Глава 9

Лида положила руку на плечо дочери и строго спросила:

— Что натворил Шустрик? Ты что, не отправила его сразу домой, как обещала?

— Отправила, — шмыгнув носом, ответила она. — Мы с девчонками стояли в раздевалке. Я дала его погладить Кате, и в это время зашла училка по географии. Она спросила, чей зверь Ну я сказала что мой. Она ушла с такой постной миной… а потом после уроков меня вызвала директриса.

Настя взяла бутерброд с салом, откусила и продолжила говорить набитым ртом.

— Директриса сказала, что маназверей запрещено выносить из анобласти. И тем более носить в гимназию Это могут делать только имперские службы, которые занимаются изучением этих зверей, — она взяла чашку Лиды и отхлебнула горячий чай. — А ещё она сказала, что доложит кому следует, и начнутся разбирательства, откуда у нас такой зверь и кто разрешил его держать у себя дома.

— А ты что? — уточнил Лида.

— Я ничего. Просто сидела и кивала… Они же не отнимут у нас Шустрика, верно? — она с надеждой посмотрела сначала на мать, затем на Диму, а потом и на нас с дедом.

— Пусть сначала поймают, — улыбнулся я и мысленно позвал Шустрика.

Зверёк появился на моём плече и радостно защебетал.

После обеда я, как и обещал Адаму Гидоновичу Когану, переписал из дневника Филатовых рецепт противоопухолевого препарата и двинулся к парковке.

Когда за обедом я сказал, что намерен это сделать, дед как обычно начал возмущаться, ведь этот препарат придумал тот самый уникум их рода, а его отец усовершенствовал, поэтому у меня нет никакого права разбазаривать семейные рецепты. Но я его успокоил, пообещав, что создам препарат гораздо лучше того, что придумали мои предки. Ведь мне одного взгляда на состав было достаточно, чтобы увидеть погрешности и понять, какие могут быть побочные действия.

Охранник подвёз меня до Госпиталя, в котором лежал Демидов. На этот раз меня впустили через парадные двери и даже проводили до Ординаторской, в которой меня уже ждал Адам Гидонович.

— А-а-а, да-да-да, это и есть тот самый препарат. Он помог многим моим пациентам. Благодарю! — он убрал листок бумаги с рецептом в карман и энергично потряс мою руку. — Премного благодарю! Знайте, вы спасли жизни сотни людей.

— Вы могли просто заказать нам такой препарат, и мы бы сами его для вас изготовили, — сказал я.

— Да? А вы разве уже открыли лаборатории? — заинтересовался он.

— Пока нет, но планируем в ближайшее время.

— Это просто превосходная новость, — он расплылся в улыбке и, понизив голос, добавил. — Знали бы вы, как мы истосковались по качественным и, главное, действенным препаратам.

— Я передам ваши слова главе рода. А сейчас хотел бы навестить господина Демидова.

— Конечно, я вас провожу. Он семимильными шагами движется в сторону своего полнейшего выздоровления.

Мы вышли из Ординаторской и направились к лифту. Теперь, когда мне разрешили заходить в Госпиталь, не нужно пробираться окольными путями по узким лестницам.

У палаты по-прежнему дежурили два молодца в полной экипировке и с оружием на плечах. Похоже, готовились к серьезным боевым действиям. Неужели они думают, что кто-то пойдет штурмом на Госпиталь, чтобы добить Демидова? Хотя, судя по тому, что не постеснялись убить одного из людей главы тайной канцелярии и взорвать его самого, предатели ни перед чем не остановятся.

Пока один из них проверял мой паспорт, второй доложил о моём приходе.

— Пусть заходит! — услышал я голос Демидова.

— Проходите, вас ждут, — боец открыл перед нами дверь.

Едва я появился на пороге Демидов поднялся с кровати и двинулся навстречу. Он выглядел значительно лучше с нашей последней встречи и, судя по уверенным движениям, его раны зажили и больше не причиняли ему боль.

— Рад, что ты нашёл время навестить меня, — улыбнулся мужчина и пожал мне руку. — Я же не успел как следует поблагодарить тебя.

Он подошёл к письменному столу, на котором были разложены различные документы, вытащил плотный лист бумаги с гербом империи и протянул мне. Сверху было написано «Дарственная».

— Что это?

— А ты прочитай, — загадочно улыбнулся он.

Я пожал плечами, забрал документ и принялся вслух читать:

— 'Я, Демидов Роман Дмитриевич, паспортные данные… проживающий… в настоящей дарственной безвозмездно передаю в дар Филатову Александру Дмитриевичу… так-так… принадлежащий мне автомобиль… Автомобиль? — я удивленно уставился на довольного Демидова.

— Да. Я подумал, что тебе понадобится новая машина. Насколько я знаю, с твоей случилась неприятность. А тебе я дарю машину, такую же на которой приезжали за тобой в Торжок. тебе такое надежное средство передвижения точно не помешает.

Я удивленно уставился на него. Я прекрасно помнил эту машину. Массивная, черная, бронированная, с затемненными окнами, высшего класса. Наверняка она стоит очень дорого.

— Благодарю за такой ценный подарок, — я не смог скрыть радостную улыбку.

— Ты спас мне жизнь, а это бесценно. Автомобиль сегодня вечером пригонят к вашему особняку. Надеюсь, он тебе прослужит долго.

— Можете не сомневаться, я буду с ним бережно обращаться, — заверил я.

Я убрал документ в карман и передал ему два зелья «Исцеления», которые прихватил с собой.

Коган, который присутствовал в палате всё это время, поблагодарил меня за рецепт препарата и вышел, сказав, что его ждут другие пациенты. Демидов позвонил кому-то и велел принести нам по чашке кофе. Я рассказал главе тайной канцелярии про Грачёва и о том, что произошло сегодня.

— Нет-нет, это очень рискованно. Лучше я отправлю на вокзал своих людей, — напрягся Демидов. — Распутин рассказал нам о своей попытке разобраться с Грачёвым при встрече в парке. У артефактора с собой смертоносные артефакты, которые он не стесняется использовать по назначению.

— Хорошо. Я предупрежу Попова.

— Давай сделаем так: пусть до полуночи дежурят люди Попова. Я его лично знаю, он опытный человек, поэтому сумеет с Грачёвым справиться, если тот заявится раньше. А вот с полуночи к делу приступят мои люди. Просто сейчас часть из них в разъездах, а часть заняты поисками подрывника. Мне нужно время, чтобы ввести их в курс дела.

— Как скажете, — кивнул я. — Тогда вам лучше самому с Поповым договориться.

— Да, я позвоню ему.

В это время в дверь постучали, и вошла медсестра с подносом в руках. На нём дымились две чашки с кофе.

Мы проговорили с Демидовым несколько часов. Когда я вышел из Госпиталя, на улице уже стемнело.

Когда охранник подвёз меня до дому, я увидел, что рядом с воротами стоит полицейская машина с включенными проблесковыми маячками, и двое полицейских что-то доказывают Попову.

Я вышел из машины и подошёл к ним.

— Что происходит?

— Представьтесь, — на меня сурово взглянул тучный полицейский, не удосужившись поздороваться.

— Александр Филатов. Живу здесь.

— Вы сын Дмитрия Филатова?

— Да, верно. А что случилось?

— Нам нужно зайти в дом и задать несколько вопросов. Однако ваша служба безопасности не намерена сотрудничать, что обязательно повлечет тяжелые последствия, — он многозначительно посмотрел на меня.

— Это ложь. Я всего лишь хотел проверить подлинность вашего удостоверения, — сухо ответил Кирилл.

— У нас нет на это времени, — с нажимом сказал полицейский.

— Тогда вы не сможете зайти в наш дом, — твёрдо сказал я. — На нас было совершенно несколько покушений, поэтому на слово мы никому не верим.

Полицейский с раздражением выдохнул и нехотя протянул Попову своё удостоверение. Тот переписал в блокнот данные и зашел в сторожку. Я и ещё два охранника остались ждать результата у ворот вместе с полицейскими, одним из которых была женщина. Неожиданно. Я бы никогда не подумал, что этот низкорослый коренастый полицейский на самом деле женщина. Её выдал эфир, а он никогда не обманет.

— Подтвердили! Можете пропускать! — выкрикнул из окна сторожки Кирилл.

Охранники с помощью своих амулетов пропустили полицейский сквозь купол.

Мы зашли в дом, и только когда к ним вышел дед, полицейский пояснил, по какому поводу они заявились.

— К нам поступила информация, что у вас в доме есть маназверь, — он обвёл нас подозрительным взглядом. — По закону выносить маназверей из аномалий запрещено. За это полагается штраф в размере тридцати тысяч рублей. К тому же вы должны добровольно сдать его властям. Исходя из размеров зверя мы вызовем перевозку.

— Не понимаю, о чём речь, — развёл руками дед и с удивлением воззрился на полицейских. — Нет у нас никаких маназверей.

Настя, которая присутствовала при разговоре, еле слышно захихикала.

— Как это «нет»? Нам его подробно описали, — он вытащил из заднего кармана брюк потрепанный блокнот и прочел. — Размером с кошку, большие уши, длинный хвост, отдаленно напоминает тушканчика. А-а, еще серебристая шерсть.

Полицейский снова посмотрел на деда.

— Какой необычный зверь. Никогда таких не видел, — приложив палец к подбородку, проговорил он.

— То есть вы продолжаете настаивать на том, что маназверя в вашем доме нет?

— Совершенно верно. Более того, у нас вообще нет никаких зверей, — развёл он руками, — даже кошек.

— Мы должны проверить, — подала голос полицейская и двинулась в сторону лестницы, но я преградил ей дорогу.

— Вы хотите сказать, что у вас есть разрешение проводить обыск в нашем доме? — я говорил спокойно, но с металлом в голосе.

— Это не обыск, а осмотр.

— Осмотр проводится с разрешения хозяев, а мы вам его не давали, — вмешался Дима.

Полицейские переглянулись и мужчина, который похоже был старше по званию, развернулся и двинулся к двери, бросив через плечо.

— Мы вернёмся. С постановлением на обыск.

— ВОт когда

Женщина последовала за ним и с грохотом захлопнула дверь.

— Ага, так им и дали нас обыскать, — усмехнулся дед.

— Даже если они получат эту бумагу, Шустрика им не найти, — я погладил по серебристой шерстке зверька, который появился только что на плече и обвил мою шею своим хвостом.

На ужин к нам приехали граф Орлов с женой и Леной. Дима с Сергеем Орловым дружили много лет и теперь созванивались почти каждый день. Лида с графиней тоже находили общие темы для разговора, поэтому нам с Леной никто не помешал уединиться в комнате… Ну, кроме Насти, конечно же.

— Мне скучно с ними, — заявила она, влетев в мою комнату. — Посижу с вами.

Лена тут же перестала меня обнимать и пересела с кровати в кресло.

— А давайте погадаем, — оживилась Лена. — Сашка, у тебя же есть ведьминская книга. Может, в ней написано, как можно узнать своё будущее.

— Даже если и написано, мы не будем гадать, — строго ответил я.

— Ну почему-у-у? — протянула Настя. — Это же так интересно.

— А что, если ты узнаешь, что завтра умрешь?

— И хорошо! — хлопнула в ладоши Лена. — Если завтра умрешь, значит сегодня нужно сделать то, что откладывал. И обязательно посвятить последние часы жизни любимым людям.

— А если узнаешь, что в конце месяца тебя собьет грузовик, и ты до самой смерти будешь прикована к постели? — ещё раз попытался отговорить я.

— Ещё лучше! Ведь тогда я просто не выйду из дома, и меня не собьёт грузовик. Предупреждён — значит вооружён.

— Сашка, соглашайся. Ну пожалуйста, — протянула сестра.

Ох уж эти женщины. Умеют они добиваться своего.

В прошлой жизни мне гадала одна старая эльфийка. Её изгнали из клана за убийство соперницы, и она жила только на подаяния в обмен на предсказывание будущего. Все говорили, что её предсказания всегда сбываются. Я не доверял таким гадалкам, ведь судьбу всегда определяет твой выбор, и ничего не предопределено, но любопытство взяло верх и я, прихватив с собой несколько золотых монет, прилетел на грифоне к небольшому острову, на котором она поселилась.

Эльфийке было несколько сотен лет, а может даже тысяча, но она до сих пор сохранила стройность и изящность. В каждом её движении ощущалась грация, а в изумрудных глазах читалась мудрость.

— Приветствую тебя, алхимик, — произнесла она тихим мелодичным голосом.

— Здравствуй, Селентия. Говорят, ты умеешь предсказывать будущее?

— Так и есть, — на поправила серебристо-белые волосы, поманила меня пальцем и двинулась вглубь леса.

Идти пришлось недолго. Вскоре я увидел хижину, которую сплели ветвями сами деревья. Как и друиды, эльфы умели управлять растениями.

Она пригласила меня внутрь, где над очагом висел медный котелок, в котором пузырилось какое-то варево. Кровать и стол тоже были сплетены из ветвей, а из-за зеленоватого света светлячков всё казалось каким-то нереальным.

Селентия сняла свой плащ и отцепила от пояса небольшой мешочек.

— Протяни руки, — велела она.

Я сделал как она велела. На мои ладони посыпались черные камушки с начертанными на них рунами.

Эльфийка опустилась на пол у очага, закрыла глаза и, покачиваясь из стороны в сторону, затянула древнюю заунывную песнь. Сначала я прислушивался, но вскоре понял, что это древнеэльфийский язык, который уже позабыли даже сами эльфы. Но не Селентия.

Сколько прошло времени, я не знал. Я невольно сам начал покачивться вместе с ней, позабыв обо всём н свете.

— Бросай! — вдруг выкрикнула она.

Я подскочил от неожиданности и развёл руки. Камушки упали на пол. Она быстро подошла ко мне, опустилась на колени и принялась внимательно изучать положение каждого камушка.

— Я вижу, как, угасая, твоё пламя рождает новые искры, — быстро заговорила она. — За гранью этого мира для тебя откроются новые Врата. Не бойся конца — это лишь тропа, которая приведёт тебя к новой судьбе. Твоя жизнь вплетена в бесконечное полотно мира, и она не оборвётся со смертью.

— Что это значит? — непонимающе уставился на неё и опустился рядом на корточки.

— Не бойся конца, — повторила она и посмотрел на меня большими изумрудными миндалевидными глазами. — Ты переродишься.

— Бред какой-то. После смерти ничего нет. Только тьма, — я поднялся на ноги, бросил перед ней на землю золотые и двинулся к выходу.

— Не обретёшь ты покоя, пока не завершишь путь! Ты завершишь его не здесь! Твоя сущность обретёт новый облик в другом мире! — прокричала она мне вслед.

Я ушел в полной уверенности, что от одиночества у неё мозги набекрень. Про другие миры я тогда не знал. ИМ даже не предполагал, что ее предсказание сбудется. С того времени с настороженностью отношусь к подобным забавам.

— Сашка, ты что замер? — выдернула меня из воспоминаний сестра. — Будем гадать?

— Нет. Это плохая идея. Давайте лучше сыграем в карты на желание, — предложил я, вспомнив, как раньше Шурик с Настей играли, распределяя домашние обязанности.

— Пф-ф-ф, ты же снова проиграешь, — фыркнула она и подбросила конфету Шустрику, который поймал ей на лету и сразу засунул в рот.

— Даже не надейся, — я вытащил из тумбочку колоду карт и принялся её перетасовывать.

— О, я даже знаю, какое желание загадаю, — подмигнула мне Лена и провела кончиком языка по верхней губе.

В это время в дверь постучали, и показалась Лида.

— Саша, охрана звонила. Говорят, тебе какую-то машину привезли, — пожала она плечами.

— Это подарок от Демидова, — я поднялся на ноги и взял за руку Лену. — Пойдём посмотрим.

— И я с вами, — вскочила Настя и пронеслась мимо ничего не понимающей матери.

Я вытащил из кармана пиджака дарственную и протянул матери. Мы с Леной вышли из комнаты и уже подошли к лестнице, как зазвонил телефон. Это был Кирилл Попов.

— Саша, мы его взяли! — прокричал он явно возбуждённый.

— Кого?

— Артефактора! Мои бойцы его скрутили, когда он полез в ячейку. Куда его везти?

— Ждите там! Я сейчас приеду, — я скатился вниз по лестнице, выбежал на улицу и опрометью бросился к воротам, за которыми виднелся бок блестящей черной машины.

Отправить