Глава 20

Когда мы с дедом подсчитали дневную выручку и приступили к уборке лавки, в дверь постучали.

— Уже десять минут как закрыты, а они всё стучат, — недовольно протянул дед, но отложил тряпку, которой протирал прилавок, и пошёл открывать. — Но мы не в том положении, чтобы отказываться от денег.

На пороге стояла Кира и смущенно спросила:

— Вы не подскажете, Саша здесь?

— Здесь он, здесь, — ворчливо ответил дед и отошел, пропуская девушку.

Та улыбнулась, увидев меня, и быстро двинулась навстречу. Я отложил совочек, которым насыпал в бумажный пакет сбор от кашля, и пошёл к ней навстречу.

— Привет, Саша. Я нечаянно утопила свой телефон, поэтому не могла тебе позвонить. Пришла к вам домой, но твой дядя сказал, что ты здесь.

— Что за дядя? — напрягся я.

— Ну такой большой, плечистый… — принялась объяснять она.

А-а-а, ясно. Я и забыл, что маги у нас живут под видом родни.

— Понял-понял. Замотался. Работы в лавке навалом.

— Замотался он, — еле слышно пробурчал дед, продолжая протирать прилавок. — Полдня с Коганом в ресторане сидел вместо того чтобы деду помогать.

— Продиктуй мне свой номер, я тебе позвоню, а то телефон из колодца так и не смогли достать, — девушка вытащила из кармана новенький розовый мобильный.

Я продиктовал номер, и она позвонила мне.

— Что ты делала в колодце? — спросил я.

— Один из братьев закинул туда мяч, а я пыталась достать.

— Удалось?

— Да. Он же не тонет… в отличие от телефона. А почему ты сам здесь работаешь? У вас же Валерка Зощенко работал. Уволили?

— Вот Валерка-то действительно работал. В отличие от некоторых, — снова вставил дед.

Он уже протер прилавок и начал аккуратно расставлять на полках пакеты со сборами.

— Нет, не уволили, — я пропустил замечание деда мимо ушей. — Он отпросился на несколько дней. Уехал с отцом в Питер.

— Ясно… Если хочешь, я могу поработать, пока его нет? — с готовностью предложила она.

Дед тут же отложил своё занятие и повернулся к нам.

— Хорошая идея! От Сашки большого проку нет. Он только и думает, как бы улизнуть и оставить меня одного здесь батрачить, — оживился дед.

— Ну, если ты не занята, то можешь поработать, — пожал я плечами, хотя сам очень даже обрадовался возможности больше не заниматься делами лавки.

— Чем вам помочь? — с энтузиазмом спросила девушка и сняла с плеча сумку.

— Я ещё не успел полы помыть. Швабра и ведро в подсобке, — с улыбкой ответил старик Филатов.

Он явно рад помощнице. Впрочем, как и я.

— Хорошо, поняла. А воду откуда набирать? — спросила она и решительно двинулась вглубь лавки, закатывая рукава блузки.

— В туалете кран есть! — крикнул ей вслед дед и потёр руки.

Пока я занимался сборами, Кира помыла полы, а дед с явным удовольствием наблюдал за нами, сидя на диване и попивая чай с чабрецом.

После того, как всё было сделано, я подвёз Киру до дома, а мы с дедом заехали на рынок, чтобы купить всё необходимое для дома. Список ещё с утра Лида подготовила. После того как Дима нашёлся, она вообще не отходила от него, поэтому по магазинам приходилось ходить либо деду, либо Насте.

Дома нас ждал вкусный ужин, и мы все вместе, включая магов, сели за стол. Мне было так спокойно и хорошо с ними, что я вдруг осознал, что действительно привык и привязался к ним. Это моя семья и я рад, что нахожусь рядом с ними.

* * *

Артефактор Платон Грачёв сразу почуял неладное, едва вышел из парка. Он никого не видел, но чувствовал угрозу. Чутье не раз его выручало. После того как Распутин велел продемонстрировать действие артефакта на определённых людях, Платон понял, что придёт и его черёд. Но даже не предполагал, что это случится так быстро.

Он надеялся успеть вернуться домой, собрать вещи и раствориться в огромной империи, как обычно это делал. Но в этот раз ему не собирались оставлять шанса на спасение. Однако он не очень переивал по этому поводу. Он не просто какой-то артефактор, а один из лучших. И стал он таким только благодаря своему сильному дару, доставшемуся от отца-горца.

Платон сел в свою машину, но не успел завести её, когда увидел, как из ближайших кустов в его сторону летит ледяное копьё. Ага, стихийный маг. Ничего сложного. В империи большинство магов стихийники, поэтому Грачёв уже давно создал артефакт, позволяющий защититься от их магии.

Он активировал амулет, висящий на шее, и вокруг него в радиусе трёх метров появилось облако золотистого свечения. Копьё увязло в облаке и просто свалилось на асфальт, разлетевшись на осколки, которые тут же начали таять.

— Ну что ж, поиграем, — усмехнулся Платон, выбрался из машины и двинулся к кустам.

В него полетели ещё несколько ледяных копий, но и им не удалось добраться до цели.

— Не стесняйтесь! Нападайте все разом! — с усмешкой крикнул он, вглядываясь в густые заросли жасмина.

Не успел он сделать ещё один шаг, как из-под кусов поползли шипастые лианы, а следом показался мужчина со смешными усиками. Лианы росли прямо из его ладоней.

— О-хо-хо, растения на меня ещё не нападали, — артефактор веселился, наблюдая за безуспешными атаками.

Маг не ответил, а сосредоточенно наблюдал за тем, как лианы бились о золотистое облако, но не могли пройти сквозь него.

— Даже не старайся, — Платон вытащил из кармана артефакт, похожий на ручку, направил на мага и нажал на кнопку в навершии.

Ослепительно белый разряд вырвался и с треском ударил по защитному куполу мага. Тот невольно отшатнулся, настолько сильным был удар. Люди, прогуливающиеся по парку, в панике разбежались.

— Хм, а ты довольно слабый, — задумчиво проговорил Платон. — Думаю, больше трёх разрядов твоя защита не выдержит.

Он снова направил ручку и три раза подряд нажал на кнопку. Как и предполагал, после третьего разряда защитное поле пропало. Маг испуганно отпрянул.

— Передай привет предкам, — издевательски помахав рукой, Грачёв ещё раз нажал на артефакт.

Однако разряд полетел не в мага, а в кусты, откуда вылетело ледяное копьё. Столкнувшись с концентрированной энергией, лед разлетелся, превратившись в мелкую крошку.

— Ты так и будешь прятаться? Учти, всё равно от меня не спасёшься, — Платона всё больше забавляли безуспешные попытки убить его.

В это время маг растений понял, что его лианы бесполезны, и попытался ретироваться, но разряд энергии ударил его в спину. Мужчина вскрикнул и замертво упал лицом в траву.

— Один готов! Кто следующий?

В артефактора снова полетели ледяные копья, а вслед за ними и пули.

— Ага, так здесь вас аж двое! Тем интереснее!

Нисколько не заботясь о копьях и пулях, которые не могли пробить защиту артефакта, Грачёв рванул в кусты и оказался рядом с двумя мужчинами. Один из них, судя по всему, был простолюдином, но всё ещё пытался убить его, стреляя из пистолета практически в упор.

— Эх, а могли бы жить и жить, — с сожалением сказал Платон, но тут же растянул губы в улыбке, обнажив белоснежные зубы. — Но вы сами выбрали свою судьбу. Прощайте!

Он направил «ручку» на мага воды и принялся раз за разом нажимать на кнопку, пробивая защитное поле мага. У него аж глаза расширились от ужаса, когда понял, что теперь он беззащитен. Следующий разряд заставил его тело забиться в конвульсиях, а затем наступила темнота.

— Пожалуйста, не надо, — простолюдин отбросил пистолет, рухнул на колени и молитвенно сложил руки. — Не убивайте. У меня дети. Трое маленьких детей. Моя жена не сможет их прокормить. Умоляю, не убивайте меня.

— Ты же не думал о моих детях, когда стрелял? Почему я должен думать о твоих? — Грачёв удивленно приподнял брови и прицелился в голову мужчины.

— Простите меня. Простите! Я всё сделаю, только оставьте меня в живых.

— Всё сделаешь? — артефактор сделал вид, будто задумался. — А сможешь убить Распутина?

— Н-но… меня же тогда самого убьют его охранники, — он ошарашенно вытаращился. По любому выходило, что ему не жить.

— Да, ты прав. Если хочешь убить артефактора, будь готов к тому, что умрёшь сам, — Платон пожал плечами и сделал вид, будто хочет нажать на кнопку.

— Нет-нет-нет, пожалуйста. Не убивайте, — взмолился он и опустил голову.

Грачёв недовольно сморщился. Молодой сильный мужчина ползает у него в ногах и молит о пощаде. Нет в нём ни чести, ни достоинства. Да и чего можно ждать от простолюдина?

— Ладно. Можешь идти к своему хозяину. Только не забудь прихватить своих подельников. Нечего народ трупами пугать, — Грачёв развернулся и двинулся к машине, но потом будто что-то вспомнил, остановился и добавил. — И передай своему хозяину, что я такое не прощаю. Пусть подыскивает для себя гроб. Скоро он ему понадобится.

Артефактор сел в свой автомобиль и уехал. Ему нужно было срочно собрать вещи и раствориться на просторах страны. Да так, чтобы его не могли найти ни имперцы, ни телохранители Распутина. Всё-таки он сильно рисковал, выступив сразу против троих магов. Ему повезло, что один из них оказался простолюдином. Если бы все трое были одаренными, ни один артефакт бы не смог спасти его. В отличие от боевых магов, его источник не мог накапливать много маны, поэтому от гибели его отделяло несколько сильных ударов по защитному полю.

Именно поэтому он не вернулся к Распутину и не стал мстить прямо сейчас, когда вокруг него столько телохранителей. Придёт время, и лекарь поплатится за всё.

* * *

Игорь Белых не мог поверить, что жив. Он мысленно попрощался со своей семьёй и думал лишь о том, что его жене будет очень трудно одной поднимать троих детей. Но тут артефактор, которого было приказано убить, развернулся и ушёл.

Игорь подождал, боясь, что тот может вернуться, но вскоре послышался звук отъезжающей машины, и наступила тишина, нарушаемая лишь чириканьем птиц.

Мужчина поднялся на ноги и лишь удостоверившись, что машины артефактора нет на стоянке, с облегчением выдохнул, вытащил из кармана телефон и набрал номер начальника охраны, который остался с Распутиным.

— Он убил Лёху и Чёрного, — глухо сказал он, окинув взглядом трупы.

— Что? Как это? — начальник опешил.

Явно надеялся услышать, что всё прошло хорошо и артефактор мёртв, но доложили совсем о другом.

— У него с собой были сильные артефакты. Он пробил защиту сначала Лёхи, а потом Чёрного, и обоих прикончил.

— А ты? Почему ты жив? Сбежал⁈

— Нет. Он меня тоже хотел убить, но передумал и велел передать послание хозяину.

— Что ещё за послание?

— Он сказал, что такое не прощает. И чтобы Распутин готовил себе гроб.

— Чёрт побери! Этого только не хватало! Где ты сейчас?

— У западного выхода, возле стоянки.

— Ясно. Стой там! Сейчас я отправлю к тебе кого-нибудь.

Начальник охраны подозвал к себе двоих крепких парней, вполголоса дал указание и отправил к западному выходу из парка. Сам же подошёл к графу, который сидел на скамейку у пруда и бросал уткам кусочки мягкого белого хлеба.

— Василий Денисович, тут такое дело… — замялся он и потёр шею.

— От трупа надо избавиться, — прервал его Распутин. — И так, чтобы никто никогда не нашёл. Платон постоянно переезжает с места на место. Пусть думают, что в очередной раз залёг на дно, — Василий Денисович продолжал крошить хлеб, даже не взглянув на мужчину, который не знал, как сказать ему о том, что план не удался.

— Насчёт трупа… Их два. И это наши люди, — несмело проговорил он.

— Не понял, — Распутин отложил хлеб и повернул голову к начальнику охраны. — Ты хоть сам понял, что сказал?

— Мне доложили, что артефактору удалось уйти, но до этого он сумел убить двоих моих людей.

— Грачёв сбежал? — лекарь не верил своим ушам.

Ведь всё было тщательно спланировано.

— Да. Он оказался сильнее, чем мы думали. У него с собой были артефакты, которыми он воспользоваться, — пряча глаза, доложил он.

— Идиот! Это твоя вина! — Распутин вскочил на ноги, начал тыкать пальцем в грудь начальника охраны и орать, брызгая слюней. — Ты не мог подумать, что у артефактора есть артефакты⁈ Ты думал, он пряниками торгует⁈ Идиот!

— Простите, Василий Денисович. Вы правы — это моя вина, — опустив голову если слышно произнёс он.

— Конечно, твоя! И ты за неё ответишь. Лишаю тебя всех премий и доплат на целый год. Понял?

— Понял. Спасибо, Ваше Сиятельство, — с облегчением выдохнул он.

О том, что передавал через охранника Грачёв, начальник не стал говорить. Итак понятно, что нужно усилить меры безопасности графа.

Распутин же торопливо двинулся к выходу из парка. Он понимал, что Грачёв просто так не оставит покушение на него. Нужно сделать всё, чтобы он и близко не смог подобраться. Может, даже переехать на время в другой дом. А также нанять менталистов, которые будут проверять каждого, кто захочет встретиться с ним.

Василий Денисович уже жалел, что решил избавиться от артефактора. Нужно было расплатиться с ним и разойтись. Однако жадность — всё-таки за артефакт он заплатил довольно внушительную сумму, и страх быть разоблачённым в деле с Филатовым толкнула его на это дело. Теперь же он сам может стать целью Грачёва.

Пока он шёл до машины, постоянно оглядывался и крутил головой. Ему казалось, что артефактор рядом и только ждёт подходящего момента, чтобы атаковать.

Только когда парк остался позади, а водитель надавил на педаль газа, увозя своего господина подальше от заросшего парка, Распутин с облегчением выдохнул и откинулся на спинку сиденья. Он подумал, что Грачёв боится попасться в руки законников и не будет искать встречи с ним, а попытается спрятаться. Во всяком случае Распутин на это надеялся, но решил на всякий случай усилить охрану.

* * *

Утром, едва мы сели за стол, как в дверь постучали. Маги вмиг напряглись, а дед недовольно пробурчал.

— Опять, наверное, Завьялова заявилась. У неё старческая бессонница, вот и является с утра пораньше, — он встал из-за стола и двинулся к двери.

Один из магов пошёл следом.

Когда дверь открылась, мы услышали мужской голос.

— Григорий Афанасьевич Филатов?

— Да. А вы кто такие?

— Вот моё удостоверение… Мне нужно поговорить с Александром.

— Х-хорошо, проходите, — еле слышно ответил дед.

Мы переглянулись, и я вышел из кухни. После пожара гостиная до сих пор не была восстановлена, поэтому временно мы ели на кухне.

В прихожей стояли четверо. Дед выглядел так, будто увидел привидение. Он побледнел и как-то затравленно посматривал на человека в строгом темно-синем костюме и с гербом империи на груди.

— Саша, к тебе пришли, — несмело проговорил он.

— Чем могу быть полезен? — я сложил руки на груди и пристально уставился на того, в синем костюме. По всему видно, что он главный.

— Меня зовут Илья Ершов. Я служу в тайной канцелярии. Нам велено доставить вас в столицу.

— Зачем я вам понадобился?

— Государь поручил нам расследовать дело, связанное с похищением и незаконным удержанием на вашего отца…

— Скорее это была попытка убийства. Слава богам, у них ничего не вышло, — вставил дед.

— С этим мы разберёмся. Но сюда мы приехали совсем по другому поводу, — Ершов оценивающе оглядел меня. — Собирайтесь. Нам поручено привезти Дмитрия и Александра Филатовых.

— Одних я их не отпущу! — вставил дед.

— Хорошо. Место для вас найдётся. Ждём вас снаружи, — служивый развернулся и вышел из дома, остальные последовали за ним.

Узнав, что нас вызывают в тайную канцелярию Лида разволновалась и принялась отговаривать от поездки, но мы ей объяснили, что именно этой встречи и добивались. Наконец-то нашим вопросом занялись, поэтому мы обязательно поедем в Москву.

Вздыхая и причитая, женщина помогла собраться Диме и приготовила бутерброды и термос с горячим чаем в дорогу.

Через двадцать минут мы на двух черным машинах с тонированными стеклами выехали из Торжка и помчались в столицу.

Служивые из тайной канцелярии были немногословны и отвечали либо односложно, либо вообще игнорировали вопросы, поэтому дед, как ни старался, так и не выяснил ничего нового.

К полудню мы добрались до Москвы и остановились у невзрачного здания с вывеской «Архив». Странное место. Я думал, что такие службы должны располагаться в более солидных зданиях.

Нас провели на второй этаж и попросили подождать в комнате, в которой не было ничего, кроме стола и нескольких стульев.

Ждать пришлось недолго. Буквально через две минуты в двери появился солидный мужчина, который обвёл нас взглядом и коротко представился:

— Роман Дмитриевич Демидов, глава тайной канцелярии. У меня есть к вам несколько вопросов… Пожалуй, начнём с вас, Александр, — он прошел в комнату, взял один из стульев, поставил напротив меня и опустился на него. — Вы догадываетесь, по какому поводу оказались здесь?

— Нет. И по какому же? — спокойным голосом спросил я, выдержав пристальный взгляд Демидова.

— Нам известно, что вы встречались с бывшим телохранителем Юсуповым и менталистом Юдашкиным.

— Да. Я встречался с ними. И что? — я понимал, к чему он клонит.

— Оба мертвы, и умерли именно после ваших встреч. Что вы можете на это сказать?

— Ничего, — пожал я плечами. — Я к этому не имею никакого отношения.

— Тогда вы не будете против того, чтобы мой менталист проверил правдивость ваших слов? — он кивнул мужчине, стоящему в углу комнаты.

Горгоново безумие! Этого только не хватало! Они же сразу поймут, что я не Александр Филатов, а подселенец в его тело. И тогда… тогда… появится очень серьезная проблема, которую я еще не придумал как решить…

Отправить