Глава 14

Я приехал в особняк, припарковал байк у лестницы, заглушил мотор и быстро поднялся ко входу, где меня встретил Арсений.

— Они там, наверху. Дина, кажется…

— Не в себе, да?

— Ещё как! Этот Гельд… что с ним такое?

— Там… всё сложно… — нахмурился я, шагая к лестнице на второй этаж.

Там, в коридоре, маячила Дина. Стояла возле двери, где, очевидно, находился Гельд. Увидев меня, она тут же оживилась, резко кинулась в мою сторону.

— Игорь почему ты не сказал…

— Тихо, — прервал я её. — Просто знай, что он не причастен к гибели твоих родителей.

— Откуда ты знаешь?

— Он же мне и рассказал. Короче, давай успокоишься и сейчас пойдём во всём разберёмся, лады?

— Хорошо, — кивнула она.

Арсений приобнял свою возлюбленную, что, кажется, действительно помогло и придало ей сил. И мы вошли в комнату.

Гельд сидел в кресле, в углу, и читал какую-то книжку. Его спокойствие было удивительным. И тем более удивительным, что здесь присутствовал… ло другое существо.

— Ты какого хрена здесь забыл, Хамелеон⁈

Этот крендель разлёгся на диване. Причём на своём собственном, и снова пил вино. Которое, по моим скромным расчётам, уже давно должно было закончиться.

— Как он сюда попал? — удивилась Дина.

Присутствие Хамелеона так сбило её с толку, что она даже не сразу вспомнила, зачем мы сюда пришли.

— Здравствуйте, Динара Алексеевна, — аккуратно закрыв книжку, пориветствовал Адам Сидорович.

— Ой, — вздрогнула Дина, — з-здравствуйте.

Она опустила взгляд и нервно вздохнула.

— Игорь… — насторожённо протянул Арсений, оглядываясь на Хамелеона.

Неужто он что-то почувствовал?

— Может, ты уже наконец-то объяснишь, кто этот твой друг?

— Сеня, давай как-нибудь в другой раз.

Я хотел замять эту щекотливую тему, потому что до сих пор не придумал, как объяснить этого засранца. Но тому, похоже, надоело сидеть в своей спальне, куда я его спрятал от расспросов.

— Меня зовут барон фон Шмидт! — вскочил вдруг Хамелеон. — Мы с графом Разиным познакомились в Японии, в одном увеселительном, хех, заведении…

Вот засранец! На меня с удивлением обернулись все присутствующие, поэтому пришлось подыграть. Но по своим правилам.

— Рядом с «увеселительным» заведением, — пробурчал я. — Этот… барон чуть не свалился мне на голову, когда убегал от вышибал из-за неоплаты определённых, кхм… услуг.

Ну, что, съел? Теперь любопытные взгляды устремились обратно к нему.

— Д-да… — неловко осклабился Хамелеон. — В тот день Игорь спас мою шкуру, и я поклялся отплатить ему за это доброй монетой. Но он до сих пор почему-то стесняется нашего знакомства. Подумаешь… Но что поделать, Ваше Сиятельство… — улыбнулся он Арсению. — Игорь у нас граф лишь на бумаге. Внутри он всё такой же простолюдин, как и был.

— Эй! — возразил я. Затем услышал лёгкий придавленный смешок со стороны Арсения и ещё громче возмутился: — Эй!!

— Но ведь это правда, Игорь… — пробурчал Бахтин.

— Да ну вас, — махнул я.

В любом случае Хамелеон смог сменить тему и немного разрядить обстановку. Даже Дина чуть расслабилась. Стоит перейти к делу.

— Адам Сидорович, если не хотите, чтобы Дина вас сейчас испепелила, предлагаю рассказать ей всё, что вы знаете о гибели её семьи. Прямо сейчас.

Гельд молча окинул нас всех взглядом, и я, угадав его мысли, добавил:

— Да, да, да, всем нам!

— Но, Игорь Сергеевич, информация — это ценность. А ценность — это… — Он сделал жест, потирая большим пальцем кончик указательного и среднего пальцев.

Вот еврейская душа!

— Да, согласен, информация — это деньги, — кивнул я. — Знаете, Адам Сидорович, я тут по пути в особняк проезжал мимо вашего… Ну, уже не вашего, бара. Кажется, его закрыли на реконструкцию, представляете?

Взгляд Гельда тут же похолодел, а глаза налились ненавистью. Не ко мне, конечно. К ситуации. Он понял, к чему я клоню. Время-то играет против него, и скоро от его прежнего теневого тунгусского княжества не останется ничего.

— В общем, я остановился спросить у ребят-строителей, что же они там хотят сделать. Неужели бар устарел… Но нет, представляете? Они хотят снести к чертям сам бар и открыть на том месте какой-то йога-центр. Ну, глядишь, это неплохо. Как-нибудь зайду размяться. Лишняя гибкость мне, наверное, не повредит.

Я театрально размял плечо и чуть-чуть крутанулся в поясе, а затем Гельд процедил стальным тоном:

— Хорошо. Я всё расскажу.

Короче говоря, вся кодла, которую недавно пересажали, получила по заслугам. На Земских около тридцати лет назад началась настоящая охота. Различные мелкие и не очень коммерсы, объединившись, начали выдавливать их со сфер влияния в Тунгусе, но наткнулись на ожесточённое сопротивление. Земские успешно противостояли соперникам, около десяти лет они отбивались от постоянных нападок. Выгрызали своё право на Тунгус, оставленное далёкими предками. И тогда их враги решили действовать иначе.

Они обратились за помощью к неизвестной силе, сумевшей переломить ход противостояния. Ну, тогда Гельд ещё думал, что она неизвестна, теперь мы уже понимали, что это был род Загорских. В итоге на Земских сделали крупный заказ через третьи, а то и четвёртые руки, проникли сначала в бизнес, затем в окружение, а потом уже оставили годовалую Дину сироткой.

Она, собственно, тоже считалась погибшей. Но оказалось, что дядя Миша, он же Михай, успел вывести ребёнка и даже отдал на воспитание своей сестре из Новосибирска.

Дина слушала этот рассказ, понурив голову.

— Так что я действительно хотел вам помочь, — закончил Гельд. — Естественно, не без личной выгоды, но все же…

— Но всё это вы могли рассказать мне раньше, — тихо, то ли с обидой, то ли со злобой в голосе проговорила Дина.

— Наверное, это и стоило сделать. Быть может, я бы и не оказался в той ситуации, — его голос приобрёл едва сдерживаемую ярость, — когда мой бар превращают в какой-то…

— Да, это они с вами, конечно, жёстко поступили, — вступил я. — Но, боюсь, словами тут не помочь. Нужны доказательства.

Гельд отложил книгу в сторону и серьёзно задумался.

Хамелеон тем временем откупорил очередную бутылку, предложил всем угоститься, но мы отказались.

Арсений тоже очень сильно задумался. Видно было, как ему больно смотреть на свою возлюбленную, которая мучается из-за текущей ситуации и совершённых ошибок. По сути, она провела кучу времени с виновниками гибели её родителей и даже помогла им закрепиться в Тунгусе.

Я же пытался осмыслить ситуацию в целом, ведь для остальных нужно было победить только Загорских. А для меня существует ещё один противник, очень серьёзный. И без тех же Загорских с ним будет сейчас сложно справиться.

Змей продолжает засылать на Исток стаи тварей. Судя по всему, он проводит что-то вроде разведки боем. Охрана Истока кое-как справляется, но не без поддержки боевой группы Загорских.

Видно, что для них этот объект действительно важен, и сил они прилагают немало. Поэтому складывается дилемма. Если получится убрать Елизавету слишком быстро, может не хватить времени на установку Антитворца.

Вдруг Змей действительно решит натравить на нас всех тварей тайги? У меня, конечно, крутые ребята, но даже они не смогут справиться со всеми демонами Сибири. А может, он изобретет ещё что-нибудь похуже… И тогда попробуй придумать, как этого гада обратно в его измерение отправить.

Причём Хамелеон тут не помощник. По его же словам, он прибыл только для того, чтобы правила этой грёбаной игры соблюдались.

«Со Змеем тебе придётся справиться самому, Игорь, — заявил он, когда мы сидели на террасе. И да, даже тогда он снова притащил свой диван. И, несмотря на двадцать пять градусов мороза, вольготно растянулся на нём в одном халате и тапочках, попивая винцо. — Если же он нарушит эти правила, я, конечно же, подключусь. Но не более того».

От раздумий меня вырвал Адам Сидорович, он вдруг ожил и воскликнул:

— Знаю! Есть кое-что, что мы можем использовать!

Мы все отвлеклись от своих дум и внимательно уставились на него.

— Есть, есть! Когда вся эта ситуация вокруг Земских сгущалась, я собирал компромат на случай, если меня постараются привлечь к тёмным делишкам Жадова и его своры. Тогда пронесло. А позже я не был уверен, что замешаны именно Загорские, поэтому решил не прибегать к этим документам. Но теперь…

— К делу, Гельд! К делу! — поторопил я его. — Подумаешь о мотивах потом.

— В общем, — вздохнул он, — есть компромат, который нам определённо поможет. Но добраться туда будет не очень просто. Я бы сказал, крайне тяжело.

— Почему же? — нахмурился я.

— Потому что место, в котором спрятаны документы, сейчас принадлежит Загорским. Это главное здание их компании в Тунгусе.

━—━—༺༻—━—━

 

г. Тунгус, городская больница.

— Здравствуйте, Ваше Сиятельство.

— Да, да, добрый день, Яков Станиславович.

— Вас что-то беспокоит? Тогда прошу извинить, но я принимаю только по записи и в определённые часы…

— Нет, нет, нет. Я по другому делу, очень важному.

— Тогда излагайте.

Азуми предупредила Якова Станиславовича, что в больницу придёт человек от Загорских. Но что сюда явится сам Константин Лазаревич Гроздин, считай, правая рука княжны, он явно не ожидал.

— Я хочу навестить одного пациента. Василий Петрович, помните такого?

— Да, да, конечно, — кивнул Яков Станиславович. — Но позвольте спросить, а зачем он вам? Насколько я знаю, вы не состоите с ним в родственных отношениях.

— Да, это так, — Гроздин выглядел нервно. Кажется, ему приходилось сдерживаться, чтобы не отпихнуть доктора в сторону. — Но Василий Петрович, можно сказать, мой ближайший коллега. Обе наши компании выполняют очень важную роль, обеспечивая магией весь Тунгус. А в дальнейшем почти всю Сибирь. Её Сиятельство Елизавета Аркадьевна обеспокоена состоянием этого человека.

Ага, обеспокоена, подумал про себя Яков Станиславович. Обеспокоена, как бы состояние не улучшилось.

— Поэтому, — продолжал Гроздин, — я уполномочен выяснить, какова текущая ситуация. И прошу также предоставить его историю болезни.

— Но позвольте, зачем?

— Дело в том… — процедил Гроздин, ему явно приходилось прилагать усилия, чтобы держать себя в руках, — что Елизавета Аркадьевна готова оказать посильную помощь Василию Петровичу. У рода Загорских есть определённые ресурсы и связи. При наличии полных данных о болезни Василия Петровича, возможно, мы сможем подобрать ему лечение или раздобыть необходимое оборудование.

— И всё же не понимаю вашего беспокойства, — нахмурился Яков Станиславович. — Как вы, думаю, знаете, у нас в больнице проходит временную практику маг-целитель, графиня Азуми Разина.

— Да, я слышал. Только вот она ничего не смогла сделать.

— В мастерстве госпожи Разиной сомневаться не стоит.

— Без сомнений, — Гроздин аж оскалился, сжав кулаки от нетерпения. Доктор на мгновение действительно испугался, что ему вот-вот прилетит по зубам. — Однако стоит заметить, что в империи есть и другие маги-целители. Которые обладают куда большим мастерством, чем графиня Разина.

— Ну что ж, — кивнул Яков Станиславович, изображая сдачу позиций, — тогда не смею вас задерживать. Пройдёмте.

И вскоре они вошли в палату. Граф Гроздин с сомнением подошёл к койке, нахмурился и тихо, будто боясь разбудить пациента, сказал:

— Выглядит как будто уже умер.

Серая кожа обвисла на тощем теле. Раньше Василий Петрович был довольно упитанным мужчиной, но теперь он выглядел как полупустой мешок.

Гроздин подмечал действие яда, который подмешал в любимые папиросы Василия Петровича. Это был редкий яд и довольно дорогой. Назывался он «Трава Аросбиса». Этот яд был примечателен тем, что он действовал не сразу, но вызывал привыкание, словно наркотик. Он рос в только в определённом месте Африки.

Местные племена использовали эту траву, чтобы «общаться» с духами предков, как они уверяли. Собственно, для их шаманов действие травы не было таким губительным. Тем более что все они были магами. А вот для обычных людей…

Прочих ждала участь этого вот серого, почти сдохшего любителя покурить дорогие кубинские сигары. Которые он наверняка зажигал всё чаще в последние пару месяцев.

Гроздин едва сдержал ухмылку, но вместо неё состроил печальную гримасу и тихо проговорил:

— Похоже, у нас очень мало времени.

— Да, это так, — вздохнул Яков Станиславович. — Как скоро мне ожидать запрос от рода Загорских?

— Ах да, дело вот в чём… — Гроздин повернулся к доктору лицом и пристально на него посмотрел: — Официальный запрос запустит неповоротливую машину бюрократии, и мы потеряем драгоценное время. Будьте так добры, не могли бы вы дать мне все необходимые документы…

— Неофициально? — продолжил за него Яков Станиславович.

— Да, именно так. Официальный запрос можете прислать попозже. Я же пока отправлю всё госпоже Загорской, и мы постараемся помочь Василию Петровичу как можно скорее.

Яков Станиславович сделал вид, что сомневается. Якобы в нем боролись чувство долга врача, обязанного спасти даже такого сложного пациента, и человека, находящегося в системе, ведь отдать постороннему историю болезни пациента — довольно серьёзное преступление.

Хорошо, что у Василия Петровича были две истории болезни.

— Да, да, Константин Лазаревич, я согласен. Единственное, мне понадобится время.

— Конечно, понимаю, доктор. До завтра времени хватит? Я пришлю своего человека, ему всё и передайте. Хорошо?

— Договорились.

Они обменялись рукопожатиями, и граф, скинув камень с души, покинул больницу.

━—━—༺༻—━—━

 

Город Тунгус, городская больница, палата Василия Петровича, тридцатью минутами позже.

Азуми провела руками вдоль тела Василия Петровича, и тот на глазах начал приобретать нормальный, здоровый оттенок кожи. Он резко вздохнул:

— Х-ха-а-а-а!.. Азуми, что это было? — проговорил он тяжёлым хрипом, немного восстановив дыхание. — Я будто ящик водки в одно рыло выжрал и заработал самое тяжёлое похмелье за всю свою жизнь!

Закончив первый этап пробуждения, Азуми коснулась его лба, и тут лицо Василия Петровича разгладилось в облегчении. Он даже улыбнулся.

— Вот теперь хорошо. Спасибо, Азуми… Ну, теперь я знаю, у кого в гостях можно не ограничивать себя в алкоголе, хех!

— Нет уж, — серьёзным тоном проговорила Азуми. — Я не использую магию ради таких забав, Василий Петрович. Так что если вы заявитесь к Игорю с целью нажраться, то утром будете справляться с последствиями без моего участия.

— Эх, понял, понял… — вздохнул Петрович. — Один почти не пьёт. А другая от похмелья отказывается лечить. — Он сделал небольшую паузу, после чего добавил: — Спасибо тебе.

Азуми улыбнулась и отошла на шаг назад.

— У нас получилось? — добавил Василий Петрович.

— Да, получилось. Кажется, он поверил.

На самом деле пришлось рисковать. Азуми не была до конца уверена, что организм Василия Петровича выдержит такие нагрузки, но всё же она положилась на собственное мастерство и погрузила его практически в предсмертное состояние с теми признаками, которые должен был вызвать яд Змеиной травы.

Вот только интересно, откуда у Загорских этот яд? Он рос только в одном месте в Японии, и знали об этом только люди из клана Такеда. Чаще всего его использовали, чтобы даровать приятную тихую смерть безнадёжно больным, которые мучились от сильных болей. Азуми поэтому не сразу смогла разгадать этот яд. А когда рассказала о нём Игорю, тот что-то хмыкнул и состроил у себя в голове очередной план.

«Вот и проверим Кленового, — подмигнул он. — Соврёт или нет?»

— Да… — пробухтел Василий Петрович, вырвав её из раздумий. — Это ж сколько пельменей мне придётся сожрать, чтобы вернуть свою прекрасную форму?

Он с недовольством ощупывал обвисшие щёки.

— Пельмени? — удивилась Азуми. — Игорь тоже их любит.

Петрович хмыкнул:

— А от кого, ты думаешь, ему передалась любовь?

━—━—༺༻—━—━

 

Итак, что мы имеем? Здание Загорских очень хорошо защищено.

Мы Бахтиным сидели в машине дальше по улице, и думали, как пробраться внутрь, попутно записывая график патрулей и караула.

Все же я решил прикупить для себя четырёхколёсного друга. Мой байк слишком узнаваем и выделялся на дороге, особенно в зимнее время. Выбор пал на аккуратный и манёвренный «Барс». Слишком уж мне приглянулась эта модель. К тому же под рукой оказался опытный специалист, готовый тюнинговать моего железного коня по полной программе.

Так что у Гордея я забрал готовый, можно сказать, заводской экземпляр и отдал на пару дней Сане, который сотворил с ним что-то невообразимое. Под присмотром, между прочим, Бориса Борисовича, насколько я знал, так что байк должен нас ещё удивить.

— Записывай. «Лысый перец» снова отправился за кофе, — мы не знали имён, поэтому придумали каждому охраннику прозвище. — Похоже он это делает почти каждый час. Они там что, кофейные наркоманы что ли? — удивился я, отхлебнув… кофе.

Надо будет за собой также последить. Вдруг чего интересного увижу?

Короче, ситуация складывалась интересная. Охрана там крепкая, да и весь периметр напичкан творцами сигнализации и обнаружения. А ещё здание стоит практически в центре города, поэтому незамеченными подобраться довольно тяжело.

Интересная задачка. Можно сказать, задачка со звёздочкой. Но, думаю, я с ней справлюсь. Тем более что у меня внутри там есть засланный казачок-извращенец. Вот только согласится ли он провести нас внутрь? Сильно сомневаюсь. Сейчас Кленовый сотрудничает с нами только по двум причинам.

Во-первых, чтобы княжна не узнала о его увлечении, ведь тогда его ждёт суд пострашнее государственного. Во-вторых, чтобы мы не заявились к княжне с намерением устроить ей прогулочку по тайге. И что-то мне подсказывает, безопасность своей госпожи Кленовый поставит куда выше, чем риск навести на себя её же гнев.

Черт, как же его все-таки зовут? Постоянно забываю, вот просто в одно ухо влетает, в другое вылетает.

— Арсений, — окликнул я.

— Да, Игорь?

— Ну, у тебя как, есть идеи?

— Идеи, идеи, идеи… Этот орешек будет нелегко вскрыть. Ну, мы же инженеры, — хмыкнул он. — Найдём решение, я так думаю! Устроим плановые ремонтные работы и случайно обесточим, скажем, весь квартал. Как тебе?

— Молодец, — кивнул я. — Вот только кабели здесь не наши, а Загорских. Вряд ли нас пустят проводить какие-нибудь работы на их территории.

— Ну а кто их спрашивать-то будет? — хищно оскалился Арсений.

Кажется, я на него влияю. Положительно или отрицательно, ещё не понял, но вообще меня радует, как он возмужал. Надеюсь, Дина только поспособствует этому преображению.

Вообще, у меня была кое-какая мысль, которую следовало ещё проверить. Поэтому я повернул руль и тронулся с места.

— И куда мы теперь? — спросил Арсений.

— Посетим одно местечко. Помнишь, как я вас гонял перед битвой в Осакском заливе?

— Ага, помню… — кажется, Арсений немного поёжился.

— Вот мне сейчас потребуется что-то похожее. А ещё сделаем Адаму Сидоровичу небольшой подарок.

— Это какой? — поинтересовался Арсений.

— Задержим стройку этого, демоны его раздери, Йога-центра!

Отправить