Глава 14 Все тайное когда-нибудь становится явным

Однако, как оказалось, не таким и страшным оказался титан в ближнем бою (если, конечно, не подставляться под его монструозное оружие). Но все-таки в отличие от Геракла ловкость у нас была намного выше, так что мы достаточно легко уворачивались от гигантской секиры. В общем, вились вокруг врага, словно стая злых ос, периодически стараясь ужалить как можно больнее… Правда, все это сильно подсаживало выносливость, но тут помогали бутылки. Подобная тактика оказалась весьма успешной. Лишь когда жизнь нашего противника ушла в красную зону, тот стал менять свою тактику.

Титан отскочил назад, и на этот раз секира в его руках сменилась огромным щитом и не менее огромным мечом. И он, к моему удивлению, перешел к какой-то странной защитной тактике. Нет, атаки он, конечно, проводил, но как-то вяло, что ли, без огонька.

Ну, а нам пришлось удвоить усилия и нападать с трех сторон. Асклепий переключился на лечение уже нас, причём по очереди. Мы же с трех сторон бомбардировали Восса стрелами и магией. Ну и, конечно, создания, вызванные Кассандрой, постоянно отвлекали титана. Муторно, долго с большими затратами бутылок… но, тем не менее, нам хватило получаса, чтобы довести линию жизни противника до пульсирующей багровым цветом отметки. И тогда у Восса вновь сработала абилка.

От титана во все стороны разошлись прозрачные волны силы, расшвырявшие противников (то есть нас) в разные стороны. Но этой странной абилкой титан ничего не добился. В результате он, по-моему, даже растерялся, не понимая, на кого нападать, и выбрал почему-то Асклепия. Какой был смысл агриться на самого слабого члена нашей группы, я так и не понял. Естественно, лекарь не успел убежать. Удар секирой располовинил Асклепия, отправив его на точку возрождения, но это позволило нам троим атаковать титана в спину. И это стало последней каплей для нашего противника. Рухнул он, надо сказать, знатно! Мне показалось, в Кноссе слышали грохот от его падения.

— Фух! — выдохнул я. — Однако…

Таис тем временем забрала два кокона и вернулась к нам.

— Ну что, теперь дерево сжечь надо! — заявила она.

Над деревом, стоявшим перед нами, появилась надпись:

«Проклятый дуб

100000/100000»

— А чего его жечь-то? — фыркнул я и запустил в дерево огненным шаром. Но, как оказалось, я переоценил свои способности, и мой огненный шар растекся по дереву.

Проклятый дуб

99997/100000

— Всего десять единиц жизни… — разочарованно выдохнула Таис.

— Мы и за месяц не сожжем его, — печально заметила Кассандра.

Я внимательно посмотрел на дерево… Не может так быть, чтобы столь сложно было выполнить задание, тем более, когда основного монстра убили. Что-то здесь не так… И тут меня осенило.

— А после титана мы лут подбирали? — поинтересовался я у девушек.

— Да, — кивнула Таис, — я. как обычно, собрала. Потом разделим…

— А что там, в луте?

— Да ничего интересного. Деньги, колец несколько. Еще секира…. Но я не присматривалась…

— Ну так покажи…

— Зачем?

— Покажи.

Таис достала секиру, и я посмотрел на нее.

Секира титана.

Уровень 15

— А ну-ка… — Я взял секиру и подошел с ней к дубу. Размах и удар… Вот это другое дело!

Проклятый дуб

80000/100000

— Ого, а секира то не простая! — заметила Кассандра.

Я тем временем начал рубить дуб, и на пятом ударе еле успел отскочить сторону, когда он рухнул на землю. Одновременно с этим событием секира растаяла в моих руках. Так, теперь огненный шар… Бинго! Срубленное дерево ярко вспыхнуло… а спустя пять минут…

Вы выполнили задание «Сожги дерево»

Вы получаете

Опыт +2500

Золото + 5000

3 семени проклятого дуба.

— Молодец! — Кассандра хлопнула меня по плечу. — Я бы точно не догадалась.

— А я знала, что ты найдешь выход, — улыбнулась Таис. — Жаль только, что исчезла…

— Ладно, пошли уже. Встретим Геракла с Асклепием.

Сказано — сделано. Встретившись с погибшими товарищами и вернув им вещи, мы сразу и разошлись. Правда, перед уходом Шуйский напомнил всем, что в воскресенье вечером мы отплываем на материк. Получив от Кассандры, Таис и Асклепия заверения, что они все прекрасно помнят, мы все вышли из игры.

Выбравшись из капсулы, я отправился на кухню. Даши не было. Я сделал себе чай и устроился за столом. Взяв плантел, увидел на нем сообщение от Гвоздева. Видеосообщение. Что ж… посмотрим.

— Добрый вечер, господин! — На экране появилось лицо моего Главы дипломатического отдела. — Решил выслать вам видеосообщение, так как Дарья сказала, что вы будете, скорее всего, поздно. Оно касается Дианы Сергеевны Пожарской. Вы просили выяснить все об этом роде и о его связи с наследником престола. Мне удалось получить очень интересную информацию. Свяжитесь со мной, когда вам будет удобно.

Я пожал плечами и набрал номер Гвоздева. Тот ответил практически сразу.

— Господин!

— Здравствуй, Павел! Чего ты там нарыл? Рассказывай!

— Я нашел человека, который, как оказалось, имеет много информации о роде Пожарских. Пришлось, конечно, заплатить ему, но я думаю, полученная информация стоит этого. Теперь подробно. Клан Пожарских действительно дружен с кланом Шуйских, под личиной которого поступил в Академию наследник престола. И не просто дружен: считается, что Пожарская — внебрачная дочь Владимира V, то есть сводная сестра Ивана Рюриковича.

— Чего? — удивился я. — Разве наш Император не однолюб, как говорил Трубецкой?

— Грехи молодости, — усмехнулся Гвоздев, — но информация об этом, похоже, засекречена, так как нигде, даже на уровне слухов, это не появлялось.

— Ну хорошо, пусть она — бастард Рюриковичей, пусть она в хороших отношениях с Иваном, так ведь?

— Да, именно так.

— Ну это я знал, — хмыкнул я. — И что из того?

— Она не просто в хороших отношениях, господин. Она принесла рабскую клятву….

Честно говоря, я немного подвис. Слышал я об подобной клятве… официально она была запрещена в Российской Империи, рабовладельчество было отменено во всем мире, за исключением Африки, где еще встречались подобные пережитки. Вроде, клятва давалась только при согласии того, кто добровольно становился рабом. Именно добровольно. Принудительно провернуть это заклинание было невозможно…

— Именно так, господин, — кивнул Гвоздев, когда я поделился своими скромными знаниями об этой клятве. — Заклинание запрещено в Российской Империи. За его использование можно заработать реальный тюремный срок. Как все это произошло и из-за каких обстоятельств эта клятва легла на Диану Пожарскую, неизвестно. Но сейчас она душой и телом принадлежит Ивану Владимировичу Рюриковичу.

— Это точно? — нахмурился я. — Твоему информатору можно верить? Не похоже все это на Шуйского…

— Можно, господин. Он еще и обижен на Пожарских. Его, верой и правдой служившего ему более десяти лет, выгнали, как бездомного пса. Но это отдельная история, господин, так что можете поверить мне. Я привык говорить то, что могу подтвердить…

— Ладно, верю… хотя очень странно все это. И тем не менее, не вижу никаких угроз по отношению к себе. Ну, дала она клятву…

— Думаю, не просто так у вас возникли отношения…

— Это ты с чего так решил? — прищурился я.

— Господин, — улыбнулся Гвоздев, — я не вчера родился и умею делать выводы. И вот угадал же?

— Угадал, — недовольно ответил я. — А у нее были отношения с Иваном? Это известно?

— На это вам я ответить не смогу, господин, — развел руками Павел. — Это неизвестно. Но ничего опровергать не хочу. Все могло быть. Еще раз повторюсь: Диана предана в этой жизни только одному человеку, и нарушить это не сможет. Так что вам надо быть осторожным, господин.

— И зачем Иван мне ее подсунул? — проворчал я, но Гвоздев услышал мои слова. — Вот же… Может послать, вообще ее…

— Господин, — улыбнулся Гвоздев, — она же вам нравится?

— Нравится, — не стал я скрывать.

— Ну и в чем проблема? Послать, как вы выражаетесь, всегда ее можно. Скорей всего, Иван решил, что удобно будет контролировать вас с помощью Дианы. Подстраховаться. Узнать о ваших планах. Женщины весьма коварны, а мужчины после… в общем, часто очень разговорчивые. Тем более, ваша фамилия Бельский. И отношения между Рюриковичами и Бельскими непростые, мягко говоря. Мой совет: будьте с ней осторожны, Веромир. Наследник считает вас своим другом, у вас хорошие отношения, но он — будущий Император, а правителям свойственно менять свое мнение… К тому же проще держать в неведении Ивана и Диану, что вам известно об их тесной связи. Знакомый шпион, как говорят, лучше незнакомого. Просто повторюсь: надо быть аккуратнее.

— Хорошо. Понял. — поморщился я. — Что еще есть?

— Общая информация о роде Пожарских. Подробно я сбросил вам на электронную почту. Если коротко, то род не богатый, но и не бедный. Есть несколько предприятий, акции продаются на бирже. Все в моем отчете.

— Хорошо, я посмотрю. Спасибо, Павел! Доброй ночи!

— Я ваш слуга, — поклонилась фигурка Гвоздева в плантеле. — Доброй ночи, господин!

С этими словами он завершил звонок. Я некоторое время задумчиво смотрел на темный экран плантела, потом, вздохнув, отправился спать.

* * *

— Ты этому веришь, Виктор? — спросил Император Российской Империи Владимир V Рюрикович, сидя за своим любимы массивным письменным столом в не менее любимом кабинете, который располагался на минус первом этаже в левом крыле Королевского дворца и был защищен так, что выдержал бы авианалет и даже ракетный удар.

Человек, к которому обращался самодержец, Виктор Васильевич Бестужев, был невысок и полноват. Генеральский мундир туго обтягивал его объёмистый живот, а маленькие черные глазки на пухлом лице верноподданнически смотрели на Императора.

Но, как обычно бывает, это первое впечатление было очень обманчивым: за невзрачной внешностью скрывался один из самых жестких и коварных людей в Российской Империи, глава службы Внешней и Военной Разведки, коротко — ВИВР, организации, которая в отличие от СБ, возглавляемой Скуратовым, была не столь известна, точнее, совсем не известна. Ее репутация, причём совершенно заслуженно, в узких кругах была невероятно высокой. Да чего там говорить — одной из самых высоких в мире. И все это благодаря вот такому невзрачному толстяку.

— Да, Ваше Величество, — ответил на вопрос Императора Бестужев твердым и уверенным голосом.

— Садись уже, не стой… в ногах правды нет, — махнул рукой Император, явно пребывавший в расстроенных чувствах. А какие еще могут быть чувства, когда к нему приходит глава ВИВР и рассказывает о том, о чем, в принципе, и знать не должен был. Если бы не его, Императора, распоряжение, отданное пять лет назад стоявшему сейчас перед ним человеку, о том, чтобы на всякий случай выборочно прослушивать плантелы силовых министров…. И это несмотря на высочайший уровень протоколов секретности, установленных на личные плантелы этих господ. Но тут поработал отдел F ВИВРа, занимающийся компьютерной безопасностью. И вот распечатки отдельных разговоров между министром обороны Суворовым и главой СБ РИ Скуратовым и еще нескольких разговоров Скуратова со своими подчиненными лежали на столе перед Владимиром V. И он только что закончил знакомиться с ними.

— Там, в шкафу, коньяк и бокалы. Налей-ка, старый друг, нам с тобой по стаканчику… — приказал Император, и вскоре на приставном столе, который отходил от стола главы государства короткой буквой «Т», уже стояли бутылка и приборы.

Император дождался, когда бутылка и два наполненных золотистой ароматной жидкостью стакана появятся на столе, и пересел за приставной стол напротив Бестужева.

— Попробуй, божественный коньяк! Подарок императора Франции. У нас, конечно, тоже отличные коньяки, но так мы делать до сих пор не можем.

Подчиняясь этим словам, его собеседник сделал глоток и невольно зажмурился от удовольствия.

— Да, настоящий нектар, Ваше Величество!

— Что ж… — Владимир поставил на стол пустой бокал, который Бестужев сразу наполнил. — Давай подведем итог тому, что ты мне сейчас сообщил и что подтверждается доказательствами. — Он махнул рукой в сторону лежавших на столе бумаг. — Итак, Алексей Скуратов задумал государственный переворот. — Было заметно, что эти слова даются ему с трудом. — И попробовал договориться с министром обороны Суворовым. И тот не побежал ко мне с докладом о подобном государственном преступлении, а просто умыл руки, решив постоять в стороне и посмотреть, чем все это кончится. Я правильно понимаю, Виктор? — В голосе Императора зазвучали металлические нотки.

— Да, Ваше Величество, — кивнул Бестужев.

— Виктор… — Голос самодержца стал тихим и злым. — Вот я тебя знаю десять лет. Алексея — тоже десять лет… Чего? Чего ему не хватало?

— Ваше Величество, мы выясним это, когда они будут в тюрьме ВИВРа. Но разрешите посоветовать вам сделать это чуть позже…

— Ты сейчас о чем вообще? — Император подозрительного посмотрел на своего собеседника.

— Ваше Величество, Скуратова надо брать аккуратно. Насколько мне известно, у него имеется своя небольшая гвардия, очень сильная и способная оказать серьезное сопротивление. К тому же я установил наблюдение за Скуратовым и Суворовым и за их окружением, правда не спросив у вас высочайшего одобрения…

— Можешь считать, что оно получено тобой! — раздраженно махнул рукой Император. — Продолжай уже!

— Разрешите предложить не совершать поспешных движений. Мы понаблюдаем за заговорщиками и не просто уберем их верхушку, а копнем гораздо глубже. Такое надо вырезать под корень. И мое мнение, что торопиться тут явно не стоит. Сейчас я планомерно окружаю Скуратова и его людей сетью осведомителей и электронных средств прослушки.

— А если он заметит, то что за ним следят? — скептически осведомился Император.

— Нет, Ваше Величество, — позволил себе улыбнуться Бестужев, — то, что сделано руками моих специалистов, не заметит. И даже если вдруг заметит, то вряд ли его СБ поймет, что это и кто за ним следит.

— Что ж, хорошо, — кивнул Император, — я надеюсь на тебя, Виктор. Но надо усилить охрану.

— Да, Ваше величество, уже делается. Мы негласно усилим моими людьми охрану императорского дворца. И вас.

— А Иван? Академия? — строго посмотрел Владимир на князя. — Надеюсь, он никак не связан с заговором? — Последние слова император произнес с замиранием сердца: он не верил в то, что его любимый сын, наследник, может его предать, и боялся услышать страшные слова.

— Нет, Ваше Величество, Иван тут ни при чем.

Правитель Российской Империи почувствовал, что с его души свалился камень: его первенец, его надежда, не может предать своего отца.

— Виктор… — Владимир пригубил коньяк и вновь посмотрел на собеседника. Тот невольно вздрогнул от холодной ярости в этом взгляде.

— Да, Ваше Величество.

— Делай, что хочешь, но ни один волос не должен упасть с головы Ивана — это первое. Второе — отчеты о наблюдении и распечатки переговоров этих мерзавцев мне на стол каждый день.

— Конечно, Ваше Величество, все сделаю!

— Известно, когда они собираются все это провернуть?

— Я так понимаю, скорей всего, до Нового года. Декабрь.

— У тебя полтора месяца на то, чтобы собрать как можно больше улик и выяснить всех заговорщиков. Это государственная тайна высшего уровня, надеюсь, тебе не надо объяснять, что чем меньше об этом знают, тем лучше. И все, кто знают об этом, должны быть связаны клятвой.

— Конечно, Ваше Величество.

— И так же следите за Годуновыми. Я доверяю их роду, но прекрасно знаю, что князь дружит со Скуратовым.

— Годуновы преданы вам, Ваше Величество. Они много лет…

— Знаю, Виктор, знаю. И тем не менее, несмотря на несколько веков преданной службы, я хочу, чтобы ты проверил их. Понаблюдай за этим родом.

— Да, Ваше Величество… Можно дать вам совет?

— Говори.

— Ваше Величество, вы же понимаете, что не надо никаким образом показывать Скуратову свою немилость.

— Виктор… — В голосе Императора появился арктический холод. — Ты считаешь меня идиотом?

— Никак нет, Ваше Императорское Величество! — Его собеседник слегка побледнел.

— Правильно делаешь. Ты все запомнил, что я тебе сказал?

— Да.

— Отчёты каждый день! Иди, Виктор, работай. Мы должны найти все головы этой гидры и отрубить их.

— Несомненно, Ваше Величество!

Отправить