Глава 16

— Нет, Саша, — медленно произнёс Князь. — Ты должен бросить это дело из-за того, кто эту силу ему дал.

Эта формулировка мне не понравилась. А ещё то, что он уже не в первый раз меня так назвал. Обычно всегда был только Александр. Только так и никак иначе.

Позволить он себе подобное мог только в том случае, если… нервничал?

— Объясни.

— Не могу.

— Брехня, — отозвался я. — Ты не стал бы говорить мне об этом, если бы это было настолько секретно.

К моему удивлению, Князь кивнул.

— Верно. Ты слышишь об этом только лишь потому, что это ты, — с нажимом произнес Князь. — И только потому, что я…

— Переживаешь за меня? — предложил я ему.

— Потому, что рассчитываю на твоё благоразумие, — поправил меня Князь. — Помнишь Джао? Ты уже с ним встречался.

Я нахмурился. Имя было знакомое. Да и его владельца я вспомнил довольно быстро. Хотя бы потому, что за всю свою вторую жизнь я встречался и вживую общался всего с одним китайцем.

— Помощник Браницкого?

— Не помощник, — покачал головой Князь. — Джао… что-то вроде наблюдателя, который вынужден ему подчиняться пока находится на территории Константина.

— Территории?

— Это сейчас не так важно, — отмахнулся от меня хозяин «Ласточки». — Важно не это, а то, кому именно Джао служит на самом деле.

Он замолчал и затянулся сигарой. Я же просто ждал, пока он продолжит. Признаюсь, ждал долго. Аж целых секунд десять выдержал.

— И?

Князь посмотрел на меня, после чего вздохнул и покачал головой.

— Вот всегда с тобой так. Никогда не можешь просто взять и сделать так, как тебе говорят. Вечно норовишь сунуть свою голову в петлю…

— Предпочитаю термин «неуёмный энтузиазм», — хмыкнул я и пожал плечами. — Слушай, Князь. Я не маленький мальчик. Я знаю, что мы с тобой родственники и о том, что ты… вроде как заботился обо мне. И я тебе за это благодарен. Правда. Но у меня своя голова есть на плечах. И я сам хочу решать, что мне делать дальше. Без твоих помыканий, советов и указок. Без чьих либо вообще. И с последствиями я тоже разбираться буду сам…

— Даже если это будет стоить тебе жизни? — спросил он, на что я только усмехнулся.

— Головой мне рисковать не впервой.

— А жизнь Ксении? — моментально спросил он. — Ею ты тоже рисковать не привык?

Сука. По больному ударил. Знает же, что для меня это больная тема. Один раз она уже едва не погибла из-за меня. И мне пришлось убить Волкова, чтобы закончить это.

А я не хочу никого убивать. Дьявол, я же не убийца, как бы смешно это не звучало. Но я и не ханжа. Если приходится марать руки, то я это делал. Ради защиты себя и тех, кто мне дорог.

Князь видел, что этот вопрос задел меня за живое. Видел и ждал моей реакции.

— Стоит ли оно того, Саша? — поинтересовался он, стряхнув пепел с сигары в пепельницу. — Ставить её под возможный удар только потому, что тебе хочется хорошо выполнить свою работу? Потому, что если ты в это влезешь, я тебе гарантирую, что назад дороги уже не будет.

Вздохнув, я откинулся в кресле и посмотрел в потолок.

— Знаешь, — медленно, почти по слогам произнёс я. — Думаю, что если бы ты сказал мне в об этом в самом начале, то я бы, может быть, отказался. Может быть. Но… Моя клиентка… ты не видел её. Не говорил с ней. Ты не чувствовал того, что ощущал я во время разговора с ней.

— И, что? — пожал он плечами. — С чего ты вообще взял, что её благополучие должно меня волновать? С чего ты вообще взял, что оно должно волновать тебя самого?

— С того, что оно меня волнует, — резко произнес я. Наклонился вперёд и посмотрел ему в глаза. — И, знаешь ли, мог бы врать получше.

Он нахмурился.

— Я…

— Ой, только вот давай без этого, окей, — перебил я его. — Хочешь, что? Обвинить меня в излишним сердобольстве? Да ты просто грёбаный лицемер.

Его лицо из обеспокоенного стало жёстким, а пальцы сдавили сигару с такой силой, что та захрустела.

— Не сравнивай нас…

— Да что ты⁈ А с Марией ты себя так же вёл? — бросил я ему с вызовом. — Или, весь этот твой вояж на дно бутылки за последние недели просто перфоманс? Скучно стало без бухла жить? Так, что-ли? Ты готов был пожертвовать собой из-за её безопасности, а затем бесился потому, что она готова была сделать тоже самое для тебя самого…

— Ты ничего не знаешь о наших отношениях, Александр, — резко произнёс он, но останавливаться я уже не собирался.

— О, ну да, конечно, — закатил я глаза. — Да катись ты к чёрту со своими тайнами. Но, не смей вменять мне в вину то, что я не забочусь о ней. И я готов убивать, лишь бы она была в безопасности. Не веришь, спроси у Волкова. Он тебе подтвердит. И ты сам готов точно так же рисковать собой за безопасность своих людей и Марии! Потому, что они тебе не безразличны!

— Потому, что они мои люди, — возразил он мне. — А Ксения твоя сестра.

— Именно, — кивнул я. — А у неё нет вообще никого. И ни у кого из них.

— Твоя клиентка?

— Ты меня понимаешь, — зло произнёс я. — Можешь говорить мне о том, что я занимаюсь глупым рыцарством или ещё какую-нибудь чушь. Но я хочу ей помочь, потому, что хочу это сделать. Потому, что никто и не подумал ей помочь за всё то время, что она пыталась добиться справедливости для себя и других детей из этого чёртового приюта.

Достав телефон из кармана, я открыл статью, которую нашёл ещё сегодня утром и бросил на стол перед ним.

— Хочешь знать, почему я так взвинчен? На, почитай. Это тебе для ознакомления с ситуацией.

Князь несколько мгновений сверлил меня взглядом, после чего взял телефон в руки и принялся читать.

— Она…

— Её подруга, — кивнул я. — Сделала это во время одного из визитов фонда. Информации об этом случае нет нигде. Я проверил.

Строго говоря не я проверил. Пётр. Он связался со мной пока я ехал сюда. Прошерстил всю информацию какую только можно было найти, но смог нарыть всего одно упоминание в сети об этом случае. Девушка покончила с собой прямо в приюте.

Разумеется, то, что информации нигде нет, очень характерный признак того, что это дело пытались замять. Тем не менее, до конца, видимо, так и не смогли. Это и историю о том, что Лиза ездила навещать погибшую подругу, дали пусть и не самую приятную, но всё-таки пищу для размышления.

— Что бы ты знал, я не брошу это дело, — сказал я глядя ему в глаза. — Думай, что хочешь. Называй меня, как хочешь. Это моё решение. И я не стану его менять вне зависимости от того, будешь ты говорить мне что-то или нет.

Князь поморщился и бросил недокуренную сигару в пепельницу.

— Как же с тобой сложно, дьявол, — почти простонал он. — Ты можешь быть хотя бы чуть-чуть…

Князь запнулся и раздражённо цокнул языком.

— Что?

— Быть поменьше похожим на своего отца.

Почему-то мне это сравнение не понравилось абсолютно. Хотя бы потому, что мне хотелось верить в то, что я сам себя делаю.

— Главное не кончить так же, как он, — ответил я. — Так, что? Я встаю и ухожу или…

— Не всё так просто в этом мире, Саша, — Князь вздохнул и протянул телефон мне назад. — Есть в этом мире люди… Если хочешь, то можешь называть их теневой аристократией.

Услышав это я едва не рассмеялся.

— А более глупого названия они себе придумать не могли? — спросили я, на что Князь просто пожал плечами.

— А они его и не придумывали. Почти никто из них, за исключением самых старых. Теневые аристократы в Европе. Завет трёх Драконов в Китае. Чёрный Лотос в Японии. Везде есть… нечто вроде организации, которая контролирует всех остальных. Торговля людьми. Наркобизнес. Заказные убийства. Отмывание денег. Торговля оружием. Контрабанда… да вообще всего на свете. Так или иначе, но начни разрабатывать одного мелкого выродка и в конце-концов придёшь к ним. Если, конечно, не сдохнешь раньше.

— А при чём тут «Счастливый Путь»?

— Без понятия. Просто мой человек знает о том, что Меркулов… скажем так, он имеет крайне неприятных «друзей» в Завете. Друзей, которые и предоставили ему возможность получить силу.

Так. Подумаем. Что я знаю о Регалиях. А Князь говорит именно о них. Они дают возможность передать силу одного человека другому. Но там есть свои ограничения. Если не ошибаюсь, то они индивидуальны и зависят от носителя Регалии. Вроде бы… эх, почему когда под рукой нет Лара, когда он так нужен. Этот бы точно всё быстро растолковал бы.

— Ладно, — я задумчиво сложил руки вместе перед собой и опёрся локтями о стол. — Допустим, что это так и у него есть сила. Я всё равно не понимаю, при чём тут приют и дети.

— А я тебе этого не скажу, — хмыкнул Князь и взяв сигару из пепельницу, принялся раскуривать её от зажигалки. — Но это и не важно.

— Что ты…

— Саша, нельзя просто так взять и «работать» с Заветом, — чеканя каждое слово произнёс он. — Это кабала. Буквально рабство. Они не какие-то дельцы, которые могут предоставить тебе одну услугу в обмен на другую и всё. О, нет. Если ты попросил их о чём-то, то можешь быть уверен в том, что будешь расплачиваться до конца своей жизни если не больше.

— Это в каком смысле?

— Есть варианты, к сожалению. Главное, что тебе надо знать — тебе нельзя приближаться к Меркулову. Если он связан с Заветом, то они рассматривают его исключительно, как свою собственность. Как нечто, что принадлежит им. А посягательство на свою собственность они не прощают. Никогда. Даже я со своими… возможностями, скажем так, стараюсь избегать их, как огня.

— То есть, если я не брошу это дело, то могу перейти им дорогу…

— Без «могу», Саша, — тут же поправил меня Князь. — Это обязательно произойдёт. Рано или поздно. Без разницы. Но случиться гарантировано. Поэтому я хочу, чтобы ты очень, очень хорошо подумал о том, что ты собираешься делать.

— Ясно.

Да ладно, какое там ясно. Ни хрена мне не ясно на самом деле. Очень хотелось бы, чтобы я после этого разговора встал из этого кресла с полным осознанием ситуации и планом действий в голове…

…только вот так не бывает. Всё, что я получил — подтверждение одной догадки и кучу новых вопросов и сомнений.

— Ясно, — повторил я, вставая из кресла.

— Что будешь делать? — поинтересовался Князь.

— Буду думать, — честно признался я. — Сначала думать, а потом уже делать.

— Тогда я советую тебе очень хорошо подумать, — проговорил он, зажав зубами кончик сигары. — Очень хорошо, Саша. Потому, что в противном случае другого случае тебе может не представится.

— Ты…

— Я помогу. Но не думай, что мои возможности в противостоянии с такими людьми достаточно широки, чтобы нивелировать возможные последствия.

— Я тебя понял.

Повернувшись к нему, я пошёл к двери, но на полпути остановился.

— Ещё один вопрос. Ты сказал, что они есть везде. Правильно ли я понимаю, что Браницкий…

— Он часть этой системы, — кивнул Князь. — Считай его чем-то вроде меньшего зла, которое сдерживает остальных от того, чтобы они не начали хозяйничать на нашей территории.

— А Джао?

— Эмиссар от Завета. Договариваться лучше чем воевать. Так что в этом плане у нас тихо с тех пор, как наш общий знакомый граф занял свой трон.

Князь многозначительно посмотрел на меня и добавил.

— Уже пять лет, как.

То, как это было сказано… я просто не мог пропустить это мимо себя.

— Пять лет? — уточнил я.

— Да, Саша. Пять лет.

Ещё раз кивнув ему, я вышел из его кабинета обратно в коридор…

* * *

Остаток дня после этого тяжёлого разговора прошёл… скучно. Хоть что-то бы случилось. Я просидел весь вечер в отделе, раскапывая дополнительную информацию.

Так ещё и мысли о последних словах Князя не шли у меня из головы. Получается, что Браницкий занял своё место пять лет назад. Как раз тогда, когда была убита Виктория. Связано ли это?

Ну, думаю, что он не сказал бы это просто так, так что ответ очевиден. Учитывая, с чем именно связаны эти события, не удивительно, что он в первый раз мне отказал.

Куковавшая рядом со мной в отделе Настя… ну, в общем, она видела в каком я настроении, так что предусмотрительно не лезла с разговорами. И делала это до самого конца, пока наконец не решилась предложить идею.

— Мы могли бы попытаться достать данные на тех, кто покинул приют через полицию, — предложила она. — Подадим запрос в следственный отдел и…

— Это не сработает, — немного уныло ответил я ей. — Для того, чтобы подать такой запрос нам требуется обосновать необходимость доступа к этой информации. А у нас его нет.

— Но есть показания Лизы, — попыталась возразить Лазарева.

— Нет, у нас есть только её заявление о том, что там «могло» случиться, — отозвался я откинувшись на спинку своего кресла. — В теории. Это всё. Без прямых доказательств это просто слова одного человека. А без дополнительных подтверждений их сочтут недостаточным основанием. Нужна конкретика, Насть. Имена, даты, детали происшествий. Нужны фактические данные. А у нас их нет. Ты сама смотрела со мной ту запись, где я с ней разговаривал. Она не могла назвать точных дат, а из остального у нас есть в основном имена. Даже если мы надавим, то её заявление сочтут, как общее заявление, а их почти никогда не рассматривают, как достаточное основание…

Я вдруг замолчал. Выпрямился и посмотрел на неё.

— Насть, какого чёрта. Ты ведь и сама это всё должна знать.

— А я и знаю, — произнесла она и я заметил, как её губы тронула улыбка. — Просто хотела тебя немного расшевелить. Ты когда думаешь над проблемой у тебя настроение повышается.

— Хитро. Решила сыграть адвоката дьявола, чтобы поддержать меня?

— Ну, я же вижу, что ты сидишь с кислым выражением. Подумала, что немного работы мозгами тебя отвлечет. А то считай, что за просто так сидишь тут и зарплату получаешь.

— А это тут причём? — не понял я.

— Как это⁈ — в её голосе послышалось весёлое удивление. — Если ты не забыл, то это фирма моего отца. А, значит, в каком-то смысле моя…

— О, нет. Даже не думай использовать этот аргумент…

— Так, что, в каком-то смысле, ты работаешь на меня, — тут она уже не улыбалась. Она едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. — Так что я слежу, чтобы ты не отлынивал от работы.

— То есть, — не удержался я, — по твоей же логике, когда мы в первый день встретились и друг друга помоями поливали, ты мне за это ещё и платила. Просто таки мечта, а не работа.

Тут мы заржали уже вместе.

Ладно. Признаю, ситуация и правда забавная. Получается, что я в каком-то смысле действительно работал на Настю и…

Я резко замолчал. Лазарева тоже это заметила и уставилась на меня.

— Что?

— Ничего, — покачал я головой. Затем встал и принялся собирать вещи. — Слушание по нашему запросу будет послезавтра. Нужно хорошо всё подготовить на тот случай, если они будут вставлять нам палки в колёса.

Услышав это Настя нахмурилась.

— Ты же сказал, что этот вопрос решил.

— Да, Екатерина на нашей стороне, но я хочу предусмотреть все варианты.

Не хватало ещё споткнуться на полпути. И чтобы они не вытащили из своего рукава, я хочу быть к этому готов.

Собрав вещи, вышел из отдела и поехал домой. Почти всю дорогу мысли крутились вокруг всего того, что я узнал, но… как-то бесцельно. Может устал просто. Обычно с логикой у меня проблем не имелось и к выводам я приходил довольно быстро. А тут ерунда какая-то получалась.

Правда имелся один вопрос, на который, кажется, я знал ответ. На него меня натолкнули слова Анастасии.

Фонд, который принадлежал Лазаревым спонсировал приют. И они обязаны были проводить проверки о целевом расходование средств выделенных на спонсирование приюта. Не могли этого не сделать. Значит, либо Лазарев и его люди банально не нашли ничего предосудительного, либо же нашли, но…

…закрыли на это глаза? Так что ли?

Мне эта мысль совсем не понравилась.

Как обычно, приехав домой я просканировал пространство вокруг, надеясь найти эту псину. К несчастью, похоже, что даже тут меня сегодня преследовали сплошные неудачи. После той встречи эта тварь как пропала, так больше и не появлялась.

— Я дома, — громко оповестил я сестру о своём приходе. Заметил её обувь и одежду в прихожей.

— Отлично! Я почти закончила готовить.

Ну хоть тут хорошо. Есть хотелось неимоверно.

Помыв руки, я пошёл на кухню и устало плюхнулся на стул.

— Ты чего такой замученный? — тут же спросил сестра, помешивая что-то в кастрюле.

— Устал.

— Да я вижу. Что-то случилось?

— Да ничего пока. В том-то и проблема. Просто дело сложное.

Этим ответом я и ограничился. Посвящать сестру в более конкретные обстоятельства желания у меня не было.

— Руки-то хоть помыл? — спросила она, расставляя тарелки на столе. Две тарелки. Для себя тоже, как я заметил.

— Ага. Подожди, а ты разве на работу не уходишь?

— У меня сегодня же дневная смена была, — напомнила она. — Я тебе щей утром говорила.

Я попытался припомнить, так ли это. Если честно, то не смог. Так быстро утром ушёл. Помню только, что мы что-то обсуждали с утра, а что именно вообще из головы вылетело.

— Видимо упустил.

Ничего замысловатого. Рис с курицей и овощами. Крайне просто, но от того не менее вкусно.

— Что читаешь? — спросил я, заметив, что Ксюха слишком уж часто отвлекается на телефон во время еды. — По работе?

— Не. Это из домашнего чата. Смотрю ответы на свою историю.

— Какую историю?

— Я кажется сегодня когда домой шла, видела эту собаку, про которую тебе говорила… ты чего?

Я замер, так и не донеся вилку до рта.

— Кого ты видела?

— Ну, помнишь я тебе рассказывала?

Как оказалось, когда Ксюша сегодня вечером возвращалась домой из магазина, то недалеко от нашей парадной увидела собаку. По крайней мере она так думала. Самого пса она не видела. Только силуэт. Та стояла около входа в парк.

По крайней мере ей так показалось.

— Ты уверена, что…

— Да! Говорю же, здоровая псина! Стояла там и пялилась на меня. Вообще жуть. Правда она тут же сбежала, когда мимо машина проезжала. Может испугалась? Её наверно потому поймать и не могут. Ты же видел, на каких фургонах служаки по контролю за животными ездят…

Она ещё что-то говорила, но я уже плохо слушал. С этой четвероногой скотиной надо уже что-то решать. Дальше так продолжаться не может. Не хватало ещё, что тварь на Ксюшу набросилась.

— Ты завтра работаешь?

— Да. В день.

— Я тебя провожу до метро.

Она удивилась, но спорить не стала.

Отправить