Глава одиннадцатая
«Суперфинал. Часть 2»

Я уже настроился на зрелищную схватку. Как-никак лидеры второго и третьего курсов, но был реально разочарован. Честно говоря, совсем не понимал, как так можно сражаться в суперфинале. По-моему, даже Некрасов с Плещеевым были куда более убедительны в схватках со мной. С другой стороны, слова Марии в ответ на мой вопрос о том, что эти двое просто не хотят показывать сразу свои козыри, наверное, имели смысл.

Хотя всё равно подобная тактика меня удивила. Довольно долго оба соперника просто обменивались друг с другом вполне себе равноценными атаками, но всё же время поединка ограничивалось одним часом, поэтому во второй его половине они перешли к активным действиям. И здесь третьекурсник по фамилии Обломов внезапно оказался на голову выше своего соперника. Рылеев просто не мог ничего поделать сразу с тремя какого-то жуткого монструозного вида бойцами, которых вызвал его противник. Они легко раскидали защитников второкурсника и быстро поставили точку в бою.

Единственный вывод, который я сделал после этого боя, это то что князь Обломов в своей колоде имел кучу арканов, причём такого вида, что не понятно, почему моя, а не его колода называлась тёмной. Но какого-то особого волнения у меня перед боем не было. Никто, конечно, не говорит о недооценке противника, к тому же с третьего курса, но кто может похвастаться сражением с демоном? Или с орком? Так что после того как за десять минут две целительницы восстановили князю Обломов источник, я уверенно вышел на арену.

Перед этим, правда, переглянулся с Софьей, которая, не стесняясь сидевшего рядом императора, приветствовала меня поднятым большим пальцем. А вместе с ней и сам император благосклонно кивнул мне. И, по-моему, эта короткая сценка не осталась незамеченной зрителями. По крайней мере, я ощутил на себе множество любопытных взглядов. Но к такому вниманию я уже практически привык.

Загорелись звезды, и мой противник, как и предполагалось, резко атаковал. И пока в дело свои козыри не запускал, используя стандартных бойцов. Он предлагает повторить начало прошлого боя? Почему нет? Можно, конечно. Но я решил сломать противнику план сражения.

Он вызвал стандартного рыцаря в блестящих латах, а в воздухе не менее стандартную крылатую девку в весьма эротичных доспехах, вооруженную мечом. А в ответ получил моих Китану и Ягу.

Куноити со стальными веерами ловко расправилась с неповоротливым противником, порезав его буквально на куски, что выглядело, на мой взгляд, фильмом ужасов не для слабонервных. Яга тоже одержала победу в воздухе. Она вообще поступила как-то, на мой взгляд, нестандартно. Такой тактики я раньше за своим бойцом не замечал. Она со всей дури, практически тараном врезалась в крылатую красотку, отправив её в неконтролируемый полет, состоявший из целый серии кувырков, и это оказалось ещё не всё.

Моя смуглая героиня русских сказок отправилась следом и, когда противник наконец восстановил равновесие, врезала своей имбовой метлой. Вот в который раз поражаюсь. Ну какое оружие — метла? Тем не менее крылатая отправилась обратно в колоду.

И вот именно тогда Обломов, видимо, решил, что хватит цацкаться с каким-то там первокурсником, и зашел с козырей. На поле боя появились арканы. Ни Яга, ни Китана не успели добраться до вражеской звезды.

Перед моей красоткой в ступе появился какой-то странного вида призрак. Этакая фигура в чёрном, вооруженная кривой саблей. Вместо лица просто пустота. Смотрелось это всё, конечно, жутковато. А здешняя система называла это создание просто — «безликий призрак». Но самым неприятным было то, что эта тварь помимо своего весьма ловкого владения саблей ещё и кидалась какими-то сгустками из странной субстанции кашеобразного вида.

Яга, конечно, уворачивалась, но всё же пропустила несколько атак, и, ударив в её ступу, эти самые сгустки просто испарили те места, в которые попали. В результате ступа стала похожа на дуршлаг. Ягу, слава богам, это не затронуло, но, как я понял, такое везение долго длиться не могло. Она явно уступала своему противнику.

А на земле бедная Китана отбивалась от какого-то странного сухопутного осьминога. Не знаю точное количество щупалец у этой твари, но орудовал он ими очень ловко. Каким образом куноити умудрялась уклоняться от сыпавшихся на неё со всех сторон ударов, я не понимал. Однако нужна была помощь. Я вызвал Чёрного рыцаря и добавил ещё и Милфу, которой мысленно дал задачу помочь Яге. Благо пока сил у меня хватало.

Занятия с Распутиным по-прежнему были очень эффективны. Эффективней, например, чем практика у Строганова, который тоже периодически устраивал коллективные медитации. Но здесь, думаю, надо учитывать, что я ещё и Художник. А у них, как понял, с развитием источника всё шло немного по-другому.

Милфа реально помогла, заставив призрака сбавить обороты. К тому же сначала она использовала обычные стрелы, которые не наносили Безликому никакого ущерба, просто пролетая через прозрачное тело, но потом, поняв это, она резко перешла на другие. Теперь они буквально искрились от магии. Надо же. Не видел я у неё раньше таких. Вот оно, развитие бойцов вместе с владельцем колоды. Теперь, попав в колышущуюся фигуру призрака, стрелы оставляли в ней рваные сквозные раны, которые очень не нравились Безликому, и он возмущенно скрипел при каждом новом попадании. Увидев, что её противник ослабил натиск, моя смуглая красотка с метлой приободрилась.

Тем временем на земле осьминог всё же достал Китану, разорвав её на части своими щупальцами с присосками. Честно говоря, не ожидал, что перед отправкой в колоду несчастная куноити зальет кровью поле боя. Вообще обычно таких натуралистических картин в схватках было очень мало. Но здесь…

Однако прожил осьминог после своей победы, оказавшейся, как выяснилось, «пирровой», немного. Пусть и поздно подоспевший, мой рыцарь быстро расправился с изрядно подуставшей тварью. Но вновь до вражеской звезды добраться не успел, сгорев в странном голубом пламени, сотворенном появившимся на поле боя магом в синем балахоне с каким-то мертвенно-бледным лицом. Ух, как он мне не понравился. Но на такой случай у меня имелся Кощей.

Бессмертный, появившийся как обычно с недовольным лицом, к моему удивлению, никак не прокомментировал своего нового соперника, а лишь презрительно сплюнул и, по обыкновению перехватив поудобнее свой посох, направился к нему.

Маг… в принципе, как обычно это было с теми магическими арканами, что встречали на своём пути Кощея, слегка удивился, когда сгусток голубого пламени, запущенный им, не нанес тому никакого урона. Как и несколько следующих. После чего ожидаемо отправился в колоду после удара посохом.

Увы, в этот момент моя Яга приказала долго жить, и буквально спикировавший на Бессмертного призрак тоже отправил того в колоду. Против сабли посох не помог.

Здесь я уже решил перейти в атаку. На пути призрака, устремившегося ко мне, вырос Горыныч, который тройным залпом окончательно завершил сегодняшний жизненный цикл Безликого, после чего, заложив ещё один вираж, атаковал звезду Обломова, удачно увернувшись от последовавших друг за другом трех молний.

От столь мощной атаки звезда чудом удержалась, и, видимо, сразу начавший паниковать противник вызвал аж трех бойцов. И на этот раз уже экономить свою силу не стал. Появившийся первым гигантский паук метнул в Горыныча, заходящего тем временем на второй круг, здоровенный клубок белой паутины, которая мгновенно опутала моего летающего трехголового дракона, после чего тот бессильно рухнул на землю, где стал добычей двух вызванных Обломовым тварей. Здоровенного, размерами с быка, саблезубого тигра и не менее жуткого вида летающей твари, чем-то напоминавшего гигантскую летучую мышь.

Я, недолго думая, вызвал Призрака смерти и Ледяную ведьму, добавив к ним Эугыха и гнома. Столь массовый вызов во второй раз уже слегка подсадил мои силы. По крайней мере, я начал чувствовать усталость. Причём она как-то подозрительно нарастала. Не думаю, что, если мой противник отобьется, меня хватит надолго.

Паука заморозила ведьма и добил своими огненными бомбами гоблин. Сеть, накрывшая моего Призрака, не смогла сделать с ним то, что сделала с Горынычем. Она просто прошла через него, не нанеся никакого урона. Гном встретил тигра своим молотом, умудрившись с первого раза остудить пыл хвостатого, засадив ему в лоб. Однако, к моему огромному разочарованию, тот пережил этот удар, который его только оглушил. Поэтому завязалась позиционная схватка. К тому же Эльза никак не могла попасть по юркому тигру, а Эугых не мог кидать свои снаряды, так как мог попасть в Горма.

В воздухе тем временем Призрак сцепился с летучей мышью, которая помимо впечатляющих размеров когтей, которыми старалась зацепить врага, ещё плевалась чем-то вроде кислоты. По крайней мере, несколько попавших в моего бойца плевков прожгли в нём дыры. Но со своей стороны он умудрился пару раз пусть и слегка, но зацепить своего крылатого противника. Темп хаотического порхания летучей мыши заметно замедлился.

Я всё же рискнул и вызвал ещё и Водяного, после чего сразу понял, что вряд ли ещё что-то смогу сделать. Но этого оказалось достаточно. С тигром гном, в конце концов, расправился. Обломов отчаянно сопротивлялся, вызвав какую-то странного вида полуобнаженную девку с луком и огненными стрелами. Но произошло это практически сразу с появлением моего Водяного, и единственным успехом этой самой демонессы, а именно так именовала её Система, оказалось уничтожении Эугыха, который поймал две стрелы и просто взорвался.

Выбрать следующей жертвой Водяного оказалось ошибкой. Огненные стрелы ожидаемо не нанесли ему никакого урона. Ответный же удар буквально смыл огненную лучницу, на которую спикировал Призрак смерти, обезглавив её. А после следующего залпа Водяного и Ледяной Ведьмы звезда моего противника исчезла. Сразу растаял защитный купол, и меня оглушили одобрительные крики, а потом я попал в объятия своей пятерки, к которой весьма активно присоединилась Палесская.

Меня даже попытались качать, но весь этот «беспредел» остановил появившийся Строганов. После его короткого окрика меня выпустили из круга вцепившихся рук, и я предстало перед сияющим наставником.

— Молодец! — хлопнул он меня по плечу. — Я в тебе не сомневался, Павел. Порадовал, ой порадовал. С таким соперником! — Он крякнул от удовольствия и ехидно посмотрел на сурового мужика в чёрном костюме, который что-то выговаривал поникшему Обломову. — И Шаховскому нос утерли! Наставнику твоего противника, — пояснил он, заметив мой непонимающий взгляд.

Я пожал плечами. Как ни странно, не ощущал почему-то никакой особой радости от своей победы. Но тем не менее сделал вид, что счастлив. Иначе меня бы просто не поняли.

Тем временем стоявшие вокруг меня друзья отошли назад, а рядом со мной встали Строганов и подошедший Ожегов. А затем перед нами появился сам император всероссийский Василий Шуйский с двумя женами и своими наследниками. Причём Софья не удержалась и под недовольным взглядом отца и ехидным наследника обняла меня, прошептав, что гордится…

Интересно. Отец ничего по поводу подобной фамильярности не сказал, ограничившись взглядом. А вот как перекосило лицо Сергея Шуйского, это надо было видеть. С другой стороны, обнимала меня Софья меньше минуты… но когда она закончила «обнимашки» и выпустила меня из объятий, встав рядом с ректором, я увидел многозначительные взгляды сопровождающих самодержца царедворцев. Особенно Воронцова, который держался на заднем плане, но, похоже, очень внимательно наблюдал за происходящим вокруг. Да и хрен с ним. Пусть смотрит.

— Ваше Императорское Величество, — церемонно поклонился я Шуйскому, но тот только улыбнулся и вдруг, подойдя ко мне, похлопал обеими руками по плечам.

— Поздравляю, князь! — произнёс он мягким голосом. — Я рад, что в моей империи появляются такие талантливые маги.

По толпе пронесся какой-то по-настоящему изумленный вздох. Судя по всему, я должен был быть на седьмом небе от счастья после такого личного приветствия от правителя Российской империи. Но вот как-то нет…

— Именно маги, — голос императора стал серьёзным, и он строгим взглядом обвел притихшую толпу, — являются одним из столпов, на котором держится наше государство. И чем больше будет таких, как этот молодой человек, тем мы будем сильнее. В этом году традиционная императорская награда победителю турнира Московской академии — это один миллион рублей. И приглашение на празднование Нового года в императорском дворце. Двадцать девятого декабря!

Вот это поворот… даже не знаю, хорошо это или плохо. Мне показалось или у молодой жены-француженки, которая, кстати, не сводила с меня взгляд, глаза на миг вспыхнули? Так… в любом случае надо вести себя подобающе.

— Это большая честь, Ваше Императорское Величество, — поклонился я Шуйскому.

— Вот и оправдывай её, — улыбнулся он и вопросительно посмотрел на словно по мановению волшебной палочки появившегося рядом с ним Воронцова.

— Да, Ваше Величество, — кивнул тот, — всё готово.

— Тогда я с вами прощаюсь, князь. На вечере увидимся. А вам, господин ректор, — он перевел взгляд на сразу подобравшегося Ожегова, — хочу выразить персональную благодарность за то, что воспитываете такую молодёжь!

— Стараемся, Ваше Величество, — кивнул тот.

На этом разговор был закончен, и Шуйский, развернувшись, удалился вместе с женами. Правда, на прощанье я получил весьма многообещающий взгляд француженки. Да твою мать-то… что-то мне уже не хотелось идти на этот вечер. К тому же к этому взгляду добавился кипящий злобой взгляд второго брата Софьи.

А ко мне тем временем подошел наследник.

— Поздравляю, Павел, — улыбнулся он, пожимая мне руку, — действительно ждем на балу. И не обращайте внимания на моего брата, — он слегка понизил голос, — всё это просто бессильная злость. Отец строго предупредил его насчёт вас. Так что ему остается только прожигать взглядом. И не более.

После того как он ушёл, оставив свою сестру, которая сейчас вообще не отходила от меня, наступило время официальной церемонии награждения. Прошла она весьма скромно. Ожегов вручил мне какую-то вазу, отсвечивающую голубоватым светом, заявив, что это не только приз, но и магический артефакт, позволяющий ускорять восстановление источника при нахождении в непосредственной близости от неё.

Вот это подгон серьёзный. Не знаю, говорил или нет, но подобные артефакты стоили баснословные деньги, да и было их очень мало.

В принципе, после этого самого вручения церемония закончилась, и меня наконец отпустили. Преподы свалили, а народ, к моему удивлению, не сразу разошелся. Меня поздравило просто неприличное, я бы сказал, количество людей. Причём не только с первого курса, но и со второго и третьего. И, что приятно, Обломов и Рылеев тоже. Они, кстати, оказались на удивление неплохими ребятами. Хотя, как шепнула мне Софья, внеся ложку дегтя после их ухода, подобное практически панибратское обращение со мной императора заставило многих переосмыслить отношение ко мне. Понятно… сразу появляются льстецы. Ну неудивительно.

С Софьей мы проговорили полчаса, оставшиеся до обеда. И великая княжна выглядела весьма довольной, когда рассказывала о предстоящем бале…

— Двадцать седьмого меня, к сожалению, не будет, — сообщила она мне, — на балу в Академии императорскую семью будет представлять Александр. Он, кстати, всё хотел с тобой поближе познакомиться. — Взгляд девушки стал лукавым.

— Да я только за… — улыбнулся в ответ.

Кому такое знакомство мешало?

— Кстати, отец не сказал, я договорилась, что ты придёшь со своей пятеркой. Всё-таки вы выиграли и командное первенство!

— Здорово, — вырвалось у меня, правда, я вспомнил, что Варвара тогда пролетает. Как и Иви. Уточнил у княжны. Та подтвердила.

— Извини, Павел, — развела она руками, — здесь ничего поделать не могу. Это официальное мероприятие, и на нём строгие правила. Такие, как дресс-код, например… У тебя, надеюсь, костюм есть.

— Есть, конечно, — заверил её.

— Ну вот и отлично, — заулыбалась она. — Ладно, мне пора. Вон там на горизонте Воронцов уже маячит.

Она обняла меня на прощание и поцеловала… причём не в щечку, а так сказать, вполне по-взрослому. И это на глазах отошедших чуть в сторону, чтобы не мешать нашему разговору, друзей. После чего Софья убежала, а я, вздохнув, отправился к встретившим меня понимающими улыбками друзьям.

Отправить