Глава 4

На восстановление мне понадобится несколько дней. Так сказала Азуми, дочь Изаму Такеда, которая обладала довольно редкой целебной магией. Сам же Изаму предупредил, что потом меня ждёт неделя напряжённых тренировок в отрыве от всех прочих забот. Поэтому следовало войти в курс дел, раздать поручения и прикинуть планы, прежде чем постигать магию в удалении от мира. Прямо как в каком-нибудь долбанном фильме!

Но пока приходилось заниматься одновременно привычным и жутко незнакомым делом. В магоснабжении я уже мог считать себя спецом, но пост министра в новой провинции, где ещё по улицам шастают армейские патрули, не вписывался даже в опыт из предыдущей жизни.

В общем, я волновался. Поэтому решил начать с наиболее знакомой части новых обязанностей и устроил осмотр имеющихся объектов. Япония практически не имела магических сетей, но британцы строили здесь свои предприятия, которые питались аккумуляторными подстанциями. Одно такое предприятие производило очень важные для армии модули защиты. Поэтому запрос на восстановление производства был с пометкой «Срочно!».

Мы ехали на заднем сидении большого комфортабельного автомобиля со Славой. Он решил сопровождать меня, чтобы помочь с адаптацией и самому осмотреться на новом месте.

— Расклад следующий, — излагал Слава. — Сейчас наша половина Японии поделена на три части. Хоккайдо стал личным владением императора, туда ходу нет. А Хонсю сейчас поделили самураи к Западу и Юго-Западу от линии Токио-Нагаока и наши дворяне, которым выдали земли к Востоку и Северо-Востоку.

— Державин оставил границу японцам? — удивился я.

— Пришлось. Во время вторжения больше всего пострадали восточные земли, там освободилось много поместий. Но западные самураи сдались из-за приказа императора. Выгонять их из собственных домов чревато мятежом. Но на границе стоят основные силы нашей армии.

Да, точно. Когда мы добрались до той деревушки, встретили кучу солдат-пограничников. Нам посчастливилось не наткнуться на британцев, но объяснять своим, почему здоровенный, покрытый шрамами мужик, японка и человек, который заявил, что он русский граф, появились со стороны британской границы, раненые и знатно потрёпанные, было непросто.

То, что нас не пристрелили на месте, я считаю заслугой своих невероятного обаяния и природной харизмы.

— Дворянам, кстати, запретили… — продолжал Слава, но я его прервал.

— Потом обсудим. Приехали.

Завод стоял в красочном месте, на фоне пологих гор, пушистых от густого леса. Длинное кирпичное здание, рядом с которым стояла аккумуляторная подстанция. Но пока оборудование было британским.

Водитель, белобрысый парень лет тридцати, поспешил открывать нам двери, но я предпочёл сделать это сам и махнул ему, чтоб не парился.

От входа на завод к нам посеменил низкий человек в сером потрёпанном костюме. Он был лысоват, с козлиной бородкой и чертовски напоминал мне одного персонажа из прошлого мира.

— Игорь Сергеевич? — воскликнул, жутко картавя. — Наконец-то, рад вас видеть! Меня зовут Владимир Ильич!

— Ленин? — спросил, едва сдерживая гримасу удивления.

— Что? А! Нет, Иванов моя фамилия. А почему вы спросили?

— Да так… Неважно.

— Ну ладно. Я — директор завода. Вот, слежу, чтобы всё было как надо. Пройдёмте, пройдёмте! Мы вас уже заждались.

Не Ленин провёл нас в цех, где стояли ряды импортных станков, а также гремел шум бригады рабочих, состоящей из пятерых матёрых монтажников. Владимир Ильич подозвал самого матёрого на вид:

— Митрий Иванович, подойдите, пожалуйста!

Монтажнику было за пятьдесят. Он носил старую рабочую форму, берцы с укреплёнными носами, каску, которую вывели из производства ещё лет пятнадцать назад, и держал в зубах наполовину сгоревшую сигарету.

— Шо такое? — Он с прищуром посмотрел на меня.

— Это наш министр магоснабжения, Разин Игорь Сергеевич. И…

— Вячеслав Александрович, — улыбнулся Слава. — Я помощник Игоря Сергеевича.

— А, да… В общем, они пришли с проверкой. Ну, я говорил. Покажите объект. У нас же всё как надо?

— Конечно, — буркнул Иваныч. — А как ещё…

— Подождите, — остановил я. — Мне нужна документация. Схемы, планы и так далее.

— Схемы? Какие ещё схемы? — воскликнул Иваныч, после чего постучал по каске. — Всё тута, господин министр. Я и без всяких схем знаю, как делать!

У меня дёрнулся глаз.

— Так, понятно… — вздохнул я. — Где кабинет администрации? От британцев должно было что-то остаться.

Владимир Ильич забеспокоился, глядя то на меня, то на Иваныча. Даже на лбу появилась испарина. А вот сам Иваныч побагровел и чуть не выронил сигарету из раскрытого рта.

А на меня накатило жуткое дежавю…

━—━—༺༻—━—━

 

— Да как же так, Игорь Сергеевич! — Иванов семенил следом за мной. — Нам надо запускаться, сроки горят! Генерал-губернатор приказал…

— Магоснабжение находится в моей ответственности, — перебил я его. — По всем претензиям ссылайтесь на меня. Но делать надо всё нормально сразу, понятно? Мне аварии и травмы не нужны. Вам, думаю, тоже.

— Н-но Митрий Иванович имеет большой опыт работ! Он уверен, что всё в порядке!

— Да! — гаркнул Иваныч, который рассерженно шагал за директором. — Я всё делаю, как работало годами! Зуб даю, мать ваш… Кхм. Гарантия железная!

Я резко остановился, повернулся, заставив их замереть, выхватил из рук Владимира Ильича планшет, который мы откопали в кабинете бывшего директора, и открыл схему подстанции.

— Вот здесь у нас что теперь стоит? — я ткнул пальцем на схему.

Иваныч, прищурившись, пригляделся. Неильич тоже попытался понять, что я хочу, но он явно был не слишком сведущ в тонкостях магоснабжения.

— Ну… генератор мы поставили свой… — Иваныч начал что-то подозревать. — Ихний был поломан…

— Ага, правильно. А генераторы у британцев дают другую частоту. И станки работают именно на ней. И трансформаторы на неё заточены тоже. Нужно ставить преобразователи, пересчитывать защиту, ставить новые автоматы.

Иваныч запыхтел, почёсывая затылок. Нахмурился ещё сильнее, выдержал паузу, переваривая информацию, а затем глянул мне в глаза и заявил:

— Дак мы запускали в работу цех, чтоб проверить. Всё работало как надо!

— Твою мать… — мне пришлось сильно сдерживаться, чтобы не начать орать. Ещё и раны давали о себе знать тупой болью, что не добавляло спокойствия. — У вас, часом, брат в Тунгусе не живёт?

— А? Не, нету такого. А что?

— Неважно… Короче, правки я указал, чтоб всё сделано было до последней мелочи. Иначе завод не откроется, ясно?

— Я… ясно, — прохрипел Владимир Ильич.

Иваныч только запыхтел ещё суровее, наверняка сдерживая отборный мат в мою сторону.

А я сел в машину и захлопнул дверь.

— До свидания, господа, — вежливо попрощался Слава и присоединился ко мне.

Когда машина тронулась, мы несколько минут ехали в тишине. Осмотр занял больше времени, чем планировалось, а впереди нас ждало ещё много объектов, которые просто нельзя было оставить без присмотра.

— Кхм, — Слава решил прервать молчание. — Игорь, а когда я принимал у тебя объекты, выглядело это, наверное…

— Да, будто сын учит отца детей делать.

— Понял… — кивнул Слава. — Так вот, насчёт императорского указа…

━—━—༺༻—━—━

 

День Сурка в шкуре Рокки, Рэмбо и солдата рязанской десантной части особого назначения в одном лице. Примерно так я бы описал последнюю неделю в поместье Такеды.

Как только Азуми подтвердила, что я полностью восстановился, для меня начался тренировочный АД.

Поместье Такеда располагалось вдали от Токио, городского шума и суеты. Дом стоял на склоне небольшой горы, по которой меня гоняли бесконечными марш-бросками, заставляли таскать и швырять тяжеленные валуны и булыжники, плыть против течения по бурной речке и заниматься прочими физическими истязаниями. И я вообще не понимал, как они связаны с освоением магии, однако Изаму уверял, что всё так и нужно. Правда, на третий день начал как-то с сомнением поглядывать на меня, что наводило на не очень хорошие мысли.

После изнурительных тренировок каждый вечер меня ждало испытание.

В поместье, посреди обширного сада стоял двухэтажный дом. А в стороне находилось здание додзё, со всех сторон окруженное водой. Однако ни тропинки, ни моста или чего-то подобного не имелось. Только плавающие на поверхности деревянные бруски.

Когда Изаму впервые подвёл меня к берегу, вручил кристалл магической руды и сказал добираться до входа. Кристалл без обработки и уж тем более не инкрустирован в какое-нибудь кольцо, как это делали в империи.

Я с наслаждением нырнул в прохладную воду и быстро доплыл до ступеней. А затем Изаму пошагал прямиком по поверхности пруда, встал возле меня и сказал:

— Надо вот так. По деревяшкам. Ещё раз.

Он тогда впервые заговорил по-русски, хоть и со скрипом. Но меня удивило не это.

— Прям… по воде что ли?

Изаму кивнул. А я, всё ещё в некотором шоке, занёс ногу над бруском, сосредоточился…

И у меня ничего не получилось.

Бруски были слишком лёгкие и тут же ныряли, унося меня под воду. До ночи я продолжал попытки повторить библейское чудо, но ничего не выходило даже с подсказками сэнсэя. Которые, правда, уже доносила подоспевшая Азуми:

— Почувствуй магию, которую дарует кристалл. Направь её через тело и оттолкнись от воды стопами.

Где-то я подобное уже слышал. Но всё равно не удалось повторить. Ни первый день, ни во второй, ни в последующие.

И это настораживало. Неделю я себе ещё урвал, но работа ждать не могла. Пока Слава и Алёна прикрывали меня, собирали данные, занимались приёмкой стройматериалов, прибывающих морем, изучали бухгалтерию, карты, расположение Истоков… В общем, взяли на себя самую активную часть подготовки. Но скоро мне нужно возвращаться к своим обязанностям. Так что День Сурка придётся прервать.

Кстати, имелось отличие от временной петли из фильма. Не было никакого восстановления. Когда я упахивался и отрубался, на следующее утро чувствовал себя таким же уставшим. Но Изаму не сбавлял нагрузок, а его дочь не помогала восстановиться своей магией.

Так что сегодня я чувствовал себя чертовски уставшим и радовался просто тому факту, что сэнсэй дал время отдохнуть перед вечерним испытанием.

— Что, не даётся магия, Бригадир? — хмыкнул Медведь.

Мы сидели в саду у векового дуба, растущего на пригорке. Азуми сказала, что это самое старое дерево в саду, но я выбрал его, потому что дуб напоминал о родных краях. Япония была красивой — в этом нет сомнений, но всё же своё, родное, как-то ближе.

Видимо, чужбина, ещё не успевшая полноценно стать частью здешней России, вызвала тоску не просто по Родине. А по ТОЙ Родине.

Вспомнилась деревушка, почти сгинувшая уже к моему рождению, но оттого прекрасная своей природой, свободой пышной листвой, в которую гармонично вписывались деревянные дома с печками. Речка, до которой бегал босиком по полю, после игры в футбол на перекрёстке или просто от жары. По той тропинке пробегали ежи, и мне несколько раз не посчастливилось на них наступить. Но такие неприятности лишь ненадолго заставляли проявлять осторожность и совсем не портили детского восторга.

— Бригадир!

— А?

— Ты чего в облаках витаешь?

— Да так. Задолбался.

— Магия так и не даётся, говорю?

— Да когда! Я пока какой-то бешеной физкультурой занимаюсь. Хрен пойми, как это поможет мне с магией.

— Это да. Гонял он тебя так, что я смотреть устал.

Растянулся на земле, чтобы приятная истома волной прошлась по натруженным мышцам. Когда люди Такеды привели Медведя и Аико, Азуми вплотную занялась их лечением. Аико поправилась быстро, но Медведь пострадал куда серьёзнее.

В тот раз, на горе, демоны спасли нас от британцев, но при этом чуть не прикончили. Во время погони, как мне потом рассказал Медведь, случился небольшой обвал, в который угодила Аико. Она повредила ногу и не могла нормально двигаться, поэтому пришлось встречать преследователей лоб в лоб, пока у Медведя оставались силы сражаться.

Завязалась перестрелка. Не очень удачная, потому что укрытий у них не оказалось. Медведь хотел сблизиться и сойтись в рукопашной, однако не успел. Показались демоны.

Они отличались от тех, что шныряли по просторам Тверской области или водились вокруг Тунгуса. Здесь их называли ёкаями. Голый череп, пылающие глаза, бараньи закруглённые рога, острые ряды клыков, лохматое туловище с пылающей магией гривой и такими же пылающими хвостами, причём их количество могло отличаться. В той стае, что нам встретилась, было пять особей. У вожака было три хвоста, у второго по силе — два. Остальные носили по одному.

Они сильно потрепали Медведя, но британцы, наверное с перепугу, принялись расстреливать стаю и перетянули на себя внимание. Демоны бросили Медведя и погнались за ними.

Мне повезло укрыться за валуном. Сердце бешено колотилось, когда чудища пробегали мимо. Сил сражаться с ними у меня просто не хватило бы.

Облегчение накатило, когда стая скрылась в ближайшей роще, откуда доносились вопли, выстрелы, крики и рычание.

Однако зря я расслабился. Один демон отбился от своих собратьев и напал на меня, когда я вылез из-за укрытия. Хорошо хоть он был однохвостым. Подоспели израненный Медведь и Аико. Вместе нам удалось справиться с чудищем, а затем мы дали дёру, пока не вернулись друзья этой твари.

— Игорь-сан! — раздался голос Изаму.

Я нехотя поднялся. Силы не успели восстановиться, двигался на морально-волевых. А Такеда явно звал меня не чай распивать, так что скоро будет что-то неприятное.

Тем более стоял он у входа в додзё.

— Зараза…

— Лёгкого пара, — усмехнулся Медведь, похлопав меня по плечу.

А я спустился к пруду и, скривившись, посмотрел на плавающие бруски. Изаму терпеливо ждал. Стоял неподвижно, наблюдал и молчал. Словно истукан какой-то. Рядом стояла Азуми. Она выглядела куда более живой, но тоже не двигалась, а лишь наблюдала равнодушным взглядом. Кажется, я ей почему-то не нравился.

На камне, у берега, лежал уже знакомый кристалл. Я взял его, сжал покрепче, сосредоточился…

Чувствовать магию я умел всегда. Точнее, думал, что умел. Вот и сейчас появился привкус металла, но Такеда сказал, что это лишь первый этап, доступный даже простым людям. У меня просто более развитое чутьё. А настоящий маг должен чувствовать саму энергию, заключённую в магической руде, и уметь ею управлять.

Я устал. Даже истощился. На ногах-то стоял кое-как, а тут нужно прыгать по деревяшкам. Хотя прохладная водичка манила… Может, просто нырнуть и насладиться ситуацией?

Но сначала надо попробовать овладеть магией. Не просто же так сэнсэй решил устроить внеочередное испытание?

Так, как там было… Направить магию кристалла по организму, затем через ноги воздействовать на бруски, чтобы те выдерживали мой вес в то мгновение, когда я наступлю на них.

Вот только кроме металлического привкуса ничего другого я ощутить до сих не мог. А как управлять магией в таком случае?

Вздохнул, закрыл глаза, чтобы прислушаться к самому себе. Покрепче сжал кристалл, будто впившиеся в ладонь грани могли чем-то помочь.

И вдруг почувствовал.

Сначала думал, это ветер подул. Лёгкая прохлада, тронувшая кожу. Но волосы на руках вздыбились, по ним прошлась волна, схожая со статическим электричеством, а затем энергия слабым потоком потекла по моему телу.

Это было похоже на замедленный удар тока. Словно коснулся оголённого провода, но заряд не ударил мгновенно, а растянулся на секунды.

Пробила дрожь. От неожиданности я потерял контроль, распахнул глаза, и магия тут же развеялась. Посмотрел на Изаму с удивлением, но тот даже бровью не повёл.

— Так, нихрена ж себе… — снова вздохнул поглубже, чтобы успокоить нервы. — Попробуем ещё раз…

Ещё один вздох, пульс успокоился. Закрыл глаза, сосредоточился и почувствовал, как магия снова побежала по нервам.

На это раз удалось сдержаться. Шагнул на ближайший брусок, выбросил часть энергии, повинуясь чутью, и, как ни странно, это сработало. Перепрыгнул на следующий брусок. Глаза держал закрытыми, двигался по памяти, чтобы не сбить концентрацию.

Снова получилось!

Ещё один. И ещё. Нахлынула радость, даже невольно осклабился и…

Плюх!

Стоило только отвлечься на мгновение, и я оказался по шею в воде. До берега додзё оставалось ещё две трети пути.

— Неплохо, Игорь-сан, — Изаму скупо кивнул. Азуми переводила таким же сдержанным тоном. — Возвращайся и пробуй снова.

И я пробовал.

На второй раз удалось добраться до середины. Но слишком разогнался и не поспевал за собственной магией. Выпустил энергию прямо в воду, она взметнулась вихрем и обрызгала меня, додзё и обоих Такед… или Такедов? Как правильно склонять, интересно?

К стыду своему признаюсь, что этот вопрос стал причиной краха третьей попытки. Он возник из ниоткуда и почему-то очень отвлёк от дела. А ещё показалось очень смешным слово «Такедов». Вспомнился мем «Рыбов продаёте?», но поделиться опять было не с кем. Мемы в этом мире до сих пор не придумали.

Но на четвёртый раз всё-таки удалось! Весь мокрый, в одних штанах, босой, я ступил на крыльцо додзё и только затем открыл глаза. Изаму слегка улыбался, глядя на меня снизу вверх. Я на голову был выше, но в отношениях ученик-учитель это не имело никакого значения.

— Сэнсэй, — я почтительно поклонился.

— Хорошо. Очень хорошо, Игорь-сан, — на этот раз Изаму говорил сам. С жутким акцентом, но всё равно приятно. — Я боялся, что не получится.

Он кивнул, развернулся и пошагал внутрь.

— Прошу, — пригласила Азуми.

Додзё представляло собой помещение с просторным татами по центру. Причём это были не мягкие маты, а прессованная рисовая солома. От краёв татами до стен оставалось примерно полметра, а на самих стенах висели стойки с оружием. Мечи, копья, нагинаты, какие-то крюки на цепях, серпы, шесты…

У меня появилось нехорошее предчувствие, что всем этим будут меня бить.

Изаму стоял напротив меня, на противоположной стороне татами. Азуми села сбоку, у подножия, и продолжала переводить.

— Ты понял, почему смог использовать магию?

— Да. Физических сил почти не осталось, поэтому получилось её почувствовать.

Изаму кивнул.

— Ты привык пользоваться мышцами и достиг в этом определенного результата. Это очень хорошо. Крепкое тело — одна из основ магии. Но сама магия куда сложнее. Её нельзя напрячь как руку. Мы не учимся ею управлять с рождения, потому что она не часть нас самих. Но она может нам подчиняться. Поэтому пришлось сосредоточить тебя на одной цели и отделить от всего, что могло помешать ей.

Это он про мои обязанности министра магоснабжения и Алёну, которая уже несколько дней как прибыла в Токио, но мы до сих пор не увиделись. Такеда сказал, что первый шаг в освоении магии самый важный, поэтому пришлось отложить всё, кроме тренировок.

— Но магия связана с телом, — продолжал сэнсэй. — Поэтому самый быстрый путь освоения магии — объединить её с движениями.

В подтверждение Изаму сделал шаг вперёд, скользнув по полу, и в меня устремился порыв ветра, сдувший капли влаги с плеч.

А затем он встал в боевую стойку и сказал по-русски:

— Подойди.

На затылке волосы встали дыбом — от него повеяло опасностью. Почему-то мне показалось на миг, что он был готов меня убить.

Магия прибавила тонуса. Ноги и руки вернули часть силы, так что пободаться в рукопашной я вполне мог.

Подошёл на расстояние удара, встал в стойку. Не такую красивую, как у Такеды — его поза напоминала что-то среднее между каратэ и кунг-фу. У меня же была левосторонняя стойка. Как-то так повелось, что, будучи по жизни правшой, в боевых искусствах я дрался как левша. Почему-то она оказалась удобнее. То есть ведущая рука у меня была правая, и правая же нога стояла впереди.

— Маги способны использовать все стихии, но лишь одна будет главной, — продолжал сэнсэй. — Тебе ещё предстоит найти её, но сейчас посмотрим, на что ты способен, Игорь-сан.

И только Азуми закончила переводить, как Изаму атаковал.

Его движения были быстрые, точные, резкие и вместе с этим плавные. Прямой удар, удар с ноги под колено, удар с разворота…

Но для меня не составляло особых проблем защититься. Сэнсэй не использовал магию — просто дрался. На очень хорошем уровне, надо признать, но не в полную силу. У него были бреши в защите, но я не успевал ими воспользоваться. Усталость всё равно давала о себе знать.

Мы закружились по татами. Огрубевшие стопы после пересечённой местности, коряг, камней и прочих радостей местной округи наслаждались, будто скользили по мягкой перине.

Затем сэнсэй перешёл к борьбе. Тут уж пришлось куда сложнее, потому что он усилил напор. Однако я всё равно не позволил подловить себя ни разу.

Спарринг был интенсивным, но недолгим. Так же резко Изаму разорвал дистанцию и вернулся на свой край платформы.

Он выглядел совершенно спокойным, дышал ровно, будто ничего не происходило. А вот я запыхался. Энергия, полученная от магии, почти иссякла, и не знаю, сколько бы ещё удалось продержаться в таком темпе.

— Где ты научился этому искусству? — спросил Изаму.

— Во многих местах, — ответил я уклончиво.

Хотя это было правдой. Ещё со школьной скамьи занимался единоборствами, потом армия, война… Когда ушёл на гражданку, продолжил учиться, чтобы не терять форму. В новом теле не все нейронные связи успел разработать, но быстро навёрстывал.

Изаму не стал расспрашивать. Просто кивнул, что-то сказал своей дочери, и мы отправились в дом.

Обратно я уже без проблем проскакал по брускам, однако Изаму с Азуми просто прошлись по воде, как ни в чём ни бывало.

━—━—༺༻—━—━

 

— Благодарю. — Я поднял чашку с горячим ароматным чаем и сделал небольшой глоток.

Приятное тепло разлилось по телу. Я с наслаждением выдохнул и улыбнулся. Наконец-то у меня заслуженный отдых!

После очень тяжёлой недели я принял горячую ванну, наелся, выспался и теперь вот, под вечер, сидел у низкого столика, наблюдая за ритуалом чаепития.

Азуми наполнила чашки отца, Медведя, Аико, и только затем налила порцию себе. Сначала все молча выпили по чашке, наполнили их ещё раз, и наконец-то наступило время беседы.

Эти японцы оказались жутко неразговорчивым. Сколько я ни пытался задать вопросы Такеде, он откладывал их на потом. Мол, не время. Если бы он не вызвался меня обучать, я бы уже давно не интересовался, а требовал. Однако теперь он был моим учителем, а это для меня не простой звук.

И, кстати, об этом…

— Изаму-сэнсэй, вы до сих пор не объяснили, почему вызвались мне помочь, — сказал я, поставив чашку на деревянную дощечку.

— Твой меч, — ответил он по-русски.

— Меч?

Аико тоже навострила уши.

— Отец знал мастера Кодзия, — пояснила Азуми. — И узнал ваш меч, как только увидел. Его заинтересовало, как именно он попал к вам, ведь мастер остался на землях, занятых англичанами.

— И вы решили спросить только сейчас? — удивился я.

— Всему своё время, — ответил Такеда. И взглянул на Аико. — Мой меч тоже сделан твоим отцом. Я не знаю мастера лучше него.

Аико печально улыбнулась и опустила взгляд. Рана от потери отца была слишком свежей. Возможно, поэтому Изаму и не стал расспрашивать сразу.

Повисло молчание. Сэнсэй нахмурился. Наверное, подумал, что рано завёл об этом разговор.

Но тишину прервал Медведь. Обиженно проворчал в мою сторону:

— Кстати, ты должен мне меч.

— С чего это⁈

— Я тоже сражался! — наигранно возмутился он.

Выглядел он так, словно мишке не досталось мёда, и он сильно обиделся. Я не сразу понял, но, когда Аико сдержанно хихикнула, прикрыла рот ладонью. Даже Изаму улыбнулся, хотя Азуми так и не решила, стоит ли переводить ему или нет.

— Мне было интересно, как он к вам попал. Я наблюдал за вами на протяжении всего Совета и пришёл к выводу, что Ханма сам отдал меч. Он умел видеть сущность людей, ведь он кузнец.

В чём связь, я не понял, но спрашивать не стал, потому что Такеда, сделав ещё один глоток, продолжил говорить:

— А когда увидел Аико, понял всё без слов. — Изаму снова обратился к девушке: — Ты очень похожа на свою мать. С ней мы тоже были хорошо знакомы.

Он не спрашивал, что именно случилось с Ханмой. Не спрашивал, кто виноват, и почему он отправил свою дочь со мной. Такеду не интересовали подробности, ему было достаточно результата.

Я осушил ещё одну чашку и призадумался.

Если бы не тайфун, не попасть мне в ту деревню. Неизвестно, что случилось бы и Аико и Ханмой, и стал бы Изаму мне помогать. И наверняка Крубский попытался бы вывести меня из себя. Вполне возможно, у него это получилось бы. И тогда моя миссия закончилась бы в самом начале.

У моей удачи очень странные методы.

— Но не только меч мастера Кодзия заставил меня помочь вам, Игорь-сан, — вдруг продолжил Изаму.

— И что же?

— Магоснабжение в Японии — не такая простая задача, как могло бы показаться. Это дело очень сложное и опасное. — Последнее сэнсэй выделил особенно. — Игорь-сан, прошу вас выслушать меня внимательно. От этого зависит судьба Японии. И наша с вами судьба.

Отправить