Глава 11 "Семейный обед"

Оделся я достаточно быстро. Вот не знаю, чего собиралась моя служанка оценивать, однако сам процесс одевания, сопровождавшийся весьма игривыми поцелуями, оказался очень приятным. А через двадцать минут я загрузился во флайер в сопровождении троих своих новоиспечённых телохранителей. За руль сел сам Шемякин и мы стартовали.

— вы разговаривали с Павлом? — поинтересовался у меня он.

— Да, разговаривали. Весьма полезный разговор получился.

— Вот, — протянул мне тот какой-то маленький металлический кружочек.

— Что это? — поинтересовался я.

— Это магический маячок. Положите его в карман одежды или в обувь, которую не будете снимать. По этому маячку мы всегда определим ваше местонахождение.

Хм… я осмотрел себя и засунул его в задний карман джинс.

— И его сигнал нельзя никак блокировать?

— Не слышал о таких способах. Но может конечно они и есть, но для того чтобы их использовать, надо предположить наличие у жертвы такого маяка. А поверьте господин, такие маячки весь редкие.

— Хорошо. Спасибо!

— Если что-то случиться просто хлопните себя по карману. Мы будем знать, что происходит что-то плохое.

— Да вряд ли на подомном семейном обеде может случится что-то плохое. — скептически возразил я.

— Все может быть… что он делает?

В голосе Шемякина зазвучало удивление, смешанное с возмущением. Он вжал штурвал практически в пол и наша машина нырнула вниз. Меня швырнуло в сторону, и удержали лишь ремни безопасности, иначе бы я уже летел к земле. Над нами пронесся такой же как у нас флайер. Развернувшись, он вновь устремился к нам.

— Что происходит? — крикнул я, вцепившись в поручень перед собой.

— Похоже этот козел решил нас протаранить… — процедил в ответ Шемякин и вновь бросил машину вниз. — сдается мне что это покушение на вас. Ребята нейтрализуйте гада!

Следящие пять минут я помню смутно. Передо мной мелькало то небо то город внизу. К горлу подступил комок тошноты. Держался я из последних сил. Фигуры высшего пилотажа, которые закладывал наш пилот, думаю оценили бы любые профессионалы. А вот двое его помощников, сидевших на задних сиденьях, во время таких виражей, еще и успевали стрелять. Как оказалось, в кабине флайера пытавшегося нас протаранить, никого не было. Он оказался на дистанционном управлении. И в этом противостоянии к моей неподдельной радости победили мы. Несколько пуль все-таки повредили что-то в электронных мозгах флайера и он задымившись рухнул вниз.

Я осторожно выглянул из окна и понял, что мы находились уже далеко за чертой города. С этими воздушными культами, это не удивительно. Меня охватила нервная дрожь, с которой я с трудом, но все-таки справился.

— Спасибо, — повернулся я к Шемякину, который поставив флайер на автопилот, отправил его к городу. Оба его подчиненных выглядели совершенно невозмутимо.

— это наша работа господин, — ответил тот, — а вот кто напал на нас мы выясним. Надеюсь вы отмените визит к Голицыным?

— Вот уж нет, — подкачал я головой, — мы не будем показывать, что кого-то боимся. За это расследование вы возьметесь срочно, но сейчас мы летим к Голицыным. Мы успеваем?

— Если ускоримся, то да, — явно нехотя признался Шемякин, — но я должен сообщить Павлу Николаевичу. И нам надо осмотреть напавший на нас флайер…

После его слов, на земле вдруг прогремел, врыв и вверх взметнулся столб пламени.

— Похоже нападавшие замели следы… — покачал я головой, —

— И остатки могут дать зацепку, — не унимался мой собеседник.

— Хорошо, — кивнул я.

Мы сели рядом с дымящимися изуродованными останками флайера. Не знаю, что собирались подчиненные Шемякина там найти, но они оба быстро выбрались из флайера, и мы взлетели.

— держи курс на поместье Голицыных и звони Гвоздеву, — распорядился я, — Докладывай.

Спустя несколько минут перед нами на планшете появилась призрачная фигурка Гвоздева.

— Что-то случилось? — сразу поинтересовался он нахмурившись.

— Да, Павел. — коротко ответил Шемякин, — на нас напали. Попытались протаранить, судя по всему вражеский флайер был на дистанционном управлении.

— кто не ясно? — коротко уточнил тот.

— нет, непонятно. От атаки уклонились, врага сбили. Я высадил своих ребят. Вражеская машина взорвалась, но есть шанс что-то найти.

— Одобряю. И куда вы теперь? — на лице главы дипломатической службы появилась озабоченность. Он смотрел на меня.

— К Голицыным, куда же еще?

— Хм… — Гвоздев смотрел на меня, — уверены? А если это они устроили нападение? Хотя я сомневаюсь. Но согласен с вашим решением…

Шемякин явно с удивлением уставился на него Он похоже не ожидал что тот поддержит меня.

— Но… — попытался он возразить, но Гвоздев уже завершил звонок, а мой многозначительный взгляд отбил у главы службы безопасности рода желание спорить.

— Ничего не случилось, — сообщил я ему. — как вы считает Голицыным и Трубецким не нужно знать о нападении?

— А вот здесь я думаю, что должны. Мы сможем проследить реакцию на неудавшееся покушение если это сделали они. Но только лучше это делать так сказать те-атет. Все равно у вас будет приватная беседа с главой Голицыных

* * *

— Хотел спросить? — не удержался я от волнующего меня вопроса, — а почему ты магией не уничтожил этот флайер?

Интересно, а если бы я попытался это сделать? — мелькнула у меня мысль. Но сразу отбросил ее вспомнив что мой источник сейчас регенерирует и вряд ли что у меня бы получилось.

— У меня были заняты руки, — пожал плечами Шемякин, — одновременно создавать заклинания и уворачиваться от атак, невозможно. Так что пришлось доверить честь уничтожения нападавших своим подчиненным.

— Ясно. Надеюсь они что-то откопают, — скептически заметил я.

— Я тоже надеюсь… — ответил тот.

Я решил пока завершить этот разговор и откинувшись в кресле закрыл глаза. Кто же это напал? В то что это сделали Трубецкие или Голицыны я не верил. Щербатовы? Тоже врядл ли. Если только не инициатива сынка… так же как могла быть и инициатива Олега Голицына. Вот Годуновы могли…. Что-то как-то быстро у меня враги появляются.

Но до Поместья Голицыных мы добрались без происшествий. Само поместье напомнило мне поместье Трубецких, где я уже был. Шемякин с флайером остался меня ждать, а я же вновь повторил уже знакомый по визиту к Трубецким ритуал подхода к воротам. Здесь меня встретило двое слуг и по парку, тоже удивительно похожему на парк Трубецких проводили до входа в пафосный белокаменный дворец с массивными колоннами. Кстати вот тут Голицыны обошли своих союзников. У Трубецких дом был по скромнее…

Ну а потом… меня встретила еще одна пара слуг и по широкой покрытой бордовой ковровой дорожкой мраморной лестнице провела на второй этаж в обеденный зал. М-да. По мне, за обеденным столом того размера что я увидел, могло разместится человек сто. Меня встречал сам Голицын с женой. За его спиной я увидел двух сестер. Глава рода был одет в классический официальный костюм, жена в скромное даже не мой не притязательный взгляд платье, а вот обе девушки были в джинсах и блузках. Ну хоть с одеждой не прогадал.

— Добрый день! — уважаемый Веромир, пожал мне руку старший Голицын. — к сожалению сын не смог присутствовать, он немного приболел.

Надо же. Приболел он. Отмазался от встречи. На дуэли с Щербатовым среди зрителей сидел здоровехонек. Ну оно может и правильно. Ляпнет чего — нибудь не то, отцу весь план испортит. А ведь союзники же…

Жена и дочери раскланялись со мной, и мы чинно уселись за стол. М-да. Наверно не мое это светсуий обед… честно признаюсь чуть со скуки не умер. Мне почему-то казалось, что семейный обед это что-то непосредственное… но как оказалось это прямо-таки торжество этикета.

«Анна не будешь ли любезна передать мне соль», «Елизавета подай пожалуйста тот соус» …. Все в подобном стиле. Интересно у них так всегда или они просто передо мной решили выпендрится? Но приходилось соответствовать, хотя по большей части я просто молчал и отделывался общими словами. Сестры следовали моему примеру и вообще старались не смотреть в мою сторону. Вел за столом беседу один Голицын и его жена. Она поинтересовалась историей моего столь неожиданного возрождения, но после того как я упомянул о смерти матери от рака, немного сдулась…

— Вся наша семья приносит вам свои соболезнования, — произнесла она изобразив в голосе печаль.

— Спасибо, — ответил я сдерживаясь от язвительного комментария по поводу всех этих лицемерных соболезнований.

— И после этого вы поступили в Академию и восстановили род только из-за обещания матери? — поинтересовался Голицын.

— Можно сказать и так, — кивнул я, — клятва это святое.

А вот добавим ка мы перчику…

— Признаюсь, что сначала не собирался влезать в осиное аристократическое гнездо. — добавил я.

Супруги Голицыны переглянулись. А вот сестры явно прислушивались к каждому моему слову.

— Своеобразная характеристика аристократов у вас. — заметил Голицын, на губах которого появилась слабая улыбка.

— А я разве в чем-то не прав? — поинтересовался я

— В принципе доля правды в ваших словах Веромир есть, — согласился со мной Голицын, — действительно иногда аристократы напоминают ос… Но не все такие. Есть и те, кто служат Российской Империи не за страх, а на совесть. И в случае агрессии дружно встанут на ее защиту!

Хотел я прокомментировать эти пафосные слова, но передумал.

Не получив ответ на свои слова Голицын не успокоился. Еще полчаса меня мучали расспросами, то он, то его жена. Тут еще они пытались подключить своих дочерей к разговору, но это удавалось явно с трудом. Анна и Елизавета, отделывались общими ответами, как и я.

Честно говоря, когда закончился обед, длившийся где-то два часа, я был страшно рад. Вся эта беседа начала меня под конец страшно раздражать. Но понятно, что вида не показывал, улыбался, да и вообще изображал из себя позитивного довольного жизнью человека.

После обеда, как я и предполагал, раскланявшись с остальными членами семьи, мы удалились с главой в его кабинет.

После того как мы пригубили коньяк, щедро разлитый по бокалам Голицыным, и оказавшимся очень недурственным наступила небольшая пауза, которую нарушил хозяин дома.

— Веромир, — начал он, — мы с вами так и не смогли толком поговорить у Трубецких. Все-таки хотелось бы знать ваши планы на будущее. Тем более как я понял ваш клан увеличивается…

— Вы знаете? — удивился я.

— Мир аристократов, как вы точно подметили, — осиное гнездо, — ухмыльнулся тот, — но это очень небольшое осиное гнездо. В нем нужно смотреть в оба не только за врагами, но и за друзьями. И практически любой шаг становиться виден другим. Если вы конечно его не скрываете. К тому же весь состав клана прописан в Дворянской Палате. Но вы Веромир ничего и не скрывали. Поэтому то что вы вернули Павла Гвоздева и Ивана Шемякина ни для кого из заинтересованных сторон не секрет. Об вашем управляющем известно было раньше. Кстати насчет господина Гвоздева хотел вас поздравить. Толковый дипломат. Думаю, его бы с руками оторвал бы любой род.

— Охотно верю, — кивнул я, — ну если вы настолько осведомлены о делах и составе рода Бельских, тогда продолжайте. Вы мне хотите что-то предложить?

— Чтобы я вам что-то предложил, — хмыкнул Голицын, — мне надо знать ваши дальнейшие планы. Во время прошлой нашей встречи, вы сказали, что не против присоединения к нашей так сказать… коалиции.

— Да, и я подтверждаю это, — ответил ему, — но даже с увеличившимся в два раза составом клана, мы вряд ли чем-то можем быть полезны. Вы предлагали помощь? Нам пока нечем за нее расплачиваться.

— Да, о чем разговор, — махнул рукой Голицын, — мы же союзники. Пообщайтесь с Павлом. Подумайте что вам нужно сейчас. Мы, я и Сергей Ильич, готовы помочь восстановлению вашего клана. Сильный род Бельских выгоден нам. И да, конечно сотрудничество должно быть обоюдным. Но пока действительно вы мало что можете сделать. Так что развивайтесь, растите… а мы поможем пока.

— Поможете, — кивнул я, — спасибо, — найдите кто напал на меня сегодня.

— Что? — Голицын аж выпрямился в кресле, — напал? В смысле?

— По пути к вам на мой флайер в котором я летел с своими охранниками было совершенно нападение неизвестным флайером с дистанционным управлением. Только благодаря господину Шемякину, род Бельских окончательно не ушел в небытье. Вот и вопрос кому нужно это нападение? — я посмотрел на своего собеседника.

— Вы живы, значит все в порядке. Никто не погиб? — взволнованно уточнил он.

— Нет не погиб. Все живы. — ответил я.

— Слава богам, — выдохнул он и вдруг прищурился, и посмотрел на меня, — Вы считаете, что это организовал кто-то из нас? Сами понимаете, что это нам точно не нужно…

Я кивнул. Может мой собеседник конечно прекрасный актер, но я сомневаюсь. К тому же действительно смысла ни Трубецким, ни Голицыным устраивать нападение, нет.

— Если не сложно расскажите подробно как произошло нападение?

Я рассказал ему, и ответил Голицын после долгой паузы, во время которой я с удовольствием потягивал коньяк.

— Не похоже это на Годуновых. — наконец оторвался он от раздумий, — Они бы вас Веромир устранили бы без проблем, а тут… слишком дилетантский подход. Ни подстраховки, ничего… больше похоже на угрозу, чем на серьезное нападение. Хотя могло бы получиться. Вам невероятно повезло. У вас есть враги?

— Не думаю, — хмыкнул я, — хотя у меня было две дуэли… — я многозначительно посмотрел на него.

— Вы об Олеге. — кивнул тот, — мог, не буду скрывать. Но эту проблему я решу, обещаю, — голос князя стал суровым, — а вторая?

— Некий Щербатов. Хотя глава его рода извинился… — я коротко обрисовал события вовремя и после дуэли.

— Вот оно что… — задумчиво протянул Голицын, — да это тоже может быть вариантом. Мы со своей стороны это проверим. Сами понимаете теперь, когда мы с вами союзники? — он вопросительно посмотрел на меня

— Союзники. — не стал я спорить.

— Так вот. Нападение на вас, это так же нападение на Голицыных и Трубецких — и кто это сделал мы обязательно выясним, — пообещал он.

— Вы говорили о моих планах, — начала я после еще одной паузы во время которой хозяин дома вновь наполнил стаканы, — так вот. Пока мои планы заключаются в учебе, развитии своих способностей и в восстановления рода.

— Разумно. А все-таки Годуновы. Как вы к ним сейчас относитесь. Прошло время и…

— Давайте сразу решим в начале нашего с вами возможного союза, — прервал я его. — не надо напоминать мне об этом роде. Я все прекрасно помню. И поверьте память у меня хорошая.

— Хорошо, — кивнул явно удовлетворенный моим ответом Голицын, — насчет помощи мы решили, можете обращаться в любое время. А пока вы учитесь в Академии, я был бы признателен если мои дети, как и дети Трубецких, так же были рядом с вами. Девочки они талантливые, и дружба между вами только скрепит наше союзнические отношения. К тому же вы им явно нравитесь… — он как-то лукаво посмотрел на меня.

— Я вас понял. Постараюсь сделать все что в моих силах, — заверил я его.

Честно говоря, количество женщин вокруг меня уже немного начинало меня раздражать. Но «союзнику» не откажешь… ладно разберемся я думаю.

После этого мы как-то сразу перешли на общие темы. А через полчаса, я откланялся, сославшись на то что пора в Академию.

Шемякин отвез меня домой, где мне пришлось какое-то время успокаивать дашу, что очень близко к сердцу приняла нападение. Но надеюсь у меня получилось… Потом я дал короткий отчет о встрече ему и Гвоздеву. Оба заверили меня что будут усердно работать по поставленным задачам, которых как оказалось немало. Господа судя по всему взялись за дело серьезно, чему лично я был только рад. На прощание меня попросили быть осторожнее и каждый вечер связываться с ними.

В Академию меня с Дашей отвез тот же Шемякин и в девять вечера я уже входил в коттедж, где меня сращу встретил Шуйский.

— Пошли в игру. — возбужденно заявил он, — я такой квест нашел!!!

Как обычно узнать у него ничего не удалось, так что через двадцать минут, я уже стоял у входа на рынок Кносса.

Отправить