Глава шестнадцатая
«Владимир»

Но охвативший меня буквально на мгновение страх моментально развеялся. Хм… странно, но кроме таких вот неприятных ощущений больше я не чувствовал ничего. По крайней мере, желания выложить всю правду-матку Василию Шуйскому у меня точно не было. Я еле скрыл охватившее меня облегчение. Твою мать… не действует на меня эта способность. Похоже, всё это связано с тем, что я-то не принадлежу этому миру. У меня имелось только такое объяснение. Но показывать это, понятное дело, не надо. Помню, как отвечала Софья. Попробуем поступить так же. Надеюсь, мои невеликие актерские способности прокатят.

И надо же… прокатили. Я старался отвечать как можно более равнодушным голосом, изображая из себя человека, поддающегося магии императора. Не знаю, поверил бы мне Станиславский, но император с Воронцовым, который присутствовал всё это время на дальнем плане, вполне.

В конечном итоге они убедились, что я не затеваю никаких заговоров в отношении рода Шуйских и тем более не собираюсь воспользоваться влюбленностью в меня великой княжны. Когда магия прекратила своё действие и меня типа вернули в нормальное состояние, император выглядел довольным. А на лице Воронцова ничего толком нельзя было прочитать. Да уж… его бесстрастной холодности, судя по всему, в любой ситуации оставалось только позавидовать.

Я же изобразил оскорбленную невинность, укоризненно глядя на самодержца.

— Не переживайте, князь, — широко улыбнулся он, — я должен был убедиться, что Софья выбрала достойного человека.

— Ваше Императорское Величество, — поклонился я, — я могу идти.

— Идите, князь, и не держите на меня зла. Это была обычная проверка. И помните, о чём мы говорили с вами на корабле.

Хрена себе проверочка. Вообще-то я после неё чувствовал себя каким-то униженным, что ли…

— И то, что вы её удостоились, говорит о многом, — добавил Воронцов, — пойдёмте, я вас провожу…

По дороге Глава Имперской СБ всё напоминал мне о великой чести быть проверенным на здешнем «детекторе лжи» в исполнении Василия Шуйского. Хотел бы я сообщить ему, куда он может пойти с подобными проверками. Но не мог. Интересно, если я бы не имел такого иммунитета, что бы эти два господина со мной сделали? Инквизицию вызвали? Или в здешние дворцовые казематы заточили, наверное, имеются такие.

Ну и второй вопрос, собственно, о Софье. Я, конечно, не особо опытен в амурных делах, но чувствовал, что великая княжна в меня, говоря простым языком, «втюрилась». Это было заметно невооруженным взглядом. Однако слова императора, который ещё раз напомнил мне о разговоре на корабле, меня слегка напрягли… вообще, если честно, я не собирался влезать во всё это. А здесь вообще складывалось впечатление, что за меня всё решили. Типа нашли любовника? Ну уж нет. Честно признаюсь, что такое положение дел меня совсем не устраивало.

Не то чтобы я был слишком гордым или ещё что… но всё же привык выбирать сам, а здесь такое ощущение, что меня типа выбрали любовником-альфонсом. Ну её, как говорится, нафиг, такая честь. Так что решил для себя: вояж в постель Великой княжны пока будет преждевременным. А то с таким папой точно появятся определенные обязательства.

М-да, Паша… вот как уже заговорил. Типа «царицей соблазняют», а ты не поддаешься. В моём прошлом мире такие девушки, как Фонвизина с Волконской, я уж не говорю об Иви, на меня даже бы и не взглянули. Вот предложи мне сейчас вернуться… точно бы отказался.

Но мои размышления прекратились, когда мы вернулись в зал. Там уже закончилось выступление «Зловещих», и народ уже более активно расходился. Воронцов как-то незаметно растворился, а я вновь оказался в кольце друзей, которые забросали меня вопросами. Да и сама Софья как-то странно смотрела на меня.

Естественно, я толком ничего рассказывать не стал, отделавшись общими словами. Мол, поговорили с императором и поговорили. Кстати, как я заметил, Скуратовы и Милославская оставались с нами. Интересно. Похоже, нашего полку прибыло? Надо будет узнать у Фонвизиной, что они вообще собой представляют. Так-то я уже привык, что Маша обо всех знает. Среди здешних аристократов хватало ненормальных. А у нас, как я уже считал, сложился весьма дружной коллектив. Вот Оболенский ассимилировался очень быстро, надо признать.

Короче, как понял, планы Софье я сегодня слегка поломал. Видимо, она рассчитывала на продолжение в более, так сказать, интимной обстановке, но увы. Слишком много народа вокруг меня явно помешало ей сделать «непристойное предложение». Ну и хорошо. К тому же надо сказать спасибо её отцу. Именно визит к нему меня слегка охладил.

Великая княжна проявила завидное терпение, и мы вежливо попрощались. Однако во время легких «обнимашек» мне на ухо жарким голосом сообщили, что со мной обязательно свяжутся и очень хотят увидеть после каникул. Ну я хотел было ляпнуть что-то вроде «до конца каникул ещё дожить надо», но передумал. Просто коротко сказал «да».

Как и предполагалось, возвращались мы на императорском летте. Но учитывая, что в академию прибыли уже в четвертом часу утра, то сразу отправились спать.

Проснулся… или правильнее будет сказать продрал глаза я только к часу дня. Потом отправился на обед. На этот раз мы не собирались все вместе. Народ в основном дрых после вчерашнего. Так что обедал я вместе с Иви и Варварой. Эльфийка сразу подправила моё здоровье, всё же небольшое похмелье с утра присутствовало, а Волконской пришлось весь обед рассказывать о том, что было на банкете.

Лететь во Владимир договорились завтра. На двух флаерах.

Правда, возникла одна проблема. Я, конечно, справлюсь с флаером, но опыта таких долгих перелетов у меня всё же не было. И надо же… проблему сразу решила Иви, которая скромно заявила, что она может пилотировать… Правда, когда и где она научилась этому, отвечать не стала. Но мы особо и не расспрашивали, хотя Волконская явно сильно удивилась.

Назначили вылет завтра в десять утра. А после обеда я занялся, так сказать, организационными вопросами. Первым делом позвонил Ефграфу и сообщил, что завтра к вечеру буду. Гном обрадовался и в который раз заверил, что поместье своё я не узнаю и все с нетерпением ждут моего возвращения.

Остаток дня прошел в сборах. Хотя они в основном были только у Волконских, да и то больше у Варвары. Мне-то что собирать? Я даже из одежды решил ничего не брать, костюмы свои оставил в общаге. Теперь денег у меня хватало, особенно после последнего пополнения за песни. Если надо будет, то куплю себе во Владимире.

Небольшой чемоданчик, гитара и два ноута — вот и весь мой скарб. Поэтому время до ужина я провел в компании компьютера. Интересно было читать о Новогоднем бале в императорском дворце. Об этом писали во всех новостных каналах. Понятное дело, о моей стычке с Великим князем не было ни слова. Зато кое-где упомянули некоего князя Черногряжского, автора песен группы «Зловещие мутанты», который исполнил на вечере три новых песни.

В принципе, все комментарии на этот счет были в весьма одобрительном стиле, а учитывая, что это писали довольно авторитетные издания для аристократов, очень хорошая раскрутка для имени рода. Главное, никто не упоминает слова вроде «бывший изгой» и так далее.

А вот на ужине уже собрались все мои друзья. К нам даже присоединился Оболенский. Выяснилось, что его пятерка уже разъехалась на каникулы. С ним оказалась и Палесская. Так что, можно сказать, вся наша разросшаяся компания в сборе. После ужина переместились в общагу. На улице было уже прохладно. Хотя, по мне, в декабре плюс пятнадцать и отсутствие снега — это вообще супер!

Но вот остальной народ вел себя так, словно на улице было не плюс, а минус пятнадцать. Видимо, не видели московские зимы и снег для них был, скорее, необычным приключением… выпадал он здесь в середине зимы лишь пару-тройку раз, после чего сразу таял. Хотя, судя по рассказам той же Холмогоровой, в империи существовали горнолыжные курорты, но подобный туризм, как я понял, массовостью среди аристократов не отличался.

Мало того… в общаге уже включили отопление. Если, конечно, так можно сказать, ибо всё оно было полумагическим. Хотя сами батареи выглядели вполне для моего глаза привычно.

В холле общаги мы и распрощались с народом… как выяснилось, завтрашним утром разъезжались практически все. Оболенский намекнул, что может после Нового года заскочить в гости. Вроде у его отца намечались какие-то переговоры в Суздале. Кстати, я сам в местном Суздале не был. Не до этого, сами понимаете, было. Но, судя по восторженной реакции народа при упоминании этого города, посетить стоило. Он, похоже, был куда популярней Владимира.

— Ты что! — возмутилась Варвара на мой вопрос, мол, а чего вообще все так восторгаются. — Это один из немногих городов, где сохранился дух старины. Настоящей старины. Там новые дома вообще не разрешают строить. Можно назвать его живым музеем!

— Ага, — хмыкнул Игорь, — и въезд в него платный, и цены на всё выше, чем в Москве. Музей для богатых!

— И что? — удивленно поинтересовалась у брата повернувшаяся к нему Волконская, — Мы-то, чай, тоже не бедные!

На её слова Игорь ничего отвечать не стал, только пожал плечами.

— Вот после Нового года туда смотаемся. Ты не против, Паша? — одарив брата ехидным взглядом, повернулась уже ко мне девушка.

Понятное дело, я был не против. Оболенский сообщил, что, может, и вместе получится. Не то чтобы я возражал, но всё равно почему-то полностью ему не доверял. Никак не мог понять, что же меня напрягает. Вроде парень совершенно нормальный. Да и Мария мне об этом говорила, когда я заикнулся о своих подозрениях. Просто на смех подняла. Наверное, правильно…

В итоге мы все обменялись номерами мобов с теми, чьих у нас не было, и разошлись.

Мы с Иви сходили в её корпус, где я помог дотащить до моего летта вещи. Свои я раньше загрузил. После чего… переночевала эльфийка у меня. И в который раз я позавидовал самому себе. Ночь прошла весьма жарко, проснулись мы в девять утра и, быстро сходив на завтрак, сразу отправились на стоянку.

Там уже нас ждали Волконские с Инессой. Я, наверное, уже говорил, что телохран Волконских последнее время вообще наблюдала за мной с нескрываемым удивлением. Похоже, своими успехами я сломал у Инессы какой-то шаблон, и она никак не могла определиться, как относиться ко мне. Ну как бы мне сейчас это было глубоко пофигу. Страдали от всего этого больше сами Волконские, которым Инесса, похоже, регулярно выносила мозг.

Иви оказалась вполне профессиональным пилотом. По крайней мере, точно не хуже Громовой, которая вела летт, когда мы летели в академию. К тому же несколько раз мы с ней менялись местами, и я, можно сказать, брал уроки вождения. На самом деле, как и предполагал, всё оказалось довольно просто. Последний час, когда мы уже подлетали к Владимиру, им управлял я, эльфийка сменила меня, только когда на горизонте показалось имение и надо было идти на посадку.

Летт Варвары отправился в сторону поместья Волконских, а мы приземлились на… новой посадочной площадке. И да… надо признать, что слова управляющего, что я не узнаю имение, подтвердились на все сто процентов.

Изменения я увидел ещё в воздухе. Фасад главного здания сверкал свежей краской. Дорожки в небольшом парке, разбитом перед домом, уже не были заросшими травой. Их заново вымостили, причём на этот раз плитка была какой-то фигурной, что смотрелось сверху очень красиво. Также привели в порядок газон и деревья с кустарниками, растущими вдоль дорожек. Теперь всё смотрелось аккуратно и органично.

Преобразившееся имение мне весьма понравилось. Да уж… Ефграф явно знал своё дело. Вон он стоит у площадки вместе с моей служанкой, а за ней выстроилось с десяток слуг. Причём все довольно молодые: шестеро крепких мужчин и четыре женщины лет тридцати-сорока… надо же. Похоже, новый обслуживающий персонал у нас появился. Давно пора.

Встретил нас гном улыбающимся, вместе с Катериной, которая сразу бросилась меня обнимать. А после я представил всем стоявшую чуть в стороне Иви Рэй Лисс, которая с робкой улыбкой наблюдала за нашей встречей.

Несмотря на то что я уже предупреждал управляющего, что у нас в роду появится эльфийка, смотрел народ на Иви как на «чудо чудное, диво дивное». Она явно была смущена подобным вниманием, но старалась этого не показывать.

Ефграф же вообще пребывал на седьмом небе от счастья. После наконец завершившейся торжественной встречи «дорогого и любимого хозяина», меня сразу потащили в дом с хорошо понятной целью: похвастаться изменениями. И признаюсь, после этого, пока ещё беглого осмотра я высказал управляющему свою искреннюю благодарность.

То запустение, которое я помнил перед отлетом в академию — потрескавшаяся побелка, потрепанный паркет и остальное, что делает дом, как любят говорить в моём мире риелторы, «усталым», сейчас просто исчезло. Вся обстановка внутри буквально лучилась свежестью. Похоже, управляющий развернулся по полной программе, и теперь дом стал не заброшенным особняком из фильма ужасов, а настоящим княжеским имением. Да, он, конечно, уступал тем же самым Оболенским, но гном с гордостью заявил, что с поместьями владимирских аристократов вполне может соперничать. И я ему верил.

Мой кабинет тоже преобразился. Как и спальня. Вместо старой мебели появилась новая, и она мне нравилась куда больше. В общем, угодил Ефграф, ой угодил.

Иви отвели комнату рядом с моей спальней, и она эльфийке очень понравилась. Пока слуги накрывали ужин, а Иви обустраивалась в своём новом доме, я позвонил Громовой.

Анна вроде даже повеселела. Отец её пришёл в себя. Она его уже забрала из больницы, и теперь вроде целители давали благоприятные прогнозы. Я её порадовал тем, что у меня теперь в роду имеется эльфийская целительница, и пообещал привезти её после Нового года. Громова начала было извиняться и благодарить, но я остановил её, сообщив, что всё в порядке.

Кстати, непосредственно Новый год как я понял у здешних аристократов принято было встречать в семейном кругу. А вот начиная с первого января уже можно было разъезжать по гостям. Так что на праздничный ужин мы собрались втроем. Я, Иви и Ефграф. Вот и весь род Черногряжских.

Но я сильно не расстраивался на этот счет. Сдается мне что каникулы, итак, будут весьма насыщенными.

Столовая, кстати, тоже изменилась. Помимо того, что она была празднично украшена… её искусно отреставрировали!

Вот теперь сюда, как мне кажется, не будет зазорно и Софью позвать, не говоря уже о моих друзьях по академии. Я не стал спрашивать, во сколько обошелся Ефграфу такой ремонт, но тот сам назвал мне сумму и сообщил, что вся отчетность лежит в моём кабинете и я могу с ней в любое время ознакомиться.

Я успокоил управляющего заверив что вполне доверяю ему.

Стол был сервирован по мне не хуже, чем в императорском дворце. Чего на нём только не было. Разнообразие блюд поражало. Это, по-моему, даже круче чем в императорском дворце было, в котором кстати надо заметить закуски были достаточно скромными.

Гном расстарался по полной программе. Единственное что слегка смущало, слишком много еды на нас троих. Ну и выпивки тоже. Как похвастался Ефграф, помимо двух бутылок какого-то коллекционного шампанского и нескольких красного и белого сухого вина, на столе стояло пара бутылок коньяка какой-то «неприличной» выдержки и пузатая бутыль с темно-красной жидкостью. Как заявил управляющий, это была выдержанная наливка. По его заверениям, делал её он сам, по каким-то секретным гномьим рецептам и достал типа из своих старых запасов.

Признаюсь, оказалась она на вкус весьма приятной.

После третьего тоста, когда мы уже утолили первый голод, мне пришлось рассказывать об учебе в академии.

Ефграф только успевал восхищенно качать головой во время моего монолога. Я, конечно, не стал особо вдаваться в подробности, но всё же событий то за семестр накопилось столько, что заняло моё повествование аж цельный час.

В десятом часу вечера, когда я уже закончил своё повествование, у нас вдруг появились гости. И учитывая неподдельное удивление гнома, когда тот увидел вошедшего в столовую человека для него подобный визит стал сюрпризом.

Отправить