Глава 18

Жгучее чувство, что произошло что-то непоправимое, закралось в сердце едва мы въехали в ворота. Время было ещё до полуночи, но в свете луны, над поместьем отчётливо виднелось кружащее над ним вороньё. И кажется, слетелось оно со всех окрестностей, настолько была огромная стая.

Перед домом никого не было, только каждые десять метров из земли торчали факелы, освещая территорию жёлтым колышущимся светом.

Что здесь случилось? Пока меня не было, поместье захватила секта Чёрного бога?

Где, чёрт его дери, Игнат?

Потом я увидел яркие магические вспышки, исходящие от узких продолговатых трещин, пролегающих по всему периметру особняка. Растущие за оградой деревья ходили ходуном, будто их кто-то дёргал за корни, а с фасада дома сыпалась штукатурка.

— Кто-нибудь вообще понимает, что здесь происходит? — Краснов стоял справа от меня. На его лице отражались ярко-голубые всполохи. — Опять аномалия?

— Сомневаюсь, — покачал я головой и повернулся к Егору. Парень был немного в смятении, потому что для него вообще всё это было впервые. Он даже не подозревал о существовании сквирлов. — На все вопросы я отвечу потом, а ты постарайся не принимать всё близко к сердцу.

Молодой охотник кивнул. Молодец. Уверен, что он справится.

Я прошёл немного вперёд и увидел перед фонтаном коротышку, который держал в одной руке что-то похожее на астролябию, а второй водил из стороны в сторону.

Ещё он выкрикивал команды на своём лилипутском языке, а стоящий чуть поодаль второй коротышка передавал их по цепочке дальше. Где она заканчивалась, оставалось только догадываться.

Неожиданно угол правого крыла особняка задрожал и пополз вверх. Трещина, делящая здание пополам, сомкнулась.

Да не может такого быть!

Я быстрым шагом приблизился к коротышке с механизмом в руке и признал в нём своего приятеля Атаса. Тот обернулся и победоносно улыбнулся. Только улыбка эта больше походила на злорадный оскал чокнутого мага-призывателя, поднявшего из глубин самого опасного демона.

— Грыша цар! У нас палущилась!

В этот момент под землёй что-то грохнулось, а потом послышались вопли. Угол с треском осел, утягивая за собой и без того покосившуюся башню. Металлический шпиль с лязгом оторвался и копьём воткнулся в метре от второго коротышки.

— Вот биляд такой, а! — Атас хлопнул себя по ноге и что-то прокричал на своём. Его помощник пожал плечами и передал послание дальше по цепочке. Через минуту из-под земли послышался звук, напоминающий постукивание камней, и деревья снова пошли волнами, как пшеница в ветреную погоду.

— Может, ты объяснишь, что здесь творится? — я уже начинал терять терпение. У всех на глазах мой единственный особняк вертят, как портовую девку, и никому до этого нет дела! А если он действительно сейчас сложится?

Атас повернулся и выставил передо мной ладонь.

— Не пэрэживай Грыша цар! Я ысправлу. Жды.

— Гриша! — откуда-то сбоку раздался голос Игната. Оказывается, он всё это время находился с другой стороны дома, и сейчас возвращался через сад. — Привет, парни!

— Ты что, остановить их не мог?

— Я задремал. Всё равно делать нечего. Коля там с нежитью, а я здесь один. Когда они начали, было уже поздно. Но это всё ерунда. Идите за мной, я вам кое-чего покажу.

Толстяк развернулся и побежал к дорожке, ведущей на задний двор.

Мы переглянулись с Мишей и Егором и поспешили следом.

Увиденное шокировало меня не меньше танцующего особняка. Я многое в жизни повидал, но с таким проявлением магии или что там используют эти малявки, сталкивался впервые.

Вся площадь сада, вместе с террасой, скульптурными композициями, мощёными дорожками и скамейками была приподнята минимум на полметра, причём плоскость была идеально ровной, без изломов и трещин. Даже на глаз отчётливо видно, что все работы по выравниванию производились профессионально, будто здесь трудилась целая толпа императорских архитекторов с кучей измерительных приборов, а не ватага полудиких маленьких существ.

— Вода вся ушла, Гриша! — радостно проговорил Игнат и едва не захлопал в ладоши. — Я тоже сначала не поверил, а когда увидел, чуть не прослезился. Мы б никогда так не смогли выровнять. И дом тоже. У них получится. Сам спустись, посмотри.

— Куда это? — я понял, что многое пропустил, и решил срочно восполнить пробелы. Сон как рукой сняло.

Инициатива и предприимчивость — это, конечно, хорошо, но что если всё вдруг пойдёт не по плану и дом просто разрушится?

С другой стороны, выравнивать его я и в самом деле не собирался, вряд ли такое под силу даже высокоранговым магам-строителям. Мазнул бы штукатуркой и подкрасил. Точнее, это сделали бы мои работники.

Мы вернулись обратно и вошли в особняк. Атас к этому времени прекратил работы и что-то обсуждал со своими помощниками. Их вокруг него собралось почти с полсотни.

— Нужно спуститься в подвал, идёмте, я проведу, — Игнат вышагивал по холлу, как заправский прораб.

Пока мы лавировали между горами обвалившейся штукатурки, под ногами постоянно сновали коротышки и каждый из них был чем-то занят. Потрясающая работоспособность. Кажется, теперь я понимаю, как можно использовать их в своих целях.

Мы спустились вниз по лестнице, прошли мимо алтаря, который я, кстати, так и не изучил, и под удивлённые взгляды стоящих вдоль стен кургов, вошли в вырытую малявками пещеру.

Что-то не припомню, когда я давал им разрешение на проведение масштабных раскопок.

Тоннель был значительно расширен, и от него во все стороны отходили такие же широкие коридоры.

Игнат, всё так же изображающий из себя хозяина стройки, прошёл немного вперёд и свернул во второй коридор слева. Сразу за поворотом открывался панорамный вид на весь масштаб проводимых здесь работ.

Фундамент особняка стоял на высоких каменных колоннах, вокруг которых, метрах в десяти ниже нас, толпились несколько десятков кургов. Как я понял, сквирлы использовали их для подъема и передвижения тяжестей, хотя могли делать эту же работу и при помощи магии.

Весь изъятый из-под дома грунт просто испарился, потому что я даже не представляю куда можно деть такой объём за столь короткий промежуток времени.

Я дотронулся до стены, но никаких признаков протечки или осыпания даже не было. Здесь явно присутствовала магия лилипутов, и она мне очень нравилась.

Кроме кургов, в огромном зале присутствовали и другие твари. Прямо на моих глазах один из коротышек верхом на гигантской саламандре вскарабкался по стене и повис вниз головой на потолке пещеры.

— Потрясающе, правда⁈ — Игнат сложил руки ладонями и покачался на пятках. Никогда не видел его таким воодушевлённым. — Это Бубум!

— Какой ещё Бубум? — подал голос Егор. Он так быстро крутил головой, что я начал переживать, как бы она не отвалилась.

— Друг Атаса!

— Друг моего друга — мой друг, — задумчиво проговорил я, наблюдая, как двое кургов начали крутить гигантское колесо и несколько рядом стоящих колонн с разным шагом плавно поползли вверх. Интересно, как они собираются всё это засыпать? Земли-то вокруг нет.

Через минуту все присутствующие здесь коротышки дружно что-то вскрикнули. По-видимому, так они проявляют радость.

Послышался лязг цепей, и прямо передо мной опустилась люлька, в которой стоял король сквирлов — коротышка с пузом и в кожаной шапочке. Он учтиво склонил голову.

— Гынгыр благадарыт чта Грыша цар позволыл возводит город для мой народ! Мы как раз укрэплаем твой дварэц.

Чего? Что-то я не припомню такого. И какой ещё город, если речь шла о посёлке?

Я повернулся к Игнату, но тот только пожал плечами, мол, я-то здесь причём, ты хозяин, тебе и разбираться.

— Позовите кто-нибудь сюда Атаса, — не поворачиваясь, сказал я.

Портить отношения с этими коротышками не особо-то и хотелось, но если не поставить их на место сейчас, можно однажды проснуться и увидеть, как один из них расхаживает по твоей комнате в твоих же тапках и пьёт приготовленный тобой же напиток из чайного гриба.

Я-то понимаю, что они ведут себя так, как привыкли, но до них надо донести, где они находятся и кто здесь хозяин.

Всё это время, пока мы ждали Атаса, в подземном зале стояла гробовая тишина.

Через несколько минут послышалось шарканье ног, и из тоннеля вышел Атас. По его виду стало понятно, что он что-то скрывает.

Коротышка остановился в двух метрах от меня и, не поднимая головы, прогундосил.

— Грыша цар звал Атаса, и я здес.

— Мне кажется, нам пора обсудить один вопрос. Сам всё расскажешь или мне начать?

Когда исповедь самодеятельного сквирла закончилась, его отец подошёл к нему и неожиданно для всех замахнулся, чтобы ударить. Я чудом успел перехватить руку толстячка.

— В моём доме я решаю, кого бить.

Мы минуту стояли молча, сверля друг друга глазами, но потом он увёл взгляд в сторону. Вот так-то.

— Гынгыр, твой сын хочет лучшего для своего народа, не стоит его за это наказывать. Но тебе придётся присягнуть на верность и пообещать любые действия согласовывать со мной. Иначе я вас выгоню. Твоим парламентёром будет Атас. Какое твоё слово?

Гынгыр посмотрел на сына, а потом перевёл взгляд на стоящего в сторонке курга, жующего какую-то палку.

— Гынгыр говорит «да»! Тепер мы можим объявит война!

Подземный зал потонул в рукоплесканиях.

— Нет! Никаких войн! Пока. Никаких решений без моего одобрения! Забыл?

— Харашо, — Гынгыр нехотя кивнул. Ничего, привыкнет.

Мы пожали друг другу руки, и я повернулся к Атасу, но он успел сказать первым.

— Атас сдэлал падарок Грыша цар. Идом.

Он повёл меня на самое дно подземного города и остановился напротив покрытой тряпками кучи. Снаружи вся эта композиция походила на центральную часть какого-нибудь сквера, вокруг которой на скамейках обычно отдыхают люди.

И прежде, чем коротышка сдёрнул тряпку, я уже знал, что под ней скрыто.

— Я нашол в падвале камэнь и посадил здэс. Мы хранит его. Тэпэр это сэрдцэ Города под Дворцом!

Минерал, который я совсем недавно забрал из сейфа Ляхова, разросся до двух метров в диаметре и пропускал через себя уже в три раза больший объём энергии, чем было при его первой посадке. Впечатляет!

Тайна Обелиска силы раскрыта. Теперь у меня есть свой собственный Обелиск, и он находится под круглосуточной охраной.

Перед тем, как подняться, я дал официальное разрешение на строительство города, с тем условием, что в будущем будет перестроен и мой особняк. Есть у меня кое-какие намётки.

Ещё раз окинув взглядом грандиозную стройку, я отправился наверх.

Когда проходил мимо нашей полевой кухни, до меня дошёл весьма странный запах, которого здесь никогда не было, но который был мне очень хорошо знаком.

Пришлось остановиться и подойти к закопчённому котелку.

— Блин! Я ж чайник не помыл! — спохватился Игнат, выхватывая его из моих рук. — Фу! Ну и вонь! Заплесневел, зараза. Щас выкину.

— Стой! — я забрал котелок обратно и обнял его, как молодой отец обнимает своего сына-первенца. — Накорми Егора и Мишу. И Коле тоже отнеси. Хотя, ему уже не надо. Там в вездеходе еда и дрова. Рога тоже занесите.

— Что? Какие ещё рога?

Но я уже не ответил. Всё моё внимание было поглощено тончайшей плёнкой, образовавшейся на сырой заварке. Как Игнату удалось её получить? Почему я не смог? Ладно. Не важно. Сейчас главное зарядить её энергией и размножить. Нужны банки. Много банок.

Придёт время, и все в округе будут пить напиток из чайного гриба — самой величайшей разновидности растительной нежити. Хотя, нет. Я буду держать его в тайне.

Всё, теперь спать.

* * *

Проснулся я рано, и сразу же уселся за изучение купленных мною книг. Пробежался по гильдиям, немного — по правящим династиям, но больше всего внимания уделил сельскохозяйственным и животноводческим артефактам. Без них сложно будет ускорить рост урожая.

Вчерашние события не давали покоя. Хочется сделать всё побыстрее и одним разом, но к сожалению — это невозможно.

Я перекусил приготовленным Игнатом завтраком, подлил остывшей заварки в котелок с чайным грибом и пошёл будить помощников.

Также, я наконец выпустил Колю и всех моих работников из вынужденного заточения и каждому раздал задание.

Нежить пошла заново сгребать весь мусор, а успевшие перекусить Миша и Егор начали вешать на стену карту моих земель с обозначением всех деревень, реки, пруда, кладбищ и полей. Куском угля я пририсовал и недавно образовавшуюся аномалию с пещерой и проходом в иной мир.

Скоро на этой карте появится много чего нового. Жаль, на неё нельзя добавить подземный город с Минералом, но мне ничего не мешает сделать ещё одну. В Болотном наверняка можно найти картографа.

После этого я отыскал в рюкзаке амулет управления иллюзорной совой. Нацепил его на шею и попробовал призвать иллюзию. Получилось не с первого раза, но результат меня обрадовал.

Сова оказалась практически неотличима от настоящей, а с расстояния так вообще — не было никакой разницы. Я мысленно посадил её на камин, и она сразу же там появилась. Всё, что она видела своими большими глазами, сразу же передавалось носителю амулета. Удобная штука.

Я подозвал Игната и за пару минут научил его пользоваться этим приспособлением слежки. Энергию сова потребляла непосредственно с самого амулета, так что для её применения не требовались магические способности.

Посадить мы её решили у въезда в имение — на дереве, рядом с воротами. А сам амулет перекочевал с моей шеи на шею Игната.

Сразу после этого я, Миша и Егор поехали в Ваганьковское. Дел там было тоже невпроворот.

Помощники пошли подбирать место для строительства полосы препятствий и спаррингов, а я отправился к Юрию Степановичу.

Когда вошёл в дом старосты, то застал его стоящим за своей конторкой. Голова взъерошена, а на опухшем от недосыпа лице читалось отчаяние.

Увидев меня, староста бросил свои дела и поспешил навстречу.

— Ну наконец-то!

— Что случилось, Юрий Степанович? Опять кто-то умер?

— Хуже, Григорий. Три семьи ночью ушли. Всё побросали. Ни одежду, ни курей, ничего не взяли.

— Ну так это хорошо! Чего расстроился-то?

— А что ж хорошего-то? Как засевать будем? Пяти мужиков крепких лишились. И стар и млад.

— Представь, если б сейчас соседский барон пришёл и сказал, что оставит в живых всех, кто ему присягнёт, а остальных повесит. Вот те три семьи первыми к нему и побегут на поклон, а вас всех в петлю. А могли бы дать отпор, но не дали, потому что побежал один — побегут и ещё! Как тебе такое?

— Ну, хреново. Значит, поделом что ли ушли? Те, кто остался, значит, свои в доску.

— Вот то-то и оно!

— А сеять-то всё равно некому!

Я прогнал энергию по каналам и вернул её обратно в ядро. Хорош Минерал! Даже как будто лучше стало, когда его глубже посадили.

— Грамотный в селе есть кто? — спросил я спустя пару секунд. — Или сам писать будешь? Только чтоб почерк красивый был.

— Есть. Аксинья хорошо пишет. Она школу закончила и в училище год проучилась, пока земли не разделили.

Я вздохнул, а перед глазами снова представилась недавняя картина.

— Пошли за ней, пусть прямо сейчас придёт. И двух-трёх мужиков или баб позови, которые с соседними деревнями связь поддерживают. Торгуют, обмениваются, или родственников, может, имеют. Неважно. Но только тех, за кого можешь поручиться, и деревни чтоб без хозяина были. Есть такие?

— Да теперь уж за всех поручиться могу. Сейчас сделаем.

— Тогда значит, зови тех, у кого язык стелет, как твоя метла.

— Понял.

Через полчаса в доме старосты, кроме нас двоих, собралась группа из четырёх человек — двух мужиков и двух женщин, а следом за ними подошла и Аксинья. После того случая в бане, я немного пересмотрел своё отношение к ней. Да и она глазами стреляет, что аж скакать хочется, как тот мерин. Мало я, всё-таки, уделял внимания женщинам в своё время. Сейчас вот, пожинаю.

Но хоть душа и просит, умом я понимаю, что нельзя вот так вот взять и охмурить девушку. Какое потом ко мне отношение будет? Мигом разлетится молва, что граф-то наш и не такой уж и порядочный. Только освоился, а уже пошёл по деревенским девкам. Удивительно, что о случае в бане ещё никто не прознал. Хотя, может уже и судачат.

— Теперь бумагу и ручку. Есть?

Староста достал из конторки несколько чистых листов бумаги и вытащил из стакана ручку.

— Столько хватит?

— Хватит.

— Рассаживайтесь за столом. Сейчас Аксинья будет писать, а вы все слушать.

Я повернулся к девушке, а та вдруг, не говоря ни слова, шагнула навстречу и сразу поцеловала меня в губы.

Да здесь прям каким-то сговором попахивает!

Отправить