Глава 7

— М-м-м… красное вино.

— Я же знаю, что ты любишь каберне.

— Всё-то ты знаешь.

— Такая работа, — улыбнулся Роман, опускаясь в кресло в собственной роскошной гостиной и передав один из двух бокалов сидящей напротив женщине.

— Спасибо, — улыбнулась Ольга.

Она сделала глоток и на мгновение зажмурилась от удовольствия, наслаждаясь вкусом напитка.

— Потрясающе, — резюмировала она, облизнув губы, при этом не сводя взгляд с собеседника. — Пожалуй, чуть более терпкое, чем я люблю, но вкус всё равно потрясающий. Эх, хорошо быть аристократом. Можешь позволить себе бутылку вина стоимостью в мою месячную зарплату.

— Если тебе так понравилось, то могу подарить парочку, — усмехнулся Лазарев, сделав глоток из собственного бокала. — У нас в погребе найдётся несколько ящиков, так что от нас не убудет.

— Ох, как у тебя всё просто, — покачала головой Светлова.

— Это лучше, чем когда всё происходит сложно, — в ответ ей усмехнулся Роман.

— Даже в деле с РНК и Румянцевым? — вдруг спросила она, чем вызвала у Лазарева короткую вспышку подозрительности.

— Зависит от того, что именно тебя интересует, — уклончиво ответил он.

— Меня интересует, Рома, тот факт, что в этом деле слишком много тёмных пятен, — произнесла она. — И слухов. Особенно слухов. И только не надо делать такое лицо…

— Какое ещё лицо?

— Вот такое, с надписью «я совсем не понимаю, о чём ты говоришь». Я не дура.

— Я этого и не говорил.

— Но подумал бы, дай я тебе такую возможность.

Роман поджал губы. Вечер вдруг стал не таким приятным, каким был всего несколько минут назад.

— Оль, чего ты от меня хочешь?

— Я хочу оценить риски. — Светлова закинула одну стройную ногу на другую и откинулась в кресле. — Ты предложил мне работу у вас. Я это ценю…

— Ты не ценить должна, а благодарить, — довольно резко поправил он её. — Тебе и без меня должно быть прекрасно известно, что выше своего текущего места ты у себя в компании не продвинулась бы.

Его слова моментально вызвали реакцию у неё на лице.

— Ну конечно же, куда мне тягаться с вашими аристократическими заморочками и связями, — скривилась она.

— Можешь ругаться и плеваться сколько тебе угодно, но суть такова, что на место старшего адвоката в твоей фирме много претендентов. Слишком много, Оль. Если бы выбор касался исключительно рабочих качеств, то да. У тебя были бы все шансы подняться на новую ступень в следующем году, но…

Лазарев просто пожал плечами.

— Положение и связи есть положение и связи. И тебе просто придётся смириться с этим.

— Я и смирилась, — последовал жёсткий ответ. — Именно поэтому приняла твоё предложение. Именно поэтому согласилась на уменьшение зарплаты. Потому что в вашей фирме у меня есть шанс пробиться.

Роман не стал ей говорить, что шансы эти не столь велики, как она, должно быть, рассчитывала. Но они имелись. Это так.

— И то, что мы с тобой… знакомы, скажем так, тут не имеет абсолютно никакого значения?

Роман просто не мог удержаться от ироничной усмешки. Впрочем, Ольга ответила ему тем же.

Встав с кресла, она подошла к нему и, перекинув одну ногу через его колени, уселась поверх них, повернувшись к Роману лицом.

— Ну, я предпочитаю считать это приятным бонусом, — прошептала она, когда её руки обхватили шею Романа.

Ольга прижалась к Лазареву и с чувством поцеловала, моментально получив столь же жаркий поцелуй в ответ…

Лежащий на резном комоде у стены телефон вдруг зазвонил.

— Потом, — прошептала она, откинув голову и подставив свою шею его губам. — Просто сделай вид, что не слышал…

— К сожалению, но это не в моих привычках, — вздохнул Лазарев, снимая расстроенную таким поворотом событий женщину со своих колен. — Тем более что во всё этом мире есть лишь один человек, чей звонок пробьётся через беззвучный режим моего телефона.

Раздосадованный случившимся не меньше неё, Роман, тем не менее, встал с кресла и подошёл к телефону. Как он и предполагал, звонил отец.

— Надеюсь, что причина, по которой ты звонишь так поздно, действительно важная, — не смог скрыть он недовольства, когда ответил на звонок.

— Немедленно езжай в нашу клинику, — не терпящим возражений тоном приказал отец.

Одного лишь его голоса Роману хватило, чтобы любые посторонние мысли мигом испарились из головы.

— Что произошло?

— Рядом с одним из наших жилых комплексов была стрельба. Сам догадаешься, по чьей вине, или тебе подсказать?

— Рахманов?

— Его сейчас везут туда, — подтвердил Павел.

— Насколько всё плохо?

— Очень плохо. Врачи скорой не уверены, что он выживет.

— Роман. — Ольга увидела выражение его лица и встревожилась. — Что произ…

Роман жестом заставил её замолчать, а сам вернулся к разговору с отцом.

— Ты уже позвонил Распутину? Если всё так плохо…

— Если я правильно понял то, что там произошло, с этим могут быть некоторые проблемы, — недовольно произнёс его отец.

— Понял. Я скоро приеду.

Быстро повесив трубку, он кинул телефон в карман и, схватив свой пиджак, направился к выходу.

— Рома! Что случилось⁈ — растерянно спросила Ольга, пытаясь понять происходящее.

— Оль, извини, но мне нужно ехать, — коротко сказал он ей, взяв ключи от своей новой машины. — Можешь остаться тут, я предупрежу охрану.

И, не говоря больше ни слова, пошёл на выход.

* * *

— ТВОИ ЛЮДИ СОВСЕМ РЕХНУЛИСЬ⁈

— Успокойся, Григорий, — попытался усмирить взбешённого друга Уваров, но это произвело лишь обратный эффект.

— УСПОКОИТЬСЯ⁈ — рявкнул тот в телефон. — ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ УСПОКОИТЬСЯ⁈ МОЮ ВНУЧКУ ЧУТЬ НЕ ПОХИТИЛИ, А ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ УСПОКОИТЬСЯ⁈

— Сейчас она в полной безопасности…

— Была бы! — прорычал Распутин. — Она была бы в безопасности, если бы твои люди не бросили её там одну!

Уваров поморщился. А что ещё они могли сделать⁈ Дмитрий сообщил ему обо всём происходящем слишком поздно, чтобы они могли предпринять хоть какие-то действия. Да, им, похоже, удалось решить проблему, но…

Граф Василий Уваров тихо выругался.

Всё пошло не так. Совсем не так, как они предполагали. Вмешалась какая-то третья сторона… только они понятия не имели, кто именно это был.

После начавшейся стрельбы прибывшие полиция и служба безопасности Лазаревых оцепили весь район таким кордоном, что попасть внутрь него казалось просто немыслимым. Дмитрий и Сахим едва смогли унести ноги…

Точнее, ноги успел унести Дмитрий. А вот Сахим… только одну.

Василий до сих пор не мог понять, что именно там случилось. Начальник охраны сообщил, что, после того как его человек всадил пулю в грудь Рахманова, они тут же начали отступать. Вполне здравое и логичное решение, если учесть, что, по словам Дмитрия, все нападающие были устранены. Так ещё и приехавшая на место полиция должна была обеспечить дополнительную безопасность.

Так что да. Они оставили Распутину именно там. А какой у них был выбор⁈ Похитить её и увезти оттуда? Уваров прекрасно понимал, что это абсурд. И Григорий бы полностью с ним согласился… если бы речь не шла о его бесценной внучке. Всё же эмоциональное вовлечение чревато.

Проблема заключалась в том, что Дмитрий и его человек не смогли отступить без, скажем так, «потерь».

Когда они отходили к краю сквера, чтобы забрать свою машину, их нагнала какая-то тварь. По рассказам Дмитрия Уваров так и не смог до конца понять, что именно произошло. Только то, что в результате короткой схватки эта дрянь изодрала лицо и руку начальнику его охраны до такой степени, что тому сейчас в спешке накладывали швы. А Сахим и вовсе лишился ноги. Зверь оторвал её во время своей первой атаки.

По словам Дмитрия, они потратили почти весь боезапас, что у них при себе имелся, чтобы просто отогнать эту бестию и сбежать. Думать о том, что в такой обстановке они могли сделать что-то ещё, — верх глупости и безрассудства. Хорошо, что их вообще не заметили и участие людей Уварова в происходящем осталось секретом.

По крайней мере, он хотел на это надеяться.

А вот после начались уже странности.

— Ты веришь в то, что сказал тебе Лазарев? — спросил он.

— О том, что эти выродки хотели похитить Елену? — даже не предпринимая малейшей попытки скрыть ярость в голосе, спросил Распутин. — Понятия не имею! Ты сам сказал, что, по словам твоего человека, один из них пытался её схватить!

— Он мог просто использовать её для того…

Уваров прикусил себе язык. Он почти произнёс, что Распутину хотели использовать как «живой щит», повторив слова Дмитрия.

— Возможно, он хотел взять её в заложники, — перефразировал он свою мысль.

— Да плевать мне на то, что он хотел! — зло проскрежетал Григорий. — Главное, что все они мертвы… Что? Подожди, Василий. Мне звонят по другой линии.

Разговор ненадолго прервался, дав Уварову короткую передышку. Граф вздохнул и наконец позволил себе сесть в кресло. Слишком уж эмоциональный вышел разговор, чтобы он мог провести его, просто сидя и…

— Василий, ты тут? — донеслось из телефона.

— Да, Гриша. Что-то случилось?

— Я еду в клинику, — сообщил он ему. — Кажется, твои люди не доделали своё дело.

Уваров удивлённо моргнул. Что за глупость. Дмитрий сообщил ему, что сам видел. Выстрел попал ему точно в грудь!

— Что?

— Рахманов жив. Его только что экстренно доставили в клинику.

— Он выживет? — сразу же спросил Василий.

— Пока неизвестно. Парня привезли в критическом состоянии. Я сейчас поеду туда.

Понимание ситуации сформировалось в голове Уварова всего за несколько секунд. Даже его люди ещё не знали об этом. Да и времени прошло всего ничего. А его служба безопасности и «разведки» была поставлена, пожалуй, лучше, чем у Григория. А значит, узнать он это мог только одним путём.

— Тебе позвонил Павел, так?

— Да, — не стал скрывать Григорий. — Только что снова с ним разговаривал. Он просит помочь спасти Рахманову жизнь…

На то, чтобы в голове у Уварова сформировался новый план, ушло всего несколько секунд.

— Ты не сможешь отказаться так, чтобы не вызвать подозрений, — проговорил Василий. — Но сможешь закончить дело, Гриша.

— Да, — вздохнул Григорий.

Они оба это знали. Мало кто догадывался о том, что дар воздействия на человеческий организм, что позволил Распутиным стать одними из самых сильных целителей в мире, имел и свою тёмную сторону.

— Я разберусь с этим, — проговорил он перед тем, как повесить трубку.

* * *

Красное спортивное купе пролетело через открытые ворота и въехало на территорию клиники. Под визг колёс машина резко затормозила у самого входа. Роман выскочил наружу, даже не став глушить двигатель, и проскочил мимо двух врачей на входе.

Оказавшись у регистратуры, оттолкнул в сторону какого-то мужчину. Тот попытался возмутиться, но хватило одного короткого взгляда, чтобы любая воинственность тут же пропала.

— Десять минут назад сюда доставили парня. Огнестрельное ранение в грудь. Где…

— Роман Павлович?

Обернувшись, Рома увидел выходящего из лифта главврача клиники и сразу же пошёл к нему.

— Сергей Геннадьевич, вы уже…

— Да, я знаю, — кинул тот. — Пойдёмте.

— Как он? — спросил Лазарев, идя следом за главврачом по коридору.

— В критическом состоянии. Его привезли с огнестрельным ранением грудной клетки. Пуля пробила ребра чуть правее центра. Осколки кости травмировали правое легкое. Предварительно диагностировали открытый пневмоторакс и гемоторакс справа. Есть признаки внутреннего кровотечения, вероятно, повреждены межреберные сосуды. Сейчас он находится в состоянии компенсированного шока. Мои люди уже начали немедленный дренаж плевральной полости и подготовку к операции для остановки кровотечения и удаления инородных тел. В нашем распоряжении есть парочка артефактов. В том числе из специального запаса. Думаю, всё будет хорошо.

— Пуля…

— Всё ещё в нём, — сказал врач. — По крайней мере, выходного отверстия нет. Мы извлечём её, когда сможем справиться с другими повреждениями и стабилизируем его состояние…

— Передадите моей охране, — приказал Лазарев и потом нехотя добавил: — При любом исходе.

— Конечно, Роман Павлович. Вы сами поговорите с его… сопровождающими?

— С кем? — не понял Роман.

— С ним приехало несколько человек. Вроде бы одна родственница, но вот остальные… Мы пытались выпроводить их, но… это создало определенные проблемы. Вам, вероятно, лучше самому с ними поговорить, потому что я, честно говоря, несколько опасаюсь.

Нахмурившись, Роман последовал за врачом по коридору. Открыв пару дверей, Лазарев вдруг стал свидетелем крайне странной картины.

Сестру Рахманова он знал. Ксения сидела на скамейке, опустив лицо на подставленные ладони. Её плечи мелко дрожали.

Рядом с ней находилась ещё одна знакомая Роману девушка, присутствия которой он не ожидал увидеть.

Елена Распутина сидела рядом с Ксенией с бледным лицом. Из-под срезанной ткани дизайнерских брюк на левой ноге выглядывал край белоснежной, явно профессиональными руками врачей наложенной повязки. Девушка терзала пальцами край своего свитера.

Последней же и, вероятно, наиболее эпатажной гостьей оказалась высокая альфарка, спокойно рассевшаяся в кресле. В одних трусиках и перемазанной в пятнах крови футболке.

Несмотря на спокойную позу, на её лице застыло странное, почти что потерянное выражение. Словно произошло что-то, чего она не понимала, и теперь ей придётся смириться с происходящим.

Она вдруг подняла взгляд и посмотрела прямо на него.

— Чё вылупился? — не пытаясь хоть как-то скрыть, спросила она. Звук её голоса словно сбросил наваждение со всех остальных.

Елена и Ксения разом подняли головы.

— Роман Павлович? — удивлённо произнесла Рахманова, словно совсем не ожидала его тут увидеть.

— Рома!

Распутина, которую он хорошо знал, бросилась к нему на шею, тут же уткнувшись зарёванным лицом в шею. Ксения же осталась более спокойной. По крайней мере, внешне. Роман заметил, как её глаза прыгали между ним и входом в палату, где сейчас врачи пытались спасти жизнь её брату.

— Так, спокойно. Спокойно, — повторил он, снимая Распутину со своей шеи. — С ним всё будет хорошо.

Похоже, что его слова совсем не убедили двух девушек. А третьей, такое ощущение, будто вообще было всё равно. Как будто она всё уже решила.

— Это одна из лучших клиник в стране, Ксюша, — мягко произнёс Роман. — Здесь лучшие врачи. Если потребуется, у них есть все необходимые инструменты и даже артефакты.

Для того чтобы придать дополнительный вес своим словам, он повернулся к стоящему за его спиной главврачу.

— Верно, Сергей Геннадьевич?

— Да, Роман Павлович, — спокойно ответил тот. — Поверьте, то, что этого молодого человека довезли сюда живым, уже большая часть дела. Да, ранение очень тяжёлое, не буду скрывать, но мы знаем, что делать в такой ситуации…

— Нихрена у вас не выйдет, — зло произнесла альфарка. — Я уже пыталась.

— В каком смысле? — нахмурился Роман.

— В прямом, — отозвалась она, даже не потрудившись объясниться. — Это не сработает.

— Она пыталась что-то сделать с Сашей, — сбивчиво пояснила Елена. — Но у неё ничего не получилось, и…

— Постой, — вдруг сказал Роман, присмотревшись к её лицу. — Я тебя знаю.

Он вдруг понял, что уже видел её. Со спутанными грязными волосами, в этой одежде он не признал её сразу. Но теперь всё встало на свои места.

— Ты была на приёме у Распутиных, — Роман прищурился и добавил: — Приходила туда вместе с Браницким. Что ты делаешь с Рахмановым…

— А тебя это вообще волновать не должно, мальчик, — фыркнула ведьма. — Что хочу, то и дел…

Двери за спиной Романа резко раскрылись.

— Елена!

Распутина замерла, а затем бросилась к деду. Григорий Распутин обнял внучку и с заботой прижал к себе.

— Всё в порядке, моя хорошая, — прошептал он, и Роман отчётливо увидел, как в тот момент, когда он обнял девушку, его лицо разгладилось. Будто у того от сердца отлегло.

— Ваше сиятельство, — поприветствовал графа главврач.

— Здравствуй, Сергей, — кивнул тот, а затем посмотрел на Романа. — Твой отец?

— Уже едет сюда, — ответил Лазарев. — Вы можете помочь Александру?

Казалось бы, ответ очевиден. Роман не сомневался, что его отец уже говорил с Распутиным. Скорее всего, именно после его звонка тот и приехал сюда. Помощь такого специалиста оказалась бы в данной ситуации неоценимой.

Только вот Распутин почему-то не торопился с ответом.

— Дедушка, я тебя прошу, помоги ему. — Елена подняла голову и умоляюще уставилась на деда. — Пожалуйста, прошу тебя! Я больше никогда не сбегу! Что угодно сделаю, только помоги ему, умоляю тебя, пожалуйста…

— Вы можете ему помочь? — спросила Ксения, поднявшись на ноги.

И вновь Роман с удивлением заметил, что Распутин не торопится с ответом.

— Я… — успел сказать он, но так и не договорил.

Из палаты донёсся вскрик. Затем ещё один. Двери палаты распахнулись, и наружу выскочил врач.

— Остановка сердца. Мы его теряем!

— Что?

Кажется, этот вопрос задали вообще все, кто находился вокруг Романа.

— Вы использовали… — начал было главврач, но его перебили.

— Мы все артефакты перепробовали! — воскликнул реаниматолог. — Ничего не срабатывает! Вообще никакого эффекта!

— Как это? — удивленно переспросил Распутин. — Этого не может быть…

— Этого просто не может быть! — вслед за ним повторил главврач и ринулся внутрь палаты. — Живо готовьте дефибриллятор, нужно перезапустить его сердце!

Роман резко повернулся и схватил бросившуюся в палату Ксению. Поймал её в охапку, не пустив внутрь.

— Разряд! — донеслось изнутри и следом звук, похожий на приглушенный удар. — Пульса нет, ещё разряд!

— Ксения, постой, не нужно…

— Он же умирает! — заорала она, окончательно потеряв самообладание, когда увидела распростёртое на больничной койке окровавленное тело брата. Рахманова билась в объятиях Романа, как попавшая в силок птица. — ОН УМИРАЕТ! СДЕЛАЙТЕ ЧТО-НИБУДЬ, МАТЬ ВАШУ!

— Разряд!

— Пульса нет…

— Помогите ему! — кричала Ксения.

— Дедушка, сделай что-нибудь! — вслед за ней зазвучал голос Елены. — Пожалуйста, ты же можешь что-то…

— Разряд!

— Бесполезно, — донеслось до них из палаты. — Оно не запускается. Колите эпинефрин…

— Распутин! — выкрикнул Лазарев, уже наплевав на правила. — Сделай что-нибудь! За каким дьяволом ты сюда приехал, если ничего не делаешь⁈

Но тот даже не сдвинулся с места, продолжая задумчиво смотреть в сторону палаты, где прямо сейчас умирал Рахманов.

— Разряд!

* * *

Вспышка. Молния прокатилась по затянутым тяжёлыми свинцовыми тучами небесам. Через несколько секунд до меня докатились далёкие раскаты грома.

Повернулся. Куда ни глянь, до самого горизонта тянулась абсолютно гладкая вода. Ощущение, будто я стоял посреди застывшего в полном спокойствии океана. Только вот вода казалась непроглядно чёрной.

Ещё одна молния прокатилась по небу, сопровождаемая раскатами далёкого грома.

— Ты ещё долго будешь так стоять? — спросил голос за моей спиной.

Повернулся. Прямо на водной глади стояли простой на вид деревянный стол и пара стульев. Одно из мест за столом уже было занято тёмной фигурой.

Второе же, видимо, предназначавшееся мне, оставалось пустым.

— Ладно, — пробормотал я. — Признаю, это неожиданно.

— Как правило, все важные моменты в человеческой жизни случаются неожиданно, — пожала плечами фигура.

В её руках будто из воздуха появилась колода карт. Ловким движением искусные пальцы заставили игральные карты с шелестом перелететь из одной ладони в другую.

— Ты же вроде азартный? Сыграем под конец? — предложил мне незнакомец.

Небо вновь расчертила очередная молния, и эхо грома вторило ей аккомпанементом…

Глава 8

Отправить