Глава 8

Профессор Боярышкин прошёлся по списку студентов и, когда назвал моё имя, то дольше других всматривался в моё лицо, явно пытаясь запомнить.

— Во-первых, хочу сразу предупредить — что никаких поблажек никому не будет, — сказал он, встал из-за стола и начал прохаживаться между рядов. — Я здесь не для того чтобы входить в ваше положение. Моя задача — вдолбить вам в голову Фармакологию. Если будете опаздывать, прогуливать, не выполнять домашнее задание или делать его некачественно, то немедленно последуют меры. Суровые меры. И у меня для этого есть все полномочия.

— Простите, а можно поподробнее про меры? — осторожно спросила девушка с зелеными глазами.

Насколько я запомнил, её звали Аурика. Довольно необычное имя.

— Милочка, вы не начали учиться, а уже подумываете нарушать правила? — он зло зыркнул на неё.

— Н-нет, просто спросила, — еле слышно ответила она.

— Не надо ничего спрашивать «просто»! Только по делу. Всем ясно? — он обвёл нас взглядом.

Кто-то ответил, кто-то закивал. Но напряжение в кабинете лишь усилилось. С таким отношением препод не заслужит уважения, во всяком случае пока. Посмотрим, как он в себя в будущем покажет.

— Сегодня я вам расскажу различия между немагической и магической фармакологией. Итак…

Всё занятие он слонялся между партами, бубня себе под нос очередную теорию. Я то и дело ловил на себе его взгляд. М-да, после громкого судебного процесса я стал известной персоной, но меня это совсем не напрягает. Наоборот, я наконец-то в центре событий. Оказалось, что я даже соскучился по вниманию.

В конце занятия, когда прозвенел звонок и все двинулись к дверям, Боярышкин окликнул:

— Семён Афанасьев и Александр Филатов, подойдите ко мне!

Мы с Сеней переглянулись и, дождавшись, когда все выйдут, направились к преподавательскому столу, за которым он сидел.

— Вы сегодня опоздали.

— Всего на несколько секунд, — возразил Сеня.

— Какая разница! По-вашему, я должен ждать каждого студента и смотреть на часы? Занятие начинается со звонком. Вас в это время не было в аудитории. Я выписываю нарушение и даю задание на дом. Вы оба должны будете его выполнить к следующему занятию.

Мы с Сеней переглянулись. Похоже, мы с Боярышником не уживёмся. По крайней мере начинает он очень жестко. Ну что ж, посмотрим, как будет дальше.

— Записывайте задание, — велел он.

Мы записали то, что должны выполнить, и, не прощаясь, вышли в коридор.

— Говорил же я тебе, что Боярышниковы — никудышный род, — шепнул мне Сеня и покачал головой. — Ох и попьёт он нашей кровушки.

— Ну это мы ещё посмотрим, — улыбнулся я.

Сегодня у нас были ещё два занятия, и одно из них с Щавелевым. Он рассказывал про технологию составления рецептов лекарственных средств. Это было интересно, ведь я обычно задействовал лишь свою алхимическую способность и не опирался ни на какие таблицы и формулы.

— Пока. До завтра, — Сеня протянул мне руку, когда мы вышли из академии. — Не забудь выполнить задание Боярышникова, а то он ещё сильнее распалится.

— Не забуду, — я пожал руку и хотел уже направиться к парковке, но тут кое-что вспомнил. — Сеня, пошли к комендантше.

— Зачем? Лена же сказала, что она на деньги намекает. А у меня нет лишних. Мы, Афанасьевы, совсем небогатый род.

— Попробуем без денег договориться.

— Ну ладно, пошли, — пожал он плечами. — Только я сильно сомневаюсь, что у нас что-то получится.

Мы снова зашли в академию и двинулись по левому коридору.

— Что ты хочешь делать? Думаешь, она тебе, что-то другое скажет? — Сеня заметно забеспокоился.

— Может быть, — загадочно улыбнулся я.

Мы дошли до кабинета с табличкой «Комендант Ершова Дарья Алексеевна».

— Останься здесь. Я сам с ней поговорю, — велел я товарищу, постучал в дверь и зашёл, не дожидаясь ответа.

За столом, заставленным кипами бумаг, сидела дородная женщина лет пятидесяти. С унылым видом она просматривала какие-то бумаги. Из радио доносилась классическая музыка. По обыкновению я втянул носом эфиры…

— Добрый день, — я улыбнулся так широко, как мог.

— Добрый, коль не шутишь. Чего тебе? — лениво спросила она, подавив зевоту.

— Мой друг хочет заселиться в один из тех прекрасных домиков, что стоят за спортплощадкой, — я кивнул в сторону окна, в котором виднелся стадион.

— Что за друг? — заинтересовалась она.

— Семён Афанасьев. Он приходил к вам вчера.

— А-а-а, Афанасьев, — она тут же потеряла интерес к разговору. — Так я же сказала, что мест нет.

— Очень жаль. Он мечтает жить в студгородке. Может, можно как-то найти для него местечко? — я вплотную подошёл к её столу.

— Ну-у вообще-то несколько студентов отчислены и ещё двое съезжают, поэтому места могут появиться, — протянула она, поглядывая на меня. — Но у меня огромная очередь из желающих, так что ничего не могу обещать, — развела она руками.

— Я могу изготовить для вас средство от бессонницы и кошмаров в обмен на дом для Афанасьева, — я решил не ходить вокруг да около.

— Кхе-кхе-кхе, — она от неожиданности подавилась чаем, который пригубила.

Я перегнулся через стол и похлопал её по спине. Бесполезное действие, но в этом мире почему-то принято так делать.

— Откуда ты знаешь? — хрипло спросила она.

— У вас на лице всё написано, — сказал я.

Эта была полуправда. На самом деле в эфире, который исходил от женщины, я почувствовал изменения в её организме, которые наверняка привели к бессоннице.

Видя сомнение на лице комендантши, я решил представиться.

— Меня зовут Александр Филатов. Я из знаменитого аптекарского рода Филатовых. Мой отец был…

— Знаю-знаю-знаю, — замахала она рукой и расплылась в улыбке — То-то смотрю у тебя лицо такое знакомое. Не признала сразу. Значит, ты можешь мне помочь с бессонницей? Ведь замучилась уже, сил нет. Всю ночь с боку на бок переворачиваюсь.

— Да, смогу. Но в обмен на дом, — напомнил я.

— Об этом можешь не беспокоиться. Найду куда поселить твоего Афанасьева.

— Ну, тогда до завтра. С утра загляну к вам с готовым средством, а пока приглашу сюда Афанасьева. Он ждёт заселения, — подмигнул я.

— Эх, ладно, — махнула она рукой. — Пусть заходит.

Я вышел из кабинета и подозвал Сеню, прохаживающегося неподалеку.

— Иди, тебя ждут, — окликнул я его.

Он быстро подошёл и шепотом спросил:

— Дом нашёлся?

— Да.

— И что ты ради этого сделал?

— Ничего особенного, — усмехнулся я и, насвистывая, двинулся по коридору.

Уж не знаю, о чём он подумал, но парень провожал меня изумлённым взглядом аж до самого выхода.

Я вернулся домой и застал семейство за обедом.

— Что вы знаете про Боярышкина? — спросил я, когда служанка поставила передо мной блюдо с куском жареного мяса и запеченной картошкой.

— Род лекарей средней руки. А что? — Дима внимательно посмотрел на меня.

— Преподаватель по Фармакологии сменился. Теперь у нас будет вести Даниил Ефремович Боярышкин.

Дед отвлёкся от газеты, и они с Димой переглянулись.

— Не знал, что Боярышкины преподают, — старик Филатов снял очки и потёр уставшие глаза. — Этот род, как и Сорокины, были вассалами Распутиных. Их патриарх получил пять лет тюрьмы. Но его на суде не было. Будто бы с сердечным приступом слёг. Жучара. Наверняка придумал болезнь.

— Теперь многое становится понятно, — усмехнулся я, отрезал кусок мяса и начал с аппетитом жевать.

— Что тебе понятно? Он что-то сказал? — нахмурил кустистые брови дед.

— Нет. Просто записал нарушение и дал задание на дом за несколько секунд опоздания.

— Так и знал, что они будут гадить нам везде где только могут. Ты уж будь с ним поосторожнее.

— Конечно, — кивнул я.

За свою прошлую жизнь я научился считывать людей. С первого взгляда на этого Боярышкина я знал, что сладить с ним не удастся. Но я всё-таки попробую. К каждому можно подобрать ключ. Для кого-то это лесть, для кого-то услуга, а для кого-то правильно подобранная угроза. От Боярышкина зависит, что это будет.

Запив вкусный обед крепким чаем, я поднялся к себе и вытащил из кармана пиджака блокнот, в котором написал задание по Фармакологии.

Мне нужно было придумать средство, которое отменяет действие любого другого лекарства, выпитого до него. Ничего сложного. А вот отменить действие моих зелий практически невозможно.

Я опустился в кресло, прикрыл глаза и принялся подбирать эфиры. Когда примерная заготовка сформировалась в моём сознании, я прокрутил все известные мне рецепты местных лекарственных средств и соотнёс их с тем, что получилось. Должно сработать. Жаль, что нет возможности попробовать на практике… Хотя почему нет?

Я переоделся в спортивный костюм, выпросил у Лиды все имеющиеся в доме лекарства и направился к лаборатории. К моей новой лаборатории.

После поездки в «Лавровый базар» у меня были все нужные для стандартных зелий эфиры. Первым делом я создал средство, отменяющее действие любого лекарства. Когда жидкость в колбе окрасилась в коричневый цвет, я расставил перед собой все коробочки и флаконы с лекарствами.

— Ну что ж, испытаем.

Я открутил крышку первой бутылочки с ядрёным запахом и залпом выпил. Фу-у, гадость. И на спирту к тому же.

Затем взял коробку с белыми таблетками, высыпал их на ладонь и засунул в рот. Бе-е, какая горечь! Эти лекари совсем не заботятся о людях! Вот мои зелья никогда не были такими противными. Даже некоторые по вкусу напоминали нектар.

Друг за другом я употребил всё, что принёс из дома. Через несколько минут эфиры лекарств уже бесновались в моём теле. Мне даже поплохело, но я успел выпить своё средство и, облокотившись о стол, прислушался к ощущениям.

Сначала пропала резь в животе. Затем успокоилось бешеное сердцебиение. Перед глазами перестали мелькать чёрные точки. Исчезла дрожь в коленях. Язык, который не слушался и просто вывалился изо рта, снова начал повиноваться моим приказам. Короче, всё восстановилось. Я в этом и не сомневался.

Приготовив для комендантши хорошее успокоительное из обычных трав, я прибрался в лаборатории и вернул остатки лекарств Лиде.

— Что ты с ними делал? — спросила она, увидев, насколько уменьшились её запасы.

— Небольшой эксперимент, — пожал я плечами.

— С тобой всё хорошо? — насторожилась женщина.

— Да, а что?

— Просто от тебя странно пахнет… Неужели ты употребил все эти лекарства? — ужаснулась она.

— Нет, конечно. Я знаю, что это очень опасно, — я мотнул головой и хотел выйти из её комнаты, но неправильно рассчитал расстояние до дверного косяка и ударился об него головой.

Хех, всё-таки надо быть поосторожнее с экспериментами. На всякий случай я своим методом вывел остатки средства из организма.

Вечером снова заявился портной и принёс заготовку костюма. Пиджак весь был в булавках, поэтому пришлось постараться, чтобы не уколоться, надевая его. Сделав несколько корректировок, он заверил, что послезавтра костюм будет готов, и ушёл.

На следующее утро, проснувшись по будильнику, я нехотя поехал на учебу. Меня просто бесила парковочная система! Сегодня же зайду к декану и спрошу, как бы мне получить разрешение парковаться поближе. Вдруг одного полезного кому-нибудь зелья хватит, чтобы решить этот вопрос.

Я встретил Сеню возле парадного входа. Оказывается, он нарочно дожидался меня.

— Саша, всё получилось! Мы с комендантшей ходили вчера в студгородок посмотреть дома. Я выбрал один неподалеку. Все документы оформлены. Осталось ключ получить.

— Так, в чём же дело?

— Дарья Алексеевна сказала, что отдаст его только тогда, когда ты выполнишь свою часть уговора, — смущенно произнёс он. — Расскажешь, о чём она?

— Обязательно, но позже. Нужно успеть отдать ей все и бежать на Фармакологию.

— Ты прав. Кстати, задание оказалось совсем несложным.

— Это точно.

Мы поспешили к кабинету комендантши. Когда я открыл дверь, зевающая женщина заваривала себе крепкий кофе. Выглядела она неважно, впрочем, как и вчера: серый цвет лица, под глазами синие круги, глаза воспаленные.

— А-а, Филатов, ну что, принёс своё средство? — спросила она и широко зевнула, прикрыв рот рукой.

— Принёс. Только пить его лучше лежа в кровати.

— Да ладно. На меня уже ничего не действует, — она протянула руку, в которую я вложил флакон и бесцветной жидкостью. — И сколько пить?

— Пять капель хватит.

— Поняла, — она убрала зелье в карман, открыла дверцу ключницы и отдала ключ с массивным деревянным брелоком с номером дома. — На, отдай своему другу. Пусть заселяется.

Я вышел из кабинета и отдал Сене ключ.

— Так всё же как ты её уломал? — вполголоса спросил он.

— Просто сделал одно эффективное успокаивающее средство от бессонницы, — отмахнулся я.

— Сам?

— Конечно. Плёвое дело.

— Ну не знаю, — протянул он. — Я бы не смог.

Мы дошли до кабинета и только открыли дверь, как прозвенел звонок. Успели. Боярышкин уже сидел за столом с раскрытым журналом и прожигал нас взглядом.

— После занятия не забудьте подойти ко мне и сдать ваши работы, — кинул он нам вслед и объявил всей группе. — Сегодня мы с вами начнём проходить большую тему по классификации веществ…

Во время лекции я несколько раз порывался остановить его и дополнить, но потом махнул рукой. Из всего многообразия свойств, присущих тому или иному растению, он рассказывал лишь самые простые и широко известные. Как же узко они мыслят! Вот если бы я был преподавателем, то… Хотя нет, это точно не моё.

После занятия мы с Сеней подошли к Боярышкину. Тот сначала просмотрел задание Сени, которому нужно было выписать все растения, имеющие желчегонный эффект.

— Ну что ж, всё верно. Вы хорошо потрудились. Я думал, что упустите корни одуванчика и столбики с рыльцами кукурузы, но вы меня приятно удивили, — с довольным видом произнёс он, раскрыл журнал и поставил отличную отметку напротив фамилии Сени.

— Филатов, где ваша работа? — Боярышкин взметнул на меня колючий взгляд.

Я протянул ему лист с подробным описание средства, которое вчера испытал на себе.

— Что вы тут понаписали? — спросил он, когда прочитал.

— То, что вы просили. Средство, которое отменяет действие препаратов, выпитых до него.

— Филатов, это было задание с подвохом. Такого средства нет и быть не может, — усмехнулся он и уже хотел вывести напротив моей фамилии отметку, но я схватил его за руку.

— Поспорим?

— Что? — он недоуменно уставился на меня.

— Если выиграю, и моё средство рабочее, то я смогу по желанию посещать ваши занятия и опаздывать без последствий. Согласны?

В это время к нам подошли ещё несколько студентов, которые не успели выйти из кабинета, и с интересом уставились на нас.

— Я не буду тратить своё время на эту ерунду, — он недовольно скривил губы и снова поднес ручку к моей фамилии.

— Прежде чем вы поставите мне неудовлетворительную оценку, докажите, что моё средство нерабочее. Иначе я пойду к декану и скажу, что вы предвзято ко мне относитесь и намеренно занижаете оценки.

Боярышкин аж раздулся от такой наглости.

— Ну ладно, Филатов, пошли в лабораторию! — зло выкрикнул он, взял лист с моей работой и решительно двинулся к двери.

Мы с Сеней и остальными студентами последовали за ним.

Отправить