Глава 11

Сказать, что я был поражён происходящим до глубины души — означало бы соврать. Не просто соврать, а вот прямо НАГЛО!

Потому, что в этой ситуации мне больше всего хотелось просто встать, оплатить счет и уйти. И, к своей чести замечу, что я даже попытался это сделать.

— Но-но-но, Александр, — усмехнулся Браницкий, надавив мне ладонями на плечи с такой силой, что меня буквально пригвоздило к стулу без какой-либо возможности подняться с него. — Ты что? Совсем не рад меня видеть?

— О, ещё как, — быстро съязвил я в ответ. — Меня аж чуть сердечный удар не хватил от радости.

— Ну ты не переживай, — лицо Браницкого растянулось в предвкушающей улыбке. — То ли ещё будет.

Хотел было ответить, да не успел. Рядом с нами появился администратор ресторана. И в этот раз он был не один, а сопровождал другого, куда более дорого одетого господина. Вероятно владельца заведения.

— Ваше сиятельство, — поторопился тот поклониться графу. — Прошу меня простить, нас не уведомили о том, что вы приедете…

— Не переживай, Валентин, — с весельем в голосе отмахнулся Браницкий, предварительно хлопнув меня по плечам так, что я думал, что у меня сейчас позвоночник в штаны высыпется. — Я и сам не знал, что зайду. Мой сегодняшний визит можно назвать… Ну, даже не знаю. Счастливым случаем, не иначе.

Сказав это, он повернулся ко мне и с хитрецой в глазах спросил заговорщицким тоном:

— Александр, ты же веришь в удачу?

— Если и верил, то у меня она…

— Ну, у тебя с ней сегодня определённо проблемы, — перебил меня Браницкий с очередной улыбкой, после чего повернулся к Валентину. Тот отреагировал мгновенно.

— Я сейчас же прикажу, чтобы подготовили ещё один столик, ваше сиятельство, — без запинки, словно зачитывающий доклад солдат, произнёс он, но Браницкий лишь покачал головой.

— Ой, да брось, Валентин. Зачем мучать твоих ребят? Просто принеси мне ещё один стул, и я сяду со своими друзьями. Они ведь не против? Не так ли, Александр?

— Вообще-то против, — спокойно ответил я, пока Виктор и девушки настороженно приглядывались друг к другу, вообще не понимая, что тут происходит.

Эх, мне бы их благостное незнание…

Впрочем, разумеется, что наш «дорогой друг» интерпретировал мой ответ сугубо по-своему.

— Видишь, Валентин, — Браницкий указал на меня. — Они не против. Так что неси стул. И выпить. Всё, как я люблю!

— Сию секунду, ваше сиятельство, — быстро ответил владелец ресторана. — Сейчас же исполним!

Пятый стул за нашим столом появился так быстро, что мы даже и глазом моргнуть не успели. Граф по-хозяйски уселся между мной и Виктором, сделав это, как я думаю, абсолютно умышленно.

И практически сразу же доказал мне правдивость этой теории.

— Если сейчас попытаешься сбежать, что-то выкинуть или ещё как-то испортить мне вечер, то я сожгу сначала твоего дружка, а потом и этих двух сук, — шепнул он мне настолько тихо, что никто другой просто был не способен его услышать. — Прямо здесь, за этим грёбаным столом. А потом подам их тебе, запечённых в собственном соку. Надеюсь, ты меня хорошо понял?

Я даже отвечать не стал. Просто кивнул и всё. Бывает, что человек говорит искренне. С абсолютной и убийственной честностью. Я достаточно хорошо разбирался в людях, как мне казалось, чтобы поверитьм как раз именно в такую искренность.

И я поверил.

Как бы глупо это ни прозвучало, но в его взгляде я увидел именно такую вот, чистую и жестокую честность. Это даже словами описать трудно. Просто почему-то именно в этот момент я прекрасно понимал, что этот долбаный безумец ни фига не шутит. Вот от слова «совсем».

— Ну и отлично! — граф хлопнул в ладоши, и как раз в этот момент подошёл официант, принеся на серебряном подносе бокал и бутылку с чем-то янтарным. — Ну что? Давайте знакомиться? Александр, не представишь меня своим спутникам? Чего молчишь? Ой, да будет тебе, я тогда сам начну.

Браницкий просто повернулся к Виктору и по-простецки протянул ему ладонь.

— Константин Алексеевич Браницкий. Граф, миллионер, филантроп.

— Эм-м-м-м…

Видно, что Виктор растерялся. Встретился со мной взглядом, будто спрашивая: «Чё тут вообще происходит⁈» Эх, дружище, хотел бы я, чтобы у меня был ответ на этот вопрос. Очень хотел бы.

— Да не тушуйся ты, парень, — подмигнул ему граф. — Я не кусаюсь.

— Виктор, — сказал друг, осторожно пожимая протянутую руку. — Димитров.

— Ну вот видишь, — прямо-таки тепло и дружески улыбнулся Браницкий, после чего повернулся к сбитым с толку девушкам. — Так, а что у нас тут за два столь прекрасных цветочка? Александр, ну что же ты. Представь меня прекрасным дамам, не томи.

Сука… Он натурально издевался. Но что тут делать-то? Я ощущал себя одной ногой в капкане и окруженный волками. Голодными и очень зубастыми. Которые подбирались всё ближе и ближе.

— Александра Романова, — сама осторожно представилась Саша, бросив взгляд на Виктора, но тот лишь пожал плечами, сам не понимая происходящего.

— Очень приятно, барышня, — расплылся граф в искренней улыбке. — Очень. Прямо горю от восторга перед вашей красотой!

После чего повернулся уже к Вике.

— Та-а-а-а-к, — вдруг сказал Браницкий и пригляделся к Вике. — Я тебя уже где-то видел. Нет, ну точно видел! Руку даю на отсечение… Точно! Ты же у Князя работаешь! Александр, дружище, ты что? По официанткам бегать начал? Нет, нет, нет, негоже сыну таких людей бегать по каким-то дурочкам.

Браницкий замолчал. Задумался. Скользнул взглядом по Вике и прежде чем та успела возмутится продолжил.

— Хотя не могу не отметить, что тут есть чем полюбоваться…

— Слушай, чё тебе надо, а? — не выдержал я. — Если это всё из-за Эри, то…

— Ой, да чёрт с ней, — отмахнулся он от моих слов. — Ушла и ушла. Что теперь, горевать? О, нет. Лучше жить дальше, Александр. Жить дальше и веселиться…

— Так может быть допьёшь свой коньяк где подальше, а мы пойдём? — предложил я. — Ну знаешь, жить дальше и веселиться.

Он уставился на меня с таким видом, будто действительно раздумывал над моим предложением.

— А знаешь, что? — задумчиво произнёс он. — Не. Не думаю.

Ну конечно же. Кто бы сомневался.

— Видишь ли, Александр, — не торопясь и чуть ли не лениво растягивая слова, продолжил он. — Ты забрал у меня любимую игрушку. Тупую. Порой скучную. Иногда непослушную. Но любимую. И я вот страсть, вот прямо до зубного скрежета, как не люблю, когда у меня их забирают. Прямо пылаю от злости в такие моменты, если ты меня поинмаешь.

Он по-приятельски наклонился ко мне.

— Смекаешь, к чему я?

— Что тебе нужно? — снова спросил я. — Хочешь очередную игру или…

— О да, конечно! — он распахнул глаза и в предвкушении облизнул губы. — Игра! Конечно! Поверь мне, Александр. Мы поиграем. Ещё как поиграем. Но до тех пор я хочу повеселиться.

Он резко повернулся к столу.

— В конце концов, у нас же тут свидание? Нет? Посиделки? Не, всё-таки свидание. Уверен, что ты со своей официанткой, а наш дорогой Виктор, значит, с этой прелестной барышней, да?

Браницкий повернулся к Виктору.

— Осторожнее, дружище, — достаточно громко, чтобы услышал каждый из присутствующих за столом, шепнул ему Браницкий. — С ними нужно держать ухо востро. А то, как только дьявол увидит, что ты побеждаешь, он сразу же пошлёт тебе женщину. А уж такую, как твоя Александра… Уфффф. Надо остерегаться.

— Так что? — неожиданно для всех и с вызовом в голосе спросила Вика. — Вообще что ли жить тогда в одиночестве?

— Я, милочка, очень неплохо, знаешь ли, живу, — усмехнулся граф, откинувшись на спинку стула. — И делаю это как раз таки один. И весь мир и деньги у моих ног.

— Что толку от денег и мира, если ты сдохнешь в одиночестве? — спросил я и постарался сделать это как можно более резко, чтобы перевести его внимание с Вики на меня от греха подальше.

— Эх, Александр, — Браницкий хлопнул меня по плечу ладонью, будто мы были старыми друзьями. — Молодой ты ещё. Неопытный. Запомни, ты можешь потерять очень много денег и весь этот мир, гоняясь за женщиной.

Браницкий поднял бокал и поднял его в коротком салюте, адресованном обеим девушкам.

— Но ты никогда не потеряешь женщину, гоняясь за деньгами и всем этим богом проклятом миром.

Браницкий одним глотком опустошил бокал и с громким стуком впечатал его в стол.

— Эх, хорошо! — воскликнул он. — Ну что⁈ Поехали развлекаться!

— Эм-м-м-м, — осторожно начал Виктор. — Боюсь, что мы не сможем. Мне завтра нужно в клинику…

— Да, простите, ваше сиятельство, — в тон ему поспешно добавила Саша. — Но у меня завтра университет и…

Я даже пытаться не стал.

Браницкий посмотрел на них с настолько снисходительной улыбкой, что у меня чуть зубы не свело.

— Ребятки, вы, кажется, не поняли. Мне на это насрать, — произнёс и рассмеялся, глядя на них. — Мы. Едем. Развлекаться.

— Я поеду, — произнёс я, поднимаясь со стула. — Хочешь поиграть? Хорошо. Поехали. Без проблем.

И так понятно, чего он добивается. Да он даже от происходящего сейчас кайф ловит. Так что дам ему то, что он так хочет, но хотя бы… ага, конечно. Разбежался.

— О, нет, нет, нет, Александр, — с чувством произнёс граф. — Мы поедем все вместе. Чтобы, так сказать, показать тебе всю пугающую глубину твоей ошибки. Нельзя брать и ломать чужие игрушки. Совсем нельзя. Я ведь тебе уже говорил, что у всех решений есть последствия. У всех…

* * *

Машина резко свернула на повороте. Браницкий вдавил педаль газа до упора, и заряженный по самое не могу четырёхдверный седан рванул по проспекту.

— Куда мы едем? — спросил я.

— Секрет, — отозвался сидящий за рулём граф. — Ведь если расскажу, то никакого сюрприза не получится.

Я глянул в зеркало заднего вида. Туда, где на заднем сиденье прижавшись друг к другу сидели Виктор, Саша и Вика. А я, разумеется по щедрому предложению хозяина машины, занял место рядом с ним спереди. И отчаянно думал, что делать дальше.

Браницкий даже слушать ничего не хотел. А когда я попробовал аккуратно убедить его в том, что без проблем пойду с ним, пусть только ребята спокойно уйдут, получил напоминание о том, что с нами будет, если я начну ерепениться.

И опять, как бы глупо это ни прозвучало, но я ему поверил. Одно дело, когда тебе это говорит чёрт знает кто, но Браницкий… Я верил ему на слово. Вот так просто. Просто понимал, что в этот раз ему было плевать на правила и черту, которую он мог бы пересечь со своими играми.

Ублюдок хотел отомстить и повеселиться за наш счёт. И я ничего не мог придумать, чтобы восприпятствовать ему.

Но всё равно пытался всеми силами придумать, что делать. Большой палец на правой руке будто бы сам собой коснулся надетого на указательном кольца, в котором хранился револьвер Князя.

— О, а я бы на твоем месте подумал получше, — хохотнул Браницкий и ещё больше увеличил скорость машины, пролетев перекрёсток на красный. Всё случилось настолько быстро, что сидящая сзади Александра вскрикнула. — Но знаешь, что? Давай. Вперёд!

Он повернулся ко мне, вообще перестав смотреть на дорогу.

— Достань пистолет и пристрели меня, — с полубезумной улыбкой произнёс он. — Может быть даже в этот раз тебе повезёт и ты действительно меня грохнешь. Но что будешь делать с машиной? А?

— Специально меня на место для смертника посадил? — уточнил я, и он рассмеялся ещё сильнее.

— Конечно! Разумеется, Александр! — Браницкий отвернулся и вновь посмотрел на дорогу. — Если ты снова испортишь мне игру, то я буду очень, очень, очень обижен. И обида моя будет смертельна.

Я убрал палец от кольца. В чём-то он прав. Может быть я и успею его пристрелить, но что делать с потерявшей управление машиной, да ещё и на такой скорости, не представляю вовсе. Выстрелю и мы все прямо тут же на ближайшем повороте об дом тонким слоем и размажемся.

Благо, как оказалось, ехать нам было не так уж и долго. Этот урод свернул ещё пару раз и через пять минут остановил машину.

Я выглянул в окно, чтобы понять, где мы находились. Нет, конечно же, я понимал, что мы где-то западнее центра города, но где именно и…

— Что? — не понял Виктор, уставившись на знакомую и горящую неоном вывеску над дверью. — Сюда?

Я тоже её увидел. И тоже узнал это место. Там, где всё началось.

«Рапсодия». Подпольное казино, где чуть менее полугода назад я обыграл Даумова и других в карты, выиграв полмиллиона рублей, а затем потеряв их всего через полчаса после выигрыша.

С того дня всё и началось.

— Что такое, Александр, — весело спросил граф. — Неужели забыл?

— Я помню, что это место принадлежит тебе, — глухо ответил я. — Ты говорил это во время одной из наших встреч.

— Именно, — кивнул он. — И именно здесь сегодня проходит одна игра. Среди тех, кто мне, так сказать, немного задолжал. И я хочу, чтобы ты в ней поучаствовал. Хотя знаешь что? Нет! Слово «хочу» не отражает всей полноты этого моего желания. Я прямо-таки настаиваю, чтобы ты в ней поучаствовал!

— Угу, — вздохнул я. — Только знаешь что?

— М-м-м? Что?

— Ты забыл одну вещь.

На лице графа вдруг появилось задумчивое выражение.

— Да? Какую? Вроде же всё на месте. Ты здесь. Твои друзья — тоже. Вроде бы всё так, как должно…

— Ага, — сказал я и поднял руку. — А ещё мы наконец доехали.

Большой палец коснулся кольца. Я специально поднял ладонь так, чтобы, когда пистолет материализовался из кольца, то его ствол был направлен этому мудаку в голову.

Указательный палец надавил на спуск… но почувствовал лишь пустоту. А Браницкий с задумчивым видом вдруг встрепенулся и посмотрел на меня.

— Точно! Вспомнил! — он сунул руку за отворот своего пиджака и достал оттуда небольшую серебристую подвеску, переливающуюся тёмно-синим. Какой-то кулон в виде небольшой четырёхконечной звезды с драгоценным камнем посередине. — Прости, но это не сработает.

Сказав это, он прокрутил подвеску на пальце, после чего поймал её и сунул себе обратно в карман.

— Видишь ли, я позаботился о том, чтобы всё прошло гладко, без сучка и задоринки. И я совсем точно не хочу, чтобы ты пристрелил меня раньше времени. А то будет не так весело.

— Сука, да ты просто конченый, — искренне произнёс я, глядя ему в глаза.

В ответ на это его улыбка лишь стала ещё шире.

— Да, я знаю, — с улыбкой ответил граф. — А теперь, будьте добры, валите из моей машины.

Будто ожидая этих его слов, дверь около меня открылась. Я почти ждал, что пара здоровых мордоворотов прямо сейчас вытащат меня на улицу, но ошибся.

— Прошу вас, — произнёс невысокий мужчина в костюме.

Виктору и девушкам также открыли двери двое других мужчин. Браницкий же выбрался наружу сам.

— Всё готово? — поинтересовался он.

— Да, господин, — поклонился один из них. — Все игроки уже доставлены и ждут только вас.

— Ну, не только меня, — граф ткнул в мою сторону пальцем. — У нас сегодня будет ещё один, так скзать, незапланированный участник.

Я заметил, как взгляд мужчины метнулся в мою сторону.

— Ваше сиятельство, смею напомнить вам, что все игроки были… зарезервированы заранее и в данный момент свободных мест нет.

— Ну не страшно, — отмахнулся от него Браницкий. — Освободим. Тоже мне проблема. А теперь пошли, ребятки. Госпожа Фортуна не ждёт опоздавших!

Вся процессия направилась к дверям клуба. Вика прижалась ко мне с одной стороны, а Виктор приобнял, словно пытаясь закрыть собой Александру.

От их эмоций мне стало чуть ли не тошно. Настолько им было страшно, что я сам едва не поддался чужим чувствам и в очередной раз за вечер проклял себя за недальновидность.

Как⁈ Откуда тот гад здесь⁈ Князь же сказал, что он улетел куда-то! Получается, ошибся⁈ Или нет? Всё смешалось в голове.

— Саня, что происходит? — спросил Виктор, пока мы шли ко входу.

— Ничего хорошего, — вздохнул я. — Я постараюсь нас вытащить, но…

— Ну вот и пришли! — Браницкий прошёл через открытые для него двери. — Давайте, заходите.

Я ещё с прошлого раза хорошо запомнил это место. Нас завели в просторный холл, откуда можно было попасть в главный игровой зал, бар и пару помещений поменьше, предназначенных для закрытых, привычных игр. Там я не был. В прошлый раз игра проходила как раз в главном зале.

И, похоже, что сегодня мне предстояло сыграть тут снова. Только в этот раз ставки будут несравнимо выше…

Отправить