Глава двадцатая
«Инквизиция»

— Со скидкой, которую я тебе обещала, выйдет четыре тысячи в месяц. Пятьсот рублей в на мелкие расходы. Короче, четыре тысячи пятьсот рублей. Годовой контракт. Без торга. Поверь мне, это очень дешево. Вчера вечером мне пришлось выдержать целую битву с отцом. Но он согласился.

Кхм… Я в шоке… Фига се скидку мне сделали. Это даже меньше, чем Ефграф говорил и мы с Остерманом предполагали. Но если брать в общем… Почти пятьдесят тысяч в год. Сумма всё равно набегает очень приличная. Но, раз все меня уверяли в том, что это нужно…

— Хорошо. Только с конца августа, — согласился я. — Раньше просто нет смысла… Не думаю, что я больше пары-тройки раз куда-то выберусь…

— Ой, да что ты говоришь! — рассмеялась она. — Твоя девушка — Варвара Волконская, а сам ты больше, извини, не овощ… Так что готовься шастать по всяким светским мероприятиям.

— Кхм… — кашлянул я. — И что ты предлагаешь?

— Ну, можно, например, сделать почасовую оплату, — пожала плечами Анна. — Если собираешься куда-нибудь — звони. Разобьём по часам из расчета пять тысяч в месяц. Недорого выйдет!

— Договорились, — улыбнулся я.

Коммерческая жилка у Громовой явно присутствовала. Только вот я прекрасно понимал, что без опыта, пусть и с такой фамилией, работу она может получить только у таких, как я. Кто-то посолиднее возьмет телохрана со стажем, а менее солидному дворянину это может показаться слишком дорого. К тому же, как Анна и говорила раньше, абы к кому и сама не пойдёт. Да и, сдается мне, с таким характером ей вообще будет тяжело искать клиентов. На мой взгляд, уж слишком прямая мадам. Хотя, может, это она только со мной так смело держится.

Тем временем мы добрались до этого самого отделения Инквизиции. Оно располагалось в деловом квартале Владимира, в одном из тех самых трёх высотных зданий, что бросились мне в глаза при первом полете над городом. Конечно, десятиэтажные постройки из стекла и бетона нельзя было назвать небоскрёбами, но на фоне остальных зданий они именно таковыми и казались.

Мы ожидаемо приземлились на крышу здания. Кстати, там была оборудована не просто парковка, а, я бы сказал, даже многоуровневая. Четыре дополнительных этажа удлиняли башни ещё сильнее.

Выбравшись из летта, отправились к лифту. Он, кстати, меня вообще порадовал. Понятное дело, что двигался он с помощью магии и в связи с этим имел невероятно плавный ход. Плюс не не требовал никаких держателей и прочих систем безопасности. За эту самую безопасность отвечала магия. Но на выходе из лифта мы буквально лоб в лоб столкнулись уже знакомой мне Ксенией Лопухиной. Целительница была одета так же строго, как и Анна, при этом сейчас выглядела старше своих лет. И, увидев меня, как-то смутилось. Виновато, что ли…

— Вас тоже вызвали? — тихо уточнила она.

— Как видишь, — пожал я плечами. — А тебя-то зачем?

— Ну… — протянула она и вдруг подалась ко мне: — Я ему ничего не сказала… — неожиданно шепнула мне на ухо, бросив взгляд назад, где я увидел деревянную стойку со стоявшим за ней суровым мужиком в рясе. — Говорите, что сами не знаете. И всё!

Прошептав это, она буквально запрыгнула в лифт.

— Это кто? — поинтересовалась у меня Громова, проводив заинтересованным взглядом поспешно удалившуюся женщину

— Ксения Лопухина, целительница, — коротко ответил я. Но вот чувствовал себя не совсем комфортно. Какого хрена вообще её вызвали? У этого инквизитора какие-то подозрения? Больше всего в этой жизни меня бесила неопределенность и ожидание чего-то… А здесь явно что-то подозрительное затевалось.

— Хм… — столь короткий ответ Громову не устроил, но настаивать на объяснениях она не стала. — Будь осторожен, Павел. Просто так в отделение никого не приглашают.

Капитан Очевидность, блин! Как будто я сам не знаю.

«Отделение инквизиции по городу Владимиру» — названия меня просто убило — располагалось на шестом этаже и занимало чуть ли не пятую его часть. Всё серьёзно. От того самого мужика, стоявшего за стойкой, буквально разило магической силой. Смотрел он на нас, как на «врагов народа».

— К кому? — неприветливо и грубовато осведомился он.

— К господину Ивакину Савелию Фомичу, — опередил я Анну, которая, судя по всему, собиралась что-то сказать. И мне почему-то показалось, что её слова вряд ли бы понравились церберу за стойкой. А затем и сам не удержался: — Знаете такого? Князь Черногряжский и княгиня Громова.

Блин, надо было видеть рожу этого мага. Презрительно-надменное выражение вдруг сменилось заискивающим.

— Вы Анна Громова и Павел Черногряжский? — теперь уже медовым голосом поинтересовался он.

— Да, — коротко ответил я.

Сюда специально таких дебилов сажают, что ли? А сразу посмотреть в свою бумажку слабо? Что-то очереди из желающих посетить данное заведение тут не наблюдается.

— Прошу за мной, — всё так же приторно-вежливо произнёс маг.

Нас провели по длинному коридору, после чего мы свернули и, поплутав по ещё нескольким, остановились у массивных двустворчатых дверей. Кстати, как я подметил, коридоры были пустыми. По пути нам не встретилось ни одного человека. Вообще, вся эта инквизиторская шарага не отличалась многолюдностью от слова совсем. Маг, что нас вел, всё время молчал, а спрашивать что-то у него мне не хотелось. Громова так и вообще уставилась себе под ноги.

Кабинет старшего инквизитора Савелия Фомича Ивакина выглядел скромно. Всё в лучших офисно-чиновничьих традициях. Стол, три стула, шкаф. На окне какой-то неизвестный мне одинокий цветок в горшке. И, собственно говоря, сам Савелий Фомич, сидящий за столом и внимательно нас разглядывающий. Навстречу инквизитор не поднялся, руку пожать не предложил. Но, как я уже говорил, этот жест, столь популярный в моём мире, в этом распространения не получил. Инретесно, а хозяин кабинета здесь главный или нет? Вдруг над ним ещё какой-нибудь начальник отделения имеется? Жаль, не сообразил выяснить это раньше. Впрочем, Ивакин сам ответил на этот вопрос, словно прочитав мои мысли:

— Проходите и садитесь! — радушно предложил он и, после того как мы сели, продолжил: — Как вы уже знаете, я старший инквизитор Савелий Ивакин. Начальник отделения инквизии по городу Владимиру.

Он сделал практически театральную паузу, видимо, ожидая, пока мы проникнемся значимостью этого заявления. Но поняв, что нужного эффекта не добился, слегка разочарованно выдал:

— Итак, княгиня, князь… Позвольте мне вручить вам ваши награды!

Он прямо-таки основательно покопался в ящике своего стола, выложив на столешницу два пухлых конверта.

— Что можно предложить достойным аристократам, которые сдержали «прорыв» и помогли инквизиции? — пафосно вопрошал он. — Конечно, премию! В конвертах по пятьдесят тысяч рублей. Российская Империя щедро вознаграждает своих сознательных подданных.

Осторожно покосившись на свою спутницу, я не мог не заметить удивления, проскользнувшего в её глазах. Судя по всему, награда оказалась действительно щедрой. Мне она так точно не помешает. Куплю себе нормальный моб, а то с позорищем каким-то хожу!

Мы забрали со стола конверты, после чего ещё раз выслушали короткую, но очень пафосную и благодарственную речь. Чуть погодя Ивакин вежливо, но твёрдо отправил Громову за дверь. Та вышла с неохотой, демонстративно сообщив, что ждет меня за дверью. Так мы с инквизитором остались вдвоём.

— Теперь не могли бы вы подписать бумагу. Так… формальности… — он как-то странно посмотрел на меня и протянул лист с напечатанным текстом.

Ну… Меня вот с детства учили, что пока ничего не прочитаешь, подписывать не надо. Поэтому, взяв документ, я быстро пробежался по нему глазами.

Так-так… Я, такой-то, разрешаю сканирование на аппарате… честно признаюсь… зубодробительный набор цифр и букв, которые, судя по всему, были его названием, но я прочитать не смог, претензий не имею и тому подобное. Обычная бумага вроде. Подписал.

— Отлично, — заулыбался Ивакин, и мне показалось, что сильно удивился. Хотя, наверное, всё же показалось. — Всем бы быть такими сознательными, как вы, князь! Теперь не могли бы вы описать того самого парня, который устроил этот прорыв, — начальник поставил передо мной небольшой приборчик с горящим в нём голубым кристаллом.

— Просто представьте террориста, и это устройство считает образ, — услужливо подсказал мне собеседник.

Блин, как-то даже жутковато допускать к себе в голову подобную хрень. Но, вспомнив заверения Ефграфа, что уже никто не сможет определить, что Павел Черногряжский на самом деле вообще не тот Павел, да и сам отказ будет крайне подозрительным, кивнул и, закрыв глаза, представил себе того самого человека, крикнувшего «Во славу Астарты».

Ничего не почувствовал, но буквально через минуту довольный Ивакин убрал устройство и вновь уставился на меня нечитаемым взглядом.

— Имел я сегодня беседу с некой Ксенией Лопухиной, — многозначительно произнёс он, — вам известна такая девушка?

— Известна, — кивнул я, окончательно решив придерживаться тактики «оскорбленной невинности». — А какое это имеет отношение ко мне?

— Видите ли, меня заинтересовало ваше внезапное выздоровление. По моим данным, это поистине можно считать чудом, — инквизитор не отрывал от меня взгляда.

— А это что, преступление? — я не удержался, и голос мой зазвучал возмущенно.

— Разумеется, нет, — поспешил возразить Савелий Фомич. — Считайте это человеческим интересом. Вас кто-нибудь ещё лечил?

— Это допрос? — добавил я возмущения в голос.

— Как вы могли такое подумать! — театрально воскликнул инквизитор и всплеснул руками. Но эти его холодные глаза. Следак, блин… — Просто беседа с уважаемым наследником знатного рода.

— Тогда хочу вас заверить, Савелий Фомич, у меня был только один доктор. Ксения Лопухина. Других не знаю. А то, что я выздоровел… Что же, видимо, боги посчитали, что мне ещё рано отправляться на тот свет.

— Боги… — как-то неопределенно хмыкнул собеседник. — Боги — это понятное дело.

— Сомневаетесь? — прищурился я.

— Ну что вы! — снова эти театральные ужимки. — Нисколько! Что ж, больше не смею вас задерживать, князь. Надеюсь, вы ещё не раз поможете инквизиции и Российской Империи в целом.

— Помогать Российской Империи — обязанность каждого дворянина, — внезапно, сам от себя не ожидая, ляпнул я. Но мои слова старшему инквизитору понравились, и он проводил меня до двери кабинета. По-моему, Ивакин был готов проводить меня и до выхода, но за дверью уже ждала Громова. Увидев её, мужчина поморщился.

— Желательно, чтобы вы ждали у входа в отделение, княгиня, — нравоучительно заметил он.

— Я телохран князя Черногряжского, — спокойно заявила та.

— Вот как… — инквизитор окинул меня оценивающим взглядом. — Поздравляю вас, князь. Вижу, на поправку пошло не только ваше здоровье, но и материальное состояние. Рад за вас.

— Причём здесь моё материальное состояние? — не понял я, но ответить на этот вопрос было уже некому. Старший инквизитор скрылся за дверьми, а перед нами будто из-под земли появился тот самый охранник-маг со входа. На выход мы шли в полном молчании.

— И о чём он тебя спрашивал? — Аня наконец выплеснула своё любопытство.

— Снял описание парня, который порыв устроил, — пожал я плечами, — больше ничего.

Распространяться о том, что инквизитор решил разузнать, как это я так быстро вылечился, не стал. В конце концов, меньше знаешь — крепче спишь. Надеюсь, что на этом Ивакин успокоится. Впрочем, прекрасно помню этот холодный взгляд. Уж больно фанатичным выглядел Савелий Фомич. И то, что мои объяснения его успокоили… Вот тут у меня есть сомнения. Но, опять же, будем верить Ефграфу, который клялся-божился, что никто ничего не узнает и не сможет узнать. Да и до сентября всего-то чуть больше месяца. А потом я свалю в академию, и всё успокоится. Как говорится, нет тела — не дела! Но советоваться на этот счет надо с Остерманом, а не со своим будущим телохранителем. Кстати, надо бы выяснить, что там за обязанности у неё такие

Этот вопрос я задал за обедом. Ну а что? Пригласил девушку в ресторан, который располагался в том же здании, где и отделение Инквизиции. Время-то уже обеденное. А то, что наш обед больше напоминал романтический ужин, тут я, знаете ли, не виноват. Ресторан посветовала именно Анна. Кстати, в неформальной обстановке моя спутница расслабилась и оказалась весьма приятной собеседницей. Но всё же больше мы говорили о делах. В первую очередь — о контракте, так как я нихрена не знал, что там да как.

Выяснилось, что обязанности телохрана прописываются достаточно развернуто. Были, конечно, определенные нюансы. Например, если меня официально вызвали на дуэль, она может заменить меня, но только если захочет это сделать. Да и сам факт замены, как объяснила Громова, хотя и допускался, но считался среди аристократов не совсем правильным. Как я понял, наличие телохранителя в первую очередь поднимало престиж его нанимателя, ну и спасало от всякий неприятностей с нападениями простолюдинов или каких-нибудь отмороженных дворян. Вот только во время занятий телохранители обычно ждали в специально отведенном для этого зале. Жаль, подробностей насчёт нахождения в академии Анна и сама не знала. М-да. Ладно, надо будет по МГС пошариться или у того же Остермана уточнить.

Обед наш прошел очень мило. После девушка, строго посмотрев на меня, заявила, мол, раз она теперь мой телохран, то и отношения наши могут быть только рабочими. И никак иначе, ибо это — правило.

Ну правило и правило. Ради бога! Я еле сдержался, чтобы саркастически не хмыкнуть, вместо этого просто кивнув головой и, кажется, немного разочаровав Анну, ожидавшую другой реакции. Она, конечно, мне нравилась, но не до такой степени, чтобы переживать по поводу невозможности затащить её в койку. Я уже понял, что нравы здешних аристократов, учитывая возможности магической контрацепции, были достаточно свободными.

После обеда, опять же, с подачи моей спутницы, мы прошвырнулись по здешним магазинам. Ну что сказать? Торговый центр и в другом мире торговый центр. Признаюсь, удивился схожести с Землёй. Видимо, кроме тянущихся друг за другом павильонов за стеклянными стенами, и придумать-то ничего нельзя. Одежда меня особо не интересовала, к тому же, чувствую, вернусь я сюда с Варварой, а вот моя спутница, видимо, решила потратить внезапно полученную премию на наряды. И не только. Первым делом она зависла в оружейном магазине. Аристократам оружие продавали свободно. Не требовалось ни лицензии, ни справок, без чего в моём прошлом мире ружья и пистолеты попросту не продали бы.

В местном магическом «огнестреле» я не шарил от слова совсем, так что положился на Громову, которая посоветовала мне небольшой револьвер, чем-то напомнивший виденный мной в фильмах «Бульдог». Пятизарядная увесистая штучка свободно помещалась в кармане. К нему шла коробка патронов. Вся эта прелесть обошлась мне почти в тысячу рублей. Не знаю, дорого или дешево, но Громова заверила, что дешево. У неё, мол, скидки.

Сама же телохранительница приобрела такого же плана револьвер, только побольше и восьмизарядный. На мой вопрос, чего бы и мне такой не взять, ответила, что с этим «красавчиком» я не управлюсь. Магический прицел и всё такое. Здесь нужен опыт… После моя новоприобретённая защитница посыпала вроде русскими, но практически непонятными мне словами. Пришлось согласиться с «экспертом».

Ещё немного посмотрев на оружие, Громова отправилась за одеждой, а я как раз заглянул в местный магазин магической техники, расположенный рядом. Ага… Вот наконец и увидел большой выбор здешних мобильных.

Мне приглянулся большой смартфон, чем-то смахивающий на любимый «Galaxy Note», только его марка звалась куда пафоснее — «Император». Он, кстати, оказался одним из самых дорогих в салоне. Но я вежливо отказался от предложенных мне вариантов, инкрустированных золотом и бриллиантами, и, к большому разочарованию симпатичной девушки-продавца, взял моб без этих ненужных лично мне наворотов аж за восемь тысяч рублей. Блин, цены на технику здесь кусаются.

За соточку, накинутую сверху, — надо же было отблагодарить девушку — сразу повеселевшая продащица быстро переставила мне симку со старого моба и всё настроила. Ну а дальше я разберусь сам. Тем более всё более-менее знакомо. Едва я вышел из магазина, как появилась и Анна с тремя пакетами, доверху набитыми свёртками. Демонстрировать свои покупки, как и хвастаться ими, они, как ни странно, не стала, благодаря чему сразу заработала в моих глазах несколько плюсов. Закончив с покупками, мы наконец отправились на выход.

По пути в поместье Громова устроила небольшой ликбез насчёт моего оружия. Но в принципе ничего особо нового я не узнал. Да и зачем расстраивать Анну, которая самозабвенно погрузилась в роль учителя. Так-то я в прошлом мире в тир захаживал и из разного оружия пострелял. А этот револьвер фактически ничем не отличался от от земного своего аналога. Только вместо пороха кристаллы, которые надо подзаряжать после сотни выстрелов. Этого, думаю, мне на всю жизнь хватит. Я же не собираюсь перестрелки устраивать, да?

Спутница настоятельно советовала потренироваться дома. С этим я не спорил. В любом случае к нему надо привыкнуть. Громова, кстати, сообщила, что за отдельную плату может потренироваться со мной лично. Отказываться тоже не стал, но предупредил, что подумаю. Опять же, не захотел расстраивать свою потенциальную наставницу. Да и сначала неплохо было бы пообщаться с Остерманом.

Отправить