Глава 21

Оформили мы всё даже быстрее, чем я мог ожидать. Руслан приехал в фирму ровно к десяти, чем в очередной раз доказал, что человек он ответственный. Сказали в десять? Значит в десять. И никаких тебе опозданий и прочей ерунды.

Наверное, стоит сказать отдельное «спасибо» ребятам и девчонкам из административного отдела. Вот, что значит устроить ребятам праздник. Вроде они так-то для меня работали над чужим делом, а после такой пьянки и лишний раз помочь рады. Приятно, блин.

В В общем, закончили мы все дела всего за сорок минут, после чего Руслан стал единоличным владельцем помещения, где располагался его спортзал. Надо было видеть его лицо в тот момент. Вроде уже и подпись поставил, и документы на руках, а всё равно не верит в то, что случилось. А потом его как прорвало! Видимо, наконец пришло осознание того, что всё это не сон, а самая что ни на есть настоящая реальность.

И тут понеслось. Руслан буквально фонтанировал идеями о том, как теперь сможет вложить освободившиеся деньги. И ремонт в зале произведёт. И тренажёры новые для парней докупит. И новые душевые сделает.

Что приятно, первые мысли у него не о том, что лично у него денег станет больше, а о том, как он сможет свой зал на эти деньги улучшить. Эх, вот люблю я таких людей. Для которых то, чем они занимаются, куда важнее, чем комфорт собственной задницы.

Рус потом ещё предлагал пойти отпраздновать, но я отказался. Благо и причина уважительная имелась.

У меня так-то работа есть, между прочим…

— Мы сегодня едем по делам, — сказала мне Анастасия, едва я только зашёл в отдел.

— Это по каким ещё таким делам? — решил я уточнить.

— Едем выбирать тебе одежду, — с довольным видом заявила она. — Или ты думаешь, что на приём к Распутиным можно прийти в… этом?

И многозначительно так обвела рукой мою фигуру.

Нет, я, конечно, в курсе, что на её «скромный» вкус носил не самые «престижные» шмотки. Но и уже и не тот ширпотреб, в котором пришёл сюда в первый день. Всё же несколько хороших костюмов я себе взял, пусть и не настолько качественных, как тот, что висел у меня в чехле дома. Банально жалко его было бы портить. Как раз тот самый, который у меня остался после знакомства с Изабеллой. Я его надевал только в когда мы шли в суд.

— У меня есть нормальный костюм, — отмахнулся я от её затеи, но почти сразу же понял, что отступать так легко она не собирается.

— Видела я твой нормальный костюм, — фыркнула она и тут же уточнила. — Это тот, в котором ты в суд ходишь?

— И?

— А мы с тобой куда идём? — тут же задала она логичный вопрос.

— Насть…

— Фрак, Саша! Тебе нужен фрак. Это будет приём! У Распутиных! Выше может быть только у кого-нибудь из князей. А ещё выше уже у Императора. На такие мероприятия не ходят в деловом костюме, — заявила она мне, а потом всё же сподобилась добавить. — Даже в очень хорошем.

Хотелось бы мне оспорить её слова, но разумное зерно в них присутствовало. Всё-таки смысл подумать о дресс-коде имелся, чай действительно не на очередное слушание иду.

Другое дело — сколько это будет стоить? Нет, я, конечно же, могу себе позволить сейчас купить костюм даже в том магазине, куда меня однажды посылал Роман. Без проблем. Но зачем? Да, с голоду не умру. Но срочной потребности в том не имелось, как бы я не любил хорошую одежду.

Немного побалансировав между этими мыслями, пришёл к выводу, что в конечном итоге она всё-таки права. Раз уж назвался груздем, то будь добр, полезай в кузов.

Но последнюю, самую отчаянную попытку отвертеться я всё же предпринял. Из последних сил, так сказать.

— А ничего, что у нас вообще-то работа…

— Всё нормально, — тут же заявила мне Настя. — Встреча с клиентом будет только на следующей неделе во вторник. Их сейчас нет в городе…

— Когда ты…

— Утром, — улыбнулась она. — Знала, что ты используешь это как предлог, чтобы отказаться от того, чтобы заняться тем, что действительно важно.

— А это, значит, не важно? — усмехнулся я, обходя свой стол и садясь в кресло.

— Это не срочно, — поправила она меня. — Может немного потерпеть. Тем более, что работа над новым делом начнётся только со следующей недели. Ты видел документы и знаешь это не хуже меня.

Я выждал несколько секунд, после чего посмотрел на неё тяжёлым взглядом.

— Что? — спросила она с нотками подозрительности в голосе.

— Да нет, — хмыкнул я. — Ничего. Просто думаю, чего это ты такая умная вдруг стала.

— Да я всегда так… Так, стоп, ты сейчас на что намекаешь⁈

— Ни на что…

— Рахманов!

— Двадцать лет уже Рахманов. Насть, не гунди. Я сказал, что иду с тобой на приём? Сказал. Что ещё ты хочешь от меня услышать?

— Я хочу, чтобы ты выглядел хорошо…

— Почему?

Вопрос поставил её в тупик. И я даже знаю почему. Потому что он глупый и ответ на него очевиден. На самом деле, если потратить пару секунд на то, чтобы задуматься, на него можно было найти целых два ответа. Вопрос только в том, какой именно выберет она.

Настя потратила на раздумья примерно полминуты.

— Потому что я хочу, чтобы когда мы с тобой войдём в зал, то выглядели идеально, — заявила она.

Впрочем, по её эмоциям я уже и так понял, что это не совсем правда. Вот и не смог удержаться от подначки. Надо же правду узнать.

— Боишься, что я тебя опозорю своим плебейским видом?

— Совсем дурак? — спросила она с такой искренней обидой в голосе, что я даже на мгновение удивился.

А ведь она сейчас правду сказала. Если и думала об этом, то в последнюю очередь.

— Ты же сам говорил, что если что-то делаешь, то делай это на все сто процентов, — попеняла она мне моими же собственными словами.

— Это когда я такое говорил?

— Хочешь сказать, что я не права?

— Ладно, уела, — вздохнул я. — Хорошо, когда едем?

— После обеда, — сказала Настя. — Я уже обо всём договорилась. С тебя снимут мерки, чтобы сшить фрак на заказ. К пятнице будет готов.

Услышав это заявление, я едва удержался от того, чтобы не заржать.

Не, не удержался.

— Ты чего ржёшь? — с какой-то внутренней обидой спросила она и надулась.

— Насть, ты себя слышала? Приём через пять дней. Такие костюмы не шьют за неделю. Тут и месяца может быть мало.

— Ох, Саша, — она даже не пыталась скрыть иронию в своём голосе. — Как же многого ты не знаешь…

* * *

Как оказалось, я действительно многого не знал. Точнее не так. Скорее я не учёл один привычный для этого мира факт.

Но это забегая вперёд.

Остаток дня до обеда прошёл в относительном спокойствии. Мы просидели в отделе, немного покопались в бумагах по последнему делу, чтобы подготовить их к сдаче в архив, и на этом рабочий день, по сути, для нас закончился. Как бы мой внутренний трудоголик не вопил от досады, но больше делать банально было нечего. Всё равно Настя права, и с нашим новым клиентом мы сможем встретиться только на следующей неделе.

Так что после обеда мы забрали вещи, предупредили Романа и направились к лифтам. Я ещё немного надеялся на то, что Лазарев скажет, мол, нечего дурью маяться в рабочее время, и никуда нас не отпустит.

Эх, надежда, злая ты сука. Роман покивал на заявленную сестрой причину, с умным видом заявив, что выглядеть надо презентабельно. А я сделал вид, будто не удивлён тому, что он не удивлён тому, что я вообще на этот приём иду.

А вот заметила ли это Настя… Ну, как я уже говорил, она умная.

А вообще, есть что-то преступное в том, чтобы уходить с работы до того, как закончится твой рабочий день. Даже если ты это делаешь на законных основаниях. Уж не знаю почему, но я отчего-то ощущал вину, хотя, по идее, не должен был.

Наверное, профдеформация. Просто не привык я бездельничать. А в поездке к портному я видел именно безделье. Одно дело — поехать, чтобы нарыть информацию по делу или договориться с кем-либо, и совсем другое — ехать за шмотками.

И, как оказалось, на этом сюрпризы сегодня не закончились.

— Гараж? — удивился я, когда Настя нажала кнопку на лифте.

— Ага, — с довольной мордочкой улыбнулась она.

При этом эмоции были такие, будто она была ребенком, подготовившим сюрприз, и едва сдерживала себя от того, чтобы не подпрыгивать в ожидании.

Заинтригованный, я дождался момента, когда кабина лифта спустилась вниз, и вышел вслед за Настей из лифта.

— Решила сегодня взять машину с водителем?

— Решила, что сегодня я тебя покатаю, — отозвалась она, доставая из сумочки очень знакомый мне брелок с ключом.

Слишком хорошо знакомый. Точно так же, как и машина, к которой мы подошли.

— С чего это Роман дал тебе свою машину? — спросил я, глядя на то, как Настя открыла ту кнопкой на брелке и направилась к водительской двери.

— Потому что это теперь моя машина, — даже не пытаясь скрыть своего триумфа, заявила она.

Это с какого вдруг перепуга?

Тут я вспомнил слова Романа, сказанные им вечером у него же в квартире. О том, что моё согласие пойти на приём будет стоить для него куда больше, чем для меня.

Похоже, теперь я понимаю, что именно он имел в виду.

— Давай, садись. У нас не очень много времени…

Чёт мне это как-то не нравилось.

— Слушай, Насть, а ты вообще водить-то умеешь? — с некоторой опаской в голосе поинтересовался я у неё, открыв пассажирскую дверь, но всё ещё не торопясь забраться внутрь. — Ты не подумай, что я…

— Я ещё в восемнадцать экзамен по вождению сдала, — забурчала она. — Давай залезай, чего застыл?

— Да как-то за жизнь свою переживаю…

— Только не говори, что веришь в эти тупые стереотипы! — моментально нахмурилась Лазарева. — Я нормально вожу…

— Да не то чтобы сомневался, — протянул я. — Скорее это здоровая доля предосторожности.

Она так на меня посмотрела… Смесь возмущения и обиды. Даже тут её характер брал верх, едва только стоило мне лишь немного усомниться в её способностях.

Перекреститься, что ли?

Не, я, конечно, не шовинист. Знаю… Точнее знал в прошлой жизни женщин, которые водили получше любых мужчин. Но не машины, у которых под капотом как минимум за три с лишним сотни лошадей. Скорее даже больше.

— Ладно. Чему быть того не миновать, — вздохнул я.

— Что ты сказал?

— Ничего, — буркнул я, сев на пассажирское сиденье, и как-то очень некстати подумал о том, что не зря это место называют «креслом смертника». По статистике процент выживания в авариях среди пассажиров этого места был самым низким из всех других мест в автомобиле.

Что-то не о том я думаю.

Забегая немного вперёд, скажу, что боялся я зря. Водить она и правда умела. Не так размеренно и спокойно, как её брат, но и до безумной яростной манеры Браницкого ей как до луны. Видно, что машина ей немного непривычна и она к ней только-только начала привыкать. Но в остальном выглядела за рулём она весьма уверенно.

— Слушай, может ты уже перестанешь вести себя так, будто каждую секунду ждёшь, что я в ближайший столб въеду? — спросила она через пять минут.

— А что? Так заметно?

— Ну, как бы обидно немного…

— Перестану, если ты пообещаешь никуда не врезаться.

— Обещаю, — покладистым тоном послушной девочки произнесла она. — Никуда не врежемся.

Сильно спокойнее, конечно, не стало, но уговор есть уговор.

— Слушай, как так вышло, что его машина теперь принадлежит тебе?

— Он мне спор проиграл, — с довольным видом заявила Настя, остановившись на светофоре.

— Опять спор? Тебя что? Ничему жизнь не учит?

— Это сейчас что ещё за намёки?

— Да ни на что я не намекаю, ты лучше за дорогой следи.

— Я слежу! Лучше скажи…

Что именно я должен был сказать, я так и не узнал. От необходимости не только выслушать вопрос, но ещё и отвечать, меня спас звонок телефона.

Достав смартфон, глянул на экран.

— Алло?

— Здравствуйте, Александр, — произнёс из трубки смутно знакомый мне женский голос. — Простите, это…

— Ольга, добрый день, — улыбнулся я, несколько удивлённый её звонком.

Услышав мои слова, сидящая рядом Настя тут же повернула голову в мою сторону.

— Что за Ольга? — тут же поинтересовалась она.

При этом спросила это таким голосом, будто ей было абсолютно неинтересно, с кем именно я говорил. Будничный вопрос и ничего более. Но эмоции оказались несколько более красноречивы.

— По фамилии «не твоё дело», — отозвался я. — Ты за дорогой следи, а не чужие разговоры подслушивай.

И ещё посмотрел на неё таким взглядом, после которого она фыркнула, но всё-таки сделала так, как я сказал. И мне было всё равно, что мы сейчас стояли в пробке на проспекте и двигались с черепашьей скоростью.

— Александр? Вы тут?

— Да, я здесь, — произнёс я, несколько удивлённый её звонком. Если честно, то думал, что история с её мужем-дебилом закончена.

Потапов поступил именно так, как я ему и сказал. Отозвал исковое заявление против своей бывшей жены. После чего переписал документы на принадлежащую ему половину квартиры на её имя в виде акта дарения. Теперь Ольга и её сын стали полноправными хозяевами и могли вернуться в свой собственный дом и жить без страха от постоянных проверок, звонков и угроз со стороны бывшего мужа.

Но на этом дело не закончилось. Я не забыл своего обещания. Как и Потапов. Так что несколько дней назад он окончательно сдал все дела и написал заявление «по собственному желанию». Интересно, какой вообще процент этих заявлений действительно соответствовал желаниям тех, кто их написал?

Практика показывала, что чем выше должность человека, тем меньше было у него желание эту должность покидать.

В любом случае, более майор Евгений Потапов не занимал своё место в отделе внутренних расследований департамента столичной полиции, решив покинуть его в связи с семейными обстоятельствами.

Должно быть, это вторая по популярности формулировка. Ну и бог с ним. Он мои условия выполнил? Выполнил. Пусть проваливает с миром в ту дыру, которую для себя выбрал.

— Я хотела сказать вам спасибо, — произнёс голос из телефона. — После оформления документов вы уехали так быстро, что я даже не успела вас поблагодарить…

— Поверьте, в этом нет никакой нужды, — искренне сказал я ей. — Я был рад помочь вам решить эту… непростую ситуацию. Надеюсь, что теперь у вас и вашего сына проблем больше не будет. А если всё-таки ваш бывший муж объявится, то наберите меня, хорошо?

И тут у меня появился вопрос. Я ведь не давал ей свой номер. Мы встречались трижды. Первый раз у неё на работе. Второй раз у нотариуса. И третий раз уже на подписании всех бумаг. Эх, приятное воспоминание. Думал, что Потапова прямо там инфаркт хватит.

Не хватил, что, конечно, немного обидно. Но и так сойдёт. В конце концов, трупу довольно сложно поставить свою подпись на бумаге.

Другое дело, что в обоих последних случаях я звонил Ольге с рабочего телефона в отеле, а не со своего мобильного.

— Оля, а позвольте поинтересоваться, откуда у вас мой номер? — задал я резонный вопрос.

— Оу, я… — кажется, она запнулась. — Я позвонила вам на работу. Ну, по тому номеру, который вы мне дали. Но там никто не отвечал. Так что я нашла номер вашего отдела кадров, а уже они дали номер вашего начальника.

Так. А вот это уже не очень хорошо…

— А что именно вы им сказали? — поинтересовался я абсолютно обычным голосом.

Потому что вопрос вот нифига не простой. ОК не станет раздавать номера своих сотрудников просто так. Значит, она…

— Я сказала, что вы занимаетесь моим делом и что у меня очень срочная ситуация, — пояснила Ольга, подтвердив мои худшие опасения. — Немного соврала, я знаю. Сказала, что мне нужна срочная консультация. Вот девушка из отдела кадров и перевела меня на какого-то мужчину, а он уже дал мне ваш номер.

Твою мать… Вот как знал.

— Оля, скажите, ведь этого доброго самаритянина зовут не Роман Павлович, ведь так?

Сидящая рядом Настя усиленно делала вид, что ей совсем неинтересен мой диалог.

— Нет, — кажется, Ольга удивилась. — Кажется, его звали Григорий… Да! Точно, Григорий Игнатов.

Как там говорят? Случайности опасны своей случайностью? Кажется, что-то такое.

— Ясно.

— Надеюсь, что я…

— Нет, Оля. Всё в полном порядке. Не переживайте. Всё хорошо.

— О, слава богу, — в её голосе слышалось искреннее облегчение. Надо же, она и правда подумала, что своим звонком создала мне проблемы.

Потому, блин, что, скорее всего, всё именно так и есть.

— В общем, я хотела ещё раз сказать вам спасибо. Не знаю, представляете ли вы, как помогли нам. Это… Я впервые за последние два года смогла вздохнуть свободно. Это даже словами не передать.

— Я рад, что всё закончилось хорошо, — сказал я и ни капли не покривил душой. — Надеюсь, что у вас с сыном всё будет замечательно. Как я уже сказал, если будут какие-то проблемы или ваш бывший вдруг объявится, позвоните мне по этому номеру.

Закончив разговор, я сунул телефон в карман.

— Что-то я не припомню среди наших клиентов никакой Ольги, — как бы между делом произнесла Настя, скучающим взглядом рассматривая багажник впереди стоящей машины.

— Значит, уши грела?

— Ничего я не грела, — тут же возмутилась она. — Просто у тебя динамик громкий. Или что? Мне надо было из машины выйти, пока ты болтаешь?

— Было бы неплохо…

— Чего?

Она ещё что-то там возмущалась, но я не особо слушал. Меня куда больше волновало то, что Ольга могла сказать Игнатову. Ладно. Не так. Что Игнатов мог подумать после того, как поговорил с ней? Например, о том, что стажёр их фирмы, не имея лицензии, берёт себе клиентов на стороне.

И что в таком случае он сделает?

Вот это, конечно, вопрос уже куда более интересный. И что-то мне подсказывало, что ответ мне не понравится…

Отправить