Глава 6

Коган съел кусок пастилы, запил горячим чаем и, понизив голос, проговорил:

— Всё дело в том, что с возвращением аптекарей многие наши артефакты больше не нужны, а это значит, что мы потеряем значительную часть прибыли.

— Да, это верно. Как я знаю, часть не такие уж эффективные, — кивнул я, не понимая, к чему он клонит.

— Чтобы не оставить артефакторов без работы, мы с моим достопочтимым отцом придумали кое-что, — в его глазах заплясали огоньки. — Предлагаем работать вместе.

— О чём вы?

— Мы официально заявим, что Коганы работают с Филатовыми. И что мы используем лекарственные средства, изготовленные по вашим рецептам. А также мы решили выкупить мастерские у Мичуриных и перенастроить их на совсем другие артефакты.

— Какие?

— Вот в этом-то и есть главная задумка! — он чуть не подпрыгнул от радости. — Мы начнём изготавливать артефакты для наших лечебниц и на продажу другим родам. Но это будут артефакты, связанные с лекарственными средствами.

— Не понял, — я поставил кружку на стол и внимательно посмотрел на него.

— Всем очевидно, что возвращается эра аптекарей, поэтому мы с моим уважаемым отцом решили не упускать шанс и действовать, так сказать, на опережение. Мы с ним весь вечер думали, рассуждали и пришли к выводу, что лечебницам будут просто необходимы артефакты для подогревания лекарств до нужной температуры, браслет контроля побочных эффектов, шкафчики для увеличения срока годности лекарств, ну и тому подобное.

— Хорошая идея, — согласился я.

— Вот именно! Я бы даже сказал отличная идея! Просто шикарная идея! — воскликнул он, чем привлёк внимание покупателей, которые только что зашли в лавку. — Но, всё это будет возможно, если вы нас поддержите. Рано или поздно все лекарские рода будут вынуждены перейти на использование таких лекарств, иначе просто не выживут. Вы начнёте, как и в прошлом, снабжать их лекарственными средствами, а мы подключимся и сделаем так, чтобы их использование стало ещё более эффективным. И всем станет хорошо.

Коган с довольным видом откинулся на спинку дивана и положил в рот очередной кусок пастилы.

В хватке им конечно не откажешь. Всё продумали наперёд.

Всё-таки патриарх Коганов умный человек. Он не вляпался в историю с наследником, не был причастен к покушению на убийство Димы, а сейчас первым понял, какое будущее ждёт лекарей, и начал суетиться. Пожалуй, если они займут высшую позицию в иерархии лекарских родов, то это будет вполне заслуженно.

— Вы сказали, что решили выкупить мастерские у Мичуриных…

— Да, и мы надеемся на большую скидку, — кивнул лекарь. — Дело в том, что они в спешном порядке по дешевке всё распродают, чтобы заплатить штраф и закрыть долги. А мы, как их вассалы, имеет дополнительную скидку. Поэтому возьмём производство почти даром.

— Понятно. Я вижу, вы хорошо подготовились к нашему разговору. Но почему вы с этим вопросом обратились ко мне, а не к отцу или деду? — заинтересовался я.

— Дело в том, что мы с моим почтеннейшим отцом прекрасно понимаем, кто сейчас на самом деле является главой рода, — прошептал он и подмигнул. — Пусть пока неофициально, но к этому всё идёт. Поэтому я решил, что ваше слово будет стоить дороже, чем остальных ваших родственников.

Ага, и здесь они уже всё порешали. Ну что ж, мне не помешают такие хваткие союзники.

— Хорошо, я вас понял. Но главой рода Филатовых всё-таки является мой дед Григорий Афанасьевич, поэтому все решения принимает он. Я сообщу ему о вашем предложении.

— С нетерпением буду ждать ответа. Очень надеюсь, что он будет положительным. Ведь это пойдёт всем только на пользу, — он с шумом допил чай, завернул в салфетку несколько кусков пастилы и, попрощавшись, вышел из лавки.

Ко мне подошла Кира.

— Может пообедаем вместе? — робко предложила она.

— Я бы с радостью, но времени нет, — я взглянул на часы. — Надо возвращаться в Москву. Завтра первый учебный день.

— Как я вам, магам, завидую, — печально вздохнула она. — Жаль, что я родилась в семье простолюдинов.

— Ты родилась в прекрасной семье. У тебя замечательные рродственики.

— Ну да. Наверное… Но вы возьмёте меня работать в лавку в Москве? Я бы очень этого хотела, — она с надеждой посмотрела на меня.

— Мы подумаем, — кивнул я, попрощался с Валерой и вышел на улицу.

Машина стояла у ворот дома, куда я и двинулся, неся на плече коробку с изредка звякающей стеклянной посудой.

В особняк не стал заходить. Лида с дедом перевезли в Москву все мои вещи, а больше мне ничего не надо. Загрузив коробку на заднее сиденье седана, я выехал из города и направился в сторону столицы. У меня начинается новая жизнь на новом месте.

Добрался до особняка только поздним вечером. Два раза заплутал и свернул не на ту улицу. Я себя чувствовал не очень уверено за рулём — город оказался больше, чем я думал. Когда подъехал к воротам филатовского особняка, то с облегчением вздохнул и отметил, что вся спина мокрая.

Сразу вспомнился случай из молодости, когда создал первое зелье «Вечной молодости». Немного перемудрил с ингредиентами — хотел переплюнуть отца, чей рецепт использовал, но вышло всё не так, как задумывал. Старая фрейлина королевы обрела молодость, но некоторые части её тела ни с того ни с сего резко старели. Молодой капитан, которого она обольстила, в итоге сошёл с ума. И я его понимаю. Целовал красотку, а она оп, и превратилась в безобразную старуху.

За ужином рассказал о предложении Когана.

— Хваткие они, эти Коганы. Сразу поняли, что нужно быть к нам поближе, — усмехнулся дед.

— Только мы сейчас им ничего предложить не можем, — сказал Дима.

— Ничего, подождут. Шурик, ты разобрался с лабораторией?

— Да, — кивнул я, прихлебывая густой гороховый суп на говяжьих костях и с ароматными копчёностями. — Больше за аренду не плати.

— Это понятно. Мы тут с твоим отцом поговорили, — он посмотрел на Диму и тот кивнул, — и решили тебе отдать лабораторию, что за домом стоит.

— Мне? Серьёзно? — оживился я.

— Да. Тебе нужнее. Тем более в академию поступил.

— А вы как? Ведь надо будет лекарства делать… — начал было я, но дед прервал.

— Разберёмся. В Москве у нас есть ещё две лаборатории. Сегодня мы с Димой по ним проехались — всё на своих местах, будто и не было этих пяти лет. Когда понадобится, туда будем ездить. Сотрудников наймем. Благо желающих из нашего рода хватает.

— Ясно. Ну тогда спасибо вам большое, — расплылся я в улыбке.

Перед сном я не удержался и пошёл в лабораторию. Следом за мной увязалась Настя.

— А мне не хочется здесь оставаться. Я хочу в Торжок, — призналась она, подбрасывая мяч, который Шустрик ловил на лету.

— Почему? Здесь же намного лучше. Полно магазинов, в которые ты любишь ходить. И дом какой шикарный.

— Не нужны мне магазины и дом, — буркнула она. — Здесь какое-то всё чужое. Я уже отвыкла от Москвы. А в Торжке гимназия, подруги, всё такое родное, — печально вздохнула она.

— Это пройдёт. Я когда в башне поселился, тоже в первое время чувствовал себя одиноким, — ответил я автоматически, пытаясь понять, как работает вытяжной шкаф.

— Какая ещё башня? — наморщила лоб сестра.

— Ой… никакая, просто мысли вслух, — быстро ответил я. — Я говорю, что мать уже подала твои документы в ближайшую женскую гимназию. Там и заведёшь новых подруг. Через несколько месяцев и думать забудешь про свой Торжок.

— Ну может быть, — пожала она плечами.

Так и не разобравшись со шкафом, я разложил на полки то, что привёз из Торжка, и вернулся в дом. Завтра первый учебный день. Надо лечь пораньше и выспаться. Предстоит тяжелый день.

* * *

На следующее утро я надел строгий черный костюм и спустился вниз. Лида вышла меня провожать и, критически оглядев с головы до ног, покачала головой.

— Для первого дня может и нормально. Но я сегодня же приглашу портного, чтобы сшить тебе академическую форму. Ты должен соответствовать гордому званию студента ММА.

— Хорошо, как скажешь, — согласился я, хотя мне было всё равно, в чём ходить.

Я сел в свой старенький седан и поехал к академии. На большую парковку у главного корпуса въезд был организован через шлагбаум, возле которого слонялись несколько человек в форме охранного предприятия под названием «Барс».

— Покажите ваше парковочное разрешение, — велел один из них, когда я медленно подъехал к полосатой металлической перекладине.

— Нет у меня никакого разрешения, — пожал я плечами.

— Первокурсник, что ли?

— Да.

— Тогда езжай на ряд под номером «Д».

— А где находится этод?

— В конце парковки, — охранник открыл шлагбаум, и едва я въехал на парковку, как понял, что за «Д».

Как оказалось, ряд делились на буквы. Под буквой «А» был самый близкий к академии, затем «Б», «В», «Г» и, наконец, «Д». Хм, ерунда какая-то. Приехал на машине и должен ещё метров триста тащиться до крыльца академии. Интересно, а как получить парковочной разрешение на букву «А»?

Был большой соблазн не послушаться охранника и встать поближе, но, поразмыслив, я решил не искать неприятности в первый же день обучения. Было ощущение, что они сами меня найдут.

Я зашёл в здание Московской магической академии и подошёл к стенду для аптекарей. На нём уже висело расписание занятий. Сегодня всего три занятия: Основы аптекарского дела, Химия и Фармакология.

— Саша, здорова! Нас определили в одну группу, — ко мне подошёл Сеня и ткнул пальцем в списки студентов. Он просто светился от радости. — Даже не верится, что я поступил сюда. Это же была моя мечта с самого детства. Как и твоя, наверное? — он вопросительно посмотрел на меня

— Да, я тоже мечтал об этом, — кивнул я.

И почти не сорвал. Прежний Саша Филатов очень хотел учиться в магической академии. Жаль, что ему это не удалось. Но ничего, я это сделаю за него.

— Мне просто не терпится начать учиться. Где у нас первая пара? — он повернулся к расписанию. — А-а-а, так это на первом этаже, похоже, в правом крыле. Пошли?

— Идём.

Мы двинулись по правому коридору. Рядом с нами проходили старшекурсники. Некоторые были в мантиях. От них чувствовалась мощная аура. Наверняка они владеют боевой магией. Ещё никогда я не встречал лекаря или аптекаря с настолько мощной магической энергией.

— Пришли, — сказал Сеня и потянул на себя дверь аудитории.

Мы оказались в небольшом кабинете, в котором стояли два ряда парт. Две девушки уже сидели у окна и выкладывали на парту тетради и разноцветные ручки. Хм, а я об этом не подумал.

Мы с Сеней заняли последнюю парту в ряду у двери.

— Ты видел, кто ещё с нами в группе? — загадочно сказал Сеня.

— Нет. И кто же?

— Твой брат. Правда, здорово? — улыбнулся парень.

— Брат? — задумался я.

— Ну да. Максим Филатов. Он же поступал с нами.

— А, понял. А второй не поступил?

— Не-а, я списках его не видел.

Этого мне только не хватало. Чувствую, он просто так не успокоится, и наверняка не понимает толком, за что дед исключил из рода его отца и их вместе с ним. Уверен, этот Сергей рассказал своим сыновьям неправду. А, может, и просто обвинил во всем нас, а сам остался якобы чистеньким.

В кабинет зашли все студенты, а следом за ними преподаватель — пожилая женщина с седыми волосами, убранными в пучок на макушке. Не успела она поздороваться, как в кабинет буквально влетел тот самый препод, что принимал экзамены.

— Приветствую вас, студенты-первокурсники! — бодро проговорил он. — Если кто не запомнил, меня зовут Олег Николаевич Щавелев, — кто-то из студентов прыснул, но тут же замолчал, встретившись с суровым взглядом преподавателя. — Я профессор диагностики и рецептуры. Декан нашего факультета назначил меня вашим куратором. Поэтому вы можете обращаться ко мне по всем вопросам. Вопросы есть?

— Обязательно ли носить форму? А то мне не идёт этот оттенок синего, — спросила девушка, сидящая у окна.

— Обязательно! Вам даётся две недели на пошив или приобретение формы. В дальнейшем за нарушение правил внутреннего распорядка будут выписывать наказание. И вы будете обязаны его выполнить, иначе не допустят до занятий.

— Что ещё за наказание? — всполошился пухляш, которого я заметил ещё на экзамене.

— Обычно это касается уборки территории или помощь в лаборатории.

— А мне нравится в лаборатории. Я могу хоть каждый день туда ходить, — хохотнул один из студентов.

— Боюсь, вы быстро устанете от грязной работы. К экспериментам вас никто не подпустит. А вот мытье колб или протирание полов — работа как раз для таких случаев. Ещё вопросы?

— Где мы вас можем найти при необходимости? — подняла руку ещё одна девушка.

Всего их было две на всю группу. Чувствую, не обойдётся без разбитых сердец и драк за углом академии.

— Сложный вопрос. Придётся поискать. Я либо работаю с документами в деканате, либо веду занятие со студентами, либо занимаюсь научной работой в лаборатории. В любом случае я напишу свой номер телефона, и вы сможете позвонить мне, — он взял мел и написал на доске номер. — На этом всё. Хорошего дня!

Он развернулся и вышел из кабинета.

Преподаватель, которая представилась Лилией Васильевной, и начала занятие. Было скучно. Она рассказывала об истории аптекарского дела и о роли аптекаря в обществе. И так понятно, что аптекарь призван лечить людей наравне с лекарями. Поэтому я просто отвернулся к окну и всю пару смотрел, как по дороге на которую выходили окна учебного корпуса проносятся шикарные автомобили столичных богатеев.

Сеня же постоянно что-то писал в своей тетради и даже два раза просил повторить формулировку. Он прямо серьёзно взялся за учёбу. Я же с сожалением подумал о том, что придётся провести за партой много времени, слушая никому не нужную теорию вместо того чтобы заниматься делом.

Пару раз я ловил на себе злобный взгляд Максима Филатова. Очень надеюсь, что у него хватит ума не вставлять мне палки в колёса.

Через полтора часа скуки прозвенел звонок, и мы с Сеней вышли из аудитории.

— Следующая пара — химия. Кабинет на втором этаже.

— Снова теория?

— А как же. Думаю, ближайшие полгода нас в лабораторию не впустят.

— Печально, — вздохнул я. — Интересно, есть какая-нибудь возможность не посещать занятия?

— Сомневаюсь. За прогулы могут отчислить.

Мы двинулись в сторону лестницы, когда нам дорогу преградил крепкий парень спортивного телосложения. Он сидел на первой парте как раз напротив преподавательского стола.

— Филатов, значит, — он упер руки в бока и с вызовом уставился на меня. — Говорят, ты нарушил запреты, и тебя хотели посадить. Зря они этого не сделали, очень даже зря. Целее был бы.

— Ты кто такой? — не понял я.

— Илья Харитонов, — он с нажимом произнёс свою фамилию.

В первый раз слышу. Пришлось покопаться в памяти Шурика. Ага, понял. Оказывается, Харитоновы были давнишними конкурентами Филатовых. Их род тоже славился талантливыми аптекарями. Отец Ильи, Юрий Харитонов, также претендовал на звание Личного аптекаря императора, только Дима его обошёл.

— А-а, Харитонов. Ясно. И что тебе надо?

— Из-за твоего отца все аптекари пострадали, а мы больше всех. Нас лишили имперских заказов, а люди думали, что не только вы, но и все аптекари применяют ведьминские заклинания. В наши аптеки перестали ходить.

— Печально это слышать. Но если ты читаешь газеты или хотя бы смотришь телевизор, то должен знать, что мы тут ни при чём.

— Может вам и удалось обмануть судей, но не нас, — злобно процедил он сквозь зубы. — Мой отец давно подозревал, что у вас есть какой-то секрет. И, похоже, что вы всё же использовали тёмные силы.

— Слушай, Харитонов, иди отсюда, — усмехнулся я, обошёл его и продолжил путь.

— Кто-то должен понести наказание за всё, что с нами произошло. И это будешь ты! — крикнул он мне вслед.

Ну и дурак. Он даже не знает с кем связался…

Отправить