. Если соврал, его ждёт неприятная смерть. А если нет…

— Кажется, идут, — предупредил Бат.

Я выглянул в окно.

Надо сказать, британских офицеров очень хорошо снабжали. Сабля отличная, хоть и похуже моего меча. Пистолет, севший в руку, словно влитой. А ещё бинокль. Даже не подзорная труба, которой пользовался Соколов, а нормальный компактный прибор, помещающийся в подсумок, который я тоже изъял у Де Клера. И ремень из отличной кожи с серебряной бляхой тоже от него. Несомненно, отличная добыча.

Но всё это меркло по сравнению с тем фактом, что у меня забрали мой меч!

— Идут. И много. Погодите-ка… Что за херня⁈

— Ты о чём? — спросил Бат.

Но затем и он разглядел, как по дороге к пристани вели колонну людей, гремящих колодками. Несколько солдат подгоняли их криками и ударами прикладов. Я пригляделся и понял, что это японцы. Обычные крестьяне или горожане, судя по одежде. Они жутко боялись солдат, вздрагивали от каждого движения конвоиров. Там были и мужчины, и женщины. Даже несколько подростков.

— Их гонят на Исток возле Киото, — мрачно пояснил Оливер Смит. — Из-за тяжёлых условий и постоянных нападений демонов среди рабочих высокая смертность.

Ему было трудно говорить. Казалось, что физически больно. Он, не моргая, смотрел на колонну пленников и сжимал подоконник, отчего старая тоска заскрипела.

А я продолжал наблюдать. Пленники-японцы это, конечно, печально. Но я сюда пришёл не из-за них. Где же Ханма Кодзия?

Честно говоря, я боялся его не узнать. Он мог быть среди прочих пленников, грязный, избитый или обросший. Да и видел я его только раз, причём сам тогда находился не в лучшем состоянии.

Но вскоре мои надежды оправдались. Но…

А вместе с кузнецом показался Хаттори Мичи. Ублюдок, который вырубил меня. Я успел приметить лишь глаза, выглядывающие из-под маски, но это точно был он. Грёбаный ниндзя. Изаму был прав — методы этого клана отличались от самурайских. Я даже не успел толком ничего сделать.

Хаттори вёл Ханму отдельно от остальных. На цепи, пристёгнутой к его поясу. Старик выглядел не очень хорошо, но куда лучше остальных японцев. А ещё он держал в руках длинный ящик, к которому был прикован наручниками. И я сразу понял, что там внутри.

— Ну, ублюдок, ты у меня сейчас поплатишься, — прошипел я, поднимая ружьё.

Позади раздался короткий стук. Это Батар снова вырубил Де Клера, чтобы тот не мешался, а сам занял удобную стрелковую позицию в ожидании моего сигнала.

— Вы его знаете? — прошептал Смит.

— Ага. Это вассал Такаши Ода, который доставил меня прямиком в темницу.

Оставался очень важный вопрос — в курсе этого сам Такаши.

— Я часто видел его рядом с генералом.

— Надеюсь, он не будет скучать… — я взял Хаттори на прицел.

Пленников уже гнали по трапу. Один хромой японец оступился, полетел вниз, утягивая за собой других людей, с которыми был в одной цепке. Те закричали, начали тянуть. Один мужчина едва не полетел следом, но смог удержаться и удержал хромого.

Тут подоспели солдаты. Они погнали остальную часть колонны на борт, а сцепку хромого сначала увели обратно на пристань, а потом начали их избивать. Жестоко, без тени жалости, британские солдаты колотили японцев прикладами. Особенно доставалось хромому.

— Вот суки… — не сдержался я.

Хотелось уже нажать на курок и перестрелять всё это отребье, но если поспешим, ничего не выйдет. Хаттори был сильным магом, и его можно было одолеть только внезапной атакой.

Солдаты закончили издеваться и погнали пленников наверх к остальным. На корабле экипаж начал распределять невольников по местам. А Хаттори всё ещё ждал на берегу вместе с Ханмой. Они о чём-то разговаривали. Ханма явно упрекал своего надсмотрщика, но тот что-то рыкнул и заставил лучшего кузнеца Японии заткнуться.

— Чего мы ждём? — спросил Бат.

— На корабле матросы, они будут следить за японцами. А солдаты должны вернуться на причал, тогда и ударим. Иначе они будут закрываться пленниками.

Солдаты неспешно уходили с корабля, передав матросам цепи. Я погладил спусковой крючок, голова Хаттори была на прицеле. Краем глаза заметил подъезжающую машину. На всякий случай подал сигнал близнецам, чтобы не торопились.

Машина остановилась рядом с Хаттори. Показался водитель, который трусцой побежал к задней двери, открыл её и…

— Какого хрена он тут делает⁈ — от удивления я даже убрал палец со спускового крючка.

Князь Михаил Андреевич Крубский с важным видом вышел из салона, неспешно подошёл к Хаттори и поприветствовал его.

Отправить